Наталья Леванина

Некочующая птица:
об Ольге Коловой и её стихах

Oчерк

Случайное знакомство

Год назад я делала книгу о родном селе Михайловском, что на Костромщине, перелопачивая тонны краеведческой словесной руды в поисках живого печатного слова о Родине и земляках-самородках. И вдруг на страницах незнакомого доселе «Светоча» – народного журнала, подаренного мне земляками, – я случайно зацепилась взглядом за одно стихотворение и обомлела. Это было именно то, что я уже давно ищу! На меня буквально хлынул родной костромской говорок, лихие словесные коленца, милые обороты, – одним словом, абсолютно живая речь моих земляков. Незнакомый автор, будто под запись, воспроизвёл разговор моих знакомых михайловских бабушек, простецки рассказывающих про своё одинокое житьё-бытьё. В поразившем меня стихотворении была, впрочем, не просто диалектная точность, здесь звучали точно воплощённые автором свойства народной души – её глубокая простота и щедрость.

И кто же это так талантливо, мастеровито и при этом с такой любовью описал ту чайную беседу, подобную которой я и сама много лет назад вела в родном Михайловском со своей любимой бабой Надей?

Читаю с интересом дальше. Чудо продолжается – те же родные образы, чистая интонация, непритворная любовь. Всё узнаваемо, всё правда.

Автором поразивших меня стихотворений оказалась неизвестная мне Ольга Колова.

Читаю дальше. Продолжаю открывать нового поэта. Первое впечатление не проходит, а углубляется. Теперь уже очевидно, что Ольга Колова – не просто добросовестный летописец, она сама – часть истории, плоть от плоти родной Костромщины, той самой корневой России – скромной, непубличной, оттесненной на задворки и потому неизвестной. Думающая её часть. Пишущая. Её стихи – это как разговор с родными и о родном. О главном. На одном языке. Свидетельствую: именно так на моей памяти наши бабушки и говорили! Точь-в-точь. Так же выглядели и жили. А дедушек у нас в селе не было. Все погибли на войне.

Определённо, надо знакомиться дальше. Спасибо интернету. Сгодился, голубчик!

Ольга Викторовна Колова родилась 5 сентября 1965 г. в деревне Григорово Парфеньевского района Костромской области, но позднее долго жила в соседнем селе Матвееве, известном в истории русской культуры как родина крупнейшего церковного историка Е. Е. Голубинского и предков В. В. Розанова. Окончила Матвеевскую среднюю школу и шесть лет работала в сельской библиотеке.

Стихи начала писать ещё в школьные годы. Первая публикация состоялась в сборнике «Всё начинается с любви» (Кострома, 1995). В 1996–2001 гг. стихи О. Коловой регулярно печатал литературный альманах «Кострома». В 1998 г. они были включены в «Антологию костромской поэзии».

Публиковалась в альманахе «Остров» (С.-Петербург) и журналах «Reflections» (North Carolina), «Русский путь на рубеже веков» (Ярославль), «Коростель» (Москва), «Защити меня» (Москва). Первый её сборник «Пугливая птица» вышел в 1996 г.; второй – «Здесь, в России» – в 2003 г. (второе издание, переработанное и дополненное – в 2010 г.). Все сборники стихов изданы в Костроме. Ольга Колова – автор книги «Село Матвеево. История и люди села – в очерках» (Кострома, 1910). С 2012 г. живёт в Костроме.

Открытия на каждом шагу. Ольга Викторовна, оказывается, не просто моя землячка, но и коллега, профессиональный писатель! Дальнейшие раскопки в интернете принесли новые, неожиданные сведения: Ольга уже много лет живёт не в своей родной деревне, а в интернате под Костромой. Она страдает тяжёлой врождённой болезнью. Мои друзья-костромичи, у которых я принялась узнавать об Ольге, написали мне о её жизни, как о постоянном и невероятном преодолении. Перечислять чего именно лишила Ольгу болезнь – это смещать повествование в физиологию и медицину, а потому, чтобы не делать этого, а просто обозначить масштаб беды, скажу только, что живыми, действующими частями тела остались у Ольги… два её героических пальчика, которыми она и набирает свои тексты. Оооо…

Я в растерянности. Не монтируется содержание прочитанных мною светлых, живых стихотворений с тяжёлыми обстоятельствами авторского бытия. Да просто – не укладывается в голове!

И творец, и творение

Определённо, творчество есть божественная тайна. Стреноженная птица летать не может. А скованный болезнью человек летает. В мыслях, мечтах, стихах, но летает!

Сберегла Ольга душеньку, сохранила и делится! С нами, бодрыми здоровяками, делится! И ведь есть чем поделиться!

Определённо, жизнь и творчество Ольги Коловой – повод для тотальной ревизии, например, крепко укоренившейся житейской мудрости: «В здоровом теле – здоровый дух!» Ой ли? А ну-ка прочитайте внимательно стихотворение Ольги о том, как формировался дух поэта и его спасительная сила в оболочке её всегда нездорового тела:

Итак, получается, что проблема созидания и укрепления в себе мощного духовного бастиона – это не каприз ума и не абстрактная задачка, это вопрос, связанный с жизнью реального человека, к тому же – человека талантливого. Нешуточные телесные испытания вполне могли на каждом этапе сломать хрупкую девочку-девушку-женщину. Нацелились сломать, но обломались сами. Уже одно это рождает глубочайшее уважение к этому сильному и мудрому человеку.

А борьба шла и идёт жестокая! Ольга проживает, по сути, жизнь в кандалах болезни, лишающей её свободы в большом и малом. В каждом, самом невинном житейском выборе частоколом непроходимым возникают преграды и ограничения, которые не миновать без посторонней помощи. Но как же при этом она вольна в своих стихах! Парит, а не пишет!

Вы поняли? Почувствовали, как и я, что речь у меня пойдёт о случае нечастом, может быть даже – единичном, о человеке редком, много чего постигшем? Ведь получается, что наш поэт – это лаборатория, испытуемый и испытатель в одном лице. И творец, и творение.

Итак, вперёд. Но с остановками. Надо как-то переварить эту непростую информацию, по частям, что ли…

Остановка первая. Духовная мощь литературы и телесная немощь литератора

Много всякого случается на Земле. Бывает и так, что люди оказываются в обстоятельствах, когда единственным шансом на спасение для них становится творчество. Когда интуитивно приходит понимание: Творить – значит убивать смерть. Причём, свою собственную, за тобой явившуюся смертушку.

И начинают тогда попавшие в жизненную мясорубку люди, спасая себя, писать художественные произведения, сочинять музыку, лепить, рисовать. По сути, принимаются героически противостоять обстоятельствам, собирая себя заново. И порой у них это получается. Называется: здоровым и не снилось!

Один Николай Алексеевич Островский чего стоит! Не жизнь, а сплошное преодоление и невероятное открытие, когда вдруг посреди физического кошмара его жизни неожиданно обнаружился у него настоящий литературный талант. У него, не слишком образованного, больного, израненного на Гражданской войне, обездвиженного, и вслед за тем – ещё и ослепшего!

Он уже ничего не мог делать самостоятельно, тем более – писать. Но хотелось ему именно этого. Уважая его желание, Островскому принялись помогать добрые люди: супруга, родные и друзья. Они записывали под авторскую диктовку и переписывали начисто черновики его романа. И Николай Островский с помощью близких превозмог всё. В результате победил смерть, а его роман о Павке Корчагине «Как закалялась сталь» по-настоящему обессмертил его имя. Мы теперь всегда будем помнить: «Жизнь надо прожить так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы».

Можно напомнить также про потрясающего Владислава Титова, имя которого сейчас незаслуженно забыто, а когда-то его знал каждый советский читатель. Шахтер по профессии, Владислав Титов уже в мирное время, 14 апреля 1960 года, спасая своих товарищей от взрыва в шахте, принял на себя удар в шесть тысяч вольт. Перенес десять операций, после которых ему пришлось ампутировать обе руки. Так в 25 лет стал он инвалидом. Это была, конечно, настоящая трагедия, но молодой человек сумел найти в себе силы жить: он стал творить – писать повести и рассказы, держа карандаш в зубах. Самая известная книга, издававшаяся в Советском Союзе массовым тиражом, – автобиографическая повесть Владислава Титова «Всем смертям назло…» Её читали все. Проходили в школе. Автора знали, уважали, ценили. А кто про него слышал, когда Владислав Титов был просто здоровым парнем-шахтером?- То-то…

И в мировой литературе таких особенных авторов набирается немало: начиная от слепого Гомера и кончая лордом Байроном, страдающим, как выяснилось, косолапостью.

Примеров из русской классики тоже множество: Гоголь, Достоевский, Чехов, Гаршин… Все эти и множество других, не упомянутых мною случаев из мировой литературы, говорят об одном: если тебе есть что поведать миру, если Господь поцеловал тебя в темечко, и творчество для тебя – важная и необходимая часть души, – только тебе решать, как тебе быть со своей жизнью и её болячками: сдаваться или бороться, расти или сдуться, затаиться или распахнуть свою душу людям?

Любая физическая немощь, конечно, ограничивает возможности и влияет на образ жизни человека и состояние его духа. Но влияет, как выяснилось, в зависимости не от тяжести болезни, а от крепости духа её «хозяина». При этом именно героически сопротивляющимся людям порой и открываются новые горизонты в жизни и в самих себе.

Жизнь на остром рубеже меняет представление о базовых вещах: Счастье – трата себя на творение своих рук, что будет жить и после твоей смерти. Автор этого высказывания много раз встречался со смертью при жизни и знал, о чем говорил. Антуан де Сент Экзюпери, отважный летчик-испытатель, попадал в аварии пятнадцать раз, его самолеты неоднократно сбивали, а сам он в итоге пропал без вести во время боевого вылета в 1944 году.

Да, ты не можешь знать обо всём заранее (но и никто не может!), хватит ли у тебя сил, упорства и таланта, чтобы обуздать боль, апатию и коварные обстоятельства? Ты, как и все, не способен предвидеть результат своих творческих попыток, но одно ты знаешь точно: выбор надо делать. И, обомлев от собственной смелости, ты выбираешь жизнь, с её непредсказуемостью, опасностью и тяжёлым трудом, интуитивно чувствуя, что только этот вариант может дать тебе шанс и продлить реальное дыхание твоей жизни.

Остановка вторая. Литература – Дама суровая

Но следует помнить: литература – не спасательный круг, не милый кружок по интересам, не куражливая Доска Почёта. Абсолютно всех по разным причинам оказавшихся внутри этой аномальной Зоны притяжения, наши Мастера, как опытные сталкеры, честно и загодя предупреждают: осторожнее! У нас тут строчки – не обычные, они, представьте себе, с кровью, если что – могут и горлом хлынуть! Ты, новичок, вступил на опасную тропу, здесь игры кончились: литература – не веселый пикник на обочине, тут дышат почва и судьба (Борис Пастернак. «О, знал бы я, что так бывает…» 1932 год). А потому, братия, никогда не панибратствуйте со Словом, всегда помните, что …осиянно / Только Слово средь земных тревог, / И в Евангельи от Иоанна / Сказано, что Слово это Бог (Николай Гумилёв. «Слово». 1920 год). Просто зарубите себе на носу: Слово – это единственная живая материя, пришедшая к нам из далёкого прошлого; наш дар бессмертный (Иван Бунин. «Слово». 1915 год).

И это всё – чистая правда. Наша героиня это знает.

К чему это я веду? – А к тому, что абсолютно всем берущимся за перо: начинающим и завершающим, здоровым и не очень, щедро одарённым и способным слегка – следует помнить: литература – Дама опасная. Она многого требует, но ничего не обещает. Она вообще без сантиментов. Будь ты самой невероятной судьбы, где за каждую запятую заплачено стопроцентным страданием; имей ты абсолютно чистые помыслы и намерения; стань ты не человеком, а настоящим букетом из невероятных страстей, чистых идей и героических преодолений, – эта Дама и бровью не поведёт, чтобы быть более снисходительной и великодушной к вышедшему из-под твоего пера тексту. Её не волнует твой диагноз и затраченные усилия, – ей нужно от тебя только одно – конкретный результат, живое Слово. Не мастеровито сделанное, не расчисленное и разумное, не сверхактуальное и не с виньеточками-завитушками, а Слово. Живое. Настоящее. Зачатое в любви и вдохновении, выношенное в тайне, рождённое в муках и радости, даровавшее свету новый образ – пульсирующий, чистый, волнующий.

Будем честны

Но вернёмся к нашей героине. Всё-таки попробуем представить, сколько бы каждый из нас продержался без движения? Не без фитнесса, прости Господи, не без показушной физкультуры, а вообще – без элементарного шевеления своими родными членами, начиная от мизинчика и кончая всеми остальными частями тела? Молчите? Считаете? Ну, ну…

И как вообще приноровиться к жизни, в которой даже самая незамысловатая личная надоба тут же превращается в непреодолимую преграду? Ну, как, к примеру, покончить с надоевшим комаром, мешающим заснуть? Или просто – позвонить? Взять телефон и набрать номер. ВСЁ невозможно. И каково это?.. Вы знаете? – Я нет!

Идём дальше. Сколько бы вы смогли обходиться без свежего воздуха? Без живого ветерка, весёлого дождичка, волшебного снежка? Одним словом, без любой природы и погоды, будучи лишёнными всей этой привычной благодати? Что делать будете? А наша героиня, плоть от плоти родной природы, с которой у моих земляков совершенно особая, кровная, неразрывная связь, уже давно лишена всего этого. Остаётся только вспоминать и мечтать.

Боже, как же хорошо, умно и покойно! Как чисто становится на душе от гармонии авторского слова и мысли. Будто с хорошим человеком поговорила по душам. Тут и заплакать – в самый раз…

Ольга Колова – как раз и есть тот самый хороший человек – с особенным внутренним устройством и тонким природным чутьём. Она вписывает в свою картину мира всё, что улавливает её любящий взгляд, одухотворяющий и травинку, и былинку. Самое невероятное здесь то, что пишет это отлучённый от природы человек. И небеса не разверзлись от такой несправедливости!

Кто-то возит свой бездарный организм по всему свету: отдохнул на Мальдивах, понежился в Египте, обожрался в Таиланде, проветрился в Куршевеле. И что? – И ничего! В самом прямом смысле этого слова. Ничего не прибавилось в мире, где тысячи паразитов жируют в красивейших местах безо всякой видимой отдачи. А тут человек переживает каждый день, каждую минуту как пытку невероятной изощрённости и при этом пишет замечательные стихи.

По-моему, лишить Ольгу природы – это как новорождённого лишить материнского молока.

Да вы почитайте её стихи! Если у вас есть душа, она просто погонит вас помогать этой женщине. А если не погонит – значит, нет её, той души! Скукожилась и отсохла. И тут уж вам помогать надо. Слава Богу, хороших людей около Ольги хватает. Поклон им. Но и помощь постоянно требуется.

Что прорастает сквозь страдания?

Как смогла Ольга жить, превозмогая ежедневную пытку, постоянно упираясь в одни и те же вопросы: «Почему я? За что, Господи?» При этом не сломаться, а действительно, найти какой-то высший смысл в своих страданиях и научиться ощущать радость от присутствия Божественного во всём? – Ответ нахожу в её стихах.

Как видите, это не мольба подранка. Это молитва зрелого человека и поэта, познавшего силу, власть и сладость явленного слова, в котором всё исцеляюще божественно. Вот почему и Родина у Ольги Коловой – не пыльный официоз с набором картонных штампов, как это у нас водится, а сакральное, животворящее божество.

Много лет переносить самую тяжкую из зависимостей – абсолютную невозможность обходиться без посторонней помощи – и как-то к этому приладиться, находить в себе силы жить без уединения – уже одно это тянет на разгадку какой-то базовый тайны, которой владеет Ольга. А ведь физическая немощь, которая и сама по себе не подарок, тащит за собой целый букет непростых психологических состояний, из которых хроническая грусть-печаль-тоска – самые невинные.

Так формулируется, пожалуй, главный вопрос: как это у Ольги Коловой получается – жить, постоянно сражаясь даже не с ровней, а с некой могучей силой, которая натравила на тебя, кажется, весь окружающий мир, постоянно продолжая ужесточать условия? Некто суровый и несправедливый просто закусил удила и превзошёл самого себя в изготовлении все более коварных ловушек, западней, силков и капканов.

Но мудрая Ольга без истерики рассудила: выбор у неё невелик: либо быть вечной жертвой, либо перебороть судьбу и отыскать иную опору, настоящий источник силы. Ведь борьба за душу поэта бушует нешуточная, тут без мощной опоры не устоять, не сохраниться.

Поскольку Ольга родом из самой глубины русской жизни, то долго ей искать не пришлось – взяла для опоры родное, надёжное, проверенное: православную веру предков, дивную костромскую природу, богатую историю, любимых соотечественников. Так не по выдумке, а по факту рождения, по глубинной родовой памяти, по любви и вере, стала наша Ольга, наша попавшая в грозу русская берёзка, голосом своей истерзанной России, её звучащим Словом.

И вот теперь ещё один, вытекающий из предыдущего, важный вопрос: как, будучи таким тяжёлым подранком, получается у Ольги невероятное: жить по-человечески – достойно и даже интересно? Как у неё получилось, не обращая внимания на своё вышедшее из подчинения тело, заниматься творчеством, ведь каждый его вид требует от человека не только знаний, умений и навыков, но и просто – сил, желания, а значит, и нормальной физической формы! Писать книги – это, знаете ли, лошадиный труд. А надо ещё постараться при этом и эльфов не распугать, поддерживая атмосферу духовного парения и легчайшего вдохновения, периодически впадая в поэтическую прострацию, уносясь от этого ужасного мира куда подальше.

А вот и ответ. Ольга его не скрывает. А мы уже и сами поняли.

В Бога верить надо. Достойно быть под игом у Христа.

Прорасти в небо

Признаюсь: то, как проживает свою жизнь талантливый русский поэт Ольга Колова, – для меня просто Космос. Высоко и недосягаемо. Я, приступив к очерку, поначалу решала её судьбу как сложнейшую теорему, а ларчик открывался совсем иным ключом. У почитаемого в народе святоисповедника Архиепископа Луки Крымского (Войно-Ясенецкого), который много думал, писал и проповедовал именно о таинственной связи духовного, душевного и телесного в человеке, есть замечательная книга, созданная им в сибирской ссылке ещё в 1940-е годы, – «Дух, Душа и Тело». Этот святой, в миру – выдающийся хирург, профессор медицины, сочетавший врачебную практику с пастырским служением, – многое объясняет в тройственной природе человека. «У тех, кто всем сердцем возлюбил Бога, кто преклоняется пред Христом, в чистых сердцах накапливаются огромные, бесконечные знания из безграничной области того неведомого, чего не знает и не может исследовать своими методами наука. У неверующих нет этого познания сердцем, они познают только умом, потому и не веруют».

А Ольга Колова и есть – человек искренне верующий. Доступ к «бесконечной области неведомого» перед ней просто распахнут, потому что познаёт она жизнь и людей не холодным, обиженным разумом, а горячим любящим сердцем.

А вот ещё, по-настоящему важная, исповедальная мысль святителя Луки: «Духовная энергия – для нас есть всемогущественная любовь Божественная. Любовь не может заключаться в себе самой, ибо основное свойство её – потребность изливаться на кого-нибудь и на что-нибудь, и эта потребность привела к созданию Богом мира».

На Земле эта изливающаяся любовь находит воплощение в истинной вере, в молитве и стихах.

А вот эту мысль в разном изложении мы встречаем практически у каждого русского классика. Особенно часто у позднего Н.В. Гоголя и зрелого Ф.М. Достоевского: «Надо благодарить Бога, когда мы в немощах, в обидах, в нуждах, в притеснениях за Христа, ибо тогда мы истинно сильны». Наши гении знали, о чём говорили. Ольга тоже знает.

Что и говорить, героиня у нас уникальная. Будто кто-то выбрал именно Ольгу из всего рода человеческого, чтобы на её примере узнать границы человеческого терпения и посмотреть на результаты этого сурового эксперимента над хрупкой земной женщиной.

Но вся жизнь Ольги Коловой свидетельствует: зло по-прежнему бессильно перед настоящей верой:

В этих испытаниях и проявляются животворящие начала обретённой веры, без которой не было бы ничего. В них и зарождается любовь ко всему сущему.

Стихи Ольги Коловой – это воплощенная в слове надежда на высшую мудрость и справедливость. Скорее всего, не на Земле, а выше. Но именно эта обращенность к небесам и даёт ей силы жить и верить. И питает энергией её Слово.

Вот о какой удивительной женщине мой очерк. Вот какую реальность переплавляет Ольга Колова в свои стихи. Могут ли они быть обычными? – Ну, уж нет! Какая жизнь – такие и стихи. Они её награда, её тайна и смысл. Её бессмертие. Они появились из такого невероятно сильного пламени, состоящего из боли и преодоления, отчаяния и человечьей поддержки, что и сами уже обрели эти свойства. Её стихи – это её победа. Они живые и здоровые. Для меня сам факт присутствия в нашей жизни Ольги и её стихов – это знак: выстояла она – выстоим и мы все в этой мировой свирепеющей стуже. Прорвёмся.

Опубликовано: 29.12.2025