А.И. Ревякин
«Гроза» как трагедия *

1

Вскоре после выхода «Грозы» А.Д. Галахов 1 в своем мнении о пьесе, представленном в Академию наук, писал: «В пьесе г. Островского, носящей имя «Грозы», действие и катастрофа трагические, хотя многие места и возбуждают смех» 2.

Это замечание, высказанное мимоходом, в пору появления «Грозы» конкретно обосновано не было. Не было оно развернуто с должной полнотой ни критикой, ни режиссурой и в дальнейшем. А между тем, именно оно, на наш взгляд, и указывает наиболее верное направление для решения вопроса о жанре знаменитой пьесы.

Давность трагедии, как известно, исчисляется тысячелетиями. В процессе развития она принимала самое разнообразное конкретно-историческое выражение, но при всех видоизменениях до самого последнего времени сохранила свои наиболее существенные общие особенности.

Первой особенностью трагедии является глубокий конфликт — моральный, философский, идейно-политический. Содержанием трагедии служат резкие нарушения тех или иных общепризнанных норм, непримиримые противоречия между личностью и общественными установлениями. Второй особенностью трагедии являeтcя наличие героя как личности, выдающейся по своим духовным свойствам (ума, воли, чувства). Третья особенность трагедии состоит в том, что ее основной герой вступает в борьбу с препятствиями необычными, внутренне или внешне неодолимыми. Четвертая особенность трагедии — в физической гибели главного героя, борьба которого кончается для него катастрофой, вызывающей у читателя и зрителя страх и сострадание.

В.Г. Белинский писал: «С идеей трагедии соединяется идея ужасного, мрачного события, роковой развязки»; «… Уничтожьте роковую катастрофу в любой трагедии — и вы лишите ее всего величия, всего её значения, из великого создания сделаете обыкновенную вещь, которая над вами же первым утратит всю свою обаятельную силу»; «… действие, производимое трагедией — потрясающий душу священный ужас» 3. «Трагическое, — в понимании Чернышевского,– есть великое страдание человека или погибель великого человека. В первом случае сострадание и ужас возбуждаются тем, что страдание велико, во втором — тем, что гибнет великое»; «случай или необходимость причина страдания и погибели — все равно, страдание и погибель ужасны» 4.

Пятая особенность трагедии состоит в том, что она ставит себе этическую цель очищающего и возвышающего воздействия на зрителей. Изображая страдания и связанные с ним страсти, трагедия призвана очищать дурные страсти читателей и зрителей, возбуждая в них благородные, возвышенные нравственные чувства.

Сосредоточивая свое внимание на борьбе, обрекающей главного героя на страдание и гибель, трагедия пользуется иногда и некоторой долей комического.

«Вся жизнь человеческая, — писал Белинский, — состоит в столкновении и взаимном воздействии друг на друга героев, злодеев, обыкновенных характеров, ничтожных людей и глупцов… а предмет трагедии есть жизнь во всей многосложности ее элементов; потому в трагедию «по праву входит и элемент комический» 5. Так, в «Борисе Годунове» Пушкина комический элемент отчетливо проступает в первых народных сценах трагедии и в сцене в корчме. Без юмора не обходится ни одна трагедия Шекспира.

Указывая наиболее общие конструктивные признаки трагического жанра, мы вовсе не хотим сказать, что трагедией можно назвать лишь то произведение, которое осуществляет в себе всю их совокупность. Конкретно-историческая практика трагедийного жанра значительно сложнее.

Но основным признаком трагедии, отличающим ее на всех стадиях развития от драмы, является то, что в ней изображается неразрешимое в данных жизненных условиях противоречие, обусловливающее гибель главного героя, представленного лицом выдающимся.

Этот определяющий признак в «Грозе» налицо.

Главная героиня этой пьесы в условиях изображаемой среды отличается несомненно выдающимися духовными свойствами — нравственными и волевыми. В «Грозе» Островский поднялся «до изображения трагического столкновения живой страсти и мертвого косного уклада жизни» 6. Катерина — «настоящая трагическая героиня: глубокое личное чувство (любовь к Борису) борется в ней с сознанием семейного долга, освященного религией и общественным мнением всего «темного царства». Личная воля сталкивается с вышестоящим общественным законом, и это приводит героиню к страданиям и гибели» 7.

В «Грозе» Островский дал блестящий синтез личной трагедии и глубже ее лежащей, неизбежной гибели целого общественного уклада. Гибель главной героини является в этой пьесе предвестием краха погубивших ее социальных отношений. Личная и общественная трагедия раскрыта здесь в форме общественно-бытовых отношений.

Добролюбов справедливо писал о «Грозе», что «взаимные отношения самодурства и безгласности доведены в ней до самых трагических последствий» 8.

«Гроза» — народная социально-бытовая трагедия. Народная в том смысле, что она выражает передовые для своего времени демократические идеи, изображает героев, тесно связанных с бытом, нравами и интересами народа (Кулигин, Катерина, Глаша). Недаром даже действие ее происходит, по преимуществу, на народной площади.

В «Грозе», — разъяснял Добролюбов, — воспроизведен русский характер, отражающий «новое движение народной жизни» (т. 6, с. 350), и окружающая этот характер «русская обстановка» (т. 6, с. 363).

На протяжении всего развития «Грозы» отчетливо чувствуется ход неумолимой «судьбы», разлагающей многовековые устои когда-то исторически сложившихся в обществе религиозных и морально-бытовых понятий. Добролюбов указывал на «решительную необходимость того фатального конца, какой имеет Катерина в “Грозе”» (т. 6, с. 361).

2

Трагедийность «Грозы» осуществляется конфликтом не только главной героини, но в какой-то мере и других действующих лиц.

Так, трагично по своей безысходности положение благородного энтузиаста Кулигина, мечтающего об изобретении чудесных машин, о счастье и довольстве òрудового люда, но обреченного чинить мелкую домашнюю утварь. В том же смысле в известной степени трагична даже участь Тихона, являющегося жалкой игрушкой необузданного своеволия. По поводу заключительных слов Тихона Добролюбов писал: “Слова Тихона дают ключ к уразумению пьесы для тех, кто бы даже не понял ее сущности ранее; они заставляют зрителя подумать уже не о любовной интриге, а о обо всей этой жизни (где живые завидуют умершим, да еще каким — самоубийцам). Собственно говоря, восклицание Тихона глупо: Волга близко, кто же мешает и ему броситься, если жить тошно? Но в том-то и горе его, то-то ему и тяжко, что он ничего, решительно ничего, сделать не может, даже и того, в чем признает свое благо и спасение. Это нравственное растление, это уничтожение человека действует на нас тяжелее всякого, самого трагического происшествия: там видишь гибель одновременную, конец страданий, часто избавление от необходимости служить жалким орудием каких-нибудь гнусностей; а здесь — постоянную гнетущую боль, расслабление, полутруп, в течение многих лет сгнивающий заживо ... И думать, что этот живой труп — не один, не исключение, а целая масса людей, подверженных тлетворному влиянию Диких и Кабановых! И не чаять для них избавления — это, согласитесь, ужасно! Зато какою же отрадною, свежею жизнью веет на нас здоровая личность, находящая в себе решимость покончить с этой гнилой жизнью, во что бы то ни стало!..» (т. 6, с. 362).

Изображая общественно-бытовые характеры и нравы предреформенной действительности, Островский, как уже отмечено, показал, что принципы абсолютного авторитета, тогда господствовавшие в жизни, давно уже утратили всякий свой смысл и нравственную силу. Они лишь тормозили общественное развитие, подавляли человеческую личность. Эти условия и создавали предпосылки для неразрешимого противоречия в судьбе людей того времени, их трагедию.

Трагичен и общий колорит пьесы с ее мрачностью, с ее подчеркнутым параллелизмом грозы общественной и грозы природно-стихийной.

«Жестокие нравы, сударь, в нашем городе, жестокие!» — говорит Кулигин Борису (д. I, явл. 3). «А ведь здесь какой народ! — обращается Кудряш к Борису. — Сами знаете. Съедят, в гроб вколотят» (д. III, сцена 2-я, явл. 2). Эта настойчиво повторяющаяся характеристика нравов города Калинова иллюстрируется всей образной системой пьесы, что придает ей явно трагическую окраску.

Совершенно естественно, что комические элементы в этой пьесе, в сравнении с другими, минимальны.

При наличии несомненного трагического конфликта пьеса пронизана социальным оптимизмом. Смерть Катерины свидетельствует о неприятии темного царства, о сопротивлении ему, о росте сил, призванных смести власть Диких и Кабаних. В условиях произвола и насилия, пусть еще робко, но уже начинают протестовать светлые Кулигины. Недовольство деспотией сообщается и Кудряшу, и Варваре, и Глаше.

Все это вполне объясняет свидетельство Добролюбова, что «большая часть читавших и видевших эту пьесу соглашается, что она производит впечатление менее тяжкое и грустное, нежели другие пьесы Островского (не говоря, разумеется, об его этюдах чисто комического характера). В “Грозе” есть даже что-то освежающее и ободряющее. Это “что-то” и есть, по нашему мнению, фон пьесы, указанный нами и обнаруживающий шаткость (и близкий конец) самодурства. Затем самый характер Катерины, рисующийся на этом фоне, тоже веет на нас новой жизнью, которая открывается нам в самой ее гибели» (т. 6, с. 334).

3

Понимание «Грозы» как трагедии встречало не только сочувствие и поддержку, но и решительные возражения.

Говоря о трагедийном жанре, исследователи привыкли иметь дело с сюжетами историческими, с образами выдающимися не только по характеру, но и по положению, поставленными в ту или иную исключительную жизненную ситуацию. Трагедия обычно ассоциировалась с героями вроде «Эдипа» Софокла, «Гамлета» и «Отелло» Шекспира, «Бориса Годунова» Пушкина, «Смерти Иоанна Грозного» А.К. Толстого.

Островский создал трагедию на жизненном материале совершенно иного социального круга. Он избрал трагическим героем женщину из купеческой среды, причем подчеркнул не исключительность, а типичность ее положения, и перенес интерес с интриги на общественно-бытовые характеры и нравы, придав особое значение внесюжетным персонажам. Естественно, что трагедия прозвучала необычно, и это смутило и спутало многих не только дооктябрьских, но и послеоктябрьских критиков, исследователей и режиссеров.

Понимание образа Катерины как трагической героини для многих затруднялось суждениями о ней Д.И. Писарева: «Катерина, совершив множество глупостей, бросается в воду и делает таким образом последнюю и величайшую нелепость» 9. Критик не понял, что уход из жизни был единственный вид протеста, который могла избрать именно Катерина. Страстно ненавидя окружающий ее деспотизм, Катерина не захотела жить на коленях. И в этом сказалась ее огромная сила воли, стихийного протеста.

«Вы должны, — отмечал Писарев, — считать светлым явлением только то, что в большей или меньшей степени может содействовать прекращению или облегчению страдания» 10.

Смерть Катерины несомненно повышала ненависть к деспотии.

Нельзя не согласиться с комментариями Н.П. Кашина к заключительной сцене пьесы: «Случилось нечто невероятное: безвольный Тихон нашел в себе силы сказать своей маменьке сущую правду, что она погубила Катерину. Тот домостроевский быт, истинной представительницей которого является Кабаниха, дал трещину. Кабаниха «поговорит» дома с Тихоном, но это уже не прежний Тихон. Его судьбу, правда, можно предсказать: он, конечно, сопьется, и это будет только лишний штрих в картине «жестоких нpaвов», но авторитет Кабанихи уже пошатнулся» 11.

Смерть Катерины, укрепившая и усилившая возмущение Кулигина, вызвавшая к «бунту» против своей маменьки робкого Тихона, несомненно содействовала разрушению старого порядка, т. е. , повторяя слова Писарева, «прекращению или облегчению страдания».

Высказываясь против отнесения «Грозы» к жанру трагедии, исследователи чаще всего ссылались на то, что главная героиня ее не обладает подлинной силой характера. «Катерина, — писал В. Волькенштейн, — чувствует над собой власть верховно-божеского закона. Она нарушает не только семейные нормы определенного быта, она восстает против Бога. Пророчество сумасшедшей, вещие голоса, которые Катерине слышатся, картина страшного суда, которую она замечает в момент сильнейшего смятения, — всеми этими средствами автор вводит нас в атмосферу трагического «богоборчества». Однако Катерина слаба: едва ощутив свой грех, свою «трагическую вину», Катерина гибнет, кончает с собой; она не в силах упорно бороться с богом» 12.

Указывая на слабость Катерины, исследователь явно погрешает против истины. Мучаясь виной греховной любви к Борису, она все же решила пренебречь общественно-бытовыми законами окружающей среды и связать жизнь с Борисом. Она просит Бориса взять ее в Сибирь, куда он едет по воле дяди. Но Борис оказался слишком слаб для того, чтобы помочь Катерине вырваться на волю. Единственным средством протеста для Катерины была смерть.

Именно так понимал гибель своей героини и сам драматург: «Катерина, — комментировал Островский свой любимый образ, — женщина со страстной натурой и сильным характером. Она доказала это своей любовью к Борису и самоубийством. Катерина, хотя и забитая средой, при первой же возможности отдается своей страсти, говоря перед этим: — “Будь, что будет, а я Бориса увижу!” … Положение Катерины стало безысходным. Жить в доме мужа нельзя. Уйти некуда. К родителям? Да ее по тому времени связали бы и привели к мужу. Катерина пришла к убеждению, что жить, как она жила раньше, нельзя и, имея сильную волю, утопилась» 13.

Актуальнейшие для своего времени вопросы борьбы и протеста против сковывающих и гнетущих начал старой жизни Островский осветил в «Грозе», главным образом, на материале семейно-бытовых отношений. Этим он придал ей характер семейно-бытовой пьесы, однако, лишь по форме выражения, по материалу, а не по существу поставленных в ней вопросов. В «Грозе» ставятся не частные, а общие, узловые вопросы той эпохи.

Исходя из реальных условий изображаемого времени, Островский показал свою героиню в обстановке противоречий, которые, несмотря на всю ее правоту, при всем ее страстном желании жить, при всей ее тяге к свободе, все же оказались для нее неодолимыми и привели к гибели, к катастрофе. Поняв и воплотив душевную драму Катерины и самую ее смерть как страстное и героическое утверждение лучшей, достойной человека жизни, Островский создал в «Грозе» проникнутую духом подлинной народности замечательную социально-бытовую трагедию.

kostromka.ru - культура костромского края
Protected by Copyscape Online Infringement Detector
первоисточником публикаций сайта являются книги
литература
Loading
примечания

* Публикуется (с некоторыми сокращениями и унификацией библиографии) пятая глава книги: Ревякин А.И. «Гроза» А.Н. Островского. М.; Л.: Изд-во Акад. пед. наук РСФСР, 1948. С. 66-74.

1 Галахов А.Д. — секретарь императорской Академии наук.

2 Отчет о четвертом присуждении наград графа Уварова. СПб., 1860. С. 48.

3 Белинский В.Г. Разделение поэзии на роды и виды // Собр. соч.: В 9 т. М., 1978. Т. 3. С. 337, 339, 344.

4 Чернышевский Н.Г. Возвышенное и комическое // Чернышевский Н.Г. Эстетика. М., 1958. С. 299.

5 Белинский В.Г. Указ соч. С. 341.

6 Котляревский Н. Канун освобождения. М., 1916. С. 494.

7 Поспелов Г.Н. Теория литературы. М., 1940. С. 148

8 Добролюбов Н.А. Луч света в темном царстве // Собр. соч.: В 9 т. М.; Л., 1963. Т. 6. С. 334. Далее статья цитируется по этому изданию; том и страницы приводятся в тексте — в скобках.

9 Писарев Д.И. Мотивы русской драмы // Сочинения: В 4 т. М., 1955. Т. 3. С. 394.

10 Там же. С. 384.

11 Кашин Н.П. Новая попытка опорочить «Грозу» // Литературный критик. М., 1938. № 7. С. 229.

12 Волькенштейн В. Драматургия. М.; Л., 1937. С. 152.

13 Пиунова-Шмидтгоф Е.Б. Из воспоминаний об А.Н. Островском // Журнал театра Литературно-худож. об-ва. М., 1907. № 5. С. 109.

Эскизы костюмов для пьесы Николая Островского "Гроза"

Б. Кустодиев. Катерина

Б. Кустодиев. Варвара
Б. Кустодиев.