1999 год.
Первая семейная поездка в Костромские края на родину предков.

В 1999 году мой младший сын Анатолий на своей «девятке» возил меня, Мишу и Ольгу – моих брата и сестру – по генетически родным нам костромским краям.

В поселке Сусанино, бывшее Молвитино, нас гостеприимно встретила директор местного краеведческого музея Татьяна Александровна Груздева. Руководимый ею Музей «Подвига Ивана Сусанина» располагается в той самой Воскресенской церкви, что запечатлена на полотне А.К.Саврасова «Грачи прилетели». Почти полтора столетия прошло с момента написания картины, а пейзаж и сейчас вполне узнаваем. На стене Музея в Сусанине к нашему удивлению мы увидели репродукцию этого знаменитого полотна, которую нарисовал в 30-ых годах XX-ого века местный учитель рисования и черчения Василий Александрович Иорданский (1899-1971). Т.А.Груздева рассказала нам, что у него был родной брат Анатолий Александрович Иорданский (1881-1937), тоже уроженец Молвитина, известный военачальник, военный писатель с псевдонимом «Буйский», после первой мировой войны он в составе советской делегации подписывал мирный договор с Польшей. В XIX веке в Молвитине была целая династия священнослужителей Иорданских. Сколько Иорданских оказалось в Молвитине-Сусанине! Кто они нам? Неужели – просто однофамильцы? Позднее я составила Родословное Древо этих молвитинско-буйских Иорданских из 9 поколений и 45 персон. К моему великому огорчению, хочется надеяться, что только пока, мне не удалось доказать наше кровное родство с ними, но исследование мое очень пригодилось одному страстному исследователю своих генеалогических истоков из города Фурманов, – он от меня в готовом виде получил в подарок полную свою родословную!

В сусанинском же Музее на глаза нам попалась визитная карточка В.П.Чичагова, доктора географических наук, профессора Института географии АН в Москве. Он уроженец Молвитина, приезжал на свою малую родину, заходил в Музей и оставил на всякий случай свою визитку. Я вспомнила, что фамилию Чичаговы часто слышала в детстве в разговоре родителей – папа мой, когда учился в школе в Молвитине, жил на квартире у купцов Чичаговых, и их сын, папин ровесник Вася Чичагов, в будущем известный ученый-славист, на всю жизнь сделался папиным другом и единомышленником. Позднее эта визитка В.П.Чичагова дала толчок к написанию мною целого рассказа «Иорданские и Чичаговы», который я выложила в интернете в 2012 году.

Из Сусанино мы направились в Домнино, на родину Ивана Сусанина, и где, как написано в приведенной выше газетной заметке, служил священником какой-то Иоанн Иорданский. Село это лежало на полпути нашем в Сумароково. В Домнине посетили мы действующую Успенскую церковь, прекрасно отреставрированную. А построена эта церковь была в самом начале XIX века рядом с обветшавшей древней Воскресенской церковью, обустроенной еще «тщанием отца и деда Ксении Шестовой», матери Михаила Федоровича Романова. В церкви шла служба. По окончании ее мы поговорили с местным батюшкой и сестрой Ангелиной, игуменьей Домнинского подворья костромского Богоявленского монастыря (с 1991 года Домнино стало подворьем Макариево-Писемского монастыря под Буем, а с марта 1993 – подворьем Костромского Богоявленского монастыря). В разговоре с игуменьей мы поинтересовались историей Успенского храма, судьбами прежних его священников, не было ли среди них Иорданских. Она пообещала посмотреть документы, навести справки.


Успенская церковь села Домнина. Лето 1999. Наше фото.

Толя на своей машине свозил в дальний конец села четырех монахинь по их просьбе. Жаль, не успели мы сфотографировать эту очень живописную картину – четыре монахини в своих черных облачениях как-то мигом нырнули в машину....

День выдался солнечный, у нас у всех было какое-то благостное, спокойное состояние приобщения к неведомой нам, в общем-то, жизни. И ничуть не догадывались мы тогда, что находимся на своей Прародине...


Лето 1999. Мы на фоне памятного камня-валуна.

Покинув Домнино, мы неожиданно для себя выехали на величественную смотровую площадку, на которой возвышался огромный памятный знак – камень-валун, установленный в 1988 году, в год 375 годовщины подвига Сусанина. И от камня этого открывалась дух захватывающая панорама Исуповского болота, в которое, по преданию, и завел Сусанин поляков.

Дальнейший наш путь лежал в село Сумароково, что в 12 км от Сусанино. Я припомнила, как в 1946 году мы впервые с папой после Войны посетили его родные края, деревню Исаково, что в километре от Сумарокова, где жила уже овдовевшая к тому времени его мама, моя бабушка Елена, с дочерью Верой. И шли мы тогда все 12 км пешком от Сусанино, с вещами и маленьким Мишей по пыльной проселочной дороге с огромными лужами. Ольги, нашей младшей сестры, тогда не было еще и в помине…

Сейчас же мы ехали с удобствами, на легковой машине, по асфальтированному шоссе. Настроение приподнятое, отпускное, я даже «затянула» арию Антониды из оперы «Иван Сусанин», – мы находились как раз в тех местах, где жил давным-давно Иван Сусанин с дочерью Антонидой и зятем Богданом Сабининым.

В Сумарокове у северной алтарной стороны разрушенной Николаевской церкви с трудом, но нашли мы заброшенную могилу нашего дедушки Иорданского Михаила Сергеевича (1880-1945), который последние 33 года своей жизни служил в этой церкви священником. Как смогли, привели могилу в порядок: пропололи и выкорчевали заросли, обложили контур камнями, высадили купленную на выезде из Костромы рассаду цветов бархоток, поправили металлический крест, сохранившийся заботами одной местной жительницы, бывшей когда-то прихожанкой этой церкви. Нам удалось разыскать эту старую женщину – дом ее оказался недалеко от церкви. Она сказала, что помнит нашего дедушку, и рассказала нам, каким его запомнила: «Хороший батюшка был, хороший!». В следующее наше посещение Сумарокова в 2007 году мы недалеко от дедушкиной нашли и ее могилу, Сизовой Лидии Михайловны (1918-2005).


Сумароково. Лето 1999. У могилы дедушки Ольга, Михаил, я и местные жительницы – Сизова Лидия Михайловна (1918-2005), Коробейникова Тамара Павловна (?-2010).

Из книги Баженова И.В. «Краткие статистические сведения о приходских церквах Костромской епархии. Кострома, 1911»: "Церковь Николаевская с. Нового, что в Телякове (Сумароково), зданием каменная, с такою же колокольнею; построена в 1763 г. на средства прихожан. Ограда каменная. Кладбище при церкви. Престолов три: в честь Смоленской иконы Божией Матери, в правом приделе – св. Иоанна Предтечи и в левом – святителя Николая Чудотворца. Местно чтимая святыня – икона Божией Матери Смоленская. Расстояние от Костромы 75 в., от Галича 35 в. Ближайшие церкви: Троицкая и Богородицкая Троицкого женского монастыря в 50 саж., Николаевская пог. Горки, что на Пенье в 3 в., Николаевская с. Соболева Буйского уезда и Николаевская с. Двою-Никольского в 6 в. В 1849 г. иждивением г.Елизаветы Варенцовой при приходском кладбище была построена каменная однопрестольная Троицкая церковь. В 1874 г. при этой церкви была учреждена женская община, преобразованная в 1893 году в общежительный монастырь".

К этой Николаевской церкви Галичского уезда нашего дедушку, священника Михаила Сергеевича Иорданского перевели по службе 24 мая 1912 года. В этом селе Новом, что в Телякове, или Сумарокове, как называли его наш папа и тети, и в соседней деревне Исаково прошли все последующие годы жизни дедушки и его семьи.


Николаевская церковь. Фото 1973 г. из интернета, вид с южной стороны. За прудом, с северной стороны алтаря могила дедушки.

Сельцо Теляково в древности принадлежало Шувалу Жадовскому. Он выстроил здесь церковь во имя Николая Чудотворца, и село стало называться Новым, что в Телякове. Под селом на речке Шачеболке работала водяная мельница Жадовского. По наследству село перешло к сыну Жадовского Савве Шуваловичу, а от него в 1639 г. – к его сыновьям и внуку Гавриле Артамоновичу. В 1646 году часть села Нового была отделена С.А.Сумарокову, женившемуся на дочери Жадовского, с этих пор село стало называться Ново-Сумароково, что в Телякове. После смерти бездетного С.А.Сумарокова село Ново-Сумароково перешло к его племяннику И.И.Сумарокову, а затем к его сыну С.И.Сумарокову. В родстве ли эти Сумароковы с известным драматургом и поэтом 18-ого века А.П.Сумароковым или первым костромским историком Н.С.Сумароковым, мне установить не удалось, так же как неизвестно, был ли этот Шувала Жадовский предком поэтессы Ю.В.Жадовской, что похоронена в селе Воскресенском на Кореге.

К началу XX-ого века село Ново-Теляково, находившееся в 12 км от Молвитина, примостилось своими немногочисленными домами к самому Свято-Троицкому Сумароковскому женскому монастырю. В этом монастыре, обнесенном красной кирпичной стеной, расположенном на небольшом холме, имелась своя, монастырская церковь, где службу вел игумен, настоятель монастыря. Приходская же сельская церковь, которую вверили Михаилу Сергеевичу, находилась через дорогу от монастыря. Недавно мне стало документально известно, что в 1912 году, когда молодой мой дедушка прибыл на службу в это село, в церкви Свято-Троицкого монастыря священником служил его троюродный брат, престарелый Николай Иванович Иорданский 1851 г.р. Интересно, знал ли дедушка его и их родство…

Приход Н.Теляковской церкви охватывал примерно 10 близлежащих деревень, престольный праздник – Смоленская Божья Матерь, 23 августа. Соседние приходы: село Горки в 3 км, священник – Отец Дмитрий Скворцов, престольный праздник Дмитриев День (Дмитрий Салунский); село Соболево в 7 км, священник Птицын, престольный праздник – Ильин День; село Спас-Хрипели в 8 км, священник – Отец Василий Кудряшов; село Костино и др.

В селе Н.Теляково было всего несколько домов, с обитателями их и общалась семья Отца Михаила. Это дом мещанки Павлы Васильевны Суворовой с сыном Николаем Полиэктовичем. Он был студентом какого-то Московского ВУЗа, и приезжая летом на каникулы, частенько засиживался над книгами за полночь, о чем судил мой папа, наблюдая издали за светившимся окном в светелке студента. Позднее этот студент стал профессором МГУ, физиком, присылал моему папе во Владимир оттиски своих научных трудов в знак давнего юношеского знакомства. Дом Комаровских – умершего священника, на чье место и заступил Михаил Сергеевич в 1912 году. Дочери священника, Мария Никтополионовна и Анна Никтополионовна, обе были учительницами, одна – в Сумарокове, другая – в Гнидине. В 1999 году в наше посещение Сумарокова, мы с удивлением обнаружили в полном порядке могилы священника Комаровского, умершего еще в 1912 году, и немного пережившей его супруги: кресты с табличками, где значатся и годы жизни, и ФИО погребенных – дело рук навещающих могилу родственников, очень дальних и по времени, и территориально. Как отрадно сознавать, что есть русские люди, помнящие и бережно поддерживающие в потомках память о предках своих! Еще в Ново-Телякове был дом монастырского кузнеца, изба урядника, три дома монастырских священников и 3-х классная начальная школа.

Итак, весной 1912 года семья Иорданских, мои дедушка и бабушка, с двумя сыновьями – Анатолием 1907 г.р. и Валентином 1909 г.р.– приехала в Ново-Теляково.

Поначалу семью поселили в одном из домов монастырских священников. Потом сколько-то времени они жили в школе, в комнате, предназначавшейся учительнице – Мария Никтополионовна жила в собственном доме недалеко от школы, ее казенное жилье пустовало. Примерно к 1917 году приход построил для Отца Михаила церковный дом, где все более разраставшаяся семья прожила примерно до 1925 года.


На фото 1912 года мой будущий папа со своей мамой (справа) и какой-то местной жительницей

Здесь, в Ново-Телякове, родились у Иорданских четыре дочери:

Ольга родилась 16 мая 1913 года в монастырском доме, ее крестным был священник Дмитрий Скворцов из соседнего села Горки, а крестной матерью – учительница Варвара;

Вера родилась 27 августа 1915 года, когда жили в школе, ее крестные родители – Николай Полиэктович Суворов и учительница Мария Никтополионовна Комаровская;

Фаина родилась 17 марта 1918 года уже в церковном доме, ее крестные – брат Анатолий и Павла Васильевна Суворова;

Мария родилась 26 февраля 1922 года ее крестные – брат Анатолий и монахиня монастыря Екатерина Сергеевна

С селом Сумароковым и Свято-Троицким женским монастырем связано имя матушки Веры, святой исповедницы первой половины ХХ века Веры Антоновны Меркуловой (в монашестве Вероника, в схиме Михаила). О ней рассказывала и моя тетя Вера Михайловна Иорданская, жившая в то время с родителями в деревне Исаково в километре от Сумарокова. В Исакове же после одного из многочисленных арестов жила и "Верушка босоножка", как ее называли в народе: она ходила босою зимой и летом.

Свято-Троицкий женский монастырь и его храм были закрыты в августе 1920 года, постройки монастыря и территория были переданы машинно-тракторной станции совхоза «Сумароковский», где стали работать и бывшие насельницы монастыря. С 1939 года в бывшем монастыре разместили дом-интернат для престарелых и инвалидов, с 1986 – Сумароковский психоневрологический интернат для страдающих болезнью Дауна.


Вид на Николаевскую церковь из монастыря. Фото XXI века из интернета.

На этом фото неизвестного автора, сделанном, видимо, в самом начале XX века, справа – Свято-Троицкий женский монастырь; слева, за кроной дерев, виднеется купол Николаевской церкви

План Свято-Троицкого монастыря и его округи из книги «Памятники архитектуры костромской области», Кострома, 2008. Ракурс тот же, что и на предыдущем снимке – с запада на восток.


с. Сумароково. Схема расположения памятников архитектуры:
1. Церковь Николая Чудотворца.
2. Местоположение дома причта
3. Церковь Троицы.
4. Сторожка.
5. Собор Богоматери «Скоропослушница».
6. Местоположение главного монастырского корпуса (усадебного дома).
7. Восточный флигель.
8. Западный флигель.
9. Трапезная.
10. Больница.
11. Монастырская гостиница.
12—14. Восточные келейные корпуса.
15-16. Местоположение утраченных восточных корпусов.
17. Деревянный корпус у главной аллеи.
18.Сторожка-привратницкая.
19. Кладовая.
20. Башня ограды.
21 Местоположение часовни.
22. Местоположение служебной постройки

Вернемся в лето 1999 года. Продолжая наше путешествие, мы в этот же день из Сумарокова через Буй проехали в село Воскресение на Корёге, где более 30 лет служил диаконом наш прадед Сергей Иоаннович Иорданский (1842-1896) и где и родился его младший сын, мой дедушка.

Изложу здесь кратко некоторые факты истории этого уголка нынешней Костромской области, которые я почерпнула из книги «Старинные волости и станы в Костромской стороне», 1909 года издания.

В 15 веке местность на северо-восток от Борка и Буя именовалась Корега и составляла удельную собственность князей галичских Юрия, Петра и Константина Дмитриевичей, сыновей Дмитрия Донского. От них эта волость перешла во владение великого князя московского Василия Васильевича Темного. В малолетстве царя Ивана Васильевича, при управлении матери его Елены Васильевны Глинской, Корега подверглась разорению от казанских татар. В 1536 году Корегская волость вместе с соседними била челом великому князю Ивану Васильевичу Грозному, чтобы государь велел поставить город, «для того что там волостей много, а от городов далеко». Вследствие этой челобитной и положено было основание городу Бую, там, где река Векса, вытекающая из Галичского озера, соединяется с рекою Костромою. Позднее, когда точно – неизвестно – Корегская волость перешла в собственность частных лиц. Название местности произошло от реки Кореги, изливающейся в реку Кострому. Вся эта сторона по большей частью была населена мелкопоместными дворянами. Рассказывают такую басню: «леший из Буя пошел на север, неся в корзине дворян, в лесах Корегских запнулся об коряжину, оттого, де, по Кореге их, дворян, и много».

К нашему большому сожалению, в селе Воскресенском мы не нашли и не узнали ничего, что напоминало бы о более чем 30-летнем проживании в нем семьи диакона Сергея Иорданского, нашего прадеда: церковь разрушена, никакого кладбища при церкви не сохранилось, никто из встреченных нами жителей не знает, где находился дом причта, никто не помнит фамилию Иорданский… И только какой-то нелепый голубого цвета одинокий бюст поэтессы и писательницы Ю.В. Жадовской (1824-1883), установленный на месте бывшего кладбища, намекал на бившую некогда здесь жизнь, так любовно описанную писательницей в ее романах.


Такой в 1999 году увидели мы церковь села Воскресения на Кореге. Фото наше.

Раньше рядом находилась и другая церковь этого же села, церковь Воскресения Флоры, разрушенная в 30-ых годах XX века, но даже фотографии той церкви ни у кого из местных краеведов не сохранилось. Название этой церкви присутствует в метрике о рождении у диакона С.И.Иорданского сына Михаила, нашего дедушки – написано, что родился он 29 октября 1880 года в «погосте Воскресение Флоры Буйского уезда».

По переписи 1897 года наличное население погоста Воскресение на реке Кореге составляло 16 мужчин и 27 женщин, всего 43 человека; по сведениям волостного правления за 1907 год в селе насчитывалось 11 дворов, душ обоего пола 52 человека; по данным на 1916 год – 33 человека (14 мужчин и 19 женщин).

Здесь, в этом селении, родились у Сергея Иоанновича и супруги его Марии Ивановны (1840-1916) дети: Александр (1865-1907), Анна (1870-1921), Парасковья (1876-1879), Евгений (1878-1879), Михаил (1880-1945). Умер наш прадед Сергей Иванович от чахотки в 1896 году, похоронен на несуществующем ныне кладбище при церкви. В клировой ведомости Воскресенской на Кореге церкви за 1903 год в графе «Сиротствующие» записано: «Бываго в сем причте диакона Сергия Иорданского, умершего на службе 8 апреля 1896 года, вдова Мария Иванова живет в своем доме, оставшемся после мужа, 65 лет, получает пособие из попечительства о бедных духовного звания – 20 рублей в год, в 1897 году получила единовременное пособие в количестве 50 рублей. Дети ее: Александр не занимает никакой должности, 38 лет; Анна по неспособности нигде не обучалась, живет при матери 31 году; Михаил из 4 класса Костромской Духовной семинарии состоит учителем Спасской церковно-приходской школы Буйского уезда, 23 лет». Где еще 100 лет назад находился в этом селе дом диакона С.И.Иорданского, установить не пришлось….

К сожалению, мне никак не удается до сих пор узнать, из какого Рода наша прабабушка Мария Ивановна, чья она дочь. Нет у нас и ни одной фотокарточки наших прадеда и прабабушки. Ничего не удалось узнать и о жизни старшего брата нашего дедушки, Александра Сергеевича Иорданского. Известно только, что он обучался в приходском училище, «личный почетный гражданин, умер от чахотки 11.04.1907, погребен на церковном кладбище Воскресенской на Корёге церкви». Анна, сестра дедушкина, после смерти матери в 1916 году стала жить в семье своего брата о. Михаила в Ново-Телякове, в Сумарокове.

То наше путешествие 1999 года – Кострома – Сусанино – Сумароково – Воскресение на Кореге – Кострома – было очень кратким, ознакомительным, мы совершили его за один день. Перед отправлением в поездку я уже получила из ГАКО первые, пусть и очень скупые, но документальные сведения о Сергее Иоанновиче и Иоанне Иорданских. Где-то рядом, но мы совершенно не знали, где именно, находилась и Николаевская церковь на Быстрых, родина Сергея Иоанновича, место службы и жизни совсем уж неизвестного нам нашего пра-прадеда Иоанна Иорданского…


Сразу по возвращении домой я получила письмо из Домнина, от игуменьи Ангелины, в котором она сообщала следующее: «на протяжении нескольких веков в Домнине служили представители одного старинного священнического рода, родоначальником которого упоминается некто о. Евсевий. В 1810 году в Домнине служил о. Даниил Домнинский. У него было два сына – священник Алексей Даниилович Домнинский и Иоанн Даниилович Иорданский, последний служил чиновником в Петербурге». Посоветовала более подробную информацию почерпнуть из книги Н.А.Зонтикова «Иван Сусанин: легенды и действительность», изданной в 1997 году в Костроме. За бесценную книгу эту я очень благодарна Татьяне Александровне Груздевой, директору Музея «Подвига Ивана Сусанина», она сумела по моей просьбе впоследствии эту книгу для меня раздобыть. Штудирование этой монографии вывело меня на, как оказалось, единственно верный путь поиска своих глубинных предков.

Это письмо игуменьи Ангелины вновь, уже во второй раз, выводило меня в процессе моих родословных поисков на какого-то Иоанна Иорданского из Домнина то ли священника (из газеты от тети Фаи в 1993 году), то ли петербургского чиновника…

Еще с 1997 года я неоднократно безответно писала в Костромское Епархиальное Управление, сообщая данные об известных мне моих Иорданских, деде, прадеде и пра-прадеде – священниках костромской епархии, с вопросами о моих более ранних предках. Мне думалось, что в недрах этой церковной организации ведется какой-то учет, летопись местных священнослужителей, дублирующая часть документов ГАКО, сгоревших в 1982 году. Но, нет, мне не отвечали, да и не было у них, как оказалось, никакого своего архива. Единственным положительным результатом этой безответной долгое время переписки явилось знакомство, пока заочное, с Лидией Владимировной Карпинской. Она, бывшая тогда архивариусом Епархиального Управления, просто из сочувствия, ответила на одно из моих писем. Впоследствии я познакомилась лично с этой милой женщиной 1930 г.р., подружилась с ней, и нашла в ней единомышленницу своих генеалогических исканий. Она в одиночку, как и я, много лет бьется над кажущейся неразрешимой задачей воссоздания истории своего кровного Рода. Посочувствовав мне, она в письме поделилась со мной собственным поисковым опытом.

В самом начале нового века я завела обширную переписку с архивом и музеем города Буя. Я буквально пытала их сотрудников вопросами и по поводу семьи своего прадеда диакона Сергея Иорданского (Воскресенская церковь находилась всего в 12 верстах от Буя), и о нынешнем местонахождении Николаевской церкви на Быстрых (в 19 веке эта церковь тоже числилась в Буйском уезде). Переписку со мною терпеливо вела старший научный сотрудник Буйского краеведческого музея Екатерина Борисовна Белякова. Очень я ей благодарна. Она не только отвечала на мои вопросы, давала советы по организации дальнейшего поиска, а и ксерокопировала обнаруженные в их районе документы и фотографии, меня интересующие. Екатерина Борисовна даже собственноручно нарисовала подробную карту-схему дороги, по которой можно добраться до того места, где находится Николаевская церковь на Быстрых. И хотя это заочное общение с Буйскими краеведами-профессионалами так и не открыло мне тайну происхождения моего пра-прадеда, но зато обогатило знаниями множества различных деталей и подробностей жизни в 19 веке земляков моих предков. Е.Б.Белякова собственноручно отксерокопировала и прислала мне 40-страничную вступительную статью с биографией Ю.В.Жадовской из книги с наиболее полным собранием стихов поэтессы, изданную в 2004 году в Буе на средства местных предпринимателей. Я только из общения с Екатериной Борисовной узнала, что в годы, когда были молоды мои родители, Ю.В.Жадовская считалась известным поэтом и прозаиком. Мы с Мишей с детства помним стишок

«Нива, моя нива,

Нива золотая!

Зреешь ты на солнце,

Колос наливая…».


Оказывается, его автор Юлия Валериановна Жадовская (1824-1883). А в ее романе «В стороне от большого света» описывается жизнь того самого села и в то самое время, когда в нем жила семья моего прадеда.

Мечта узнать о более глубоких своих корнях меня не покидала, однако в 2004 году я решилась собрать воедино весь накопленный к тому времени объем знаний о наших Иорданских. Багаж скромный, но все же, охватывающий семь поколений, четыре до меня и два – после. И я написала книгу «Иорданские» из 150 страниц машинописного текста формата А-4, обильно снабженную фотокарточками, красиво оформленную и переплетенную. Тираж – всего 5 экземпляров – себе, племянникам Игорю и Анатолию Иорданским, детям Николаю и Анатолию Дружковым. Весь текст книги набрала на своем домашнем компьютере моя младшая сноха Ксения, а фотокарточки оцифровал и умело вставил в канву книги мой старший внук Павлик, тогда еще школьник. Обложку книги, приведенную мною в начале повествования, тоже сделал Паша. Спасибо Ксене и Паше огромное!

Но, не останавливаться же на достигнутом! И я решила съездить в Кострому и самой убедиться в Костромском архиве, что из-за пожара 1982 года невозможно восстановить более древние страницы истории Рода.