Улица Дзержинского


Заканчивалась Всехсвятская улочка Всехсвятской церковью (на дальнем плане). Фото нач. XX в.

В старину эту короткую улицу именовали Боровой Дебрей, поскольку прежде на месте ее рос густой бор, остатки которого уцелели еще в середине XIX в. Застройка здесь велась, вероятно, с XV в., но не была интенсивной. В 1784 г. улица волею столичных архитекторов переименовывается во Всехсвятскую.

Конец улицы, ближе к оврагу, занимала обширная Осташева поляна, на которой в XVIII в. проходили учения расквартированных в то время в Костроме полков (Черниговского мушкетерского, Ингерманландского и др.).

Всехсвятская улица, даже в 1790 г. именуемая в документах «новопостроенной», всегда была односторонней (дома обращены фасадами на Волгу). При этом расположенные по склону Борисоглебской горы (иначе по «губернаторскому спуску») три первых деревянных дома церковного причта давно снесены.


Короткая Всехсвятская улочка начиналась церковью Бориса и Глеба

Старинная застройка улицы Дзержинского начинается с дома № 9. В 1788 г. председатель Костромской гражданской палаты А. К. Коптев купил у секунд-майора Николая Федоровича Катенина (дяди известного поэта) большой участок земли с деревянным домом на углу Всехсвятской и Борисоглебской (ныне Крестьянской) улиц. Но вскоре дом сгорел, и вместо него Коптев к 1794 г. выстроил двухэтажный каменный дом, выходивший на Всехсвятскую улицу торцом, с каменным и деревянным флигелями, каретной, конюшней и прочими службами. В мае 1795 г. владения А.К.Коптева перешли, однако, за долги к Приказу общественного призрения, предоставившему здание Главному народному училищу, основанному в 1786 г. и размещавшемуся до этого на Верхней Дебре.

В 1804 г. училище было преобразовано в Костромскую мужскую гимназию, занявшую и соседний по Всехсвятской двухэтажный каменный дом, возведенный еще до 1790 г. флота лейтенантом Н.К.Коптевым. Первоначально гимназия была 4-классной и с небольшим количеством учащихся (в 1817 г. всего 17 человек), поэтому первые этажи обоих зданий приспособили под квартиры учителей и гимназического начальства. В 1812—1818 годах директором гимназии был поэт и ученый Н.Ф.Грамматин, его сменил Юрий Никитич Бартенев — незаурядный педагог и оригинальный литератор, приятель Пушкина, Вяземского, Гоголя.

Бартенев пробыл директором до 1833 г. При нем здания гимназии в 1824 г. перестраивал архитектор П.И.Фурсов. Он создал фактически новый ансамбль, уделив особое внимание второму зданию с фасадом на Всехсвятскую улицу. Середина фасада была у него выделена небольшим выступом с пилястрами и балконом, на который выходили три высокие двери. Над богато профилированным карнизом возвышался аттик во всю длину крыши, в центре его — скульптурная группа.

Правее этого здания Фурсов выстроил одноэтажный каменный мезонин, соединив все три дома решетками красивого рисунка, с воротами и калитками на кирпичных столбах, украшенных вазонами. Ансамбль гимназии, созданный зодчим с присущим ему чувством пропорций, представлял интерес как по общей композиции, так и по деталировке.

Осенью 1834 г. Кострому посетил путешествовавший по России император Николай I. Он побывал в гимназии, проэкзаменовал там крепостного 11-летнего математика-вундеркинда Ваню Рогозина, и, убедившись в неудобстве для гимназии занимаемых помещений, повелел перевести ее в дом губернатора на той же улице, а губернатору — занять гимназические помещения. Конечно, в обоих случаях потребовалось проведение предварительного капитального ремонта, так что гимназия выселилась лишь в конце 1836 г. Из ее воспитанников, учившихся в старом здании, вышли впоследствии такие известные ученые, как географ А.П.Ефремов (друг В.Г.Белинского), патологоанатом А.И.Полунин, историк академик И.П.Шульгин и др.

Что касается костромских губернаторов, то они обосновались в бывшей гимназии еще позднее, после того, как в 1843 г. архитектор Н.П.Григорьев соединил центральное и угловое здания в одно, упростив фасадный декор и перепланировав интерьер, — тем временем губернаторы жили в доме Борщова на Сусанинской площади.

В 1850-х годах в губернаторской канцелярии служили молодые писатели АФ.Писемский и А.А.Потехин, а в начале XX в. — выдающийся краевед Н.Н.Виноградов (1876—1938). Из сонма губернаторов, правящих отсюда Костромой, выделялись внук великого полководца князь А.А.Суворов (1847), отличавшийся особой гуманностью, В.Н.Муравьев (1852—1853), до назначения в Кострому служивший помощником попечителя Московского учебного округа, ставший для А.Ф.Писемского прототипом Калиновича в романе «Тысяча душ», специалист по торговому мореплаванию В.И.Дорогобужинов (1866—1878), видный военный инженер и устроитель петербургского водопровода А.П.Веретенников (1906—1909). Последнего костромского губернатора И.В.Хозикова в начале марта 1917 г. прямо отсюда отправили на гауптвахту (впрочем, скоро освободили).

Губернаторствовали в Костроме и уникумы другого рода. Об одном из них — генерал-лейтенанте Н.А.Рудзевиче (служил в Костроме в 1861—1866) вспоминал известный русский экономист и государственный деятель А.Н.Куломзин. «Раньше,— пишет он,— Рудзевич служил в Варшавской жандармской администрации, был женат на варшавской же балерине и обладал хорошею картинного галереею редких мастеров, составленную путем скупки у варшавских евреев картин, расхищенных из замков галицийских панов во время бывших в Австрии в 1848 г. беспорядков. Человеком он был добрым, чрезвычайно приветливым, но не деловым. Когда мы наезжали в губернский город, стоило нам обратиться к нему за каким-нибудь разъяснением, как немедленно он нас подводил к окну и показывал одно из редких растений, которых он разводил массу, будучи большим любителем комнатной культуры всяких цветов, и тем дело и кончалось». При Рудзевиче губернаторский дом походил на музей.

Вскоре после Февральской революции здание было наименовано «Домом народа» — там разместились Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, Центральный совет профсоюзов, городской комитет партии большевиков и др. 29 октября 1917 г. здесь состоялось, после возвращения из Петрограда делегата II съезда Советов большевика М.В.Коптева, объединенное заседание Советов рабочих и солдатских депутатов и представителей демократических организаций, провозгласившее Советскую власть в Костромской губернии.

Во флигеле рядом с «Домом народа» разместились редакция и типография газеты костромских большевиков «Северный рабочий», возобновившей выход с июня 1917 г. после десятилетнего перерыва.

После победы Октября организации, занимавшие «Дом народа», получили новые помещения в центре города, а в 1918 г. здание было передано популярному в Костроме Институту физических методов лечения, возглавлявшегося талантливым врачом-экспериментатором Дмитрием Александровичем Груздевым (1877—1940) — сам он жил во флигеле.

Муравьевская аллея
Муравьевская аллея зимой

Что касается названия улицы, то Валериан Николаевич Муравьев, недолго правивший Костромой (в 1852—1853 гг.), проявил большую заботу о ее распланировании и благоустройстве спуска к Волге Всехсвятской и Борисоглебской гор, прежде захламленных, и всего за два года добился приведения их в порядок. На склоне были разбиты три террасированные аллеи, причем верхняя обсажена декоративным кустарником, а на выступах-«бастионах» установлены на деревянных лафетах чугунные пушки, снятые когда-то со стен костромского кремля. Благодарные костромичи нарекли склон «Муравьевкой», а вскоре так стали называть (даже в официальных документах) и саму Всехсвятскую улицу.

Следом за флигелем с небольшим интервалом идет двухэтажный каменный дом. Построен он на самом рубеже XVIII—XIX веков полковником (позднее генералом) А.А.Алалыкиным — при доме был большой сад. В 1841 г. дом перешел к гвардии поручице княгине М.Ф.Шаховской, затем им владела К.Г.Шипова, муж которой — Александр Павлович Шипов (1800—1878) служил управляющим Костромской палатой государственных имуществ, а впоследствии — председателем Нижегородского ярмарочного комитета и вице-президентом Русского общества содействия промышленности и торговле. С 1851 г. здание принадлежало генералу Павлу Ивановичу Петрову (1790—1871), по жене, урожденной Хастатовой — родственнику М.Ю.Лермонтова. Участник Отечественной войны 1812 года, он сделал на полях сражений хорошую военную карьеру и в 1830-х гг. служил на Кавказе наказным атаманом Кубанского казачьего войска и начальником штаба войск Черноморской линии.

Когда в 1837 г. Лермонтова ссылают на Кавказ, его бабушка Е.А.Арсеньева просила влиятельного родственника оказать внуку покровительство, и генерал действительно всячески помогал поэту, поселил в своем доме, снабжал деньгами и т. д. Тот тоже относился с приязнью и уважением к «любезному дядюшке», дарил автографы стихов (например, «Последнее новоселье») и свои рисунки. Дружески относился он и к детям генерала и его сыну Аркадию посвятил четверостишие.

Выйдя в отставку и вернувшись на родину в Кострому, П.И.Петров свято хранил память о поэте, сберегал лермонтовские письма и рисунки. В его усадьбе Горское Галичского уезда впервые в России была поставлена на сцене драма Лермонтова «Маскарад».

После смерти П.И.Петрова его дом унаследовала дочь Вера — жена прославленного моряка и героя обороны Севастополя Павла Яковлевича Шкота (1816—1880).

С этим домом не слишком гармонирует следующий двухэтажный краснокирпичный дом (№ 11) с таким же одноэтажным флигелем. Дом с башенкой-бельведером на добрую сотню лет «моложе» предыдущего — его выстроил богатый фабрикант и меценат Зотов, но не для себя, а для талантливого костромского художника Андрея Павловича Токарева (1876 — январь 1919), преждевременная кончина которого помешала ему полностью раскрыть свои дарования. В свою очередь Токарев, не желая единолично пользоваться столь просторным и удобным помещением, предложил друзьям-художникам устроить там свои мастерские.

На углу с улицей Лермонтова, выходя на нее торцом, стоит массивное краснокирпичное здание. В XVIII в. на его месте находился деревянный на каменном полуэтаже дом коллежской советницы Чагиной. В 1808 г. его арендовало «Благородное дворянское собрание». Лет через двадцать дом совершенно обветшал, и костромское дворянство решило сломать его и возвести взамен большое каменное здание с красивым фасадом. Ведение работ было поручено архитектору П.И.Фурсову, и тот в 1831 г. представил проект двухэтажного каменного здания с куполом и 12 колоннами по фасаду. Комиссия петербургских архитекторов нашла проект костромича «отлично хорошо составленным», но внесла ряд изменений, клонившихся, в основном, к удешевлению строительства. В 1834 г. Фурсов представил новый проект уже трехэтажного здания, однако к тому времени костромское дворянство забыло собственное обещание не жалеть денег на постройку и предпочло купить готовый дом, приспособив его для своих нужд. Это вконец добило Фурсова, считавшего проект дворянского собрания лучшим из своих творений, — от такого удара он уже не оправился.

Позднее весь угол занимал сад, обнесенный забором. В 1899 г. участок приобрел служащий Костромской мужской гимназии П.И.Сергеев, выигравший в лотерею огромную сумму денег и пожертвовавший их на создание женского епархиального училища. Идея открытия училища, в котором дочери сельского духовенства могли стать учительницами церковно-приходских школ, возникла еще в 1883 г. — тогда было собрано 15 тыс. рублей, но их оказалось недостаточно. Теперь, после пожертвования Сергеева, было заложено трехэтажное кирпичное здание с двумя подъездами по краям фасада. Не дожидаясь его завершения, епархиальное училище открылось в сентябре 1901 года во временном помещении на Ивановской улице, а уже затем перебралось на Муравьевку, где число учащихся достигло 600 человек. Еще долго после Октября костромские «епархиалки» составляли основной контингент сельских учительниц.

Муравьевский спуск
Булыжный Муравьевский спуск

В 1915 г. здание училища было занято под гродненский военный госпиталь, один из крупнейших в России. Он выполнял свою миссию и в годы гражданской войны. Был закрыт лишь в 1924 г.

На противоположном углу с улицей Лермонтова стоит здание, сыгравшее громадную роль в развитии культуры костромского края. Сооружено оно в 1786 г., первоначально было двухэтажное и предназначалось под резиденцию костромского губернатора. Вход в здание был со двора.

Из живших здесь костромских губернаторов жителям надолго запомнился правивший ими в 1806—1815 гг. Н.Ф.Пасынков, упоминавшийся И.А.Глушковским в его «Записках балетмейстера», — страшный самодур, забияка и взяточник, хозяйничавший в губернии как в собственной вотчине. Он был отрешен от должности и предан суду после ревизии сенатора А.Алябьева (отца композитора). С 1813 г. в Костроме служил вице-губернатором, а в 1815—1816 гг. исполнял обязанности губернатора князь Дмитрий Петрович Горчаков (1758—1824) — известный русский поэт и драматург.

Полную противоположность Пасынкову являл Сергей Степанович Ланской, управлявший губернией недолго, с 1830 до 1832 г., но сохранившийся в памяти костромичей как эталон честности, справедливости и вежливости,— эту сторону его деятельности отразил Н.С.Лесков в замечательном рассказе «Однодум». Впоследствии, став министром внутренних дел, Ланской сыграл важную и прогрессивную роль в деле отмены крепостного права.

В 1834 г. губернаторский дом был передан гимназии, которая после соответствующих переделок и переехала в него. Некоторое же время здание пустовало, и видный публицист, педагог и общественный деятель А.П.Смирнов, поступивший в гимназию в 1835 г., вспоминал: «Это был громадный дом с комнатами, похожими на общественные сараи. Он стоял на горе, которая уступами спускалась к Волге».

После переезда в костромской гимназии подобрался хороший состав преподавателей — среди них выделялся эффективным методом обучения и демократическими убеждениями преподаватель математики Николай Павлович Самойлович (1808—1870-е гг.), выведенный А.Ф.Писемским в романе «Люди сороковых годов» в образе учителя Дрозденко. Повезло гимназии и на директоров. В 1839—1847 гг. ее возглавлял Порфирий Иванович Величковский (1807—1876), ранее инспектор Ярославской гимназии в бытность в ней Н.А.Некрасова, относившегося к нему с уважением и симпатией. Величковского сменил другой талантливый педагог — Гавриил Киприянович Виноградов (1810—1885). Квартира директора была в самом здании гимназии, и именно здесь родился Павел Гавриилович Виноградов (1854—1925), выдающийся исследователь истории Англии, академик. Правда, в Костроме он прожил недолго — в августе 1856 г. Гавриила Киприановича назначили директором училищ Московской губернии.

К 1840-м годам костромская гимназия снискала такую репутацию, что был издан указ принимать ее выпускников в университеты без вступительных экзаменов. В 1896 г. в связи с увеличением числа учащихся в здании был надстроен третий этаж (четвертый появился много позже).

Из числа гимназистов, учившихся в этом здании, вышли десятки известных деятелей науки, литературы, искусства и т. д. Это писатели и критики Н.Д.Дмитриев, Вс.Никан.Иванов, Н.П.Колюпанов, С.А.Любовников, С.В.Максимов, Н.К.Михайловский, А.Ф.Писемский, А.А. и Н.А.Потехины, В.В.Розанов, Н.С.Скворцов, Н.А.Чаев, ученые А.А.Альбицкий (химик), Б.П.Альбицкий (энергетик), П.М.Альбицкий (специалист по баллистике), В.И.Баженов (радиотехник), С.М.Георгиевский (синолог), А.И.Горский (химик), Я.П.Гребенщиков (библиограф), А.С.Дурново (гигиенист), А.С.Ершов (механик), С.В.Ешевский (историк), В.Я.Железнов (экономист), Н.Д.Кондратьев (аграрник), К.К.Косинский (ботаник), В.Ф.Нагорский (ветеринар), И.Х.Озеров (правовед), М.Ф.Окатов (основоположник термодинамики), К.П.Поленов (металлург), А.А.Полканов (геолог), В.А.Рязановский (историк права), Д.П.Скалозубов (невропатолог), М.А.Толстопятов (минералог), адвокат П.А.Потехин, исследователь Арктики А.Н.Жохов, революционеры-большевики В.А.Невский, В.Н.Толмачев.

В период первой мировой войны здание занимал госпиталь, после Октября — учебное заведение.

Правее здания, когда в нем жили губернаторы, стояли службы: погреб, ледник и каретный сарай, а остальную часть территории до угла с Дворянской (ныне Овражной) улицей занимал сад, ближе к концу XIX в. появилось несколько небольших деревянных домов. В самом крайнем доме жил популярный в Костроме художник Борис Николаевич Царнах (1894—1937). Он учился в художественной школе Н.П.Шлейна и в 1914—1916 гг. — в мастерских А.П.Токарева, был участником ряда выставок. Много работ Царнаха (натюрморты, портреты и др.) хранятся в Костромском художественном музее.

из архива А.П. Соболева
Всехсвятская церковь 1929 г.
Фото из архива А.П. Соболева

Напротив же гимназии, в конце аллеи до 1930-х годов стояла Всехсвятская церковь. Она была т. н. «обыденной», т. е. построенной горожанами в  1757 г. за одни сутки, — существовало поверье, что это способствует прекращению свирепствовавших в городе эпидемий.


Вид с высоты Муравьёвки в сторону Волги и церкви Николы Мокрого

От церкви открывался прекрасный вид на окрестности. Именно сюда пришел весной 1848 г. драматург А.Н.Островский, восхищавшийся районом Дебри: «С правой стороны Дебря ограничивается той горой, на которой мы стоим, сзади — горой, на которой реденькая и вековая сосна нагнулась и сторожит этот уголок, слева-тоже березы, и вдруг неизвестно откуда забежала темная сосновая роща, спустившаяся до самой реки. Она охватила это очаровательное место, чтобы не разбежались березки... Через рощу видны горы и какие-то неведомые дали верст на 30. А на той стороне Волги, прямо против города, два села, и особенно живописно одно, от которого вплоть до Волги тянется самая кудрявая рощица. Солнце при закате забралось в нее как-то чудно, с корня, а наделало много чудес. Я измучился, глядя на это... Измученный воротился я домой и долго, долго не мог уснуть. Какое-то отчаяние овладело мной. Неужели мучительные впечатления этих пяти дней будут бесплодны для меня!»

В 1922 г. в связи с 100-летием со дня рождения великого немецкого физика Муравьевку переименовали в улицу Рентгена. А с 1927 г. она носит имя Ф.Э.Дзержинского.

Улица Дзержинского на карте Костромы
Kostroma city