III. Марий Эл

Сердцу дорогое

ЭТО – ПАМЯТЬ ИСТОРИИ

Мысль об этой статье родилась у двух старых то варищей*, встретившихся недавно в Йошкар-Оле, городе родном и близком обоим. Один – Леонид Васильев, архитектор, живёт в Ярославле и занят реставрацией Ростова Великого. В его послужном списке – работы по восстановлению усадьбы драматурга А. Н. Островского в Щёлково**, памятников старины в Костроме, Рязани и других заповедных исторических местах. Второй – журналист Владимир Медведков. Сегодня газета предоставляет им слово.

В 1984 году мы будем праздновать 400-летие Йош кар- Олы. Четыре века стоит на земле город, свидетель бурных исторических событий. Многое унесло и рассеяло с тех давних пор время в своём неудержимом беге. Тем важнее теперь сохранить памятники зодчества, носители примет старины, духовной и материальной культуры.

Что же надо, на наш взгляд, сберечь, сохранить для будущих поколений в архитектурном наследии Йошкар-Олы?

Обязательно следует сохранить всё, что связано с установлением Советской власти в городе и марийском крае. Такие, например, дома, как двухэтажное здание бывшей типографии на углу улиц Советской и Коммуни стической, дом с колоннами напротив и здание на ули це Карла Маркса напротив Ленинского садика.

Из наиболее давних сооружений представляет большой интерес так называемый Дом Пчелиных на улице Карла Маркса, 27. Двухэтажный каменный, редкий в стране тип гражданского здания первой половины XVIII века, типологически связанного с приёмами гра жданской архитектуры конца XVII в. Это здание, полное исторических и архитектурных загадок. Вместе с Вознесенской церковью оно составляет единый, незабывае мый по силе впечатления комплекс.

Статья Л. Васильева и В. Медведкова печатается по тексту публикации в газете «Марийская правда» (ЙошкарОла), 25.3.1979 г., с. 3, с небольшой корректорской правкой.

* Судя по переписке Л. С. Васильева с матерью, его близкое знакомство с В. А. Медведковым (1929–1982), вначале заочное, состоялось лишь в 1970-х гг. (см. подробнее в прим. на стр. 322), хотя видеться они могли и в школьные годы, имея общего друга Е. Богомолова. ** Правильно – Щелыково.

Требует бережного сохранения и ухода дом по улице Анисимовской, 40. В нём некогда жил один из классиков марийской литературы С. Г. Чавайн, о чём говорит мемориальная доска на фасаде. Но дом ин тересен также и как одно из древнейших городских зда ний. В доме переделаны окна, хотя в основном он сохранился. Совершенно неизвестно происхождение этого дома, а он занимает важное место в панораме набережной.

К памятникам прошлого необходимо бережное отношение. Ещё недавно на углу улиц Советской и Красноармейской стоял деревянный ампирный особняк с колоннами. Невзирая на охранную доску на фасаде, его всё-таки снесли в 1975 году.

В советское время в городе возведено несколько интересных домов: один расположен напротив почтамта, построен местным архитектором Суриковым; здания Республиканской библиотеки (архитектор Семёнов), Министерства внутренних дел (архитектор Семёнов), почтамта, три одинаковые школьные постройки (школы № 7, 9 и 10 – в бывшей школе № 9 сейчас военкомат), школа № 11 (архитектор Янцевинов).

Архитекторы Семёнов и Янцевинов – талантливые зодчие, первые марийские градостроители.

Неплохо бы на их творениях установить охранные доски с указанием фамилий авторов, как сделано, например, на здании Казанского вокзала в Москве.

Несколько слов хотелось бы сказать о ландшафтной архитектуре как об одном из элементов охраны природы и городской среды, влияющих на облик города или села. Несть числа примерам, когда строители уничтожают всю окружающую зелень. Следует ещё раз напомнить, что недавно принятое постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О дополнительных мерах по усилению охраны природы и улучшению использования природных ресурсов» обязало Госстрой СССР внести изменения в действующие нормативные документы по проектированию и строительству различных объектов, сделав серьёзную поправку на требова ния охраны природы. В дело ландшафтной, оформительской, малой архитектуры следует привлекать архитекторов, дизайнеров, художников-оформителей, как недавно предложено в «Марийской правде» хорошей статьёй «Архитектор, дизайн и городская среда»

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

Л. Васильев, В. Медведков. Это – память истории

Г. С. Ткаченко. Наши города, посёлки, деревни и сёла должны выглядеть красиво, нарядно, со вкусом оформ ленными.

И право, современным архитекторам, призванным решать грандиозные градостроительные задачи, но за бывающим порой о создании душевного комфорта для горожан, стоит время от времени обращаться к опыту старых мастеров, в конечном итоге, к строительной мудрости города, к народным, национальным критериям прекрасного.

Пять лет остаётся до 400-летия Красного города. Срок небольшой при нынешнем стремительном ритме жизни. Поэтому важно уже сейчас расширить подготовительную работу.

Царёвококшайск (Йошкар-Ола). Старый город. Фото около начала ХХ в.

Йошкар-Ола. Здание Республиканской библиотеки. Архитектор К. С. Семёнов. Конец 1930-х гг. Фото 1958–1959 (вверху) и около 1970-х гг.

Драгоценные зёрна прошлого мы должны, обязаны сохранять для сегодняшнего и будущих поколений.

Благородная цель, которая всегда воспитывала в потомках историзм мышления, патриотизм, память и уважение к предкам, к их талантливому и бесценному мастерству. На пути у бегущего времени должна встать наша высокая любовь к Родине, к её истории.

Л. ВАСИЛЬЕВ,

Заслуженный работник культуры РСФСР, архитектор-реставратор

В. МЕДВЕДКОВ,

член Союза журналистов СССР

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

ПРЕД МАЛОЙ РОДИНОЙ В ОТВЕТЕ

Козьмодемьянск – старейший город марийского Поволжья – широко известен красо той своей гражданской застройки, террасами спускающейся с высокого берега к Волге. Здания эти, как правило двухэтажные, украшены изысканной пропильной резьбой и не имеют аналогов в других городах. В них лицо и своеобразие прекрасного города, его художественная неповторимость. Но не менее известен он был своими храмами. Располагаясь по склону берега или завершая его бровку, они служили градостроительными доминантами, а при взгляде с Волги создавали его силуэт. Большинство их разрушено в годы большевистского безвременья, иные уцелели, но обезображены. В результате старинный город, где прежде малое соподчинялось большому, утратил былую стройность и внутреннюю градостроительную логику. К счастью, в последние годы ощущаются признаки пробуждения исторического сознания, многие начинают понимать, чего мы лишились с 1917 года. Пробуждается чувство Родины, боль за судьбу Российской культуры. Отрадно, что восстанавливается Троицкая церковь, с её колокольней, заметно оживившей городскую панораму, восстановлены здания Смоленского собора, Стрелецкой часовни. Но есть в Козьмодемьянске храм – полузабытый, малодоступный для обозрения, ибо занят местным пивзаводом. Это Тихвинская церковь, стоящая в восточной части города, над Кузнецким оврагом. Церковь, построенная в 1827 году на средства прихожан, и по времени и по внешнему облику принадлежит к эпохе высокого классицизма. По благородству пропорций, лаконизму изящно прорисованных деталей, по ощущению общего великолепия, она единственная в городе. Нет ей аналогов и во всей республике. Композиционно она состоит из четверика, увенчанного световой ротондой и куполом, полукруглой апсиды, одноэтажной трапезной и двухъярусной, квадратной в плане, колокольни. Многое из первоначального облика в ней утрачено. Разрушен северный четырёхколонный портик четверика (аналогичный ему, уцелевший, южный портик с фронто ном ещё сохранил единственную ионическую капитель на крайней к востоку колонне). Исчезли завершения купольной ротонды (главы) и шпиль коло кольни. Оконча

Печатается и иллюстрируется по публикации в «Козь модемьянском музейном вестнике», 1991, с. 4, с небольшой корректорской правкой.

Козьмодемьянск. Тихвинская церковь. Фото около 1980-х гг.

тельно обезобразил храм нелепый объём второго этажа над трапезной. То же, что натворили новейшие хозяева внутри, не поддается описанию. Это, увы, типичный пример вандализма по отношению к прекрасному зданию, кощунства к духовной святыне, презрения к истории страны и памяти предков. Несомненно, Тихвинский храм надо спасать. Как бы трудно нам ни было, сколько бы ни выдвигалось доводов в пользу иных, более насущных задач, – долг нашего поколения, долг нравственный, спасти, что ещё можно спасти. Потом будет поздно. И вопреки расхожему мнению: «Дети не отвечают за грехи родителей», – мы осмелимся воз разить: «Нет, отвечают». Ибо перед Россией, перед её культурой ответить больше некому.

Л. ВАСИЛЬЕВ, Заслуженный работник

культуры России, архитектор-реставратор

г. Кострома.

Тихвинская церковь. Реконструкция первоначального вида. Автор – Л. С. Васильев. Около 1991 г.

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

ЗАПОВЕДНАЯ ЗОНА КРАСНОГО ГОРОДА НАХОДИТСЯ В ОПАСНОСТИ

Л. С. Васильев – архитектор, заслуженный работник культуры РСФСР. После окончания школы № 11 в г. Йошкар-Оле поступил в Московский архитектурный институт. Затем – работа в Рязанской, Ярославской, Костромской реставрационных мастерских. В качестве ведущего архитектора принимал участие в восстановлении Ипатьевского монастыря в г. Костроме, Николь ской церкви и Покровского собора в Авраамиево-Городецком монастыре под Чухломой. При его участии восстанавливались торговые ряды в Галиче, велась ре ставрация усадьбы А. Н. Островского в Щелыкове. Лео нид Сергеевич – автор проекта восстановления дома М. Н. Волконской в Иркутске, Покровской церкви в с. Кокшайске Марийской ССР.

Так распорядилась судьба, что пришлось жить вдали от родных мест. С каждым приездом в ЙошкарОлу, а бываю здесь ежегодно, видел, как изменяется город: растут новостройки, но хиреет и исчезает его древняя часть.

Тревога за судьбу старого города, его историче ских и архитектурных памятников привела меня в Марийский реставрационный участок и городское отделение Общества охраны памятников истории и культуры. Описал архитектурную ценность ряда вновь выявлен ных памятников г. Йошкар-Олы, поделился своими опасениями за судьбу культурно-исторического наследия. Но ведь этого мало.

Если мы хотим сохранить историческую часть ста рого Красного города, а мы обязаны это сделать хотя бы потому, что он признан историческим городом, мы должны немедленно защититься от вторжения чужерод ных, особенно высотных построек, в исторические кварталы. Поскольку многие из художественно старых зданий вследствие неразумной культурной политики уже уничтожены, следует подумать и о заполнении об разовавшихся пустот. Здесь должны появиться здания,

Статья Л. Васильева печатается по тексту публикации в газете «Марийская правда» (Йошкар-Ола), 24 октября 1991 г., с. 4, с небольшой корректорской правкой. (Прим. ред.)

идентичные исчезнувшим, но снабжённые всеми видами современного комфорта.

Зоной заповедной, строго охраняемой, следует считать всю правобережную часть – от ул. Гоголя до ул. Л. Толстого, глубиною один-два квартала. Сюда же должна войти вся Красноармейская слобода с прибрежной парковой полосой, включая стадион «Динамо».

Наибольшую тревогу вызывает сейчас судьба двух участков: квартала между улицами Анисимовской, К. Маркса, Красноармейской и бывшим Воскресенским собором. И квартала № 4 между улицами Советской, К. Маркса, Красноармейской и Ленинским садиком.

Они входят в древнейшую часть города и, помимо историко-градостроительной ценности, имеют ценность археологическую – как место расселения первоначальных обитателей. Всякие строительные работы здесь должны предваряться археологическими исследованиями.

Ставя задачей восстановить на пустующих участках хотя бы наиболее ценное из утраченного, надо экономно использовать свободную сейчас площадь. В частости, при использовании северной части квартала № 4 неразумно отдавать её целиком под предлагаемый мемориал жертвам сталинских репрессий. Создание здесь площади рядом с широкой улицей Красноармейской, ввиду наличия большого открытого пространства в сторону Вознесенского собора и моста

– безграмотно с точки зрения градостроительной. Пло щадь, окружённая пустотой, абсурд. Уместен здесь относительно небольшой сквер с невысокой оградой, на северо-западном углу участка, с входом с ул. Советской. Здесь, в конце аллеи, обсаженной елями, можно было бы поместить или часовню, или иной мемориаль ный знак. Северо-восточный угол четвёртого квартала, по моему убеждению, должен быть закреплён наиболее представительным и художественно ценным зданием старого города, пусть даже его копией, но выполненной абсолютно достоверно. Таким зданием может быть дом Таланцева, общепризнанный и варварски уничтоженный в недавние годы памятник архитектуры, обращён ный на север и далеко обозреваемый с разных точек.

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

Л. Васильев. Заповедная зона Красного города находится в опасности

Идентичными старым воссозданными зданиями должны быть застроены все пустующие участки по периметру квартала.

При застройке прибрежного квартала, соблюдая этот же принцип, важно учесть ещё одно обстоятельство

– северный отрезок, ближайший к мосту и Вознесенской церкви, в древности замыкался деревянной крепостной стеной с башнями и рвом впереди. Именно здесь умест но и исторически оправдано воссоздание старого городового укрепления XVI века, пусть и во фрагментах. Но предварительно здесь должны пройти археологические исследования с целью уточнения места стены, башен, характера рельефа. (Мысль эта, кстати, принадлежит местному краеведу Н. П. Сафронову). И в заключение. Все исследовательские, проект ные и строительные работы в заповедной части города, конечно же, надо осуществлять под контролем ВООПИиК, историков, археологов и профессионаловреставраторов. Это непременное условие. Иначе можно таких дров наломать!

Л. ВАСИЛЬЕВ

От редакции. Архитектор-реставратор высокого класса Л. С. Васильев в своих заметках, по сути дела, излагает концепцию сохранения заповедной части города Йошкар-Олы. В ней много оригинальных и ра зумных предложений, которые, надеемся, не останутся не замеченными местными архитектурной и градостроительными службами.

Не только автора, но и широкую общественность республики тревожит то, что в городе, имеющем статус исторического в числе 540 российских городов, продолжается снос исторических зданий, не согласуется с ВООПИиК документация на проведение ремонтно-реставрационных работ, не учитывается мнение общественности в решении тех или иных вопросов, касаю щихся заповедной части.

Всех, у кого есть деловые предложения по участию в восстановлении утраченных памятников, разработке проектной документации на заповедный район, редакция «Марийской правды» приглашает продолжить начатый разговор.

Царёвококшайск (Йошкар-Ола). Панорама правобережья р. Кокшаги с видами (слева направо) церкви Троицы, Воскресенского и Вознесенского соборов. Открытка 1916–1917 гг.

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

Сберечь родное

РЕСТАВРАЦИЯ ИЛИ ПОДДЕЛКА?

В Йошкар-Оле, городе пусть со скромным, но неповторимым историко-архитектурным наследием, ведутся реставрационные работы на культовых памятниках. Конечно, многое из уничтоженного в годы своеобразной «культурной» революции уже не вернёшь. И шаги по воз вращению памятников – это, скорее, первые робкие попытки, способные вызвать, в лучшем случае, ощущение курьёза. Однако, знакомясь ближе с методикой восстановления и его материально-финансовым обеспечением, невольно проникаешься тревогой за исход.

Почему я беру на себя смелость делать такие заключения?

Реставрация – одна из разновидностей приклад ных наук. Она базируется на знании истории (в том числе истории быта разных эпох), эстетических идеалов, последовательно сменявших друг друга в течение столетий, наконец, на инженерно-строительных дисциплинах, знании приёмов строительства, характерных для разных периодов. Она требует компетентного к себе отношения и в противном случае неизбежно об ращается в профанацию.

Человек, рискнувший реставрировать старинное здание, обязан свободно ориентироваться во всех на правлениях архитектурных школ во временном их выражении (старорусские школы, барокко, классицизм, эклектика, модерн и др.) и конкретном воплощении (бес численные местные строительные школы, по-своему интерпретирующие общепринятые стилевые каноны). Реставрация заключается как в воссоздании утраченных частей здания, так и в расчистке его от поздних искажа ющих наслоений, восстановлении утраченного декора и, разумеется, в инженерном укреплении памятника.

Итак, что же происходит с памятниками архитекту ры старого Царёвококшайска, точнее, с теми немноги ми из них, что удостоились реставрации? Начнём с Вознесенского собора, здания середины XVIII века. Проект его восстановления (кстати, общественности го рода неизвестный) сделан Ульяновской реставрационной мастерской. К настоящему времени над куполом храма восстановлена глава.

Статья Л. Васильева печатается по тексту публикации в газете «Марийская правда» (Йошкар-Ола), 19 мая 1992 г., с. 3, с небольшой корректорской правкой. (Прим. ред.)

Царёвококшайск (Йошкар-Ола). Вознесенский собор. Гравюра А. Шлипера конца XIX – начала ХХ в.

Йошкар-Ола. Реставрация Вознесенского собора. Фото А. Щербакова. 1992 г.

Однако простое сравнение того, что было на ста- рых снимках, с тем, что есть, убеждает, что заверше- ние собора явно не соответствует своему прототипу.

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

Реставрация или подделка?

Воссозданная глава преувеличена, более массивна и выпадает из гармонического строя здания. Что это: просчёт проектировщика или отступление от проекта строителей? Есть ли на памятнике архитектурный надзор? Всё это тайна, ведомая лишь местной епархии. Но ведь судьба Вознесенского собора небезразлична не только духовенству.

Далее. Вопреки общепринятым положениям об охранных зонах, к северу от собора, в непосредственном соседстве с домом Пчелина, в недавнее время появилось новое кирпичное здание совершенно фантастической архитектуры. Его неуместность в сложившемся ансамбле не искупают ни нарочитая композиция, ни неуклюжие поползновения на «русский стиль».

Тем же набором «достоинств» отличаются новопо строенный храм (на базе полукаменного жилого дома) и шатровая колокольня к северу от Вознесенского собора, грубо имитированные под XVII век.

И всё это происходит вблизи подлинно прекрасных исторических зданий, где любые строительные преобразования должны проводиться с особым художественным тактом.

Несомненно, следует с пониманием идти навстре чу церкви, но очевидно и то, что делать это следует в русле установленных законом правил. И гарантом этого должны быть органы, ведающие вопросами строитель ства и культуры, – служба главного архитектора города и Министерство культуры республики. Увы, в данном случае они не выполнили своих обязанностей.

Сходна судьба второго относительно уцелевшего храма – Тихвинской – бывшей кладбищенской – церкви на территории городского Парка культуры и отдыха имени ХХХ-летия ВЛКСМ. Она также относится к XVIII

веку. Скромная по размерам и декору, обладающая особым очарованием камерности – церковь сохранила двухсветный четверик с высоким куполом и невысокую трапезную. Глава над куполом и колокольня не сохранились.

После передачи здания епархии здесь ведутся восстановительные работы. Факт отрадный, и, кажется, надо только радоваться. Но тот же непрофессионализм в работе, искажение исторического облика памятника архитектуры видим мы и здесь. По какому проекту ве дётся реставрация – кто видел его? Прошёл ли он экспертизу, получил ли санкцию на осуществление в органах культуры?

Снова судьба объекта общенационального культурного наследия отдана на откуп епархии, без привлечения местных специалистов, вне контроля общественности.

Уже то, что сделано, вызывает законный протест – купол церкви после ремонта оказался значительно завышен. А что ожидает нас дальше, какими будут глава и колокольня? Или нас снова поставят перед фактом?

Общественное дело требует гласности. К реставрационным работам нельзя допускать людей случайных, некомпетентных. Каждый проект реставрации памятника архитектуры требует профессиональной экспертизы и общественного обсуждения.

Необходим постоянный контроль за его выполнением. И, повторяю, активную заинтересованность в этом должны проявить службы Министерства культуры и городского архитектора.

Л. ВАСИЛЬЕВ, архитектор

Йошкар-Ола. Вознесенский собор. Фото А. М. Удикова. Январь 2013 г. Слева на заднем плане – Дом Пчелина, проект реставрации которого разработал Л. С. Васильев (ныне – резиденция архиепископа)

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

СУДЬБА АРХИТЕКТУРНОГО НАСЛЕДИЯ ЙОШКАР-ОЛЫ

Царёвококшайск, или Царёв город на Кокшаге, возник как опорный пункт Московского царства в присоединённых к нему марийских землях, следовательно, должен рассматриваться как памятник преимуществен но русской градостроительной традиции. Это было поселение, огороженное оборонительными стенами, с башнями, проездными воротами и положенным набо ром строений, включая непременный православный храм. Всё было выполнено в дереве – благо край был лесной.

Крепость поставили на правом, возвышенном берегу Малой Кокшаги. Противоположный берег перехо дил в обширные пойменные луга. Впоследствии, видимо в XVIII в., здесь возникли слободы, из которых са мая крупная, поставленная вдоль дороги в Сернур, в наше время получила наименование Красноармейской.

Топография выбранного места определила истинные границы города. С востока он примыкал к Кокшаге, с севера и юга был ограничен глубокими оврагами, которые строители крепости использовали как рвы перед стенами. Северный овраг начинался по трассе нынеш ней Красноармейской улицы, южный, частично сохра нившийся, сейчас рассекает квартал между улицами Гоголя и Чернышевского, Советской и К. Маркса. Западная городская граница в точности не установлена и вряд ли проходила дальше современной улицы Волкова. Со временем за крепостными стенами возник по сад. Он развивался преимущественно в северную сто рону и частично на запад.

С принятием в 1835 г. нового генерального плана Царёвококшайск получил прямоугольную сетку улиц, более или менее ориентированных на существовавшие к тому времени крупные каменные здания – храмы и несколько жилых домов. Из храмов следует назвать ка федральный Воскресенский собор, обращённый входом на единственную в городе торговую площадь, стоявшую к югу от него церковь Троицы, Входоиерусалимскую церковь (у южной границы города), ставшую в 1888 г. собором вновь организованного женского монастыря; и крупнейший, наиболее величественный храм

Печатается по тексту, опубликованному в журнале «Марий Эл: вчера, сегодня, завтра» (Йошкар-Ола, 1994, № 2, с. 46–56) с небольшой редакторской и корректорской правкой. (Прим. ред.)

Царёвококшайска – церковь Вознесения, на территории бывшего посада, у северной границы крепости. Место упокоения жителей города освящала небольшая по размерам кладбищенская Тихвинская церковь. Кладбище находилось на западной окраине города.

Именно храмы, высотные доминанты Царёвококшайска, создавали городской силуэт, т. к. большая часть жилой застройки не превышала одного этажа. Все они построены в пределах второй половины XVIII в. и стилистически восходят к архитектурной школе «нарышкинского барокко», приёмы которого оказались популярными во многих областях Казанского и Вятского краёв.

Йошкар-Ола. Дом Пчелина. Фото Г. Кашкова. 1970 г.

Каменных гражданских зданий, дошедших до нас из Царёвококшайска XVIII – конца XIX вв., – три. Это известный дом Пчелина на нынешней улице К. Маркса, дом Карелина на набережной Кокшаги (впоследствии в нём жил С. Г. Чавайн). Оба здания середины XVIII в., двухэтажные, по существу не исследованы и хранят в себе немало загадок. К концу XIX в. (судя по внеш нему облику) относится здание бывшей уездной управы, двухэтажное, в стиле классицизма, но до неузнаваемости обезображенное в 1930 году надстройкой 3-го этажа. В 1970-е годы при реконструкции улицы Красноармейской к его торцу примкнули новый, весьма безликий корпус.

Стены и башни Царёвококшайской крепости снесены с утратой их оборонительных функций. Произошло

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

Л. С. Васильев. Судьба архитектурного наследия Йошкар-Олы

это, скорее всего, не позже средины XVIII в. Именно в это время в связи со стабилизацией политической об становки и укреплением экономического положения многие российские города лишались былых оборони тельных укреплений, ставших уже не нужными и стес нявших их естественное развитие.

Развиваясь в пределах схемы генерального плана 1835 г., Царёвококшайск, превратившийся в один из уездных городов Казанской губернии, к началу XX в. достиг границ, очерченных с юга улицей Гоголя, с севе ра – улицей Льва Толстого, с запада – нынешней ули цей Комсомольской, примыкавшей к городскому клад бищу.

Узкой лентой от неё по трассе улицы Кирпичной (ныне Коммунистической) отходила на запад слобода, имевшая название Починок. Она продолжалась до нынешнего здания пединститута.

Неким контрастом прямоугольной сетке улиц горо да было начертание прибрежной улицы, получившей в советское время название Анисимовской. Она огибала с востока Троицкую церковь. Неотъемлемой частью панорамы старого города была Заречная слобода с вековыми деревьями вдоль берега, впоследствии назван ная Красноармейской.

Йошкар-Ола. Дом Наумова. Фото 1960-х гг.

Центром общественной жизни Царёвококшайска была Базарная площадь. Она имела прямоугольное очертание и застроена деревянными рядами с галерея ми по главным фасадам. Площадь располагалась меж ду улицей Вознесенской (К. Маркса) и Покровской (Со ветской), прямо напротив Воскресенского собора. По оси её в поперечном к реке направлении на запад уходила Кирпичная (Коммунистическая). Она, а также улицы Покровская и Вознесенская имели наиболее представительную застройку. Здесь стояли дома состоя тельных горожан, имевшие один-два этажа, часто с ме зонином вверху, с богатым резным декором. Все они, в основном, были деревянными. Впрочем, иногда, напри мер, в домах Наумова (ул. Советская, 104), Дружинина

на Базарной площади или в доме Чернова на улице Кирпичной (находившемся ранее рядом с кинотеатром «Октябрь»), нижние этажи выполнялись из кирпича. В них размещались торговые лавки. Чисто кирпичными были двухэтажные дома Корепова и Чулкова на Возне сенской улице (не говорим о построенных ранее домах Пчелина на Вознесенской и Карелина на Анисимовской), а также дом Булыгина – представительное двухэтажное здание с мезонином и полуколоннами (Советская, 102). На рубеже ХIХ – XX вв. был построен ещё один дом Пчелиных на улице Набережной, напротив бывшего стадиона «Динамо».

Илл. из статьи с пометой Л. С. Васильева

Достопримечательностью Царёвококшайска был дом с мезонином Келлера-Таланцева, стоявший у пересечения улиц Покровской и Садовой (Красноармейской). Яркий образец русского деревянного ампира, он был украшен стройным четырёхколонным портиком. Он был особенно эффектен благодаря соседству с Городским садом, который был устроен в низине оврага, между Покровской и Вознесенской улицами (отсюда старое название улицы Красноармейской – улица Садовая). К сожалению, в 30-е годы нашего века овраг был засыпан, а сад ликвидирован. В 70-е годы сломан был и «Дом с колоннами», уступив место безликой силикатной коробке.

В городе было много зелени. Помимо деревьев и кустарников, у жилых домов и упомянутого Городского сада был большой липовый парк при женской гимназии

– двухэтажном кирпичном здании на ул. Покровской, построенном в 1912 г. Место этого парка занимает сейчас стадион «Медик». Старые деревья украшали и женский Богородице-Троицкий монастырь с лентой белых пятен по периметру и великолепным Входоиерусалимским храмом внутри. Достопримечательностью Царёвококшайска был большой деревянный мост, построенный в начале

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

Л. С. Васильев. Судьба архитектурного наследия Йошкар-Олы

XX в., пересекавший Кокшагу в створе улицы Садовой, у Вознесенской церкви. Наряду с соседним Городским садом он был излюбленным местом прогулок горожан, преимущественно молодежи.

Йошкар-Ола. Здание бывшей женской гимназии. Фото А. Щербакова 1990-х гг.

Нельзя не упомянуть и каменный комплекс го родской тюрьмы с церковью; он выходил на Покровскую улицу, подле Базарной площади. Другим тюремным заведением был двухэтажный, также кирпич ный Арестный дом. Он был поставлен в начале XX в. у въезда в город с юга, на Покровской улице. Позже это здание было переоборудовано под мужскую гимназию, а затем – краеведческий музей. В 1960-е годы оно расширено и надстроено третьим этажом.

Неотъемлемая часть городского пейзажа – река – была местом притяжения его жителей. Отсюда открывался наиболее пленительный вид на город с его сада ми и белыми храмами. Прекрасны были и пойменные луга левого берега, с синеющими вдали лесами и великолепной Сосновой рощей справа. Чуть ниже Вознесен ского моста стояла водяная мельница с плотиной.

Ни в коей мере не претендуя на исключительность внешнего облика, уездный Царёвококшайск тем не ме нее имел своё лицо, и лицо неординарное. Это был па мятник той эпохи, когда люди просто не умели строить некрасиво: чувство гармонии, связи с природой было у них врождённым.

Вопреки расхожему утверждению о косности и ди кой невежественности былой российской провинции, малые провинциальные города предреволюционной поры обладали достаточно влиятельной интеллигенци ей. Не был в этом отношении исключением и Царёвококшайск. Уже в начале XX в. в числе улиц города значились улицы Пушкина, Гоголя, Чехова. И это при численности населения чуть более двух тысяч.

Революция 1917 г., антироссийская по существу, разрушила естественную последовательность экономического и культурного развития государства. Оборвана была связь времён, традиций, поколений. Катастрофи ческие последствия большевистского «эксперимента»

именно сейчас предстают в своей чудовищной значимости.

Царёвококшайск (Йошкар-Ола). Вознесенский собор (церковь Воздвиженья) и мост через р. Кокшагу. Открытка 1916–1917 гг.

В Царёвококшайске, поначалу переименованном в Краснококшайск, а затем ставшим Йошкар-Олой, это выразилось сначала в закрытии, а затем в последовательном разрушении большинства церквей, в уничтожении Богородице-Троицкого монастыря. Относительно уцелели здания Вознесенской и Тихвинской церквей, но и они лишились колоколен и завершений. Троицкая церковь, поначалу утратившая колокольню, накануне Великой Отечественной войны была разрушена вплоть до нижнего яруса, превращённого затем в гараж. Соборная Воскресенская церковь, ставшая сначала кинотеатром, потом заводом, лишенная колокольного завершения, в 1945 г. по воле властей неожиданно стано вится действующим храмом. Однако «ренессанс» был недолгим. В 1959 г. в разгар «хрущёвской оттепели» церковь окончательно разрушили, оставив, правда, под землёй подвальные помещения.

Излишне говорить, что с утратой храмов силуэт города, как таковой, исчез, а внутригородские пространства лишились высотных ориентиров.

Впрочем, жизнь неоднозначна. И как ни старались новоявленные идеологи перекроить душу народную, традиционное понимание искусства, тяга к нему все же пробивалась сквозь кору новых идейно-эстетических догм. Примечательно, что в Йошкар-Оле, не говоря о более мелких населённых пунктах республики, так и не привился модный в 20–30-е годы конструктивизм – воплощение ненационального космополитизма. Зато здесь неожиданно расцвёл, оставив несколько ярких образцов, своеобразный стиль деревянного модерна, сплавленного с исконными традициями местного деревянного зодчества. Автором наиболее известного из них – здания бывшего Русского драмтеат ра на улице К. Маркса – был Гвоздецкий, самобытный архитектор-художник. Он же был автором интересного особняка-терема, стоящего и поныне на углу улиц Пушкина и К. Маркса.

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

Л. С. Васильев. Судьба архитектурного наследия Йошкар-Олы

Событием в жизни города стало появление в 1920 -х годах на углу улиц Пушкина и К. Маркса двухэтажного с угловыми башнями, рубленного из дерева здания бывшего горисполкома. Впоследствии оно было продолжено по улице Пушкина. Как и здание театра, оно построено санчурскими плотниками и несёт на себе все признаки их почерка.

Поисками новых композиционных решений при сохранении традиционных связей с местной художественной школой отмечен ряд деревянных зданий, построенных в городе в 30-е годы. Все они двухэтажные и имеют симметричные фасады. Например, бывший Дом пионеров на улице Советской, три жилых дома на углу квартала напротив аптеки № 1 (ул. Советская и Красноармейская), жилой дом на улице Чехова (угол улицы Волкова). Как правило, они имеют резные балконы с навесами над ними.

С приобретением статуса столицы республики в Йошкар-Олу переводятся Поволжский лесотехнический институт, ещё ранее, в 1925 г., организуется педагогический институт. Построенные для них каменные здания в стиле раннего советского классицизма интересны по архитектуре и представительны. К сожалению, здание пединститута впоследствии было испорчено неудачной пристройкой, а Лесотехнического института – вообще разрушено и заменено другим.

Со второй половины 30-х годов постепенно раз вёртывается каменное строительство. Предпринимают ся первые попытки создать целостные архитектурные комплексы. Местом нового строительства избирается южная и отчасти западная часть города. Крупнейшим из созданных в эти годы зданий был Дом Советов, по ставленный на тогдашней городской окраине. Спроек тированный московским архитектором А. Гринбергом по схеме конструктивизма, в натуре он был решительно изменён, получив внешний декор в стиле входившего в моду раннего сталинского классицизма.

Несомненной удачей следует признать новую застройку улицы Советской в районе улиц Пушкина и Гоголя. Речь идет о комплексе так называемых «прави тельственных » домов на восточной стороне улицы и зданиях фельдшерско-акушерской школы и почтамта.

Красивое здание универмага, ресторан «Онар» с портиком главного входа, трёхэтажное общежитие пединститута, построенные в те годы на улице Советской, превращали её, несомненно, в наиболее престижную улицу. В то же время здесь в неприкосновенности сохранялись многочисленные деревянные особняки старого Царёвококшайска – и чисто жилые, и с магази нами внизу. Преображаясь и благоустраиваясь, Йошкар- Ола не теряла своего лица.

Значительными по архитектуре стали построенные в те годы здания 9-й, 10-й, 11-й школ. Особый интерес вызывает архитектура здания республиканской библиотеки с её прекрасным читальным залом, а также старого здания министерства внутренних дел. Два последних здания построены местным талантливым архитектором

К. Семёновым, к сожалению, мало известным и не оценённым у себя на родине.

Впрочем, ничего не скажут нынешнему обывателю имена Янцевинова, Сурикова, Самсонова, Калинина, Самойлова – талантливых архитекторов, создававших город, его площади, ансамбли зданий. Грустно, но история ничему не учит нас, и нравственный прогресс об щества более чем сомнителен.

Оценивая развитие города Йошкар-Ола после 1917 г., нельзя не заметить, что вплоть до 1960-х годов, реконструируя и расширяя город, проектировщики действовали в русле градостроительных принципов, заложенных ещё генпланом Царёвококшайска от 1835 г., вольно или невольно придерживаясь приёмов русского классицизма. Этот стиль, весьма гибкий в конкретном применении, отличает стройность архитектурных и градостроительных решений, их предсказуемость и внутренняя логика.

Блистательное подтверждение этого – ансамбль площади В. И. Ленина, созданный в Йошкар-Оле в 1950–60-е годы, застройка Пушкинской улицы, а также бульвар Чавайна, стрелой рассекающий город от парка культуры и отдыха до Заречной части и уходящий далее на восток.

При всей величавости эти ансамбли человечны, ибо соразмерны человеку. В том, что они стали нашим культурным достоянием и подлежат охране, нет сомнения.

Общеизвестно, что архитектор (если он таковым является), получив задание что-то построить, обязан, прежде всего, ознакомиться с местом строительства, учесть особенности, масштаб, высотность существующих рядом зданий и строить новое, сообразуясь с окружением. Если это – элементарное правило, и профессиональное и нравственно-этическое, то нигилизм – символ распада и художественно бесплоден.

1970–80-е годы – время нарастающей дегуманизации общества – совпали со сменой поколений творческой интеллигенции. Для Йошкар-Олы это выразилось и в том, что ушли из жизни старые архитекторы, кровно связанные с городом. К несчастью, новое поколение архитекторов оказалось практически неспособным оценить ни художественное своеобразие города, ни его традиций. Результат налицо. Именно в последние годы уничтожено большинство исторических кварталов вдоль улиц Советской, Волкова, Горького, Чехова, Анисимовской и Чернышевского. Дом Таланцева, деревянное здание Русского театра, масса уникальных особняков – всё, чем определялось историческое лицо города, исчезли. А между тем в разгар этого погрома Йошкар-Ола получает статус исторического города Российской Федерации, акт благодетельный, но, увы, запоздалый.

Итак, что такое нынешняя Йошкар-Ола, каков удельный вес её исторической части и каково его состояние? Какой путь избрать для сохранения и восстановления того ценного художественного и историческо

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

Л. С. Васильев. Судьба архитектурного наследия Йошкар-Олы

го, что ещё осталось? Вот те мучительные вопросы, что неизбежно придётся решать нам.

Ни по занимаемой площади, ни по объёму населе ния нынешний город Йошкар-Ола не сопоставим с прежним Царёвококшайском.

В настоящее время снесена большая часть исто рических кварталов. Некоторые из них застроены художественно полноценными зданиями 30–50-х годов нашего века, эпохи своеобразного советского «ренессан са ». Часть квартала, как правило, с нарушением исторически заданных красных линий, занята громоздкими, абсолютно не увязанными с исторической средой дома ми- монстрами. Это здание АТС на улице Советской и дома по улице К. Маркса (у бульвара Чавайна и Возне сенской церкви). Называем наиболее вопиющие приме ры. Все они детища нынешних йошкар-олинских градо строителей.

Но остались два-три участка старого города, где прежняя застройка снесена, но пока нет новой. Именно на них следует обратить особое внимание. Речь идёт, прежде всего, о квартале № 4, ограниченном улицами Советской, Красноармейской, К. Маркса, площадью Революции. Здесь уцелел ряд первоначальных зданий с южной и частично с восточной стороны. Соседство это го квартала с Вознесенской церковью, Воскресенским собором и Троицкой церковью (хотя здания последних двух пребывают в жалких остатках) говорит само за себя. Здесь место древней крепости, отсюда начинался город, и оно должно остаться заповедным.

Здесь недопустима многоэтажная каменная застройка с её унифицированной безликостью. По существу, этот участок представляет единственный шанс, где можно воссоздать исторический квартал во всем его характерном (хотя бы внешне) своеобразии. И шанс этот нельзя не использовать.

При реализации застройки 4-го квартала возможны два варианта. Первый – буквальное повторение всех стоявших в последние годы зданий и существующих малых форм: заборов, ворот, скамеек, тротуаров. Вто рой – при сохранении оставшихся строений заполнить пустующие места копиями наиболее художественно ценных зданий из числа уничтоженных за последние десятилетия. В этом случае было бы возможным восстановление дома Таланцева с соответствующей усадьбой, а также создание мемориала жертв ста линских репрессий.

Сохранились, к счастью, ещё два уголка старого города, где всё дышит былой живописной Россией. Это цепочка кварталов по правому берегу Кокшаги, начиная от бывшего Вараксина (ныне ул. Чапаева) и кончая Вознесенским мостом. Здесь сохранилось всё или почти всё от старой застройки и старого ландшафта. Это район Набережной улицы.

Через реку прямо напротив стоит старинная слобода (Красноармейская). В 1920-е годы на берегу, рядом с ней, были открыты первый в городе стадион «Динамо» и водная станция. Районы Набережной и Слободки очень живописны, полны зелени, но страда

ют, увы, извечной бедой: дома, составляющие их застройку, особенно «жэковские», крайне изношены и лишены элементарных удобств. Это относится, прежде всего, к Слободе. Для обеспечения этих районов условиями современного комфорта нужны средства, и немалые. Сложность задачи и в том, что, обеспечивая жителей этих районов отоплением, водопроводом, канализацией, необходимо сохранить одновременно внешний облик наиболее ценных построек, ибо места эти заповедные.

Тем не менее выход существует. Дома, совершенно аварийные и относящиеся к так называемой «фоновой » застройке, вполне правомерно заменить равновеликими им особняками, выполненными по индивидуальным проектам с учётом колорита места. Эти дома должны иметь весь комплекс необходимых удобств.

Дома особой значимости при реконструкции могут быть модернизированы путём добавления каменных пристроев с тыльной стороны – для размещения ванн, кухонь, санузлов. Следует отметить, что канализация в подобных случаях вовсе не обязательно должна иметь выход в общегородскую сеть: вполне допустимы индивидуальные отстойники, тем более что при каждом доме здесь имеются огороды.

И всё же, при любого рода работах на Набережной и Слободе, должны соблюдаться главные условия – сохранение колорита старого города, его ландшафтного характера.

Особого внимания требует проблема сохранения и реставрации культовых зданий (в дальнейшем – воссоздания утраченных церквей и колоколен, столь важных в облике исторического города). Все они являются памятниками архитектуры и, как таковые, не допускают никаких искажений, нарушения изначального вида, какими бы функциональными нуждами это ни вызывалось. Таков закон, принятый в цивилизованном мире. Прекрасно знают об этом в Министерстве культуры республики, работники Ульяновской реставрационной мастерской, курирующие работы на Вознесенском храме Йошкар-Олы. Тем не менее восстановление этого храма ведётся с грубейшими искажениями первоначального облика. Произвол, игнорирование законодательства давно стали нормой в нашем, увы, не богоспасаемом городе.

И ещё об одном следует сказать. С течением времени невольно меняются оценки тех или иных явлений. В нашем случае получило объективную оценку построенное в г. Йошкар-Оле за советские годы. И при всех скидках на ностальгические чувства нельзя не признать, что построено было немало оригинальных красивых зданий. Жаль, что не оценённые последующими поколениями некоторые из них были сломаны. Тем более следует хранить то, что ещё осталось от эпохи 20–50-х годов. В зданиях тех лет, в ансамблях, перспективах улиц и площадей запечатлены идеалы ушедших поколений, их святые, пусть и несбывшиеся, надежды на конечную победу добра.

Л. С. Васильев. Об архитектурном наследии Костромского края

< Ярославский край ... ... Видяево и Москва >