Отъезд в Петербург. Первые годы в столице

В 1838 году шестнадцатилетний Николай Некрасов совершил поступок, круто изменивший его судьбу, – он уехал в Петербург, намереваясь там поступить в университет. Отец настаивал на том, чтобы Николай поступил в петербургский Дворянский полк (военно-учебное заведение), и сын сделал вид, что он согласен поступить туда. 20 июля 1838 г., простившись с родителями, братьями и сестрами, он выехал (вероятно, из Ярославля) в Петербург.

В каком-то смысле для Некрасова поездка в Петербург являлась авантюрой: в Дворянский полк он не собирался поступать, о поступлении же в университет без серьёзной подготовки не могло быть и речи. Главные надежды Некрасов возлагал на свои стихи. Позднее он вспоминал: «Со мной была тетрадка стихотворений, на неё возлагал я большие надежды» (XII, 11). О том, какие именно надежды, сказано в его автобиографическом романе «Жизнь и похождения Тихона Тростникова»: «По приезде в Петербург, не более как через десять дней, я надеялся иметь кучи золота и громкое имя» (VI, 64). Нельзя не заметить, что если расчёты Некрасова на тетрадь юношеских стихов и не оправдались, то в целом его мечты относительно куч золота и громкого имени со временем осуществились полностью.

Приехав в Петербург, юный поэт не стал поступать в Дворянский полк. В гневе Алексей Сергеевич отказался помогать сыну деньгами. Некрасов оказался в крайне тяжелом положении. Его планы поступления в Петербургский университет потерпели полный провал. Летом 1839 г., поступая на факультет восточных языков, на вступительных экзаменах Некрасов с треском провалился, сдав четыре из пяти предметов (Закон Божий, географию, всемирную историю и русскую историю) на единицы, пятый – русскую словесность – на двойку73 (все отметки – по пятибалльной системе). Сдавать остальные экзамены не имело смысла. В сентябре 1839 года Некрасов поступил вольнослушателем на 1-е отделение философского факультета (позднее преобразованного в историко-филологический факультет). Летом 1840 года он пытался поступить на юридический факультет. В этот раз из четырнадцати предметов три (греческий язык, математику и геометрию) молодой ярославец сдал на единицы, пять (историю, логику, арифметику, немецкий и французский языки) – на двойки, два (Закон Божий и латынь) – на тройки, на четверку – ни одного. Один предмет – русскую словесность – юный поэт сдал на пятерку74. Почти два года Некрасов числился вольнослушателем на философском факультете, не сдав за это время ни одного переходного экзамена (официально он был уволен из числа вольнослушателей 24 июля 1841 г.).

И до революции, и особенно в советское время любили живописать ужасы нищеты, которые пережил юный волжанин в Петербурге. Удивительного в этом ничего нет. Удивляет другое: как быстро Некрасов преодолел все эти испытания и встал на ноги. Уже в феврале 1840 года увидел свет первый сборник стихотворений Некрасова «Мечты и звуки». А ведь издание сборника требовало немалых денег, и юный поэт, которому было только 18 лет, сумел их найти, впервые проявив свою незаурядную предприимчивость (другое дело, что сборник успеха не имел). С 1840 года он сотрудничал в журнале «Пантеон» Ф. А. Кони, писал многочисленные театральные рецензии, фельетоны в стихах и прозе, оригинальные и переводные водевили и пьесы. В 1841 году Некрасов перевел большую пятиактную французскую драму. «Каким образом, – вспоминал Л. В. Григорович, – ухитрился он это сделать, не зная буквально слова по-французски, остаётся непонятным. Сколько нужно было воли, терпения, чтобы, частью пользуясь объяснениями случайно заходивших знакомых, частью по лексикону, довести до конца такую работу»75 (премьера драмы, получившей название «Материнское благословение», состоялась 19 октября 1842 года на сцене Александринского театра).

С начала 40-х годов Некрасов стал одним из сотрудников журнала «Отечественные записки». Этот журнал, основанный в 1818 году П. П. Свиньиным, в 1839 году перешел в руки А. А. Краевского. Обладая незаурядными деловыми качествами и обширными связями, Краевский превратил «Отечественные записки» в один из лучших тогдашних журналов. В 30-40 годы в нем печатались М. Ю. Лермонтов, В. И. Даль, А. И. Герцен, И. С. Тургенев, Ф. М. Достоевский, М. Е. Салтыков-Щедрин, И. И. Панаев, В. П. Боткин, В. Г. Белинский и др.

Как полагают, в 1842 году состоялось знакомство Некрасова с В. Г. Белинским (1811 – 1848 гг.), ведущим критиком «Отечественных записок», сыгравшее огромную роль в судьбе поэта. К этому времени по своим политическим взглядам Белинский окончательно сформировался как революционер и социалист, страстный поклонник Великой французской революции конца XVIII в. В значительной степени под влиянием Белинского Некрасов сформировался как человек радикальных политических взглядов, которому его наставник словно передал, по выражению Герцена, «выстраданное, жёлчное отрицание и страстное вмешательство во все вопросы»76. В рядах противников крепостного права Некрасов занимал особую позицию. Примерно с середины 40-х годов он был не только против крепостного права, но шёл гораздо дальше, выступая за крестьянскую революцию и осуществление социалистической утопии. До конца своих дней Некрасов оставался страстным сторонником всероссийского крестьянского бунта, который, по его мнению, только и мог разрешить все проблемы страны.

Политические взгляды в соединении с личными особенностями Некрасова (его мрачного, в целом, восприятия жизни) обусловили характер его поэзии. У него нет любовной лирики, он почти всегда равнодушен к прекрасному. Фактически в некрасовском творчестве главными были три темы: страдания народа, воспевание борцов за его освобождение и тема, которую точнее всего назвать темой революции. По преимуществу всю свою жизнь Некрасов отрицал, обличал и призывал к бунту. До последних дней поэта вдохновляла муза, которую он называл «музой гнева и печали», «музой мести и печали». Несомненно, в этих сочетаниях ключевыми являлись слова «гнев» и «месть». Точнее его вдохновительницу было бы назвать музой ненависти. Выросшая на его стихах А. В. Тыркова-Вильямс писала: «Некрасов любил Россию надрывной любовью, а русскую жизнь изображал с угрюмой, желчной односторонностью обличителя»77.

Некрасов очень рано стал восприниматься как ни на кого не похожий поэт. Еще до революции его стали называть поэтом-демократом. Во всей русской литературе только его называли певцом народной скорби, печальником горя народного и т. д. В жизни народа Некрасов видел только горе, страдания, нищету и голод. К светлым сторонам бытия он обращался крайне редко. Лишь иногда поэт вырывался из-под власти своей суровой музы, и тогда его вдохновляла главная муза всех поэтов – муза любви. И именно эти стихи («Дедушка Мазай и зайцы», «Крестьянские дети» и др.) все русские люди знают с детства, и с ними, главным образом, ассоциируется у большинства из нас имя Некрасова.

Одним из главных желаний Некрасова в 40-е годы являлось стремление выбиться в люди и разбогатеть. А. С. Суворин приводит знаменательные слова поэта: «Я дал себе слово не умереть на чердаке. Нет, думал я, будет уже и тех, которые погибли прежде меня, – я пробьюсь во что бы то ни стало. Лучше по владимирке пойти, чем околевать беспомощным, забитым и забытым всеми»78. Ф. М. Достоевский, знавший поэта с начала 40-х годов, произнёс о нём ключевую фразу: «Миллион – вот демон Некрасова!»79.

В целом, к середине 40-х годов Некрасов окончательно сложился как очень своеобразная личность. Как, пожалуй, ни в ком из русских писателей, в нём причудливо было перемешано столько, казалось бы, взаимно противоположных страстей, главными из которых являлись, с одной стороны – стремление к богатству, с другой – стремление к революции. Естественным путем для удовлетворения обеих этих страстей для Некрасова стало своеобразное литературное предпринимательство – издание альманахов, а затем и журнала «Современник».

Во главе «Современника»

В начале 40-х годов, продолжая работать в «Отечественных записках» у А. А. Краевского, Некрасов одновременно стал выступать в роли издателя и редактора. В 1845 и 1846 гг. под его редакцией вышли альманахи «Физиология Петербурга» и «Петербургский сборник», успех которых превзошел все ожидания.

В 1846 году Некрасов вместе с И. И. Панаевым решили уйти от А. А. Краевского и создать свой журнал. С конца 30-х годов открытие новых журналов было запрещено, и речь могла идти только о покупке прав на издание какого-то уже существующего органа. Выбор Некрасова и Панаева пал на «Современник».

«Современник» был основан А. С. Пушкиным в 1836 г. После смерти поэта издателем и редактором журнала стал старый друг Пушкина П. А. Плетнёв. Профессор и с 1840 года ректор Петербургского университета П. А. Плетнёв как редактор оказался не на высоте. В 1846 году у «Современника» было всего 233 подписчика80. Приобретение и издание журнала требовало больших денег. Основной взнос (35 тысяч рублей) внёс И. И. Панаев, продавший для этого принадлежавший ему лес81. Остальные деньги занял Некрасов. Осенью 1846 года Некрасов и Панаев вступили в переговоры с П. А. Плетнёвым на предмет приобретения прав на издание «Современника». Как писалось выше, П. А. Плетнёв занимал пост ректора Петербургского университета. Еще 5-6 лет назад Некрасов, безуспешно пытаясь поступить в университет, писал на имя его ректора покорнейшие прошения. Теперь же он вступал с ним в переговоры не просто на равных, а более того – как преуспевающий предприниматель со своим почти что обанкротившимся коллегой. В октябре 1846 года соглашение было достигнуто и «Современник» перешел в руки Некрасова и Панаева.

С самого начала главным хозяином журнала стал Некрасов, которому в то время только исполнилось 25 лет (согласимся, поразительный пример успешной карьеры для безвестного бедного провинциала, восемь лет назад приехавшего в столицу).

Первый номер, как стали говорить с тех пор, некрасовского «Современника» вышел в январе 1847 г. Некрасова крайне волновал вопрос о подписке, т. е. вопрос о выживании журнала. 19 октября 1846 года он писал А. В. Никитенко: «…чтобы издание журнала окупалось, нужно по меньшей мере (…) 1500 подписчиков» (X, 55). Однако этот рубеж «Современник» преодолел очень быстро. В начале 1847 года на журнал подписалось уже около двух тысяч человек82, а в 1848 году количество подписчиков достигло 310083.

Такой взлёт подписки неудивителен. На рубеже 40 и 50-х годов в «Современнике» увидело свет немало произведений, доныне составляющих славу русской литературы: роман И. А. Гончарова «Обыкновенная история» (1847 г., № 2), рассказы из «Записок охотника» И. С. Тургенева – «Малиновая вода» (1848 г. № 2), «Певцы» (1850 г. № 11), «Бежин луг» (1851 г., № 2) и др., рассказ «Муму» (1854 г., № 3); первые повести и рассказы молодого Л. Н. Толстого – «Детство» (1852 г., № 9), «Набег» (1853 г., № 3), «Отрочество» (1854 г., № 4) и др.; лучшие вещи Д. В. Григоровича – повесть «Антон-горемыка» (1847 г., № 11), рассказ «Бобыль» (1848 г., № 3) и др.

Первые годы «Современника» для Некрасова были ознаменованы сближением с Авдотьей Яковлевной Панаевой. А. Я. Панаева (1819 – 1893 гг.) родилась в Петербурге в актерской семье. В 1836 году в неё влюбился И. И. Панаев, и летом 1837 года они обвенчались. Однако вскоре их брак фактически распался. В 1848 году, не разведясь с И. И. Панаевым, Авдотья Яковлевна стала гражданской женой Некрасова. В тяжелое время цензурных гонений, чтобы чем-то заполнить страницы «Современника», в соавторстве с Авдотьей Яковлевной поэт написал два огромных романа: «Три страны света» и «Мертвое озеро». Брак Некрасова с Панаевой был нелегким. «Он любил её, – писал К. И. Чуковский, – угрюмой, ревнивой, изнурительно-трудной любовью. Совместная их жизнь была ад. (…) … его стихи отражают не ласки, а буйные семейные сцены, оскорбления, ссоры и ругательства»84.

Весной 1848 году младенцем умер первый сын Некрасова и Панаевой85. В начале 1855 года у них родился второй ребенок, сын Иван, который ввиду того, что развод Панаевых не был оформлен, юридически считался сыном И. И. Панаева и носил его фамилию. В апреле 1855 года младенец «Иван Панаев» умер. Смерть второго ребенка была страшным ударом для Панаевой и Некрасова. Потеря двоих детей способствовала охлаждению их отношений к концу 50-х годов и окончательному расхождению в 1863 г.

«Огородник»

Летом 1841 года Некрасов впервые за три года приехал из Петербурга в Ярославль, на свадьбу сестры Елизаветы. За три дня до его приезда, 29 июля 1841 г., в Ярославле скончалась его мать Елена Андреевна. 31 июля состоялось её погребение в Абакумцевеа. Некрасов прибыл уже к свежей могиле у алтарной части абакумцевского храма. Смерть матери, конечно, была для него большой потерей. В последующие годы в его поэзии возник настоящий культ матери. В 1860 году вместе с сестрой А. А. Буткевич поэт установил на её могиле небольшой памятник, сохранившийся до наших дней.

Летом 1845 года Некрасов вновь приехал в Грешнево. Результатом пребывания в родных местах стало написание им нескольких антикрепостнических стихотворений («Родина», «Псовая охота» и др.), с которых собственно и начался поэт Некрасов. К антикрепостническим произведениям 1845-1846 гг. примыкает и стихотворение «Огородник» (1846 г.) – первое стихотворение Некрасова, написанное на костромской сюжет. Историей создания «Огородника» занимались краеведы В. В. Касторский и В. Н. Бочков. Согласно их изысканиям, в основу стихотворения лег подлинный случай любви крепостного садовника Андрея Фигуркина и дочери богатого барина. Об этой истории, произошедшей в начале 40-х гг. XIX века в усадьбе Занино Чухломского уезда, рассказывает в книге «Мои семидесятилетние воспоминания» Н. П. Макаров. Владелец усадьбы Занино Иван Николаевич Катенин (1786 – 1854 гг.) в молодости служил в лейб-гвардии Измайловском полку. В 1812 году он участвовал в сражениях при Бородине, Малоярославце и Красном. В 1816 году молодой полковник Катенин вышел в отставку и вернулся на родину в Чухломской уезд, где в 1818-1827 гг. избирался уездным предводителем дворянства. От второго брака И. Н. Катенин имел двух сыновей и шесть дочерей, в том числе и Екатерину Ивановну (1821 – до 1858 гг.). Занинский садовник – высокого роста молодой красавец Андрей Фигуркин – полюбил Екатерину Ивановну. Когда об этом узнал отец, его гневу не было предела. Фигуркина высекли и сдали в солдаты. Екатерина Ивановна приняла монашество в женском Николо-Староторжском монастыре в Галиче, где и умерла до 1858 г. Фигуркин, отслужив в армии, также обосновался в Галиче.

История, случившаяся в Занине, не могла не привлечь молодого поэта своим антикрепостническим содержанием. В. Н. Бочков спрашивает: «…как узнал столичный поэт о трагической любви крепостного садовника и дворянской дочери в глухой костромской усадьбе? Книга Н. П. Макарова свидетельствует, что Катенину не удалось сохранить эту историю в тайне – о ней разнеслась молва. Некрасов же в августе – сентябре 1845 года жил у отца в селе Грешневе (…) – именно от отца он и мог услышать о происшествии в Занине»87. Далее В. Н. Бочков пишет: «Алексей Сергеевич имел массу знакомых среди костромских дворян еще с тех времен, когда в 1801 г.б определился в Тамбовский пехотный полк, расквартированный в Костроме; позднее он содержал лошадей на костромском почтовом тракте. Не мог не знать он и Катенина – тот имел питейные откупа в уездах Ярославской губернии и жил неподалеку от Грешнева, в Любиме»88. Маловероятно, чтобы Алексей Сергеевич имел «массу знакомых» в Костроме с 1807 г., но позднее, держа лошадей на костромском тракте, он, наверняка, имел в Костроме знакомых, от которых мог услышать о занинской истории. От него, конечно, об этой истории узнал и Н. А. Некрасов.

На переломе эпох

В 1853 году началась война России с Турцией. В 1854 году Англия и Франция, опасавшиеся усиления российских позиций на Чёрном море, вступили в войну на стороне Турции. Англо-франко-турецкие войска высадились в Крыму и осадили Севастополь – главную базу нашего Черноморского флота.

Некрасов, потомок многих поколений защитников Отечества, во время Крымской войны как поэт практически никак не откликнулся на её события. За три года войны он написал о ней только два стихотворения: «14 июня 1854 года» и «Внимая ужасам войны» (1855 г.). На основные события Крымской эпопеи – на затопление русского флота, на героическую осаду и падение Севастополя, на гибель адмирала П. С. Нахимова и др. – поэт Некрасов не отозвался никак. Тема защиты Отечества не входила в сферу его поэтического мира, и поэтому он коснулся темы Крымской войны в некоторых произведениях, написанных уже после войны, только в плане связанных с ней народных страданий.

В разгар Крымской войны, 18 февраля 1855 г., умер Николай I. 27 августа 1855 года пал Севастополь, за героической обороной следила вся страна. После Отечественной войны 1812 г., завершившейся вступлением наших войск в Париж, Россия не знала военных поражений. Поэтому падение Севастополя потрясло общество. Война завершилась в 1856 году унизительным Парижским миром, по которому России запрещалось держать на Чёрном море военный флот. Военное поражение заставило нового императора Александра II начать перемены. Была ослаблена цензура, снят запрет на выпуск новых литературных журналов, одна за другой выходили книги, чьё издание еще недавно было немыслимо.

Некрасов, разумеется, не мог не использовать открывшихся возможностей. В октябре 1856 года он выпустил сборник своих «Стихотворений», имевший огромный успех. Безусловно, что одна из главных причин успеха состояла в политическом подтексте многих стихотворений, включенных в сборник. В середине 50-х годов у читателей, привыкших знакомиться с подобными произведениями только в рукописных списках, книга, подобная некрасовским «Стихотворениям», не могла не вызвать ажиотажного спроса.

Смерть Николая I положила начало большим переменам и в журнальном деле: ослаблялась цензура, расширялась сфера гласности. Во второй половине 50-х годов начинается резкий взлет популярности «Современника». Если в первой половине 50-х годов количество подписчиков журнала составляло около 3000 человек, то в 1857 году оно перевалило за 4000, к концу 1858 г. достигло 4700, в апреле 1859 г. – 550089. В 1861 году подписка на «Современник» достигла своего зенита, составив 6658 человек90. Значительную долю подписки давал, конечно, Петербург. В 1859 году в столице на «Современник» подписалось 1274 человека, в 1860-м – 1628, в 1861-м – 1681. Меньше подписчиков давала Москва: за те же годы соответственно – 622, 482, 477. В губернских и уездных городах подписка была невелика, но имела устойчивую тенденцию к росту. В 1859 году во всей Костромской губернии на «Современник» подписалось 47 человек, в 1860 г. – 68, в 1861 г. – 72в. В Костроме в 1859 году подписалось 17, в 1860 г. – 23, в 1861 г. – 2792.

Во второй половине 50-х годов на страницах «Современника» появляются многие знаменитые произведения русской литературы: «Рудин» (1856 г., № 1 и № 2), «Ася» (1858 г., № 1), «Дворянское гнездо» (1859 г., № 1) И. С. Тургенева; «Севастополь в декабре месяце» (1855 г., № 6), «Севастополь в мае» (1855 г., № 9), «Севастополь в августе 1855 года» (1856 г., № 1) Л. Н. Толстого. «Современник» публикует стихи Ф. И. Тютчева, А. А. Фета, А. Н. Майкова, Я. П. Полонского, А. К. Толстого, статьи критиков А. В. Дружинина и В. П. Боткина, историков С. М. Соловьева, И. Е. Забелина, Н. И. Костомарова, фольклориста А. Н. Афанасьева, педагога К. Д. Ушинского и др.

В числе авторов «Современника» в 50-е годы был целый ряд уроженцев Костромского края или тесно связанных с ним. В 1853 году журнал поместил первое произведение А. Ф. Писемского (1821 – 1881 гг.), уроженца усадьбы Раменье в Чухломском уезде. В начале 50-х годов в «Современнике» были опубликованы его рассказы: «Леший» (1853 г., № 11), «Фанфарон» (1854 г., № 8) и др. Известно пять писем, которые Писемский послал Некрасову в 1852-1854 гг., причем первые два отправлены им из Костромы, а остальные три (от 12 марта,15 апреля и 7 октября 1854 г.) – из Раменья. «Адрес мой в Чухлому Костромской губернии»93 – писал он Некрасову.

В 7-м номере «Современника» за 1852 год было опубликовано первое произведение А. А. Потехина – посвященный Кинешме очерк «Забавы и удовольствия в городке». А. А. Потехин (1829 – 1908 гг.) родился в г. Кинешме (в то время – уездном городе Костромской губернии). В конце 50-х – начале 60 годов «Современник» напечатал ряд пьес А. А. Потехина.

В 11-м номере за 1859 год в «Современнике» была напечатана «Задушевная исповедь» Н. П. Макароваг. Более всего Н. П. Макаров (1810 – 1890 гг.), уроженец Чухломы, известен мемуарами «Мои семидесятилетние воспоминания», в которых он дал ряд ярких картин жизни дворянства Костромской губернии в первую треть XIX века.

В 1856 году Некрасов привлёк в «Современник» А. Н. Островского. Как известно, А. Н. Островский (1823 – 1886 гг.) родился в Москве, однако родиной его предков был Костромской край. В конце 80-х годов XVIII века дед драматурга протоиерей Феодор Островский (1770 – 1843 гг.) окончил Костромскую духовную семинарию и в последующие годы служил настоятелем Благовещенской церкви в Костроме. После смерти жены он переехал в Москву, принял монашество и стал иеромонахом Донского монастыря. Отец драматурга, Н. Ф. Островский (1796 – 1853 гг.), родился в Костроме, окончил Костромскую духовную семинарию и Московскую духовную академию. Совершив в Москве удачную служебную карьеру, Н. Ф. Островский в 1847 году купил усадьбу Щелыково в Кинешемском уезде своей родной губернии, где и умер в 1853 г.95 С 1848 года А. Н. Островский регулярно приезжал в Щелыково.

В 4-м номере «Современника» 1856 года Некрасов перепечатал раннюю пьесу Островского «Семейная картина». С февральского же номера за 1857 год новые пьесы А. Н. Островского появлялись в «Современнике» регулярно.

«Так, вокруг «Современника», – пишет В. В. Жданов, – усилиями его редактора (…), собрался почти весь цвет русской литературы; эти талантливые, еще молодые литераторы, полные сил и энергии, уже тогда немало сделавшие для отечественной культуры, казалось, представляли собой довольно прочное единство, кружок, спаянный дружбой и творческими интересами»96.

На рубеже 50 и 60-х годов во внешнем облике большинства авторов «Современника» произошло характерное изменение: почти все они отпустили бороды, ставшие в восприятии последующих поколений неотделимыми от их образа. Как известно, начиная с петровских преобразований, дворянам было запрещено носить бороду. В 30-40 гг. XIX века исподволь борьбу за право её ношения начали славянофилы и примкнувшие к ним западники. Через несколько лет после начала царствования Александра II борода перешла в наступление. В первых рядах её носителей выступали почти все властители дум – писатели, публицисты, художники, композиторы. В стороне от общего потока не остался и Некрасов. К 1861 г. поэт отпустил довольно жидковатую бородку, в восприятии потомков ставшую неотделимой от его облика.

kostromka.ru - Костромской край в русской литературе
Protected by Copyscape Online Infringement Detector
первоисточником публикаций сайта являются книги
публикации
Loading
Деревня Вёжи под Костромой
Л.П.Пискунов.
О затопленном прошлом деревни Спас-Вёжи под Костромой

а - В метрической книге Воскресенской церкви, где состоялось отпевание матери поэта, была сделана надпись: «1841 года июля 29 померла, 31 погребена жена ярославского помещика майора Алексея Сергеевича Некрасова – Елена Андреевна 38 лет. Погребена в селе Абакумцеве»86.

б - Ошибка: А. С. Некрасов поступил в Тамбовский пехотный полк в 1807 г.

в - В разбросе по городам и селам картина подписки в 1861 году выглядела так: Буй – 3, Варнавин – 1, Ветлуга – 3, Галич – 7, Кинешма – 4, Кологрив – 2, Кострома – 27, Лух – 2, Макарьев – 2, Нерехта – 6, Плёс – 5, Солигалич – 4, Судиславль – 1, Чухлома – 4, с. Воронье – 191.

г - В 1983 году опубликовано адресованное Н. П. Макарову письмо Некрасова от 7 ноября 1859 г.94

73. Рейсер С. Некрасов в Петербургском университете // Литературное наследство, М., 1949, т. 49-50, с. 355.

74. Там же, с. 360.

75. Григорович Д. В. Литературные воспоминания. М., 1987, с. 49.

76. В. Г. Белинский в воспоминаниях современников. М., 1977, с. 509.

77. Тыркова-Вильямс А. В. То, чего больше не будет. М., 1998, с. 136.

78. Литературное наследство. М., 1949, т. 49-50, с. 202-203.

79. Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч., т. 26, Л., 1984, с. 122.

80. Жданов В. В. Некрасов, с. 101.

81. Боткин В. П. Литературная критика. Публицистика. Письма. М., 1984, с. 256.

82. Там же, с. 264.

83. Евгеньев-Максимов В. Е. Некрасов как человек, журналист и поэт. М.-Л., 1928, с. 91.

84. Чуковский. Панаева // Панаева А. Я. Воспоминания. М., 202, с. 409 (далее – Чуковский К. Панаева).

85. Ломан О. В. Некрасов в Петербурге. Л., 1985, с. 91.

86. Цит. по: Смирнов С. В. Автобиографии Некрасова, с. 12.

87. Бочков В. Н. «Огородник» // «Скажи: которая Татьяна?» М., 1990, с. 142-143.

88. Там же, с. 143.

89. Никитенко А. В. Дневник. М., 1955, т. 2, с. 84.

90. Чернышевский Н. Г. Полн. собр. соч., т. X, М., 1951, с. 454.

91. Там же, с. 463.

92. Чернышевский Н. Г. Полн. собр. соч., т. VII, М., 1950, с. 418-426, 891-898; т. X, М., 1951, с. 458-475.

93. Архив села Карабихи, с. 152.

94. Некрасовский сборник. Л., 1983, вып. VIII, с. 147.

95. Зонтиков Н. Благовещенский храм в Костроме и род Островских // Московский журнал. 1993, № 4, с. 5-8.

96. Жданов В. В. Некрасов, с. 238.