Улица Дебринская
(Кооперации, Верхняя и Нижняя Дебря)

Начало улицы Кооперации
Булыжная Верхне-Дебринская улица

Она — одна из древнейших в Костроме. В XIII в., сообщает дошедшее до нас фрагментами «Житие» Василия Ярославича Костромского (1241—1277), молодой князь любил охотиться в густых борах над Черной речкой и, чтобы не водить всякий раз с Сулы своры собак, перевел туда псарню, поселил псарей и построил для них деревянную церковь Воскресения. Селение разрасталось, с другой стороны, и сам город приближался к нему, особенно после переноса в начале XV в. кремля и оформления Вознесенского посада. Однако и в XVII в. улица, именовавшаяся Верхней Дебрей*, не имела сплошной линии застройки — жилые дворы перемежались здесь с пустырями, один из которых, к примеру, был отдан под огород «лутчему человеку» Ем.Гр.Исакову. Фактически Дебринская улица как таковая появилась уже к концу XVIII в.

* Подмена в названии улицы слова "верхняя" на "нижняя" ошибочно, т. к. исторически Нижней дебрей называли Лесную набережную улицу. (От публикаторов)

Следует подчеркнуть, что улицу прежде очень украшал расположенный в ее створе соборный ансамбль с колокольней — прием, характерный для костромской архитектуры XVIII—XIX веков (так, Кинешемская улица «замыкалась» Георгиевской и Воскресенской церквями «на площадке», Щемиловка — двухэтажным храмом Петра и Павла и т. д.).

По плану 1784 года на улице допускалась как каменная, так и деревянная застройка. К XIX в. по углам Дебринской и Ильинской улиц уже стояли каменные дома Грамотиной и регистраторши Т.Лисицыной (о них см. выше).

Сразу за домом Грамотиной находится обшитый тесом двухэтажный деревянный дом, построенный много позднее. С ним связаны детские и юношеские годы замечательного советского драматурга Виктора Сергеевича Розова (род. в 1913 году). Жил же в доме его дядя, известный костромской врач А.Ф.Розов. После окончания Московского университета он работал в селе Одоевском Ветлужского уезда (теперь Шарьинский район), где выстроил больницу (по павильонной системе) и бактериологическую лабораторию. Мобилизованный в 1914 году на фронт, Розов возглавил перевязочный отряд 46-й пехотной дивизии. После революции он заведовал санитарной секцией Костромского губздрава, с 1922 года состоял ординатором уездной больницы, опубликовал ряд научных трудов. Александр Федорович был страстным театралом, организатором и участником любительских спектаклей, передав влечение к сцене и племяннику.

Значительно раньше, на рубеже XVIII и XIX веков, был поставлен каменный дом с винными подвалами откупщицы П.Дехтеровой — впоследствии он не раз перестраивался и менял хозяев. С 1860-х годов домом владели купцы Кудряшовы, открывшие здесь конный двор.

Еще по писцовой книге 1628 года в центральной части Костромы большое пространство занимали торговые ряды: мясной, калашный, новый ряд против таможни, соляной, суровской, свежий рыбный (у Предтеченских ворот), рыбный (на Вымле), подле важни солодяной (что была против старой соляной), мыльный, ветошный, новый суконный (на Большую улицу лицом), железный (другим концом выходил в Мыльный переулок), москательный, шубный, серебряный, красильный и красильный старый, рукавишный, скорняжный (15 лавок), житный   (от   мясного   ряда   к   Волге), крашенинный (идучи с Брагиной улицы), мучной, хлебный (рядом с сапожным, налево от Благовещенских ворот), горшечный.

Во время майского пожара 1773 года почти все ряды сгорели, Мясной ряд вскоре был восстановлен на старом месте в начале Верхней Дебри, прямо за домом Лисицыной. Он состоял из 18 деревянных лавок с «галереей». К 1820-м годам Мясной ряд, сооруженный «на скорую руку», обветшал, и мясоторговцы выстроили на Молочной горе позади Малых Мучных рядов новый каменный корпус Мясных рядов, а старый снесли. На его месте строит каменный двухэтажный дом мещанин В.Я.Леонтьев, а к 1828 году он же поставил рядом двухэтажный флигель — с 1841 года ими владел подполковник А.Деспот-Зенович. Еще левее, чуть отступя от угла с Богословской улицей, зазывал к себе питухов кабак «Денисиха» — один из самых больших и старейших в Костроме. Лет через сорок после его закрытия, но уже на самом углу, в 1903 году возводится краснокирпичный дом купца Днепрова — сразу после своего воссоздания в 1909 году в нем разместилась женская учительская семинария. А продовольственный магазин в этом доме старожилы по давней традиции и сейчас именуют «Днепровским».

За перекрестком с Богословской улицей по левой, нечетной стороне Верхней Дебри к 1810 году было всего шесть деревянных домов. Несколько позднее к ним прибавился дом титулярной советницы В.Н.Померанцевой — тоже деревянный и одноэтажный, но с мезонином и множеством служб во дворе, расположенный на самом углу. Фактически это была типичная городская помещичья усадьба. С 1832 года она перешла к князю М.В.Урусову, а в 1880-х годах домом владело семейство Унковских. Здесь прошли детские годы Всеволода Андреевича Унковского (1884—1969) — адмирала, основоположника советской артиллерийской науки.

Оригинальный хотя бы своей архитектурной эклектичностью облик перекрестка как бы завершается двухэтажным каменным зданием на углу четной, правой стороны улицы. Это дом мещанина И.А.Костицына, возведенный в 1827 г. Позднее он не раз перестраивался, а в 1873 году, когда принадлежал мещанину М.И.Иванову, имел даже мезонин (сломан) — поэтому дом кажется моложе своего истинного «возраста». Рядом с ним — деревянный дом с каменным подвалом (№ 14). В нем жил у замужней сестры учащийся торговой школы Петр Иванович Терехин. 16-летним подростком включился он в 1904 г. в революционное движение, в 1905 году вступил в боевую дружину и участвовал в ее операциях, а в декабре 1906 г. руководил нападением на костромскую тюрьму для прикрытия побега арестованных боевиков. Схваченный жандармами, Терехин был приговорен к смертной казни и повешен 9 января 1908 г.

Ближе к концу квартала стоят деревянный дом и такой же, но с мезонином, флигель, выстроенные, вероятнее всего, в 1860-х годах и тогда принадлежавшие мелкому торговцу В.В.Чечевицыну, владевшему лавкой, на вывеске которой было начертано: «Торговля чаю, сахару и бакалеины». Сам хозяин жил и торговал во флигеле, а дом сдавал постояльцам. Поэтому писатель В.Н.Иванов в автобиографическом романе «На Нижней Дебре» и поселил здесь семью учителя рисования местного реального училища Федора Петровича Прокшина. В действительности Прокшины-Ивановы проживали на другой улице, а у Чечевицына снимал квартиру замечательный педагог и прогрессивный общественный деятель Евгений Милиевич Микифоров (1859—1903). Ему прежде всего обязана Кострома постройкой народной библиотеки-читальни имени А.Н.Островского.

Из зданий напротив обращает невольно на себя внимание соседний с угловым домом Померанцевой краснокирпичный дом, возведенный И.Д.Красовским в середине 1870-х годов. Он, хотя и имеет два этажа, невелик — всего-то три окна по фасаду и даже забавен на вид. Рядом с ним резче оттеняются традиционные архитектурные формы каменного двухэтажного с антресолями дома, выделенного ризалитом и декорированного розетками, профилированным карнизом и подоконной тягой. Он выстроен около 1817 г. преуспевающим купцом П.Р.Пермяковым, а ближе к концу столетия принадлежал П.И.Пермякову, но уже статскому советнику.

За Мельничным (быв. Вознесенским) переулком застройка улицы велась лишь по четной, ближней к Волге стороне. Угловой (быв. № 26) дом снесен, сломан при возведении по переулку многоэтажного здания и приткнувшийся в глуби двора маленький, обшитый тесом флигелек. Между тем в нем находилась конспиративная квартира для агентов «Искры», доставлявших эту нелегальную газету в Кострому. Адрес флигеля Н.К.Крупская получила от О.А.Варенцовой при их свидании в Уфе.

Жилую застройку этого квартала прерывает высокая кирпичная стена. Когда-то она являлась частью наружной стороны складов на кожевенном заводе купца Сыромятникова. В 1812 г., когда первое здание театра на Кинешемской улице занял эвакуированный из Смоленска кадетский корпус, артистам пришлось подыскивать для спектаклей новое помещение. Ничего лучшего, чем склад кожзавода, приискать не удалось — понадобилось только пробить стену для устройства входа в театр прямо с улицы. А.Ф.Писемский в романе «Люди сороковых годов» описал, что представлял из себя этот театр: «Надобно сказать, что театр помещался не так, как все в мире театры — на поверхности земли, а — под землею. Он переделан был из кожевенного завода и до сих пор сохранил еще запах дубильного начала, которым пропитаны были его стены. Посетителям нашим, чтобы попасть в партер, надобно было опуститься вниз, по крайней мере, сажени две».

Пол в театре был земляной, в партере стояли не стулья, а простые деревянные скамейки — впрочем, имелись и кресла, и ложи, и бельэтаж. Публика, в том числе и губернская знать, посещала театр часто и охотно, т. к. на сцене шли не одни трагедии и комедии, но и оперы, репертуар постоянно обновлялся, а состав труппы, как правило, был хорошим. В Костроме играли талантливые артисты В.М.Лазов, М.Д.Львова-Синецкая, с 1836 г. здесь выступал популярнейший в провинции Е.Я.Браво, позднее Д.Т.Ленский, в сезон 1854/55 г. Н.Х.Рыбаков и др. актеры, близкие друзья А.Н.Островского — Ф.А.Бурдин, И.Е.Турчанинов. Много лет здесь держал антрепризу известный Н.И.Иванов, оставивший интересные воспоминания.

В 1865 г. театр переехал в новое здание, однако помещения бывшего склада, принадлежавшие в то время помещику Н.П.Мухину, долго еще именовались «старым театром» и использовались гастролерами.

В следующем квартале, за Коротким (быв. Никольским) переулком представляет интерес дом № 58 — деревянный, по фасаду одноэтажный, но на высоком кирпичном фундаменте, переходящем сбоку, в связи с покатым рельефом местности, в нижний этаж, с оригинальным крыльцом под козырьком. В доме и в здании во дворе (снесено) размещалось в предреволюционные годы Центральное сельскохозяйственное общество (так называлось в Костроме объединение кооперативов губернии), секретарем которого служил видный деятель партии С.С.Данилов, а инструктором по культуре — тоже видный большевик и писатель П.А.Бляхин (о них см. ниже). 3 марта 1917 г. в обществе состоялось первое собрание только что избранного Совета рабочих депутатов, объявившее о ликвидации старой власти в Костроме. Председателем Совета стал С.С.Данилов.

На противоположной стороне улицы непременно привлечет внимание каменное здание причудливой архитектуры с башенками и т. д. «Причудливым и живописным,— характеризует дом искусствовед И.М.Разумовская,— с геральдическими изображениями по фронтону, относящийся к так называемому «кирпичному стилю». Это больница Федоровской общины сестер милосердия. Здание заложено в 1902 г. по проекту архитектора Л.А.Треберта и построено уже через пару лет. В 1913 г. к нему сделана пристройка.

Правее больницы и выше по склону горы стоит большой полукаменный дом. Он возведен в 1900 г. для Воскресенской церковно-приходской школы. Накануне первой русской революции учителем в школе был крупный партийный работник, впоследствии нарком легкой промышленности Исидор Евстигнеевич Любимов (1882—1937) — у него собирались костромские большевики.

За лощиной, переходящей в овраг с древним именем «Ендовище», и за автопешеходным мостом (прежняя застройка здесь снесена) улица продолжается, но только по нечетной, левой стороне. Сначала особняком стоят два дома. Первый из них — деревянный с мезонином — конца XIX в., отмечен как строгим и лаконичным декором, так, особенно, и изящными металлическими навершиями водосточных труб, дымниками и т. д. Другой дом с нижним каменным и верхним деревянным этажами по времени постройки и характеру декора хорошо гармонирует с предшествующим.

От церковной ограды дома отделены Осыпной улицей. В самом начале XIX в. мещанин Ф.Рукавишников поставил в ее створе на Верхней Дебре одноэтажный каменный дом с деревянным кожевенным заводом во дворе, производящим ежегодно 2 тыс. кож. Завод оставался у Рукавишниковых и действовал вплоть до конца столетия, Осыпная же улица называлась до революции Рукавишниковым переулком.


Церковь Воскресения на Дебре

Однако наиболее замечательная постройка на улице — церковь Воскресения на Дебре. Еще в 1260-х годах костромской удельный князь Василий Ярославич, часто охотившийся в борах на Черной речке, перевел сюда псарню, а для псарей выстроил деревянную церковь. Она не раз перестраивалась, ветшала, и в середине XVII в. умножившееся посадское население решило возвести на ее месте каменный храм.

Самый крупный вклад на его сооружение внес богатый купец Кирилл Григорьевич Исаков, живший неподалеку — «от реки от Черной идучи к Боровой улице» (т. е. к улице Дзержинского). Он вел крупную торговлю с Англией, где приобретал краски (Кострома была центром производства льняных тканей, частично окрашиваемых на месте). Согласно преданию, однажды среди закупленных бочонков с краской Исаков обнаружил один с золотыми монетами и запросил своего поставщика, как с ними поступить. Из Англии пришел ответ с пожеланием употребить это золото на богоугодное дело. Исаков решил использовать их на строительство церкви.

Это предание, но достаточно правдоподобное, если учесть, что Англия в то время переживала кровавую эпоху Кромвеля, когда казни, конфискации, сокрытие ценностей и т. п. были делом обычным. В России тогда (храм возводился в 1645—1652 гг.) из кирпича и белого камня-известняка начали строить не одни только крепости, но и посадские церкви. Правда, при их сооружении обычно наблюдалось подражание архитектуре столичных храмов, однако лишь в общей композиции. Что касается деталей, то им присуще своеобразие художественной трактовки, связанное с характерным для данного района декором народной архитектуры; композиция храма зависела и от окружающего ландшафта.

Посадские церкви, как правило, отличались жизнерадостной нарядностью — небольшие, богато и оригинально декорированные, они как бы противопоставлялись строгой монументальности монастырских соборов (что легко проследить, сравнив церковь Воскресения на Дебре со строившимся в то же время Троицким собором Ипатьевского монастыря).

У храма почти кубический объем, поднятый на высокий подклет и с трех сторон окруженный галереями, из них в северной устроен Трехсвятительский придел. С юга, запада и севера на галереи ведут крыльца, перекрытые сводами, на которые установлены кирпичные декоративные шатры с главками. Традиционные лопатки на стенах четверика заменены в церкви спаренными полуколоннами по углам и между окнами здания.

По красной линии улицы расположены ворота, служившие главным входом в церковь и въездом на территорию. Арка ворот опирается на низенькие столбы-кубышки. Над воротами — три декоративных шатра на восьмигранных барабанах с кокошниками.

Карнизы ворот и четверика имеют одинаковые декоративные элементы. В поясе карниза над арками помещены небольшие живописные изображения, а поле стены ворот украшено ширинками с вмонтированными в них прекрасно исполненными резными белокаменными клеймами, запечатлевшими сказочных зверей и птиц.

Большую художественную ценность представляет древняя стенопись, частично сохранившаяся в интерьере храма. При этом галереи были расписаны в 1651 г. крупным костромским живописцем В.И.Запокровским, а фрески Трехсвятительского придела — в 1670 г., как предполагают, знаменитым Гурием Никитиным и его артелью.

Поражает сложностью рисунка резной иконостас XVII в. в Трехсвятительском приделе, нижнее тябло которого поддерживается завершением в виде рук. В главном храме иконостас сделан заново в середине XIX в. Из массы икон особое значение имеет стоящий в отдельном киоте образ Федоровской Божьей Матери, датируемый XIII в. Верующие чтут образ как чудотворный — с ним связано много местных преданий.

Церковь

Знаменская

В старину рядом с церковью стояла колокольня. В 1801 г. ее разобрали, построив возле Знаменскую церковь с новой трехъярусной колокольней (не сохранилась).

Далее вниз по улице находились владения костромских старожилов купцов Стоюниных. В XVIII в. здесь стояли их деревянные дома, однако к концу века И.Стоюнин выстроил каменный дом с лавкой. Позднее он был снесен, и на его месте В.И.Стоюнин в 1844 г. возвел двухэтажный каменный дом с антресолями — ныне № 39 (им же в 1838 году был сооружен по «утвержденному плану» корпус из пяти лавок в Мелочных рядах).

Несколько старше следующий дом (№ 41а). Его выстроил в 1826 г. В.И.Стоюнин — вначале дом был одноэтажный с мезонином. В середине XIX в. мезонин заменили на второй этаж.

Напротив «стоюнинских» домов стоял двухэтажный каменный дом постройки 1820-х годов. Владели им дворяне Линевы, а затем чиновница Е.А.Борисова. В 1872 г. она продала дом купцу Е.В.Стоюнину, и тот через четыре года открыл в нем богадельню на 65 женщин. При богадельне был разбит хороший сад.

Следом же за домами Стоюниных идет двухэтажный кирпичный дом (№ 41б). Построен он в 1870 г. Ф.И.Черновым. По происхождению крестьянин села Селище (теперь вошло в черту Костромы), он работал водоливом на Волге, приобрел собственную барку и, разбогатев, приписался к костромскому купечеству. После его смерти домом владел Василий Иванович Чернов (ум. 1894) — многолетний костромской городской голова, крупный пароходчик, старший брат и компаньон Гордея Чернова — горьковского «Фомы Гордеева».

И, наконец, едва ли кого оставит равнодушным дом № 47, построенный во второй половине прошлого века. У тех, кто пристальнее всмотрится в этот одноэтажный деревянный особнячок с симпатичными наличниками, на светелку с балкончиком, на две пары витых колонн, поддерживающих фронтон, невольно вырвется вздох умиления. Как жаль, что подобных домов в городе уцелели считанные единицы!

Улица Дебря на карте
Kostroma city