Письма к В. П. Хохлову
(1974–1988)

Владимир Павлович Хохлов – историк, генеалог, краевед.
Родился 5 марта 1940 г. в Ленинграде.
Отец – Хохлов Павел Зиновьевич (1912–1976), всю жизнь проработал шофёром в различных организациях. Мать – Зинаида Антоновна (1915–1986), учитель начальных классов, счетовод, торговый и профсоюзный работник.
В 1942 г. был вывезен из блокадного города в Минусинск Красноярского края, где и окончил в 1957 г. среднюю школу № 3.
После окончания школы работал раз­норабочим, слесарем, диспетчером в горо­дах Минусинске, Калининграде, Абака­не; 3 года служил в армии под Москвой.
В 1965–1969 гг. студент физико-мате­матического факультета Уссурийского пе­дагогического института Приморского края, по окончании которого работал учителем математики в школах Чугуевского и Кава­леровского районов Приморского края. В 1971–1976 гг. – подземный радиометрист ядерно-геофизического участка Хрусталь­ненского горнообогатительного комбината (ХГОК, пос. Кавалерово, Приморье), 1976–1991 гг. – электромеханик технического узла союзных магистральных связей и телевидения № 3 (ТУСМ-3, Кавалерово), в 1991–1995 гг. – научный сотрудник Кавале­ровского районного краеведческого музея. С 1995 г. на пенсии.
В письме от 20 августа 2003 г. он сооб­щает о себе: «Генеалогией занимаюсь “со школьной скамьи”, с 1954 года. Почти каж­дый год, в отпуск, бывал в Москве, Ленин­граде и других городах и занимался генеа­логическим поиском. В Костроме, в гостях у Александра Александровича, был много раз <…>».
Профессор Владивостокского универ­ситета экономики и сервиса Амир Хисамут­динов в 2000 г. о В.П. Хохлове написал следующее: «В течение многих лет он тихо и скромно делает своё дело, по крохам собирая и выстраивая родословные. Их на счету у Хохлова многие сотни. Он знает генеалогические подробности о самых разных людях – от всемирно известных, как А.С. Пушкин, до простых приморцев, своих земляков, кому он бескорыстно помог проследить родословную и разобраться в своих корнях. <…> У Хохлова позади десятки написанных статей и сотни последователей, увлёкшихся, как и он, кропотливым делом составления родословных».
Живёт в посёлке Кавалерово Примор­ского края.

С А.А. Григоровым познакомился в конце марта 1974 г. в Москве на квартире историка и генеалога В.А. Ка­зачкова. Сразу же завязалась интенсивная переписка, продолжавшаяся до самой кон­чины Александра Александровича. За вре­мя переписки с А.А. Григоровым (1974–1988) получил от Александра Александро­вича 251 письмо и 24 открытки и все их сохранил в своём архиве.
Для данного издания Владимир Павло­вич любезно выслал все оригиналы писем и открыток.



1 мая 1974 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Исполняю обещанное и начинаю Вам помаленьку вы­сылать родословные материалы, на первый раз о Плаути­ных. Посылаю всё, что имею про эту фамилию. Остальные – из числа тех, что Вы выразили желание получить от меня, – будут много больше по объёму, и поэтому высы­лать буду по мере их готовности.
Очень сожалею, что видел Вас столь кратковременно и не успел с Вами как следует познакомиться, что весьма важно, так как наше «племя» генеалогов весьма малочис­ленно и всякое новое знакомство, естественно, весьма цен­но. От Вас жду обещанных сведений про Уфимскую линию Лермонтовых.
Очень бы желал продолжать с Вами переписку и обме­ниваться материалами. Надеюсь, что на это Вы откликни­тесь.
Попутно поздравляю с наступившим праздником 1-го мая и наступающим праздником днём Победы и желаю Вам здоровья и успехов во всех Ваших делах.
Уважающий Вас А. Григоров.

~ • ~
10 июля 1974 года
г. Кострома

Уважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 4 июля я получил. Как только Вы разберётесь с присланными мною генеалогическими мате­риа­лами, я Вам вышлю ещё кое-что из готового и гото­вящегося1.
Уже готова полностью родословная одной ветви Гри­горовых, той, к которой принадлежу и я. Другими ветвями я не занимался, ибо о них есть материал у Чернопятова и у Савёлова, хотя, судя по тому, что и Савёловым и Чернопя­товым много спутано и пропущено в родословии нашей вет­ви, там тоже могут быть ошибки и пропуски, но я не имел и не имею возможности выверить все остальные ветви, ибо их было штук шесть или семь.
От Ю.Б. Шмарова я так и не имею ни ответа ни при­вета, как и Вы, и не знаю даже, получил ли он посланные мною ему родословия.
В.А. Казачков написал с дачи письмо, где он выра­жает своё неудовольствие дачными условиями и невозмож­ностью заниматься его обычными делами.
Будущая книга, над которой трудимся ныне А.И. Алексеев и я, предположена пока к изданию в 1975 году, и название её пока условное: «Кострома–Дальний Восток». Может быть, название мы и изменим2.
Про Керн и Полторацких у меня нет решительно ни­какого материала, и сообщить Вам про эти фамилии я не могу ничего.
Я Вас попрошу, когда будете мне писать, то сооб­щите, какие именно фамилии (генеалогические материалы-родо­словия) я Вам послал, ибо я уже теперь не помню и могу послать вторично, что нежелательно, ибо это будет уже напрасной тратой времени и бумаги. Я только помню, что у Вас была родословная Шиповых, которую Вы мне уже вер­нули3.
Слышал и читал про пронесшийся над Вашим краем тайфун «Джильда». Не нанёс ли он какого-либо ущерба Ва­шему городу4?
У нас сильно пострадал от небывалого урагана го­род Горький, там прошёл какой-то весьма разрушительный смерч, разрушивший много домов, преимущественно старой постройки, но пострадали и новые дома.
Итак, жду от Вас дальнейших вестей и поправок к своим генеалогическим «трудам».
Шлю Вам свой искренний привет и пожелания здо­ровья и успехов в трудах на всех Ваших «фронтах».
А. Г.

 



1 В.П. Хохлов 14 июля: «Получил от Вас огромную массу генеа­логического материала, сижу сейчас и изучаю. Как закончу, то не­медленно возверну. Добавления у меня к этим родословиям будут небольшие по Черевиным и князьям Козловским, а по другим ни­чего» (ед. хр. 2358, л. 5).
2 Книга выйдет под названием «Костромичи на Амуре».
3 В.П. Хохлов 21 июля: «Вот список высланных Вами родосло­вий (все они возвращены мною):
1. Плаутины.
2. Хомутовы.
3. Шиповы.
4. Языковы (одна ветвь).
5. Кн. Козловские (костромичи).
6. Колошины.
7. Куломзины (одна ветвь).
8. Катенины.
9. Черевины.
10. Жоховы.
11. Щулепниковы.
12. Невельские.
Жду от Вас родословия других фамилий (Соймоновы, Овцыны и т.д.)» (ед. хр. 2358, л. 7).
4 В.П. Хохлов 21 июля: «Все тайфуны с женскими именами до нашего Кавалерова не доходят. В основном буйствуют на море и на побережье, а наш маленький посёлок находится далеко в горах Сихоте-Алиня, так что на нашу долю достаётся только ветер и дождь» (там же, л. 7 об.).

~ • ~
18 сентября 1974 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вчера получил от Вас пакет с материалами по генеа­логии и Ваше в этом пакете вложенное письмо от 7 сентя­бря.
Буду рад знать, если Вам что-либо из моих материа­лов пригодилось. Сейчас посылаю Вам ещё материалы по 11 фамилиям, может быть, и из этого Вам что-либо подойдёт.
Хотелось бы от Вас получить что-нибудь вроде отзы­ва на эти мои родословные заметки. Может быть, что-ни­будь в них не так, перепутано или что другое. Мне бы это Ваше мнение было полезно.
Затем буду ещё присылать Вам, но надо кое-что до­делать, это Соймоновы, Полозовы, Куломзины, Сальковы и другие, постепенно и всё это не минует Вас.
Моя жизнь тоже идёт так себе. Вот было лето, часто мы с женой и нашими постоянными гостями ходили в лес, собирать грибы, мы все до этой «Тихой Охоты», как её те­перь зовут, большие охотники. А урожай на белые грибы нынче был очень хорош. Теперь уже лето прошло, подсту­пила осень и жаль ушедшего лета. Ведь теперь уже ча­стенько в голову закрадывается мысль: «А не в послед­ний ли разок ты побывал в нашем чудесном Северном лесу?» Ведь годы уходят один за другим, и, вероятно, уже не так-то много их осталось впереди у меня.
От В.А. Казачкова получаю частенько эпистолии, в них мы предаёмся по большей части воспоминаниям о го­дах, проведённых в стенах корпуса, где оба мы были целых 6 лет. А от Ю.Б. Шмарова с мая месяца ничего не получал. В.А. Казачков пишет, что он так загружен своими делами, что у него нет времени на ответы многочисленным своим корреспондентам. Может быть, в октябре попаду в Москву, тогда сам к нему наведаюсь. Свою работу о Невельском и его сподвижниках я сдал и теперь жду приговора: как-то пройдёт в издательстве все цензурные рогатки.
С книгами и у нас дело плохо. Вы правы, не только старые, дореволюционные издания невозможно достать, но и очень многие советские, даже вышедшие совсем недавно. Уж очень малы тиражи интересных для нашего брата книг1.
Желаю Вам всего доброго и шлю привет и наилуч­шие пожелания Вам, Вашей супруге и всей Вашей семье от себя и от своей жены, которая благодарит Вас за внимание.
С уважением А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов 7 сентября: «По возможности собираю книги, но с книгами сейчас стало очень и очень плохо, хорошую и нужную кни­гу не достать – дефицит, не говоря уж о дореволюционных издани­ях» (ед. хр. 2358, л. 8).

~ • ~
13 октября 1974 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Я получил всё, посланное Вами, и весьма Вам при­знателен за все Ваши замечания и дополнения, всё это именно так и надо делать – то от одного, то от другого, такого же, как мы с Вами, любителя, получаю всякого рода поправки и дополнения, и материал делается всё полнее и, вероятно, достовернее1.
Давайте и в дальнейшем будем продолжать такой обмен. Только попрошу Вас принятьво внимание, что я Вам посылаю, кроме небольшого количества уже, можно сказать, «законченных» родословных, всякие фрагменты, разные выписки и так далее по многим фамилиям, по кото­рым у меня, как говорится, «руки не дошли». Но Вы, как знающий дело любитель, сами сумеете выбрать из этих чер­новиков всё Вас интересующее. Затем, ещё прошу прощения за многочисленные опечатки, это уже моя вина, и просто нет времени исправлять все опечатки, а их бывает порою очень много, ибо я сам всё печатаю на машинке, чтобы не затруднять тех, кому приходится читать всё это, своим дур­ным почерком.
Спасибо за адрес Дементьева2. Буду ему писать, со­славшись на Вас.
Ещё хочу Вам сказать, чтобы не смущались, разби­рая родословные, что в одном и том же поколении встреча­ются люди с разницей в возрасте в сто лет, и иногда даже выше. Сперва я думал, что, может быть, допускаю сам ка­кую-либо ошибку, ибо от ошибок никто не застрахован, но оказывается, что чем древнее родословная, тем больше та­ких отклонений, и это не ошибка, а причины я Вам, ка­жется, объяснил в одном из своих писем. Такие отклонения не только у Невельских, но и многих других – и у Куприя­новых, и у Григоровых, и у Куломзиных, и особенно у кня­зей Вяземских, а также у Овцыных, да, пожалуй, почти у всех. Так что этим смущаться не следует.
Я сейчас Вам посылаю: Петровы – это фамилия, тесно соприкасающаяся с М.Ю. Лермонтовым, по линии Столыпиных и Хастатовых. Овцыны, Перелешины, Мари­ны, Куприяновы (они же Купреяновы), Кукели и Нелидовы. Всего 7 фамилий. Когда Вы это мне вернёте, то пришлю ещё, у меня есть ещё кое-какой запас.
Про некоторых я пытался писать статейки, кое-что прошло в печати, а кое-что «осело» в столах придирчивых редакторов.
Книга моя и А.И. Алексеева ещё заканчивается, воз­никла необходимость написать про печальную судьбу Н.К. Бошняка после того, как он оставил службу во флоте3. И надо ещё сделать ряд фотографий, чтобы воспроизвести в книге всякого рода памятные места, связанные с именем Бошняка. Это и выпало на мою долю, и очень мало отпу­щено времени мне на это, а 18 числа я должен на короткое время отлучиться в Москву4, так что у меня – «цейтнот». А как пройдёт книга все рогатки и что будет признано воз­можным к опубликованию, а что не подойдёт по «идеологи­ческим соображениям» – увидим позднее.
У нас стояла самая настоящая «золотая осень», та­кие я видывал только на Дальнем Востоке, ведь я там про­жил целых семь лет – 1943–1950. И сейчас ещё очень хо­рошая погода, хотя тепло снижается с каждым днём, но ещё морозов не было. Удивительно хорошо в таком позднем, осеннем лесу. Какие краски! Но осенний убор Амурской и Уссурийской тайги много красивее. Приходи­лось, не зная, сколько ещё отпущено нам топтать нашу грешную землю, спешить пользоваться такой осенью, и мы с женой вдоволь насладились этими осенними прогулками по нашим лесам и, кроме чисто эстетического удовольствия, получали ещё и другое, в виде грибов, до сбора которых мы оба большие охотники.
Сегодня как раз исполнилось 50 лет – «золотая сва­дьба» наша; вот, полвека прожили вместе, без всяких разво­дов, идя по тернистому жизненному пути рука об руку, и никакие невзгоды не могли нарушить наш союз, даже две­надцатилетняя вынужденная разлука5. Многие нам завиду­ют!
На этом закончу. Благодарим Вас за добрые слова от имени Вашего семейства, и мы также шлём свой искрен­ний привет Вам и всему Вашему семейству.
Будьте здоровы.
Ваш А. Г.

 



1 В.П. Хохлов 4 октября: «Получил материалы ваши по 11 фа­милиям, а через два дня и письмо с вопросом о Раевских.
Материалы просмотрел, кое-что выписал. Большое за всё спа­сибо. Материалы возвращаю, в приложении даю краткие дополне­ния и замечания» (ед. хр. 2358, л. 9).
2 В.П. Хохлов 4 октября: «О сватовстве Пестеля мне ничего не известно, но, может быть, об этом что-либо знает один воронежский краевед и любитель-генеалог Дементьев Андрей Афанасьевич. Его адрес: 397224, с. Краснереченск Грибановского р-на Воронежской области. Улицы и № дома нет, но его все знают, т.к. он работает директором восьмилетней школы. Напишите ему, сославшись на меня. Он как-то мне писал, что изучал архив Раевских. Кстати, А.А. Дементьева хорошо знает и В.А. Казачков» (там же, л. 9 об.).
3 По причине тяжелого психического заболевания, случившего­ся в 60-х гг. XIX в., Н.К. Бошняк совершил ряд «неадекватных дей­ствий» по отношению к своим бывшим крепостным крестьянам и костромскому губернатору В.И. Дорогобужинову, был судим, за­ключён под стражу, выслан в Астрахань; без малого тридцать лет провёл в Италии – в лечебнице для душевнобольных, где и скон­чался. Подробнее об этом см.: Григоров А.А. Николай Константи­нович Бошняк и его род // Григоров А.А. Из истории костромского дворянства. – Кострома, 1993. – С. 34–56.
4 Не за продуктами ли на свадьбу внука? См. письмо Б.С. Кин­дякову от 22 сентября 1974 г. на стр. 120.
5 С 1940 г. по 1951 г. – от ареста до воссоединения в казах­станской ссылке.

~ • ~
18 января 1975 года
г. Кострома

Уважаемый Владимир Павлович!
Вчера получил Ваше письмо от 12 января с/г и вскрывал его с тайной надеждой, что в нём прочитаю о том, что пропажа наша нашлась. Но – увы! – эта надежда не оправдалась1!
Вы пишете, что придётся заняться розысками. Но я Вам несколько дней назад написал, что одну квитанцию я разыскал и даже подал на нашу почту заявление о розыске, но меня уверили, что это бесполезно. Если куда-то заслали, то рано или поздно отправление дойдёт, а если вообще за­теряно – то пиши пропало!
Ещё подожду, тогда уже займусь восстановлением утраченного. Ещё там была моя рукопись о находке мною Яковлевского архива2, этого уже не восстановишь. Один эк­земпляр этой рукописи есть в Костромском архиве, куда устроены мною все найденные Яковлевские (и смежных с ними фамилий) документы. Это будет восстановить много труднее. А уж фотографию никак не восстановишь.
Однако ещё маленькая надежда во мне теплится. Бывали случаи, что засланное куда-то по вине почты от­правление и через несколько месяцев доходит до адресата.
Конечно, меня этот случай тоже очень огорчил и расстроил. Но что ж? Чего только не случается в нашей жизни! И не такие потери приходилось переживать. Как-ни­будь переживём и эту.
Теперь займусь снова родословиями Яковлевых, Ток­мачёвых-Прохоровых и Бологовских. Как только сделаю – так и вышлю Вам, на сей раз с уведомлением о вручении. А может быть, посылать ценными бандеролями? Но тогда нельзя марок наклеивать, а я Вам всё старался посылать с наклеенными разными художественными марками.
Кстати, о филателии. Я когда-то был «записным» филателистом, но это было очень давно, и теперь, как мне кажется, у филателии и цели иные, и методы иные. Но в марках я «толк знал» когда-то. И если Вы желаете и Ваши дети ценят действительно редкие марки, то я могу Вам и Вашим детям подарить:
1. Одну из самых первых Русских марок, серую, «без стрелок»3, в 7 коп., это и в моё время была редкая марка.
2. Французскую марку с портретом императора На­полеона III, тоже редкую.
3. Ещё несколько штук старинных Русских марок, тоже теперь очень редких.
Если Вас такие «редкости» интересуют, то напишите, и Вы их будете иметь. Тут уж я пошлю ценным письмом. Не дай Бог, такие раритеты пропадут4!
Итак, жду с маленькой ещё надеждой Вашего пись­ма с добрыми вестями о нашей пропаже.
Ваш А. Г.

 



1 О пропаже бандероли, отправленной А.А. Григоровым адре­сату, см. следующее письмо.
2 Имеется в виду рукопись о найденном в Заволжске у В.П. и Е.В. Степановых Яковлевском (Полозовском) архиве из усадьбы Комарово Кинешемского уезда. Это – ввозные грамоты, купчие, че­лобитные, духовные завещания, меновые и сговорные записи, ре­крутские квитанции, контракт на сдачу рекрутов, раздельные акты, закладные, опись земель, променные грамоты, указы о наслед­стве, отпускные записи на замужество, заёмные письма и пр. (ед. хр. 1761, л. 1, 2). «<…> Мне удалось найти и сохранить остатки большого когда-то архива семей Полозовых, Бестужевых-Рюми­ных, Яковлевых (из той же линии, что и А.И. Герцен) и других свя­занных между собой родством фамилий. Всего 104 документа, XVII–XIX веков» (Из переписки А.А. Григорова с И.В. Сахаровым / Публикация и предисловие И.В. Сахарова // Известия Русского ге­неалогического общества. Вып. 17. – СПб., 2005. – С. 66).
3 На почтовых марках до появления телеграфной связи изоб­ражались 2 почтовых рожка, после появления телеграфа к ним до­бавились 2 зигзагообразные стрелки в виде молний. Только рожки – эмблема почтовой связи, всё вместе (рожки и стрелки) – эмбле­ма почтово-телеграфной связи (сообщено В.М. Клеймёновым, Ко­строма).
4 В.П. Хохлов 25 января: «О филателии. С превеликой благо­дарностью приму старые русские марки и Наполеона III француз­ского. Может быть, у Вас ещё что-либо найдётся – не обязательно редкие, но хотя бы старые (до 1917 г. выпуска), и не обязательно русские.
Сейчас, действительно, и методы, и цели другие. Сейчас больше пишут о марке как о визитной карточке какой-либо страны, о борьбе за мир и дружбу между народами и другие высокие сло­ва. И в последнюю очередь о марке как предмете коллекциониро­вания и помещения капитала (это сейчас идёт под рубрикой “сен­сация и курьёзные случаи”). Правда, иногда затрагивается эстети­ка, воспитание вкуса и пополнение знаний человека» (ед. хр. 2358, л. 17, 17 об.).

~ • ~
1 февраля 1975 года
г. Кострома

Дорогой Владимир Павлович!
Ваше письмо от 25 января с/г я получил очень бы­стро – 31 января – и спешу ответить Вам, а заодно и посы­лаю филателистический «подарочек». Уж не знаю, как Вам он понравится, но, по моим филателистическим познаниям, этот подарок должен быть весьма ценным в наше время. Пусть же он останется на память Вашим молодым филате­листам, от старого филателиста1.
Меня этому увлечению научил мой отец, в самом раннем возрасте. И именно благодаря филателии я получил, помимо школы, большие познания в географии и истории всего мира. И многое ещё не забыл до сего времени. Но то­гда и цели, и методы филателии были иные.
Теперь о пропавших моих бандеролях. Видимо, придётся смириться с их безвозвратной потерей. Жаль, но что же поделаешь? Мне сказали на почте, что если «засла­ли» куда-то, например, в Кавалерку Ростовской области, то, во всяком случае, вернётся по обратному адресу, а если ни­каких следов нет, то, скорее всего, эта почта попала в ава­рию, – это бывает с самолётами и, реже, с поездами, и в таких случаях обычно погибает большая часть почты. А аварии с самолётами бывают, и далеко не о всех нас ставят в известность через радио и печать. Так это или не так, теперь уже всё равно.
Я остаюсь перед Вами виноватым за книгу Черепни­на2, не знаю уж, смогу ли достать такую, когда буду в Москве. А мои потери безвозвратные – это фотография братьев Яковлевых и рукопись о находке Яковлевского ар­хива; это я Вам посылал для того, чтобы Вы могли озна­комиться с моей работой по розыску древних документов. Правда, один экземпляр этой рукописи есть в Костромском архиве, но надо идти туда и просить разрешения перепи­сать, на это надо тратить время и т.д., так что сейчас я это­го сделать не могу. Всё остальное – родословия Яковле­вых, Токмачёвых-Прохоровых и Бологовских – можно восстановить, чем я и займусь на будущей неделе и тогда всё Вам пришлю. Сабанеевых там не было. Соймоновы – сейчас «в командировке», а Сальковых могу прислать, хотя и там у меня переплелись Тамбовские и Костромские. О Тамбовских есть в книге о Тамбовском и Саратовском дво­рянстве, автор Норцов3. Но я сделал всё по Костромским данным, и как-то туда попали некоторые Тамбовские Саль­ковы, родственники Ю.Б. Шмарова. Так что если в Саль­ковых найдёте какие-либо ошибки, то исправляйте, общими усилиями найдём истину. И в Костромском крае было несколько ветвей Сальковых, и они все раздельно были за­писаны в родословные книги, но эти книги для меня были только вспомогательным источником, всё же я черпал из документов, причём обычно подлинных, а не копий.
Той книжки, что Вы пишете о получении от Демен­тьева, я не имею и не видал её. Напишу ему, может, он мне пришлёт, если они там в Воронежской области ещё есть4.
А с ним, как видно, такая же идёт история, что и с Вами. Это относительно пропажи на почте моих родослов­ных. Я ему послал, по его просьбе, родословную Шиповых и ещё кого-то, послал ценным на 20 руб. пакетом и с уведом­лением, послал 20 января, и пока нет ни уведомления, ни из­вестия от него. Но ведь Воронеж-то ближе, чем Ваша «Кава­лерия»? Подождём ещё с недельку, а там буду требо­вать свои 20 рублей. Шиповы у меня есть ещё в одном экземпля­ре, а вот что ещё я там положил – теперь уже не по­мню.
Теперь про Манасеиных5.
Это род Костромской и перебрался в Казань в XIX веке. В нашем архиве есть родословная Манасеиных, но ранняя, ибо потом они своих потомков не записывали, ибо растеряли свои Костромские имения и перебрались в Лаи­шевский уезд. Надо запрашивать из Костромского архива, но вряд ли они будут делать что-либо для частного лица. А я сейчас сижу дома, никуда не хожу, да и мне, не знаю, да­дут ли копаться в родословных, не имея ни от кого «бу­мажки». В моём же архиве имеются такие сведения о Мана­сеиных:
личные архивы этой семьи –
ЦГАЛИ, фонд 313, 63 дела, 1881–1909 (Это врача В.А.6)
ГБЛ, фонд 178 (рукописный отдел)
Костромской архив,
фонд 121, оп. 1, дело 70, лист 125, 1792 г.
2452           1840
3294            1844
оп. 2       19              1806
Лица у меня такие: Пётр Семёнович Манасеин и его жена Фёкла Ивановна, урожд. Бобрищева (Пушкина). Усадьба Ковалёво Нерехтского уезда.
Его сын Александр Петрович, род. 1736 г., жена Аграфена Петровна Шувалова, та же усадьба Ковалёво. Ротмистр в отставке, Нерехтский уездный казначей, 1778 г., и дворянский заседатель, 1788 г. В 1755 г. воевал в Башки­рии против мятежников, а в 1757 и 1758 гг. в Семилетнюю войну воевал в Пруссии.
Известные наши деятели, Вячеслав Авксентьевич Манасеин (1841–1901), и его жена Мария Михайловна, и дочь, Т.В.Манасеина7, все происходили из этого рода, но Вячеслав Авксентьевич родился уже не на Костромской земле, и поэтому ни о нём, ни о его брате8 в Костромской губернии следов уже нет.
Если Вам надо про Манасеиных, то сообщите, знако­мы ли Вы с так называемым «Шевлягинским» архивом? Это собрание документов Нерехтских преимущественно по­мещиков, изданное в 1892 г.9 Я могу зайти в нашу научную библиотеку и там списать всю древнюю родословную Мана­сеиных, а дома у меня больше нет ничего. Так что напиши­те, и это будет сделано. И даже это ещё лучше, чем в архи­ве, ибо поздних Вы знаете по Казанской ветви, а в Шевля­гинском собрании есть древние.
После воскресенья вышлю Вам бандеролью с уве­домлением Сальковых, Скрипицыных и ещё кого-нибудь.
Получение этого письма с филателией обязательно подтвердите. Яковлевых сделаю и в середине февраля вы­шлю.
Привет Вашей семье и юным филателистам.
Ваш А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов 11 февраля: «Письмо Ваше от 1/II и пакетик с марками получил ещё три или четыре дня назад, огромнейшее Вам спасибо!!
Марки эти будут теперь у меня храниться вечно, и постепенно буду искать по разным справочникам филателистические сведе­ния об этих марках (уточнять год выпуска и т.д.).
Ещё раз большое Вам спасибо!» (ед. хр. 2358, л. 18).
2 Черепнин Л.В. Акты феодального землевладения и хозяйства XIV–XVI вв. Часть 3-я. – М. – 1961.
3 Норцов А.Н. Материалы для истории Тамбовского, Пензен­ского и Саратовского дворянства. Т.1 // Известия Тамбовской учё­ной архивной комиссии. Вып. 47. – Тамбов, 1904.
4 В.П. Хохлов 25 января: «Сегодня получил от Воронежского Дементьева для прочтения Русакова “Потомки Пушкина”* – доволь­но любопытная и интересная, издана Лениздатом, 1974 г., тираж 50 тысяч»; 11 февраля: «Книжку “Потомки Пушкина” Дементьев сам получил в дар от Казачкова В.А. Надо мне списаться с ним (Андреем Афанасьевичем), и я эту книжку Вам вышлю для про­смотра, если у Вас есть на это желание» (ед. хр. 2358, л. 16 об., 18, 18 об.).
5 В.П. Хохлов 25 января: «Ещё один вопрос о фамилии Мана­сеины. У меня есть небольшая роспись, доведённая до 1905 г., ка­занская ветвь. А начало её из Костромы, Нерехтского уезда. Нет ли у Вас случайно костромской ветви сей фамилии, дополнить бы да объединить» (там же, л. 17).
6 Вячеслав Авксентьевич Манасеин – доктор медицины, про­фессор Военно-медицинской академии; издатель и редактор еже­недельника «Врач».
7 Жена – Мария Михайловна, урожд. Коркунова (1841–1903), доктор медицины, писательница**. Дочь (1880 или 1881–?) – художница, ученица Репина и Куинджи (http://starosti.ru/archive.php?m=10&y=1901).
8 У В.А. Манасеина было много братьев; здесь речь, несомнен­но, идёт о наиболее известном из них – Николае Авксентьевиче Манасеине (1834–1895) – члене Государственного совета с 1879 г.
9 Селифонтов Н.Н. Подробная опись 272 рукописям XVI до на­чала XIX столетий. Второго (Шевлягинского) собрания «Линевского архива». С приложениями. – СПб.: Изд. КГУАК, 1892.
_____
* Правильно: Потомки А.С. Пушкина.
** Автор книги «Пассивный анархизм и граф Лев Толстой» (Па­риж, 1894).

~ • ~
10 марта 1975 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вы очень быстро «управились» с моей посылкой Соймоновых и Скрипицыных, я и не ожидал такого скорого возвращения этого материала.
Вот и посылаю Вам ещё порцию – князей Вязем­ских, по Костромским источникам, и к ним в добавление Чагиных и Бологовских. И одновременно возвращаю с благодарностью тетрадочку с Манасеиными. А Ваши записи и Тверских Скрипицыных, и о потомстве Сусанны Соймоно­вой я оставляю у себя, хотя и не имею Вашего на то разре­шения, но, надеюсь, что таковое последует. А если нет, то напишите, и я их тоже верну.
Как только вернётся этот материал, то пошлю Токмачёвых и Прохоровых, Яковлевых же посылаю в этом же пакете.
Очень прошу Вас, если Вы обнаружите какие-либо ошибки или путаницу, то сообщите мне об этом.
Вот я уже довольно много сделал родословных и с помощью своих корреспондентов вношу в некоторые родо­словные дополнения и исправления, ибо ошибки в таком деле неизбежны. Читая старинные документы, так много об­наруживается разночтений, часто отчества в разных доку­ментах пишутся про одно и то же лицо то «Александрович», то «Алексеевич» или «Андреевич», и име­на тоже – то «Анна», то она же «Александра» и так далее. Ведь многие документы не подлинные, а копии, снятые в том же XVIII или начале XIX века, и писцы часто ошиба­лись. Да, впрочем, Вы и сами, наверное, со всеми такими случаями сталкивались в своей работе.
Мне трудно вообще работать, так как я не имею у себя ни единого печатного труда по генеалогии, а в нашей областной библиотеке и нет многих, а какие есть, то и те не дают: у нас такие порядки, что на всю литературу, издан­ную до революции и даже, часто, до 1945 года, надо полу­чать особое разрешение1. Это чёрт знает что, вот в Москве, и в Ленинской, и в Исторической, и в Ленинграде все гене­ральные каталоги доступны для читателей и можно выпи­сать любую книгу или журнал, а у нас на такие книги надо брать специальное разрешение от директора, а тут начнутся вопросы: «Для чего это Вам, что Вы за работу делаете, да по чьему заказу» – и так далее2.
Получите этот пакет – сейчас же напишите мне, ибо уведомления часто не достигают цели, я посылаю много в разные концы, и половина уведомлений пропадает без следа на почте.
Хотел ответить на Ваше письмо; кажется, Вы что-то в нём меня спрашивали, но куда-то оно запропастилось, и поэтому на Ваши вопросы, если таковые были, отвечу в другой раз3.
От Дементьева я получил обратно очень быстро по­сланные ему по его просьбе родословные трёх фамилий, но, почему-то, ни строчки от него до сего времени нет.
В.А. Казачков пишет, но не очень часто. Жалуется то на болезни, то на всякие его семейные праздники или ка­кие-нибудь юбилеи и прочие «мероприятия», которые отни­мают у него очень много времени.
Будете смотреть свою тетрадку о Манасеиных, обра­тите внимание: я там вложил свою записочку о дочери из­вестного врача В.А. Манасеина, Т.В. Манасеиной, которая почему-то оказалась пропущенной в этой, в остальном весь­ма полной, росписи.
Вот и всё пока.
Желаю Вам и Вашей семье доброго здоровья и вся­кого благополучия и успехов в Ваших делах и трудах.
Искренне уважающий Вас А. Григоров.

 



1 В ещё худшем положении находился В.П. Хохлов. Высылая А.А. Григорову родословную Васильчиковых, он писал 28 января 1988 г.: «Надеюсь, Васильчиковы Вам понравятся, хотя в первых XII коленах – несусветная путаница и неразбериха. А чтобы разобрать, надо работать с источниками, а все источники в Москве да в Ленинграде, а я сижу в глухой деревне, и нет у меня никакой возможности заняться вплотную генеалогией» (ед. хр. 2361, л. 6).
2 Ср.: «Как мне жаль молодёжь, что она не знает старины – сколько она теряет от этого. Но что делать – всё это для неё скры­то под 7-мью замками. Одни библиотекарши – церберы, “берегу­щие” в библиотеках старые книги, чего стоят» (из письма Д.Ф. Бе­лорукова от 24 июня 1972 г.; ед. хр. 2217, л. 6 об.).
3 В.П. Хохлов 1 марта: «Есть ли у Вас что-либо по фамилиям Лаптевы, Чириковы, Кашкаровы?
<…> Как продвигаются дела по Вашей с Алексеевым книге?» (ед. хр. 2358, л. 22 об.).

~ • ~
3 июня 1975 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вы очень точно рассчитали время высылки моих ро­дословных: я вернулся в Кострому 28 мая, а Вашу банде­роль получил вчера, 2 июня1.
Благодарю Вас за все сделанные замечания и допол­нения. Так, взаимно дополняя и исправляя ошибки, мы до­стигаем наибольшей достоверности в своих работах, поэто­му будем продолжать эту работу, пока не иссякнет мой запас родословных. А он уже близится к концу, и тогда останутся только «фрагменты», то есть отрывки родословий тех или иных фамилий, попавших в поле моего зрения, по которым я не мог или не успел разработать детально всю генеалогию2.
Отвечу на Ваши вопросы:
1. В схеме родства Яковлевых я ошибся, показав мужа Елизаветы Васильевны – № 86, Вадима Петровича Степанова – в линии Бюксенмейстера. Надо было сделать ещё одну линию, так как Андрей Иванович Бюксенмейстер был дедом Вадима Петровича Степанова, мужа № 86. Его мать, неизвестная мне по имени, была замужем за некиим Степановым, про которого я тоже ничего не знаю3. Но про деда – Андрея Ивановича – знаю много, это был талантли­вый самоучка-изобретатель, вполне могущий поспорить с са­мыми образованными инженерами. Он сделал много изоб­ретений по части электротехники и основал завод по произ­водству разных нужных для электричества предметов; его имя увековечено в Политехническом музее в Москве, и пор­треты его есть во многих специальных изданиях.
2. Конечно, у потомков Яковлевых есть дети, и, как кажется, немало. Я же знаю только дочерей № 86 Елизаве­ты Васильевны: старшая – Люся, экскурсовод туристов по маршруту Москва – Золотое кольцо, а младшая, Наташа, с «дефектом» – была «трудным ребёнком» и малость не в своём уме, с трудом была обучена чтению и письму.
Нынче летом Михаил Александрович Яковлев с же­ною своею, Татьяной Львовной, урождённой Пушкиной, бу­дут ехать на пароходе из Ленинграда, где они живут, до Астрахани и обратно, это туристический пароход. Татьяна Львовна мне писала, чтобы я вышел на пристань, повидать­ся с ними, пока пароход стоит в Костроме, и тогда я смогу выспросить у неё, ибо она «хранительница» преданий родов Пушкиных и Яковлевых.
3. Относительно какого-то Раевского, то я так же, как и Вы, не мог установить, кто был этот Раевский, но это не моя фантазия, а взято из печатных источников, сейчас не сумею сказать, откуда именно.
Весьма благодарен Вам за присланную книжечку «Потомки Пушкина». С интересом, как всегда про всё, что касается до Александра Сергеевича Пушкина, я уже начал читать эту книжку и, по прочтении её мною, женой и внуч­кой, немедленно вышлю А.А. Дементьеву, кстати, и он мол­чит в переписке со мной, с зимы не ответил на моё письмо.
О Малыгине я Вам ничего утешительного сообщить не могу. Род этот Ярославско-Костромской, и Малыгины ча­сто встречались в Костромской истории, но какой именно Степан Гаврилович (1764) был из них моряком – я не могу сказать. Да и не пытался с этой фамилией разбирать­ся. Был Малыгин и воеводой в Костроме, был один и уездным предводителем, но всё это было очень давно, а в более поздние времена, ближе к нашим дням, Малыгины в нашей губернии уже не встречались.
Теперь о поездке в Ростов и в Москву. Пребывание в Ростове – это было дело чисто «семейное». Дочь моя ко всем таким историческим делам отношения не имеет и не интересуется, а уж про генеалогию и говорить нечего. Ново­го только то, что дочь моя живёт в доме, на котором укреплена мраморная доска, говорящая о том, что в этом доме жила и умерла жена знаменитого исследователя-путе­шественника по Восточной Сибири, Мавра (отчество забыл) Черская.
Этим, с моих слов, очень заинтересовался доктор географических наук А.И. Алексеев, с которым вместе я на­писал ещё не вышедшую из печати книгу про Невельского, Бошняка и Купреянова. Сейчас А.И. Алексеев пишет книгу по заданию ЦК ВЛКСМ под названием «БАМ – кто был там». Всё, что касается до И.Д. Черского4, его жены и потомства, ему нужно для этой книги, а внизу, под кварти­рой моей дочери (в 1-м этаже), живёт внук И.Д. Черского.
Больше в Ростове интересного для наших с Вами об­щих интересов ничего не было. Иное дело было в Москве. Я встретился с двумя или даже с тремя потомками семьи Купреяновых, из которой вышло много моряков, военных, а уже в наше время работников культуры и искусства. Один из них, правда уже не носящий фамилии Купреяновых, прямой правнук адмирала И.А. Купреянова5, участника плавания (первого в истории) к берегам Антарктиды, под руководством Ф.Ф. Беллинсгаузена и М.П. Лазарева, потом (1834–1842) он был Правителем Русско-Американской компании и губернатором Аляски. Его сын, тоже адмирал, в молодости (1854–55) был сподвижником Г.И. Невельского по Амурской экспедиции6. Другие представители этой фамилии были и моряками (один убит в бою при Наварине 8/Х 1827 г.7, другой убит в Севастополе в один день с адмиралом В.А. Корниловым8), один был изобретателем первой подводной лодки, он же редактор «Морского сборника»9. Сухопутные – два участника Бородинского сражения10, один участник пленения Шамиля11 и так далее. Не обошлось и без революционеров: один привлекался по процессу «193-х» и умер в Петропавловке до суда12, и много других интересных лиц.
А у этих потомков я увидел семейные записи о ро­ждениях, браках и смертях, с указанием всяких степеней родства (при записях крёстных отца и матери). Это матери­ал поистине бесценный для всякого, занимающегося генеа­логией. Записи идут от третьей четверти XVIII века до тре­тьей четверти XIX века, то есть за сто лет. Делались эти записи на чистых листах старинной Библии, как это было принято и в православных, и в лютеранских семьях.
Я оттуда извлёк для себя весьма ценные сведения об Окуловых, Юрьевых, Кузьминых, Засецких и др. По всем этим фамилиям нет ничего дельного. В собрании Ю.Б. Шма­рова есть и Юрьевы, и Окуловы, но очень неполные и явно неправильные (Окуловы).
Там же сохранилась у одного из Купреяновых фа­мильная икона, которой когда-то, в середине XVIII века, благословили при вступлении в брак далёкого предка этих Купреяновых. Я очень был доволен этими новыми знаком­ствами.
У Ю.Б. Шмарова был много раз, и у него списал из В.П. Сторожева13 ту же линию Чагиных, что Вы мне при­слали; конечно, спасибо и Вам за это.
Кроме того, виделся с теми людьми, которые для меня милы и дороги: 92-х летним С.Д. Шиповым, А.Д. Че­ревиным14, дочерью А.А. Сиверса и моей старой приятельни­цей М.П. Римской-Корсаковой, возвращавшейся из Гагры в Ленинград и остановившейся для встречи с друзьями в Москве.
Был один раз у В.А. Казачкова, с ним очень трудно встретиться, у него телефона нет, а сам он вечно в отсут­ствии по своим бесконечным Пушкинским, Бородинским, де­кабристским и иным делам.
Хотел побывать и у известного Вам Г.Б. Ольдерогге, но у него домашние неприятности: тёща, 85 лет, сломала себе бедро, теперь лежит дома в безнадёжном положении, и поэтому для приема «гостей» у бедного Георгия Борисовича обстановка неподходящая. Однако он выбрал минутку и приехал ко мне, посидели с ним часок-другой в той кварти­ре, где я имею всегдашний свой приют15.
Всё было хорошо, и погода стояла отличная. Но с 24 мая погода резко испортилась: жара (было до +30 гра­дусов) сменилась адскими холодами, сильнейшими ветрами и дождями. Температура с 30 градусов спала почти до ноля. А мы поехали на пароходе, билет был взят заранее, думали получить удовольствие от поездки по каналу и Волге, а пришлось двое суток торчать в каюте, ибо и носа высунуть на палубу не хотелось.
Приехали домой – в квартире холодище, хуже, чем на улице. Дом каменный, наш 1-й этаж, отопление выключе­но, и приходится до сего дня надевать на себя по три одёж­ки и спать под тремя одеялами! И льют дожди не переста­вая, да холодные какие! Ожидаем на днях, по уверениям си­ноптиков, улучшения погоды, но как им верить? Они ведь, мягко говоря, часто ошибаются, а проще говоря, врут.
Вот и все мои новости. Посылаю Вам Полозовых, хотел сверить их с Ельчаниновым, но обнаружил такую не­разбериху при сопоставлении моей и его родословной, что не стал время терять, можно своё время использовать с большей пользой.
Затем, Куломзиных, целых десять «веточек». Это бо­лее надёжно.
Затем, Ратьковых и Ратьковых-Рожновых. Это один род, так как после женитьбы Ратькова на Рожновой, с 1860 года, их потомство стало по Высочайшему соизволению но­сить двойную фамилию.
Затем, Перелешиных несколько веточек, это тоже до­стоверная родословная.
Вот, кажется, и всё. По получении напишите. Буду ждать Вашего письма.
Привет Вашему семейству.
Искренне Ваш А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов 21 мая выслал родословные Бологовских, Яковлевых, князей Вяземских, Чагиных.
2 В.П. Хохлов 9 июня: «Относительно того, что запас Ваших ро­дословных кончается, то это, пожалуй, не скоро будет, ведь ещё впереди Соколовы, Зузины, Токмачёвы, Прохоровы, Барановы, Матвеевы, Левашовы, Чихачёвы, Сальковы, Мичурины, Толбузи­ны, Сипягины, Свиньины, Чалеевы, Чириковы, Шкот, Грамотины, Карцевы (обновлённые) и ещё Лермонтовы. (Как говорится, сапож­ник без сапог, – так до сих пор у меня нет полной родословной Лермонтовых!)
Ну, а уж когда пойдут “фрагменты”, то, соединяя их с имеющи­мися у меня “фрагментами”, получим и росписи. Так что работы ещё впереди много» (ед хр. 2358, л. 29 об.–30).
3 Ксения Андреевна, урожд. Бюксенмейстер (1878–1956), и Пётр Степанович Степанов (1878–1937)*. Он после окончания в 1900 г. Строгановского училища в Москве был назначен храни­телем училищного музея и состоял в этой должности до 1914 г. В 1914 г. переехал в Пермь, в 1919–1920 гг. – в Кинешемский уезд. С 1923 г. – «технорук» на заводе, т.к. не мог найти работу по специ­альности (из письма В.Н. Беляева 1988 г.; Кинешемский художе­ственно-исторический музей).
4 Иван Дементьевич Черский (1845–1892) – геолог, палеонто­лог и географ, исследователь Восточной Сибири; по национально­сти поляк (за участие в Польском восстании 1863–1864 гг. был со­слан в Сибирь).
5 Владимир Владимирович Варли.
6 Яков Иванович Купреянов.
7 Николай Никифорович Купреянов (1798–1827).
8 Николай Николаевич Купреянов (1829–1854).
9 Василий Андреевич Купреянов (1846–1888).
10 Николай Яковлевич (1794–?) и Павел Яковлевич (1789–1874) Купреяновы. О них см. письмо к М.С. Михайловой от 24 июня 1975 г. на стр. 421.
11 Павел Александрович Купреянов. О нём см. прим. 1 к письму к М.С. Михайловой от 31 мая 1975 г. на стр. 418.
12 Михаил Васильевич Купреянов. О нём см. письмо к М.С. Ку­преяновой от 26 декабря 1975 г. на стр. 435.
13 Сторожев В.Н. Тверское дворянство XVII века. Вып. 3. – Тверь, 1894.
14 Опечатка: надо «Д.А. Черевиным».
15 У Н.Н. Григорович.
_______
* Умер своей смертью.
26 июня 1975 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Надеюсь, что это письмо и посылаемое одновремен­но ценной бандеролью действительно весьма для меня ценное собрание пяти родословных Сипягиных, Саль­ковых, Сколковых, Чихачёвых и Лермонтовых застанет Вас ещё дома, до Вашего отъезда в отпуск, на Алтай ка­жется1?
Ваше письмо от 19/VI, вложенное в бандероль с ро­дословиями Полозовых, Перелешиных, Куломзиных и Рать­ковых, я получил вчера, всё дошло в целости и сохранно­сти. А по получении от меня посылаемой сегодня бандеро­ли прошу меня немедленно известить, хотя бы открыткой.
Теперь по строкам Вашего письма.
Про Куломзину, жену П.А. Голохвастова, я пока ни­чего ещё не мог разыскать.
Про Перелешиных. Очень интересно то, что Вы мне сообщили про сына Б.В. Савинкова2. Я этого ещё не знал. Относительно генеалогии Савинковых я знаю только то, что его отец служил в Варшаве, кажется учителем, а его се­стра, Вера Викторовна, вышла замуж за нашего Костром­ского помещика Мягкова, на сестре которого был женат один из Купреяновых3. Знаю также, что сам муж В.В. Са­винковой, Мягков, был племянником известного народника, Н.К. Михайловского4, но подробностей пока не имею, ибо их и не искал.
Хочу Вам сказать своё наблюдение над книгами Ель­чанинова5. Я обнаружил у него в тех выпусках, которые имел возможность пользовать, много ошибок в родословиях Полозовых, Боборыкиных и иных. Поэтому считаю нужным пользоваться Ельчаниновскими сведениями с большой осто­рожностью.
Вашу тетрадь с Ратьковыми я задержу, пока нет времени для детального разбора всех Ратьковских дел. Ду­маю, что Вам эта вещь, поскольку Вы её уже сделали, не понадобится в скором времени. Как только успею её перепи­сать, то тотчас же вышлю.
Посылаю Вам Сколковых, Сальковых, Чихачёвых, Сипягиных и Лермонтовых.
Прошу прощения за возможные опечатки, не успел проверить Лермонтовых, а печатал не я, и там есть описки и опечатки неисправленные, но не имеющие значения для сути дела.
Сколковы очень кратки, их документов мало, и род этот, по крайней мере в Костромском крае, прекратился давно. Сипягиных посылаю всё без разбора. Потомство Мартьяна Яковлевича можно ещё довести до 1917 года, но я ещё не успел этого сделать. Замечу, что одна из дочерей М.Я. Сипягина, вышедшая за Слащова, имела дочь Веру Ва­сильевну, жену Василия Николаевича Лермонтова.
Относительно Сальковых, то, по справочнику Норцо­ва о Тамбовском дворянстве, одни и те же Сальковы проходят у Норцова как Тамбовские дворяне, и те же лица числятся и у нас, по Костроме. Это №№ 29, 54, 55 и др.6
Теперь относительно марок. К сожалению, у меня нет никаких колониальных марок. Когда-то, ещё до 1917 года, их было у меня множество: все африканские колонии, индонезийские (Зондские острова) и масса Тихоокеанских (всякие там Каролинские, Марианские острова и прочая эк­зотика); все марки были весьма красивые и хорошо выпол­ненные, но, увы, этот альбом у меня пропал в 1919 году7, и теперь только остались о нём одни воспоминания. Сохра­нился лишь малый альбом, 1913 года, в нём колониальных марок нет, кроме Канады, Австралии, то есть не коло­ний, а «доминионов». Сохранилась лишь одна марка это Германской колонии Юго-Западная Африка, ныне называет­ся «Намибия», и, против постановлений ООН, Южно-Афри­канский Союз до сего времени не предоставляет независи­мости этой «Намибии». Прежде это была колония Германии (главный город Людериц), в войну 1914–1918 гг. была от­воёвана Английским доминионом, Южной Африкой, и она владела этой страной по мандату Лиги Наций, а теперь не выполняет решения ООН и не даёт независимости этому краю. Живут там какие-то «Гереро»8, с которыми немцы вели ожесточенную войну в 1904–1906 гг. Эта марка большая редкость, и прошу Вас принять её от меня в знак признательности и уважения.
Вот пока и всё. Желаю Вам всего лучшего, приятно­го и полезного отдыха во время отпуска и, вообще, всего самого лучшего.
Ваш А. Г.

 



1 В.П. Хохлов после 2 июля (и до 11 июля): «С отпуском у меня ничего не получилось – не дали и объяснили отказ производствен­ной необходимостью, во что я, конечно, не верю. Но делать нече­го, и я решил отложить отпуск до января-февраля 1976 года. Тогда у меня будет отпуск за 2 года и бесплатный проезд, и я смогу посе­тить нужные мне города и веси (Херсон, Москву, Ленинград, Воро­неж, Горький, а может быть, и Кострому!» (ед. хр. 2358, л. 26).
2 «В июне 1975 г. я писал А.А. Григорову, что у Савинкова был сын Виктор Успенский, который носил фамилию матери (его мать – дочь писателя Глеба Успенского)» (из письма В.П. Хохлова от 8 июня 2008 г.; архив сост.).
3 На сестре Александра Геннадьевича Мягкова (1870–1960), Марии Геннадьевне, был женат Николай Николаевич Купреянов. О М.Г. и Н.Н. Купреяновых см. письма к М.С. Михайловой от 4 октя­бря 1975 г. и 24 марта 1976 г. на стр. 431 и 440.
4 Матерью Александра Геннадьевича и Марии Геннадьевны Мягковых была Елизавета Константиновна, урожд. Михайловская (ок. 1845–1916).
5 См. прим. 2 к письму Ю.Б. Шмарову от 31 мая 1975 г. на стр. 290.
6 В.П. Хохлов 26 июля: «С благодарностью возвращаю пять ро­дословных росписей (Лермонтовы и др.). Правда, немного задер­жался, было много работы на производстве, ездил также на заго­товку силоса в деревню (посылали от организации). Получил так­же письмо Ваше от 16 июля, что и подтолкнуло меня быстрее за­кончить с дополнениями. По Сколковым и Чихачёвым ничего нет, по Сальковым чуть-чуть, по Сипягиным побольше, пара мелких за­меток по Шиповым, а также часть рода Бычковых» (ед. хр. 2358, л. 32).
7 В этом году А.А. Григорова впервые арестовали.
8 Народ в Намибии и Анголе.

~ • ~
16 июля 1975 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Получил я Ваше письмо, не знаю, от какого числа, ибо на штемпеле не то 1 июля, не то 11 июля. Скорее, от 11 июля, ибо Вы пишете, что получили моё письмо с маркой Юго-Западной Африки 2/VII.
Значит, Вы это лето, осень и зиму пробудете в своём Кавалерове и лишь в 1976 году поедете «в Россию»? Если заедете в Кострому, то я буду очень рад Вас видеть у себя дома, и Вам найдётся, как говорится, «стол и дом».
Теперь немножко про марки.
Австралия у меня есть в весьма малом количестве и за те годы, когда каждая земля (или штат, что ли) выпус­кали самостоятельно марки; стало быть, это было в те годы, когда Австралия не имела ещё статуса доминиона. Постараюсь Вам выделить хоть одну марочку, равно как что-нибудь выкроить сумею из Греции.
Норцова я читал (кроме известной Вам о Мартыно­вых и Слепцовых1) – ещё один труд по генеалогии Пензен­ского, Саратовского и Тамбовского дворянства, эта книга есть и у Ю.Б. Шмарова. Но полное её название и выходные данные я не помню.
Если память мне не изменяет, то Сальковы были в прямом родстве с Шмаровыми: бабушка Ю.Б. Шмарова была урождённая Салькова, а другая его бабушка – уро­жденная Левашова2.
Приготовляю Вам следующую «присылку» того, что у меня есть. Сейчас я продолжаю возиться с архивом Ку­преяновых и нахожу в этом большое удовлетворение и удо­вольствие. Много новых лиц, и уже ранее сделанную родо­словную придётся значительно расширить и пополнить. Так много новых лиц выявилось, про которых нигде, ни в одной родословной книге, ничего не упомянуто, и в дворянских родословных книгах тоже эти многие лица не упомянуты. А кроме того, масса интересных писем, книг и прочего. И хватит мне всего этого читать до зимы, и даже, наверное, дольше ещё.
Погода у нас дрянь. Стоит «великая сушь». Не быва­ло ни дождичка уже больше месяца, всё сохнет, грибов нет, и было к тому же довольно долго очень холодно, по ночам чуть ли не до ноля! Теперь, вот уже дней пять, стало жар­ко, но по-прежнему сушь страшная. В садах-огородах всё сохнет, трава вся выгорела и пожелтела, в общем, одна только пыль.
Шлю Вам и Вашей семье свой привет и наилучшие пожелания.
Ваш А. Г.

 



1 Норцов А.Н. Материалы для истории дворянских родов Мар­тыновых и Слепцовых с их ветвями. – Тамбов, 1904.
2 Бабушка Ю.Б. Шмарова по линии отца – Левашова Алексан­дра Петровна, в браке Шмарова (сообщение О.В. Рыковой, Моск­ва).

~ • ~
10 августа 1975 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Я получил от Вас бандероль с материалами Лер­монтовых, Сипягиных, Сальковых, Сколковых и Чихачёвых, со всеми Вашими дополнениями, за которые и приношу Вам свою благодарность.
Всё, что Вы мне прислали, весьма интересно и во многом дополняет мои материалы.
Одновременно с этим письмом посылаю Вам ценною бандеролью следующее: Прохоровы, Токмачёвы1.
Затем, посылаю обратно Вашу тетрадь о Ратьковых, а также дополнительный материал по Голохвастовым.
В архиве я обнаружил небольшую книжечку с семей­ными записями кого-то из членов этой семьи, скорее, это на­писано рукою одной из дочерей Петра Александровича Голо­хвастова, возможно Марией, по мужу – Воронцовой-Вельями­новой, и из этой книжечки узнал о том, что жена Петра Александровича Голохвастова действительно была из рода Куломзиных и звали её Александра Александровна. Однако в родословных всех известных мне родов Куломзи­ных этой Александры Александровны я не нашёл. Впрочем, это быва­ло – не только лица женского пола, но часто и мужчины по­чему-то оказывались пропущенными в родосло­виях.
Больше пока ничего не посылаю, ибо надо сперва «подготовить», ибо остальные интересующие Вас фамилии подлежат дополнениям – постоянно находятся в разных местах дополнения.
Сейчас я почти всё своё время отдаю на «Купрея­новский архив», скоро думаю с ним закончить, и тогда вый­дет «в свет», во-первых, значительно дополненная и уточнённая полная родословная этой фамилии и к ней, в ка­честве прибавлений, родословия (краткие) их родствен­ников – Окуловых, Юрьевых, Можайских, Кузьминых, Ен­догуровых и иных. Если у Вас есть что-либо по этим фа­милиям, то прошу мне срочно переслать, дабы я мог Ваши данные сверить с моими и в нужных случаях исправить или допол­нить2.
Книжку про потомков Пушкина, присланную Вами, я отослал обратно А.А. Дементьеву, он мне писал с просьбой поспешить с высылкой ему этой книжки, ибо у него гостят какие-то знакомые, «Пушкинисты», и без этой книжки ему никак нельзя. А я тоже немножко «подзадержал» у себя эту книжку, ибо и ко мне приехали две «Пушкинистки» из Москвы3, которым эта книжка была очень интересна.
У нас стояла всё время жаркая погода, сперва очень сухая, потом начались грозовые дожди, а вот уже три дня, как жара сменилась холодом, совершенно неуместным в эти числа августа.
Сегодня ночью было всего +4 градуса, а в Солига­личе – это город на севере нашей области – даже всего лишь +2! Конечно, пришлось прекратить купанье; несмотря на довольно уже порядочные лета, мы все – то есть жена, я и мои гости – все большие любители купанья, и, к часто­му удивлению остальных купальщиков, пока стояло тепло, ходили купаться на Волгу; и при походах в лес за грибами я не упускал случая выкупаться в чистой лесной речке, с прозрачной и довольно даже холодной лесной водой.
Грибные походы были малоуспешными. Хотя было и тепло и дождей достаточно, но грибы плохо росли, и мы возвращались с весьма небогатым «уловом» – всё же кое-что приносили. Теперь, из-за холода, не хочется и помыш­лять о походах в лес.
Немножко наварили варенья, но за ягодами нам хо­дить уже невмоготу: годы не те; ещё за грибами – так и сяк, а ягоды – это уже не для нас.
Посылаю марки – две Австралийские и две Грече­ские; Вы просили тех и других, и я смог выделить Вам по парочке из своего альбома. Австралийская одна – это ещё когда были в Австралии колонии, про которые Вы написали мне в своём письме; другая – современная. Греческие тоже – одна XIX века, другая современная.
Получите ценную бандероль и это письмо – напиши­те хотя бы открыточку, я всегда в тревоге за посылаемые по почте материалы после того, как пропала Ваша книга и мои родословные.
Может быть, что-либо позабыл написать, так уж до следующего письма.
Пожелаю Вам и Вашей семье здоровья и всякого благополучия и успехов.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов 3 сентября: «Высылаю сегодня родословные Токмачёвых, Прохоровых и Голохвастовых, большое за всё спаси­бо. Дополнений к ним у меня не нашлось» (ед. хр. 2358, л. 35).
2 В.П. Хохлов 28 августа: «По Окуловым, Можайским, Кузьми­ным, Ендогуровым у меня абсолютно ничего нет. По Юрьевым есть один скелет родословного древа, ни годы жизни, ни службы этих Юрьевых мне неизвестны. Эту голую схему и высылаю Вам сейчас в этом письме» (там же, л. 34–34 об.).
3 О.В. Григорова и Н.Н. Григорович.

~ • ~
3 сентября 1975 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Я получил от Вас последнее письмо, писанное 26-го июля, и после того отослал Вам родословные Токмачёвых, Прохоровых и ещё кого-то, а также просимые Вами марки – две Австралийские и две Греческие: каждой из стран этих по одной новой, современной, и по другой – XIX века.
Но вот прошло уже больше месяца, и от Вас ничего я не имею, ни письма, ни хотя бы какого-либо подтвержде­ния о получении всего, мною посланного.
Неужели же всё это пропало? Тогда просто ничего нельзя доверять нашей почте. Получите это письмо – обя­зательно ответьте тотчас же, даже можно краткой телеграм­мой: «Всё получено», и больше ничего, два слова. А то я совсем впал в уныние. Второй раз, и опять те же злосчаст­ные Токмачёвы и Прохоровы1!
Нет ли у Вас каких-либо сведений о Свиньиных? В Брокгаузе и Эфроне сказано, что Павел Петрович Свиньин (писатель, издатель и проч.) был сыном генерал-поручика, сенатора и тайного советника Петра Сергеевича Свиньина. А по родословной книге Костромского дворянства, выходит, что он был сыном флота лейтенанта Петра Никитича Сви­ньина. И тот, и другой Свиньины – Пётр Сергеевич и Пётр Никитич – были помещиками Костромской губернии. Но Пётр Никитич записан в родословной книге, а Пётр Сергее­вич нигде не записан, видно, проходил он по какой-либо другой губернии. Про жену Петра Сергеевича сведений нет, а Пётр Никитич был женат три раза. Одна его жена – Ека­терина Юрьевна Лермонтова, сестра деда поэта, другая –Елизавета Петровна Протасова, а третья – мне неизвестна (а может быть, не третья, а первая?)2.
Вообще, Свиньиных множество, выясняются, по крайней мере, две линии, никак не связывающиеся между собою, а может быть, и не две, а больше будет. Я сейчас разбираюсь с ними.
Итак, прошу Вас, дорогой мой Владимир Павлович, сразу же известите меня о получении или о пропаже банде­роли. Я посылал ценной бандеролью на 5 рублей.
Привет Вашей семье.
Искренне уважающий Вас А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов 12 сентября: «Получил сегодня письмо Ваше от 3 сентября с. г., где Вы волнуетесь относительно родословных Ток­мачёвых и Прохоровых, но ещё 28 августа я посылал Вам не­большое письмецо, в котором объяснял свою небольшую задерж­ку (был в колхозе). В этом же своём письме посылал и небольшую роспись Юрьевых. Сами же родословные Токмачёвых и Прохоро­вых выслал ценной бандеролью 3 сентября! <…> Так что Вы, ве­роятно, уже получили и письмо, и бандероль» (ед. хр. 2358, л. 36).
2 В.П. Хохлов 12 сентября: «О П.П. Свиньине (1787–1839), ко­нечно, и читал, и слыхал, но родословной его у меня нет; ведь ко­стромским дворянством я начал немного заниматься лишь только после встречи с Вами» (там же, л. 36 об.).

~ • ~
8 октября 1975 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вчера получил от Вас сразу и письмо от 2 октября (пришло очень скоро), и пакет с родословными Юрьевых, Сеченовых, Матвеевых и др.
Прежде всего, прошу извинения у Вас за то, что я, по своей старческой забывчивости (склероз проклятый!), за­был, что сам отдал Лермонтовых одному Костромскому «краеведу», он завуч какого-то интерната и там организовал интересный музей, вот для этого музея ему и потребовались какие-то сведения о Лермонтовых1; я ему дал и сам забыл об этом совершенно, и вот, пришло в голову, что Лермонто­вы остаются ещё у Вас.
Прошу меня извинить и «не помнить зла».
Теперь ещё прошу извинить за то, что я Вас пря­мо-таки «бомбардирую» письмами, в которых выражаю свою тревогу – не пропали ли посланные Вам материалы, как это уже один раз случилось. А Вы, по получении моих ма­териалов, не ставите меня в известность тотчас же.
Ну, ладно, все эти житейские мелочи не существен­ны, и перейдём к другим темам. Нашлась в Москве ещё одна исследовательница-«Лермонтоведка». Как-то она узна­ла обо мне, и вот у нас завязалась переписка. Её зовут Се­рафима Алексеевна Панфилова2, кроме этого, я пока о ней ничего не знаю. Мне она не смогла дать (пока) что-либо но­вое и интересное, кроме того, что сообщила немножко дан­ных по одному из Лермонтовых после 1917 года. Это – Владимир Михайлович Лермонтов, служивший в 12-м Ах­тырском гусарском полку, потом в Петербургской офицер­ской школе верховой езды, а после революции, как сообщи­ла С.А. Панфилова, начальник управления конных заводов и коннозаводства в Северо-Кавказском крае. Сообщила дату его смерти и сведения о его, очевидно, второй жене – Ма­рии Владимировне Матвеевой, и о дочери Ирине, ныне жи­вущей в Ставрополе. Очевидно, эта Мария Владимировна и её дочь Ирина (род. 1922) – это уже второй брак В.М. Лермонтова, ибо по брачному свидетельству его, находяще­муся в нашем архиве, его жена была Александра Алексан­дровна, а о дочери Ирине не могло быть и речи, поскольку она родилась в 1922 г.
И ещё сообщила о живущих в Тифлисе потомках Лермонтовых по женской линии, это потомки Олимпиады Степановы Лермонтовой от её первого брака с майором А.Д. Джаджамовым. Но они, естественно, уже не носят фа­милии Лермонтовых, а какую-то грузинскую фамилию3.
Относительно Феофана Никандровича Лермонтова, участника процесса «193-х», то я на него «выходил». Он не имеет никакого отношения к дворянской фамилии Лер­монтовых. Вероятно, Вам известно, что часто бывшие кре­постные крестьяне, после отмены крепостного права в 1861 году, получали фамилии по своим прежним владельцам.
Так, в Чухломском уезде располагалось множество деревень, принадлежавших Катениным, Лермонтовым, Щу­лепниковым и др., и вот я, в поисках сведений об этих фа­милиях, наткнулся в архиве на множество Катениных, Щу­лепниковых, Лермонтовых и иных, оказавшихся простыми крестьянами, взявшими фамилии своих бывших господ. Ве­роятно, и этот Феофан Никандрович Лермонтов был из Чухломского уезда. Мне встречался крестьянин по имени Никандр (или Никанор Лермонтов, точно не помню) в зе­мельных делах (ещё до реформы, а также и после реформы), очевидно, это и был отец этого Феофана. Как по­мнится, этот Феофан работал в Екатеринославе на каком-то заводе, где, очевидно, и вступил в революционную органи­зацию. Так что этот Феофан не может быть причислен ни к какой ветви дворян Лермонтовых, потомков Юрия.
Посылаю Вам ещё немножко родословных4.
Скоро наступит период «голодания», ибо у меня уже кончаются все запасы, а новых не поступает – теперь вре­мена для архивных раскопок наступили плохие, страшные пошли строгости, и таким «кустарям», как я, просто отка­зывают в разрешениях «копаться в архиве». Я пока ещё до­делываю своих Купреяновых, директор5, мне разрешил до­кончить мои поиски, а дальше, видимо, будет «точка».
Получите это письмо и пакет с родословными, не по­ленитесь мне тотчас же послать хоть пару строк, дабы мне не «переживать».
Спасибо за дополнение к Юрьевым. Ваше письмо от 2/Х и пакет от 27/IX пришли в один и тот же день – 7 октября.
Желаю Вам всего хорошего.
Искренне уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Речь идёт о Борисе Николаевиче Негорюхине (1932–2003) – журналисте, краеведе, учителе, завуче школы-интерната № 3 (сообщение Е.И. Негорюхина, Кострома).
2 С. А. Панфилова 12 сентября: «<…> Я в настоящее время за­нимаюсь уточнением и дополнением родословной Лермонтовых и в связи с этим собираю необходимые материалы.
Родословная Лермонтовых к настоящему времени, по данным, которые мне удалось собрать, насчитывает 186 человек, начиная с 1613 г. по 1971 г.
Москва, Уфа, Ставрополь, Тбилиси, Пятигорск – города, в ко­торых живут или в недалёком прошлом жили представители этого рода. А вот о Костромских Лермонтовых мне очень мало известно, несмотря на то, что Кострома была родиной многих из рода Лермонтовых.
Анатолий Михайлович Купреянов любезно рекомендовал мне, в связи с этим, обратиться к Вам.
Меня интересуют прежде всего даты жизни представителей этого рода (т.е. года рождения и смерти), а также и родственные связи» (ед. хр. 238, л. 1, 1 об.).
3 Чубинашвили (ед. хр. 749, л. 14).
4 В.П. Хохлов 17 октября: «Из всего присланного мне не была вообще знакома фамилия Смецкие, остальные более или менее знакомы, так что по некоторым родословиям будут небольшие до­полнения. Буду над ними сидеть, видимо, долго, так что у Вас бу­дет время подготовить для меня остатки: Свиньины, Чалеевы, Ми­чурины, Шкоты, ну и, конечно, Купреяновы» (ед. хр. 2358, л. 42).
5 В.С. Соболев.

~ • ~
24 октября 1975 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо я получил (от 17/X) и теперь успокоил­ся насчёт посланных Вам бумаг, значит, всё получено Вами и порядок полный! Теперь буду ждать от Вас обратно все эти бумаги с Вашими дополнениями и исправлениями, буде таковые окажутся.
Относительно Смецких, то могу добавить, что несколько лет назад на одной почтовой марке я увидел дом Смецких, на берегу Чёрного моря, теперь там какой-то сана­торий или курорт.
Свиньины, Чалеевы и прочие Вас дожидаются, толь­ко уже у меня иссякают запасы, скоро начнётся голодание.
Относительно Свиньиных, то происхождение Павла Петровича Свиньина, издателя «Отечественных записок», я разобрал с помощью друзей. И оказалось, что сведения, по­мещённые в словаре Брокгауза и Эфрона, не верны. Уда­лось всё установить по его жене, Надежде Аполлоновне, урождённой Майковой, и по письмам его зятя, А.Ф. Писем­ского1. Так что моя родословная будет точнее словаря. А впрочем, кроме этого Павла Петровича, в моих родослов­ных, пожалуй, нет ни одного более или менее примечатель­ного лица. Декабрист Свиньин из Смоленской ветви, а про неё у меня нет ровно ничего.
Относительно Верховских, то в Костромских родо­словных книгах есть несколько родословий Верховских, но я ни одной из них для себя не списал, когда было можно, а теперь стало затруднительно, ведь после кражи ценных до­кументов из ЦГАДА, о чём Вы, наверное, читали или слы­шали, очень стал затруднителен всякий поиск в дореволю­ционных архивах. Пока ещё пользуюсь расположением ди­ректора нашего архива, мне разрешает он докончить мою работу по архиву Купреяновых, а дальше, видно, придётся эти дела бросить. Я же относительно Верховских хочу Вам предложить вот что. Я, по своей привычке, собирал всякие сведения и об этой фамилии, имея в виду, что «может быть, пригодится». Поэтому у меня есть кое-какие «фрагменты», которые могут пригодиться при составлении и дополнении той родословной, что Вы мне любезно предлагаете2.
Давайте сделаем так: я Вам пришлю все свои «фраг­менты», а Вы их посмотрите, может быть, внесёте какие-ни­будь коррективы, и тогда уже можно будет прислать «до­пол­н­енную и исправленную». И вернёте мне мои «фраг­менты».
Из этой фамилии примечателен Александр Иванович Верховский, бывший в 1917 г. начальником войск Мо­сковского военного округа и в последние дни Временного правительства военным и морским министром. Он ушёл с этого поста незадолго до Октябрьской революции. Автор интереснейшей книги «Россия на Голгофе», вышедшей у нас около 1920 года, когда ещё не было цензуры. Потом ещё из наших, «Чухломских» Верховских мне известна Анна Степа­новна, дочь Степана, кажется, Фомича3, бывшая замужем за князем А.С. Шелешпанским. Она «прославилась» своею ис­ключительной жестокостью к крепостным людям4 и была, как исключение, наравне с известной «Салтычихой», заклю­чена пожизненно в Галичский Вознесенский женский мона­стырь5. Её супруг, князь А.С. Шелешпанский, тоже был по­рядочный изверг6, и его имение было взято в опеку. А самого его чуть не убили крепостные: кто-то стрелял в него через окно, вечером, когда он сидел в кресле в своём каби­нете; он был ранен, а виновного так и не нашли. За его бра­том, Петром Сергеевичем князем Шелешпанским, была вдо­ва Петра Михайловича Лермонтова; она была урождённая Коптева7, впрочем, всё это уже не относится до Верховских. Верховские были ещё в Смоленской губернии, а их родовая «вотчина» – это Галичский уезд.
Напишите Ваши соображения насчёт присланных Вам «фрагментов» и потом возвращения их мне с тем, что есть у Вас.
Вот и всё на сей раз.
Жду писем и желаю Вам здоровья и всяческих благ в жизни.
Всего доброго.
Ваш А. Григоров.

 



1 Алексей Феофилактович Писемский был женат на дочери П.П. Свиньина – Екатерине Павловне.
2 В.П. Хохлов 17 октября: «Кстати, о фамилии Верховские. Есть ли у Вас их родословная? Если нет, могу прислать, у меня она доведена до конца XIX века. Источник – печатный труд» (ед. хр. 2358, л. 42 об.).
3 Ларионовича (ед. хр. 218, л. 13).
4 По данным Д.Ф. Белорукова, по приказу Шелешпанской было засечено 18 крепостных (Белоруков Д.Ф. Деревни, сёла и города Костромского края. – Кострома, 2000. – С. 300).
5 Правильно: Никольский Староторжский монастырь.
6 «Александр Сергеевич Шелешпанский. 1763 г*. Ус. Тимошино. Служил в лейб-гвардии Измайловском полку, отставлен капитаном в 1780 г. <…> Был в 1800 г. дворянским заседателем Чухломского уездного суда в чине 8 класса» (ед. хр. 1680, л. 1).
7 Ольга Кондратьевна (ед. хр. 749, л. 5).
_____
* Другой год рождения указан П.П. Резепиным – 1757 (Резе­пин П.П. Чухломские Шелешпанские // Чухломской край. – 2009. – № 1. – С. 11).

~ • ~
9 ноября 1975 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Сегодня получил от Вас пакет с родословными и письмом от 31/Х. Всё это пришло ещё до праздника, но так как почта 7 и 8 тоже праздновала, то только сегодня смог получить1.
Спасибо за праздничное поздравление от меня и от жены. Вас я уже поздравил с этим днём, поэтому повто­ряться не буду. Из Ваших тетрадей я буду помаленьку для себя выписывать необходимое, так что подзадержу их у себя некоторое время, если Вы позволите.
Посылаю Вам в этом пакете, кроме «фрагментов» к Верховским, ещё следующие родословия:
1. Водовы.
2. Мичурины.
3. Кузьмины.
4. Казнаковы.
5. Коптевы.
6. Свиньины, 6 линий.
Окуловых я было переработал заново, в свете вновь собранных данных, и тоже хотел Вам послать, но теперь, по­скольку надо всё сверить с Вашими данными, пришлю после выверки. Тут с этими Окуловыми явно не всё в по­рядке.
Я встретил в архиве Купреяновых подлинную сго­ворную запись на замужество дочери флота лейтенанта Ивана Григорьевича Черевина за капитана инженерного кор­пуса Прокофия Ивановича Окулова, дочь эту звали Елена Ивановна. В архиве Черевиных я встречал много её писем к брату и племяннику. Деревни, данные за ней в приданое, потом все были во владении её потомков Окуловых, от бра­ка с Прокопием. Кроме того, в собрании портретов из усадьбы Нероново Черевиных есть портрет того же Проко­фия Ивановича Окулова, уже в чине бригадира.
Но вот в Чухломских крепостных книгах – книга за 1752 год за № 12832 в ЦГАДА – оказалась такая запись:
Прасковья Степановна Висленева, урождённая княж­на Мещерская, а по 1-му мужу Ловчикова, дала имение в Судайской осаде дочери своей Прасковье Григорьевне Ви­сленевой, а та, в свою очередь, в 1752 г. дала имение – де­ревня Стрелица Парфеньевской осады – дочери своей Алёне Ивановне Висленевой, при выходе её замуж за капи­тана сапёрного корпуса Прокофия Ивановича Окулова.
Ни тот, ни другой документ не вызывают никаких сомнений. Но что же это такое: может быть, было два Про­кофия Ивановича Окулова, оба в 1751 и 1752 г. капитаны, один инженерного корпуса, другой сапёрного корпуса (это ведь одно и то же, по-моему), и у обоих были жены Елены Ивановны? (Алёна – это та же Елена). Возможно ли такое совпадение? Я просто не знаю, как это дело и понять.
Мужа Прасковьи Степановны, княжны Мещерской, звали Алексей Степанович Ловчиков. Ни в каких Оку­ловских бумагах – а я их пересмотрел немало, ибо в архи­ве Купреяновых оказалось множество Окуловских бумаг, я нигде никогда не находил связей с фамилиями Висленевых, или Ловчиковых, или князей Мещерских. Буду стараться разобрать всю эту путаницу. Кроме того, как Вы уже виде­ли из моих Окуловских бумаг, родословная, списанная мною в Московских дворянских родословных книгах, явно спутана в поколениях. В общем, это – прямо-таки «кросс­ворд», хотя кроссворды я почти на 100% решаю в течение получаса.
Очень прошу, если не трудно, написать о родстве князей Елецких с Лермонтовыми. Моя «Сага о Лермонто­вых» всё время пополняется новыми сведениями о потомках этого рода, ныне здравствующих не только в Уфе, но и в Ставрополе, и в Москве.
Не прочь я также ознакомиться с родословной Г.Б. Ольдерогге, но я «не смею» его сам просить об этом и буду рад, если Вы мне её, если не спишете – может быть, она велика и это сделать трудненько, – то пришлёте; я её спи­шу и Вам обратно вышлю со всеми Вашими тетрадями, ко­торые буду изучать с сегодняшнего же дня.
Вот, сегодня последний день праздников, впрочем, у меня-то ведь, как уже давно оставившего службу, все дни теперь одинаковы.
В гости мне ходить не к кому, все мои сверстники и сверстницы за последние годы покинули сей свет, и мы с женой теперь одиноки, ибо молодое поколение нас не пони­мает, а мы их. Впрочем, ко мне иногда заходят разные ис­следователи, краеведы, писатели, но это всё по чисто «дело­вым» вопросам, главным образом, чтобы «выудить» у меня что-нибудь интересное для них и их работ.
Все ещё не закончил с Купреяновским архивом, надо на этой неделе кончать, хочу или в конце ноября, или в на­чале декабря снова побывать в Москве. Книга про Невель­ского принята к печати, но издательство требует перепеча­тать всю рукопись на машинке с другим шрифтом; она была отпечатана на машинке «Москва», а, оказывается, шрифт этой машинки для издательств не приемлем. Вот ещё будет теперь забота или расход, если отдавать на сто­рону перепечатывать!
Но надо делать, раз соблаговолили принять к изда­нию и одобрили все и всякие инстанции. Теперь всё это ух как сложно, и очень неприятно преодолевать все эти пре­пятствия.
Желаю Вам всего наилучшего и всей Вашей семье.
Получите пакет – непременно тотчас же напишите.
Искренне уважающий Вас А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов 31 октября: «На днях наконец закончил «перева­ривать» Вашу большую кучу всяческих родословных, а вчера полу­чил и Ваше письмо от 24 октября, за всё большое спасибо.
Сегодня высылаю все росписи. Добавлений и всяческих мел­ких заметок к ним много, и, чтобы не писать всё это, высылаю Вам восемь своих тетрадочек на следующие фамилии: князья Горча­ковы, Лесли, Ляпуновы, Михайловы, Окуловы, Ржевские, Ун­ковские, князья Шелешпанские. В них Вы и найдёте что нужно для себя.
Росписи Свиньиных, Чалеевых и других жду с нетерпением, а также и фрагменты к Верховским. Эти фрагменты я сопоставлю со своими данными и пришлю Вам «дополненную и исправленную» родословную Верховских.
Нового почти ничего нет, кроме того, что на днях Г.Б. Ольде­рогге прислал родословную своей фамилии – очень любопытная.
Да, не писал ли я Вам о родстве князей Елецких и Лермонто­вых? Что-то забыл. Если нет, то напомните, и я Вам эту родослов­ную связь вышлю» (ед. хр. 2358, л. 43, 43 об.).

~ • ~
23 ноября 1975 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 15/XI я получил, благодарю за Елецких и вообще за Ваше внимание к моим занятиям1.
Занимайтесь с присланным мною материалом не спе­ша, торопиться с обратной отправкой не надо, ибо я 30/XI уезжаю в Москву и вернусь лишь около Нового года.
Насчёт фамилии Кашлачёвых, то я не знаю об этой фамилии абсолютно ничего. В дворянских делах эта фами­лия не встречается, а раз есть сведения о том, что Егор Кашлачёв работал в лесничестве Костромской губернии, то возможные сведения о его службе могут находиться в ар­хивных делах Костромско-Ярославского управления Госу­дарственных имуществ, в ведении которого находились все казённые лесничества. Но архива этого в нашем городе нет, он в Ярославле. Так что в настоящее время ничего не могу сделать. Разве только поискать в справочных книжках сере­дины XIX века, там обычно перечисляется весь личный со­став всех учреждений губернии, в том числе и лесничеств (казённых). Во всяком случае, буду иметь в виду, и если что встретится, то сообщу2.
У меня появились дополнительные сведения об Оку­ловых и о князьях Шелешпанских, поэтому я Вам потом вышлю их новые родословные, ибо старые нуждаются не в исправлениях, а в многочисленных дополнениях.
В словаре (биографическом) про князей Ше­лешпанских сказано, что род их пресекся в середине XVIII века, однако это неверно. И в середине XIX века ещё жили потомки этого рода. В семейной (не официальной) родослов­ной рода Купреяновых, которая находится у одного из по­томков Купреяновых, я встретил имя княжны Прасковьи Шелешпанской, вышедшей замуж за одного из Купреяно­вых, а потом нашёл в архиве официальную родословную этих князей.
Будете мне писать, напишите, что Вам известно о Фигнерах – это партизан войны 1812 г. Александр Самой­лович Фигнер3. Мне про его подвиги на войне не надо, а надо знать, откуда они прибыли и где жили (про Костром­ские владения их – усадьбу Марьинское – я знаю) и, вооб­ще, родословную их. По-видимому, следы Фигнеров надо искать в Казанской губернии.
Вчера я получил подарок: книгу М.Е. Бычковой – «Родословные книги XVI–XVII веков», издание «Наука», тираж 3900 экземпляров, цена 92 коп. Эта Бычкова проис­ходит из той семьи Бычковых, родословную которых в свя­зи их с Лермонтовыми Вы мне прислали4.
Я ещё эту книгу не успел как следует и рассмот­реть, ибо только вчера вечером взял впервые её в руки.
У нас уже зима, Волга давно встала, но ходить по льду нельзя, ибо каждодневно лёд проламывают проходя­щие на зимовку разные самоходки, буксиры и проч.
Вернусь я из Москвы и 27/XII, буду читать на на­шем «кружке»5 про декабристов, князя Шаховского и Ф.Г. Вишневского. Это будет как раз юбилейная их дата.
Желаю Вам здоровья и всякого благополучия.
Искренне Ваш А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов 15 ноября: «Получил сегодня письмо Ваше и бандероль с родословными (Водовы, Мичурины, Кузьмины и др.). Буду теперь с ними заниматься да составлять Верховских. По Вер­ховским трудно – оказывается, существует два рода совершенно различного происхождения: смоленские и костромские, но, что смогу – сделаю.
В этом конверте высылаю родственную связь Лермонтовых с князьями Елецкими. Марфа Петровна Лермонтова, замужем княги­ня Елецкая, это, несомненно, дочь Петра Юрьевича, ум. 1679, и внучка основателя рода Георга Лермонта. Умерла Марфа Петров­на, вероятно, до 1716 г., т.к. князь Василий Фёдорович Елецкий вторично женился в 1716 г.
Запись этой родственной связи я нашёл в книге: Власьев Г.А. Потомство Рюрика. Т. 1, СПб., 1906. В этом же конверте посылаю Вам свою просьбу по Кашлачёвым, предкам В.К. Арсеньева по ма­тери. Есть ли у Вас что-либо по этой фамилии?» (ед. хр. 2358, л. 45, 45 об.).
Владимир Клавдиевич Арсеньев (1872–1930) – исследова­тель Дальнего Востока, географ, этнограф и писатель (автор зна­менитого «Дерсу Узала»).
2 Вопрос В.П. Хохлова объясняется тем, что, по имеющимся у него сведениям, дед В.К. Арсеньева по матери, Руфине Егоров­не, урожд. Кашлачёвой (1845–1918) – Клавдий Фёдорович Каш­лачёв – служил лесником в Костромской губернии. В материалах А.А. Гри­горова есть запись об Александре Иоивлевиче Каш­лачёве – по­мощнике заведующего гидротехническим отделом Костромской гу­бернской земской управы в 1909 г., возможном двоюродном брате А.К. Арсеньева: у Руфины Егоровны был брат – Иоиль (ед. хр. 549, л. 2).
3 Александр Самойлович Фигнер (1787–1813) – полковник; в Отечественную войну 1812 г. успешно руководил партизанским отрядом, под видом французского офицера вёл разведку в заня­той французами Москве и под видом итальянского купца в Данци­ге. О нём см.: Бочков В.Н. Многоликий Фигнер // Бочков В.Н. «Ска­жи, которая Татьяна?». – М., 1990. – С. 107–129.
4 Маргарита Евгеньевна Бычкова – доктор исторических наук, ведущий сотрудник ИРИ РАН. Автор монографий «Родословные книги XVI–XVII вв. как исторический источник», «Состав класса фео­далов в России в XVI в.», а также более 100 работ по генеало­гии и истории правящего класса России и Литвы XVI–XVII вв.; одна из авторов энциклопедического справочника: Русская генеалогия / Под ред. Б.А. Николаева. – М.: Богородский печатник, 1999.
5 Кружок  книголюбов при областной научной библиотеке.

~ • ~
9 июня 1976 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вчера получил от Вас бандероль с моими карточка­ми разных фамилий и немедленно высылаю сегодня новую партию, в ней есть как карточки, так и родословные.
Фамилии Макаровых сделал целых 14 отдельных ро­дословных, и ещё осталось много карточек, которые не смог пока никуда определить.
Прошу Вашего разрешения оставить мне тетрадку с Пазухиными на срок, необходимый мне для переписки, мне хочется иметь эту родословную, но на переписку надо какое-то время. А потом я Вам эту родословную верну.
Приготовил ещё Перфильевых, вышлю позднее, и немного Шигориных. Это все такие фамилии, которые были очень «плодовиты», и столько развелось их потомков, что очень затруднительно всех их расставить по своим местам.
С.А. Панфилова сейчас на Кавказе и там пробудет всё лето, а М.С. Михайлова1 тоже на днях уезжает по своим делам в Вологду и ещё куда-то, так что я смогу им обеим написать про Ваше желание вступить с ними в кон­такт ближе к осени, когда они вернутся в свои постоянные местожительства.
У меня много появилось всяких дел, все просят вы­ступить то там, то в другом месте, и ещё работа в клубе «книголюбов» и выполнение заказов по написанию статей по истории Костромы к 825-ти летнему юбилею города2 и так далее, и надо кончить начатое, так что прямо-таки «цейтнот», как у шахматистов бывает! Но это ничего, лучше что-то делать, чем сидеть бездельником сложа руки.
Бывают и огорчения. Так, после полуторагодовалого или двухгодовалого пребывания нашей с А.И. Алексеевым новой рукописи книги о Невельском, Бошняке и Купреянове и после того, как рукопись была просмотрена и в Обкоме КПССС и некоторыми учёными-рецензентами, теперь изда­тельство требует сократить объём с 20 печатных листов до 9,5, и сократить, в первую очередь, главы, написанные мною, то есть про историю рода Невельских, про детские годы Г.И. Невельского, проведённые им на родине, в Соли­галичском уезде, про его соседей и др. И в число 9,5 печат­ных листов должны войти все фотографии и иллюстрации, которых мы с Алексеевым набрали целых 62 штуки! Про­сто безобразие: издают в таком большом количестве литера­туру, не пользующуюся никаким спросом, она лежит в ма­газинах и киосках, покрывается пылью и потом исправно списывается в макулатуру, а вот такие книги, вроде нашей, попробуйте-ка купить! Все тиражи идут нарасхват, а вот, поди ж ты, не дают бумаги, и объём режут, и тиражи уменьшают. Я решил наплевать и больше ничего для изда­тельств не посылать, буду пробавляться небольшими газет­ными статьями. И на эти мои исторические, типа краеведче­ских, статьи, смотрят в редакциях косо и помещают весьма неохотно.
Мне не раз заявляли: пиши, мол, про доярок, мелио­рацию, про соцсоревнование и так далее; а то, что ты, мол, пишешь про всяких людей, давно умерших, про века и годы, когда был феодализм, царизм и прочее. Так и отбива­ют охоту писать.
Погода у нас плохая, вся весна была холодная и дождливая, вот и лета дождались, а температура ночью до + 2–3 градусов, а днём 10–12 градусов тепла. Так что си­дим и мёрзнем в квартире, ибо отопление давно отключено. Спасение в кухне, где можно жечь газовую плиту и духов­ку и там согреваться.
И грибы не хотят расти в такой холод, было появ­ляться стали маслята, мы с женой как-то нашли 6 штук, но в такой холод и грибов нечего ждать.
Вот такие дела у нас.
Шлю Вам и Вашей семье свой привет с далёких от Вас Волжских берегов и желаю здоровья и всего хорошего.
А. Григоров.

 



1 О М.С. Михайловой см. стр. 418.
2 Временем основания Костромы принято считать 1152 год.

~ • ~
1 июля 1976 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вчера получил Ваше письмо от 20 июня с/г. Хоть оно и послано с отметкой «Авио» и марка не в 4, а в 6 ко­пеек, но шло оно как самое простое, 10 суток – это время прохода обыкновенного поезда, а не самолёта.
Тетрадь Пазухиных я Вам выслал. Вы, наверное, уже её получили.
Да, с генеалогией дело обстоит плохо, хоть начатки этой науки и преподаются в историко-архивном институте. Но дело обстоит именно так, как Вы обрисовали в своём письме, а для иллюстрации я могу Вам привести маленький пример. Один мой знакомый, окончивший этот институт, и избравший темой для своей кандидатской диссертации ге­неалогию служилого дворянства самого раннего периода, до вступления на царство Михаила Фёдоровича Романова, и имеющий очень обширные познания в генеалогии, диссертацию эту написал, но при просмотре её, ещё до официальной защиты, каким-то учёным высокопоставленным чином получил заключение, что это чуть ли не «контрреволюция», прославление и популяризация дворянско-феодального общества – в общем, разнесли эту работу в пух и прах! Вот так-то1. Вот и на мои генеалогические труды в книге о Бошняке, Невельском и Купреянове так ополчились, что велят всё это выбросить из книги.
Что же нам остаётся делать? Будем делать своё дело с расчётом, что когда-нибудь, может быть, через сто-двести лет, наши труды будут должным образом оценены и станут достоянием всех.
Относительно Бошняка, то я имею, очевидно, то же самое, на что и Вы наткнулись. Это труд Н.Н. Селифонтова – родословная Бошняков – издана и отдельной книжкой, и опубликована была в журнале «Русская старина»2. Так что, думаю, что и у Вас сведения из этих же источников, и поэтому пока ничего про Бошняков мне не присылайте.
Я сейчас «нашёл» в архиве записки В.А. Нащокина за 1707–1759 г., и там такие сведения о его родителях, о жене, детях, даты рождений, смертей и браков и имена крёстных отцов и матерей; это всё значительно пополнило родословную Нащокиных, и я могу теперь Вам всё это со­общить, как только вернётся от Вас моя Нащокинская родо­словная. Затем ещё помаленьку собираю материалы по Жа­довским, Писемским, Поливановым и Колычевым. Если у Вас что есть по этим фамилиям, то попрошу мне прислать, а я из Вашего и своего материала, да ещё с привлечением известных мне печатных источников, «скомпаную» по этим фамилиям более полные родословные.
Погода у нас жуткая. Холодно, дождливо, всё растет плохо, ягоды, овощи и прочее зябнет от холода и гниёт от сырости. И мы тоже мёрзнем в квартире. Промелькнуло было три-четыре денька солнечных, с температурой до +22–25 градусов тепла, а вот уже третий день опять холод – +10 градусов и дожди.
Недавно была гроза, очень сильная, молнии беспре­рывно сверкали, и гром был ужасный, и в Костроме в два старых деревянных дома попали разряды молний, и дома загорелись. И вот, после этой грозы, снова захолодало. В общем, лета не видели и вряд ли нынче увидим.
Вот и всё пока.
Привет Вашей семье и Вам с пожеланиями здоровья и всего лучшего, успехов в работе и всех занятиях.
Искренне уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Речь идёт о В.Н. Бочкове. Тема его кандидатской диссерта­ции «Формирование служилого сословия Российского централизо­ванного государства».
2 Селифонтов Н.Н. Иван Константинович Бошняк, комендант г. Саратова в 1774 году // Русская старина, 1879. – Т. 2. – Октябрь. – С. 199–216. Отдельный оттиск — 1879 г.

~ • ~

21 сентября 1976 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Только вчера я подумал, что от Вас давно бы пора придти письму, ведь отпуск-то Ваш уже кончился, и тотчас же, взглянув в почтовый ящик на двери, увидел Ваше пись­мо от 14 сентября с/г.
Вот и кончилось наше короткое северное лето. Пер­вая его половина была холодная и дождливая, а с 10 июля установилось настоящее лето, и только несколько дней на­зад, после обильного проливного дождя, длившегося свыше суток, снова ясное, безоблачное небо, но пришёл холод: но­чью местами до –5 градусов, а днем не свыше +10.
Но мы с женой хорошую половину лета использова­ли отлично, много раз делали выезды в лес со своими обычными летними Московскими гостями, которые уехали только 17 августа. И даже купались в Волге в особо жар­кие дни, несмотря на наши уже такие немолодые годы.
Насчет книг – это верно, что в магазинах нет хоро­ших и нужных книг. То есть они есть, но нам, простым смертным, «без блата», как теперь выражаются, не удаётся ничего купить. Вот, с трудом, и то только почитать, достал книгу И. Ободовской и М. Дементьева «Вокруг Пушкина». Это письма сестёр Гончаровых, всех троих – Натальи, Ека­терины и Александры. Прочитал с большим интересом1.
Посылаю Вам сделанные мною за последнее время две родословные – Ярославовых и Бирюковых. Не знаю, появлялись ли они когда-либо в печати. Затем ещё сделал Корниловых, но там у меня есть пропуск, который я пока ещё не смог заполнить. Беда, что нет у меня ни Руммеля, ни Лобанова, а за каждой справкой не поедешь в Москву. Пробовал писать, но все люди очень занятые (Ю.Б. Шма­ров, В.А. Казачков и др.), так что на письма ответа не до­ждёшься. В.А. Казачков, правда, пишет часто, но его обыч­ные письма – кратки и полны сетований, что времени нет и занят он по горло. Доделаю Корниловых – пришлю Вам. Ещё есть множество Перфильевых – придётся посылать ценным пакетом. Есть две, кажется, веточки Шигориных, пришлю вместе с Перфильевыми.
Пополнились Нащокины, благодаря находке рукопи­си В.А. Нащокина, которую я переписываю2. Вообще, пома­леньку нет-нет да чего-нибудь и найдёшь.
Наверное, в конце октября мы с женой уедем в Ро­стов-на-Дону, погостить у дочери; она всё зовет нас, а я уже не бывал у неё несколько лет. Погостим в Ростове, по­том надо будет и в Москве пробыть какое-то время, наве­стить всех своих друзей, а их так много, что и за месяц не обойдёшь всех.
Здесь меня «эксплоатируют» – то есть просят то тут, то там читать лекции по истории нашего края; конечно, я могу и отказываться, но не хочется терять связи со всеми такими краеведами и руководителями разных обществ и кружков. Читаю на заводах, в учреждениях и на нашем кружке библиофилов. На этом кружке – про историю разных знаменитых фамилий: Лермонтовы, Пушкины и др.
В общем, все дни загружены до отказа; но это хоро­шо, всегда есть дело, и не сидишь без занятий, как другие пенсионеры – часами колотят костяшки в домино или что-нибудь подобное. Я же не могу пожаловаться на избыток свободного времени. Да это и хорошо.
Завёл ещё дружбу с музеем изобразительных ис­кусств. Там у них есть много старинных портретов, многие требуют реставрации, но все они интересны. Многие анонимны, и очень интересно по некоторым признакам пытаться определить личности изображённых на этих портретах XVIII – начала XIX веков.
Так и проходят «дни нашей жизни»3.
Желаю Вам всего хорошего и шлю привет Вашему семейству.
Обязательно напишите мне тотчас же по получении Бирюковых и Ярославовых.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Ободовская И., Дементьев М. Вокруг Пушкина. Неизвестные письма Н.Н. Пушкиной и её сестёр Е.Н. и А.Н. Гончаровых. – М.: Советская Россия, 1975.
2 В 1976 г. Александр Александрович перепечатал «Записки», но не полностью. Вот, что он писал по их поводу после того, как окончил перепечатку: «Записки В.А. Нащокина – это толстая тет­радь в кожаном переплёте, написанная чётким писарским по­черком середины XVII в., – обнимают период с 1712 по 1759 год.
Начиная с сентября 1746 г. записи сделаны рукой самого В.А. Нащокина, почерк которого читается с большим трудом, это почерк начала XVIII века, приблизительно он схож с почерком им­ператора Петра I-го, как известно, его рука тоже очень трудно про­читывается. И я решил отказаться от прочтения последних стра­ниц, тем более что эти записки были опубликованы в журнале “Отечественные записки“ за 1830 г. Часть 41, стр. 76–104» (ед. хр. 947, л. 39). Подлинник хранится в ГАКО, фонд 558, собрание Костромской губернской учёной архивной комиссии.
А.А. Григоров составил к «Запискам» именной аннотирован­ный указатель, хранящийся в ГАКО (ед. хр. 949).
3 Ср.: «Вот так и идут “дни нашей жизни”, но совсем не по Леониду Андрееву» (из письма к Н.К. Телетовой от 3 июня 1984 г.; архив Н.К. Телетовой).
13 мая 1977 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо с материалами о Пановых я получил.
Сам я только что вчера вернулся из Москвы, прие­хал 12 мая, а 11 мая в Москве было моё выступление в Гео­графическом обществе, я рассказывал о полярных морепла­вателях-Костромичах, а именно, о Д.Л. Овцыне и о А.Н. Жо­хове. Народу на этом заседании было не много; сейчас очень много Москвичей, да и у нас, болеют странной болез­нью, которую моя дочь называет «желудочным грип­пом».
Не было и главных «тузов» – ни И.Д. Папанина, ни Трёшникова1 и иных. Но выступление моё прошло с успе­хом, и все остались довольны. Это моё первое выступление в столице. А на 25 мая надо ещё ехать – там будет моё выступление в кружке Ю.Б. Шмарова, и ещё получил при­глашение тоже в Москву, на 1 июня, выступить в так назы­ваемой «Погодинской избе» – это такой есть кружок или объединение разных историков, литераторов и тому подоб­ных лиц. Так что поеду уже сразу дней на 10.
Книгу Раевского о П.В. Нащокине2 я тоже сам ещё не читал и не имею её, но надеюсь вскоре ознакомиться с ней.
Относительно «кружка Ю.Б. Шмарова», то я Вам по­советую купить «Огонёк» номер 20. Там будет помещён очерк об этом кружке, о самом Ю.Б. Шмарове, его портрет и о доме, где он живёт – доме декабриста Штейнгеля3.
Я принялся за родословную Бартеневых. И уже успел завязать связь с вдовой внука издателя «Русского ар­хива», Петра Ивановича Бартенева, Верой Антоновной. У неё можно узнать и получить сведения только о семье Петра Ивановича, а о других Бартеневых она не знает ничего. А их было не мало. Я уже выявил свыше 300 (и составил на них карточки), преимущественно Костромских Бартеневых. Сам П.И. Бартенев родился под Липецком, но его отец, дед и прочие предки – «коренные Костромичи». У Руммеля в родословной этого рода много и пропусков, и фактических ошибок. Но эта работа – на целый год, если не больше. К тому же очень сейчас трудно «пробиться» в архив, по разным причинам, а только там можно получить самые надёжные сведения о том или ином лице. Но я надеюсь, что это мне удастся. И ещё «зацепил» фамилию Черногубовых. Это хотя и не знатная, но древняя фамилия, к началу XX века уже «оскудевшая».
Больше у меня новостей родословных нет.
Собираю помаленьку что-то и дополняю уже ранее составленные и завидую Ю.Б. Шмарову, у которого так много генеалогической литературы, у меня же её нет почти совсем, а в нашей областной библиотеке, кроме Лобано­ва-Ростовского и «Бархатной книги», нет ровно ничего. Так что мне трудновато бывает в этом отношении.
Пришла весна; уже всё цветет, и стоят приличные, тёплые дни с грозами и дождями.
Желаю всего хорошего. Пишите.
С уважением А. Григоров.

 



1 Иван Дмитриевич Папанин (1894–1986) – известный поляр­ный исследователь, доктор географических наук, контр-адмирал, дважды Герой Советского Союза.
Алексей Фёдорович Трёшников (1914–1991) – полярный иссле­дователь, академик АН СССР, Герой Социалистического труда.
2 Раевский Н.А. Друг Пушкина Павел Воинович Нащокин. – Л.: Наука, 1976.
3 В.П. Хохлов 13 июля: «Прочёл наконец появившуюся в «Огоньке» статью о Шмарове, и что-то она мне не понравилась. Уж больно всё расплывчато, неопределённо, много “воды” и лиш­них слов и мало конкретного. Особенно задела фраза о том, что никого якобы и генеалогов-то нет, кроме Шмарова… Ну, да бог с ними» (ед. хр. 2359, л. 34 об.)
Фраза, которая «задела», принадлежала сотруднице руко­писного отдела Государственной библиотеки им. В.И. Ленина М.О. Чудаковой и звучала так: «Сравнительно недав­но было несколько знатоков – Н.П. Чулков, А.А. Сиверс, И.М. Кар­тавцев. Сейчас трудно кого можно назвать, кроме Ю.Б. Шмарова» (А. Басманов. В доме декабриста. – Огонёк. – 1977. – № 25. – С. 24).

~ • ~
5 июня 1977 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 17 мая с приложением семи тетра­док с родословиями разных фамилий было получено тогда, когда я отсутствовал – уезжал в Москву для чтения своих «докладов», и поэтому я своевременно не мог ответить на него. Пока ещё ничего не успел посмотреть из присланного Вами, так как только вчера вернулся из Москвы. Пришлось пробыть в Москве целых две недели. Одно моё выступление было запланировано на 25 мая, а другое – на 1-е июня, так что не было смысла возвращаться домой и тратить лишние деньги на билет.
Пановых я получил ещё до своего отъезда, всё в по­рядке. Сейчас я должен малость «отдохнуть», а то совсем «запарился». А потом Вам пришлю Черногубовых, но это всё не очень скоро будет, так как я работаю одновременно с родом Бартеневых и Черногубовых и надо просмотреть множество дел той и другой фамилии. А тут ещё Ю.Б. Шмаров просит родословную Кривских, и ещё одна исследовательница – Вишневских1, надо искать и тех и дру­гих. Если у Вас есть что-либо по Вишневским и Кривским – то очень буду Вам благодарен за всякие сведения по этим двум фамилиям2.
В Москве был у В.А. Бартеневой, это вдова внука известного Петра Ивановича Бартенева, издателя «Русского Архива». Но она знает только своих ближайших родствен­ников, то есть потомство Петра Ивановича, а про других Бартеневых не имеет никакого даже представления.
Мои выступления 11 мая в Географическом обществе, 25 мая в кружке историков-краеведов, руководимом Ю.Б. Шмаровым, и 1-го июня в так называемой «Пого­динской избе» – все прошли очень хорошо, и все, в том числе и я, остались довольны.
«Погодинская изба» – это тоже кружок, именуемый «Историко-архитектурный и художественный кружок» при Ленинском районном отделе культуры. Когда-то там бывали и Лермонтов (читал там «Мцыри»), и Гоголь, позднее – Тургенев, и Толстой, и другие, так что мне выпала «честь» выступать в этом месте.
Вот такие у меня новости. Отдохну, и тогда снова возьмусь за дела и за Ваши тетради, и если что смогу доба­вить, то сделаю это, и Вам верну все эти тетради. А за фото Салькова – спасибо.
Затем пожелаю всего доброго.
Ваш А. Григоров.

 



1 Вероятно, М.С. Михайлова.
2 В.П. Хохлов 15 июня: «К сожалению, по Кривским и Вишнев­ским, хотя эти фамилии мне и знакомы, совершенно ничего нет» (ед. хр. 2359, л. 33).
20 июля 1977 года
г. Кострома

Уважаемый Владимир Павлович!
Получил вчера Ваше письмо от 13 июля.
Борноволоковых я ещё не могу Вам выслать, так как ещё не совсем разобрался в куче имён за XVII век, оче­видно, что придётся делать несколько «веточек», так как связать всех их в одно древо невозможно, хотя они все и идут от одного общего корня, судя по вотчинам. Сделаю, как Вы, в тетрадке, и тогда Вам пришлю вместе с Вашей, но в Вашей поправок делать не буду, хотя там и есть невер­ности, ещё от Ельчанинова.
Кроме того, ещё Вишневские, Кривские, это будет послано Вам, а вот Бартеневы тоже ещё не готовы, их надо будет сверить с Руммелем, а у меня его нет, выписал через МБА, но когда получу – неизвестно.
У нас пока ремонтом хотят заниматься только сна­ружи, так что, возможно, ремонт внутри в этом году и не будет производиться. Вот бы Бог дал!
Сейчас у нас гости гостят, приехала на летние кани­кулы внучка из Ростова-на-Дону, ученица VIII класса, и ещё приехали из Москвы две наши старые приятельницы: одна моя двоюродная сестра, а другая – старая знакомая, подруга этой моей двоюродной сестры1. Так что условий для занятий нет, приходится откладывать на будущее время, когда дома снова будет «тишь, гладь и Божья благодать», то есть когда гости уедут.
Погода хорошая, но было очень сухо, и грибы почти не росли. А 12 июля полил дождь, почти на сутки, и гри­бочки появились. 18 числа мы все ездили за грибами и на­брали хорошо.
Мы с женой, несмотря на годы свои, всё еще ходим в лес за грибами, уж очень хороши наши Костромские леса! Так приятно побыть на свежем, чистом воздухе, после шума городского и вони от массы движущегося авто­транспорта. Раньше наша улица была тихая, а теперь сдела­ли её магистральной трассой, и несутся по ней день и ночь автомобили, автобусы, троллейбусы, и шум не переставая, и вонь от бензина2. Поэтому так и хочется вырваться из горо­да на лоно природы.
Затем – пока пожелаю Вам здоровья и всякого благополучия, вместе с Вашей супругой и детками.
У меня два правнука, частенько нас навещают, одно­му 5 лет, а другому ещё и года нет; славные ребятки, и мы их очень любим. Но и они иногда мешают моим занятиям.
Искренне Ваш А. Григоров.

 



1 О.В. Григорова и Н.Н. Григорович.
2 См. прим. 5 к письму М.В. Смирнову от 8 июня 1986 г. на стр. 155.

~ • ~
12 мая 1978 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Только вчера я возвратился из поездки в Ростов и, вернувшись, нашёл дома Ваше письмо от 14–15 апреля, по­здравительную открытку к праздникам и бандероль с генеа­логическими материалами. А кроме того, массу других пи­сем из разных уголков страны. Теперь надо всем отвечать. Начинаю с Вас.
Прежде всего, благодарю Вас за сделанные дополне­ния. Относительно Головиных, то показанный в присланной Вами схеме Григорий Иванович носил фамилию «Головин», а не «Головнин». Он был Буйским уездным предводителем дворянства1, жена его, Прасковья Васильевна Перфильева, была сестрой Марии Васильевны Перфильевой, второй жены Николая Петровича Лермонтова. На днях буду в архиве и точно установлю, кто были Головины и кто Головнины. Были и те, и другие в нашей губернии. Как только выясню, я Вам напишу2.
В Москве я был только проездом и не занимался ни­какой работой. Лишь успел навестить Ю.Б. Шмарова, П.А. Зайончковского и А.Г. Кавтарадзе – самых близких своих друзей.
Погода у нас жуткая – холода, около ноля или на один градус ниже по ночам и выше в дневное время.
Ничего не растет, и деревья, трава, и всё в том же по­ложении, как и три недели назад, когда мы уезжали в Ро­стов. А на Дону – всё цветет, всё зелено, и совсем там теп­ло.
У меня гостят Ваши материалы: Чухломские купцы (Юдин и проч.) и Бестужевы. Прошу позволения ещё подер­жать эти материалы у себя на какой-то срок; просто не успеваю сделать всё что надо.
На этом пока и кончу.
Головины-Головнины будут Вам высланы на буду­щей неделе. Будьте здоровы.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Через несколько дней А.А. Григоров установил, что предводи­телем дворянства Буйского уезда был капитан-лейтенант и кава­лер (в отставке с 1819 г.) Григорий Иванович Головнин из усадьбы Толстиково Буйского уезда, и жена его – Прасковья Васильевна Перфильева (ед. хр. 290, л. 1).
2 В.П. Хохлов 15 апреля: «<…> Александр Александрович, у меня будет такая просьба. Мне Д.Ф. Белоруков прислал роспись веточки Головниных. Я просмотрел основную роспись – и никак она не привязывается. Посмотрел роды Френёвых и Перфилье­вых, а там представители эти носят фамилию Головины.
Так какую роспись прислал мне Дмитрий Фёдорович? Голови­ных или Головниных??? Я не имею других никаких источников, чтобы проверить. Может, Вы что-либо сможете сделать в разре­шении этого вопроса?» (ед. хр. 2360, л. 7).

~ • ~
9 июня 1978 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вот, после довольно длительного перерыва я собрал­ся Вам написать и послать кое-что из новых генеалогиче­ских материалов. Также возвращаю 4 тетради с Чухломски­ми купцами, у Голоушевых сделал небольшое добавление, а к Юдиным вскоре Вам вышлю целое «родословное древо». Также возвращаю тетрадочку с Бестужевыми и к ней при­лагаю две новых веточки, а также перечень не вошедших в росписи Бестужевых. В этот перечень включил показанных у Вас и, кроме того, ещё тех, кто встретился мне.
Из новых – посылаю Крепиш и Рузских. Вам, веро­ятно, неведомы ни та, ни другая фамилии.
С Головиными и Головниными я, кажется, разобрал­ся.
Посылаю две родословных, из них одна – Галич­ские, по усадьбе Адамово, это «ГОЛОВИНЫ», а другая – Буйские и Ярославские, усадьба Толстиково, это будут уже «ГОЛОВНИНЫ».
Кроме того, перечень лиц, не вошедших в росписи. Но уж тут я никак не могу сказать, кто «Головин», а кто «Головнин». Писаря тех лет упрямо путали обе эти фами­лии.
В букинистическом магазине вчера был словарь Брокгауза и Эфрона, сокращённая версия выпуска 1900 г., пять или шесть томов. Но цена по 7 рублей за том, а у меня денег для покупки нет. Я бы сам с удовольствием ку­пил это для себя.
Также есть (вернее, были) разрозненные тома Большой Советской энциклопедии 2-го издания и отдельные тома словаря Гранат на буквы Э, Ю и Я1.
Занимаюсь сейчас писанием статей для газет и жур­налов про семью Бартеневых. Но дело идёт туго – то были адские холода и на улице и в квартире, а теперь погода ис­правилась, так не хочется в такие чудесные дни сидеть за писанием.
Получил «награду» из Министерства культуры – ди­плом и медаль в память шестидесятилетия Октябрьской ре­волюции за работу по охране памятников истории и культу­ры. А дня три тому назад в дополнение к этому ещё и де­нежную награду – тридцать рублей, они мне совсем не лишние при моей мизерной пенсии.
Когда минует у Вас надобность в тех материалах, на которых я пометил «вернуть» – то возвратите их мне.
Так идут дни за днями. Продолжаю переписываться со многими своими друзьями, из которых Вы многих тоже знаете.
Вот и все мои новости.
Будьте здоровы. Мария Григорьевна Вам кланяется. Привет Вашему семейству.
Уважающий Вас А. Григоров
P.S. Высылайте ещё тетрадочки с Чухломскими куп­цами и мещанами. Это нужно и интересно.
А. Г.

 



1 В.П. Хохлов 23 июня: «Энциклопедию Брокгауза и Ефрона не­плохо бы было приобрести, но у меня сейчас с деньгами не важно. Как будут излишки, пришлю Вам для покупки дореволюционных из­даний, энциклопедий и т.д., тематика которых Вам известна.
Советскую энциклопедию (2-е издание) – не надо, а вот 1-е очень желательно» (ед. хр. 2360, л. 10 об.).

~ • ~
23 июля 1978 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вчера я получил от Вас бандероль со всеми мате­риалам­и и книгой «Путеводитель по Вологодскому архи­ву». Благодарю за всё. Родословные, присланные Вами, буду пере­писывать, и поэтому не очень скоро смогу Вам их пере­слать.
Я сейчас занялся с вновь полученными мною из Чухломы материалами о семье Катениных; материал обиль­ный и интересный, в частности, книга «Псалтирь», принад­лежавшая семье Катениных, и в ней за много лет, с 1691 по 1846 г., записывались на полях, против соответствующего числа и месяца, знаменательные события в семье Катени­ных – рождения детей, смерти, браки, дни именин и награ­ждения орденами, производство в чины и другие события1. Теперь придётся, в свете этих и других новых сведений, переделывать родословную Катениных, что я и буду делать, и уточнять по метрическим свидетельствам даты и места рождений, браков и прочие подробности.
Когда закончу, то и Вам пришлю эту новую исправ­ленную родословную.
И Д.Н. Афанасьев2, и Ю.Б. Шмаров не охотники до переписки, и поэтому ждать от них писем или других ве­стей не приходится.
Адрес «купеческого» генеалога я Вам сообщаю:
ЛИНЬКОВ Александр Павлович. Индекс 117421, г. Москва, улица Новаторов, дом № 40, корпус № 14, кварти­ра № 35.
Может быть, он откликнется на Ваш запрос.
Посылаю Вам «Родословное древо» Юдиных, и, по правде сказать, я ничего в нём не разобрал. Да и нет у меня времени, чтобы распутывать такие шарады или ребу­сы. Кроме того, Юдины ведь не дворяне, а купцы, а я интересуюсь преимущественно дворянской генеалогией3.
Книги в магазине бывают, и их быстренько разбира­ют, а почему-то малый Брокгауз и Эфрон всё ещё лежит не­проданным. А недавно один мой приятель ухватил там пол­ного Брокгауза и Эфрона первого издания, все тома, вклю­чая и дополнительные, и всего лишь за 250 руб.
Как я слышал, в Москве или Ленинграде дешевле 800–1000 руб. эту энциклопедию не купишь, и то надо ис­кать и искать.
Напишите мне, когда крайний срок для возврата Вам Чухломских купцов и мещан, а также Броневских, Лугини­ных и Пирамидовых.
Сейчас лето и «время летних отпусков», поэтому ра­бота двигается очень медленно. Так как нет и не предвидит­ся мяса, то надо использовать летнее время для заготовки на зиму грибов. Если будет урожай на грибы, то и сами обеспечим себя грибными супами на всю зиму, да и продать кое-что из собранных грибов сможем. Надо не упустить вре­мя, когда пойдут грибы. Пока что было всё время и холод­но, и дождливо, и грибы росли плохо. Сейчас, кажется, по­года налаживается. А то мы и лета совсем не видели ещё. Я даже не мог ни разу искупаться в Волге, всё так холодно было, что в воду не хочется лезть.
Вот и все мои новости. Пишите, что и как у Вас.
Если что от меня может потребоваться, то спраши­вайте, и я всегда, что могу, то сделаю.
А затем – привет товарищам Дальневосточникам из Костромы и пожелания всего хорошего Вам и Вашему се­мейству. Будьте здоровы.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 «Авторами записей являются Фёдор Иванович Катенин (дед поэта), Александр Фёдорович (отец) и Андрей Фёдорович (дядя)» (Сапрыгина Е.В. Костромская вотчина Катениных. – Кострома, 1992. – С. 85).
2 Дмитрий Николаевич Афанасьев(1907–1991) – минералог, гидрохимик, отец Михаила Дмитриевича Афанасьева (р. 1947), директора Государственной исторической библиотеки в Москве.
3 В.П. Хохлов 7 августа: «”Древо” Июдиных я разобрал и присо­единил к своим данным в тетрадке, получил хорошее дополнение (таких бы дополнений побольше!). Сегодня же и высылаю обрат­но» (ед. хр. 2360, л. 12).

~ • ~
2 августа 1978 года
г. Кострома

Уважаемый Владимир Павлович!
Одновременно с этим письмом я выслал Вам заказ­ной бандеролью тетрадочки с Лугиниными, Пирамидовыми и Броневскими. Что нашлось у меня дополнить к Бронев­ским и Лугининым – я написал и вложил в тетради ли­сточки с записями. Чухломских купцов оставляю себе ещё на некоторое время. Напишите, как скоро я должен вернуть эти материалы.
У меня новостей нет никаких. Архив пока что за­крыт, и мои работы по дополнению родословной Катениных остановились.
Погода у нас, кажется, изменилась к лучшему. По­следние три дня стало тепло и перестали дожди.
Мы с женой делали вылазки за грибами и вчера привезли, кроме всего прочего, 20 штук белых грибов. Это большое подспорье к столу, ведь о мясе мы просто уже за­были и вкус его не помним. Больше пока новостей нет. Из друзей мне пишут В.А. Казачков, Г.Б. Ольдерогге и, пожа­луй, больше никто.
Вот и всё. Желаю Вам и Вашему семейству здоровья и всего хорошего. Пишите.
Уважающий Вас А. Григоров.

~ • ~
6 августа 1978 года
г. Кострома

Уважаемый Владимир Павлович!
Сегодня я отослал Вам обратно тетради и родослов­ные по Чухломским купцам и мещанам без каких-либо до­полнений к ним или примечаний. Не нашлось ничего доба­вить. Мне помнится, что когда-то я видел или эти, или подобные этим записи в книге «Материалы по истории горо­да Чухломы», кажется, составитель был Г.В. Юдин1.
У меня сейчас «простой» без работы. Впрочем, на­ступило лето, и делать-то ничего не охота.
Впрочем, лета-то мы почти и не видим. Весна была поздняя и холодная, и лето дождливое и холодное. Нет ни­каких ягод. Грибы в малом количестве, всё это из-за холо­дов. Архив закрыт, так как всех мобилизовали в колхозы на сельскохозяйственные работы. В библиотеке почему-то все старые интересные дореволюционные журналы – «Рус­ский архив», «Исторический вестник» и другие – связали в штабеля и не выдают читателям.
Генеалогических новостей нет, кроме разве того, что в посланную Вам родословную Крепиш можете добавить имя и фамилию жены Льва Евгеньевича Крепиш. Это – Анна Геннадьевна, урожденная Готовцева2.
Готовцевы – древняя и обширная фамилия, и есть среди них интересные люди, но столь много представителей рода Готовцевых упоминаются в Костромском архиве, что очень много труда и времени надо затратить, чтобы разобраться во всём этом богатстве.
Вот пока и всё. Желаю Вам и Вашему семейству здоровья и всего хорошего.
Пишите.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Геннадий Васильевич Юдин (1840–1912) – предприниматель, библиофил; сын чухломского купца, живший в Красноярске. Со­бранную им библиотеку (около 100000 томов) и архив (главным образом по истории Сибири и так называемой Русской Америки) он продал Библиотеке Конгресса США – после безуспешных попы­ток продать их в России. Г.В. Юдин составитель и издатель «Мате­риалов для истории города Чухломы и костромичей рода Июди­ных» (Т. 1–2. – Красноярск, 1902). Ещё 6 томов подготовленных им «Материалов» до сих пор не изданы.
2 В.П. Хохлов 18 августа: «Получил письмо Ваше с дополнения­ми к Рузским и Крепиш, а чухломских купцов и мещан ещё нет, но, видимо, они придут позже.
Жаль, что Лебедев из Чухломы отказался их дополнить, было бы очень интересное родословие этих купцов и мещан до наших дней, но что ж, ничего не поделаешь.
Посылаю и я свои дополнения по фамилии Крепиш» (ед. хр. 2360, л. 14).
О Г.И. Лебедеве см. прим. 3 к письму Д.Ф. Белорукову от 26 сентября 1972 г. на стр. 187.

~ • ~
11 сентября 1978 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 3/IX я получил, спасибо за сооб­щённые подробности о Владимирове, Плёсском и веточке Юреневых.
Упоминаемая в родословной Юреневых Елизавета Семёновна Бартенева родилась не в 1807 году, а 31 августа 1805 г., как видно из документов Бартеневых.
«Всякое даяние благо», и поэтому я всегда Вам благодарен за всё, что Вы мне сообщаете.
Сейчас у меня был трёхнедельный простой, так как у меня гостили наши обычные Московские гости. Уехали они 9 сентября, а сегодня я уже собираюсь идти в архив. Буду снова переделывать всю родословную Катениных, надо просмотреть все сохранившиеся метрики и уточнить многое по вновь обнаруженным документам. Когда закончу, то Вам пришлю для внесения всех дополнений и исправле­ний. Будут включены и самые поздние Катенины, ныне жи­вущие в СССР, а эмигрировавших нам уж не разыскать.
К нам пришло «бабье лето». Хотя, конечно, темпера­тура уже не та, что бывает настоящим летом, но мы нынче мёрзли всё лето и теперь обрадованы тем, что сверху не льёт вода и всё-таки днём градусов до 18 бывает.
А ночью уже холодно – градуса 2–4, не больше. Пока ещё ездим за грибами и привозим хорошо, но грибы все самые разные, а грибных царей – белых – очень мало.
Поближе к зиме думаю побывать в Москве, хочется повидать друзей и, может быть, сделать какой-нибудь докладик или два. Больше нового нет ничего.
Желаю Вам всего наилучшего, здоровья и успехов в трудах и шлю привет Вашей семье.
Ваш А. Григоров.

~ • ~
28 сентября 1978 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Письмо Ваше от 18 сентября я получил вчера. Жизнь у нас всё такая же. Мы с Марией Григорьевной запасов на зиму не делаем никаких, то есть ни картошки, ни капусты и, вообще, ничего из овощей. Только занимаем­ся грибами; как выдастся хороший денёк без дождя, так мы и спешим в лес. Но этому нашему удовольствию, видимо, пришёл конец. Вчера в ночь ударил мороз, утром всё было бело от инея – и трава, и крыши, и деревья. Так что грибы, наверное, «забастовали» и расти больше не будут.
А, вообще, погода переменная. День стоит хороший, тихий и солнечный, потом два дня льёт дождь, сильный ве­тер и прочие удовольствия, а потом опять выдастся отлич­ный осенний денёк. Лист уже облетел почти со всех дере­вьев, в общем – настоящая осень.
Вчера был в книжном магазине. Там в букинистиче­ском отделе был один том – буквы «Б» и начало «В» – Брокгауза и Эфрона, последнего издания, цена 6 рублей. Очень жалею, что всё время у меня хронический недостаток денег, как бы надо было купить1! Один мой знакомый за несколько лет купил по отдельным томам все 86 томов первого издания Брокгауза и Эфрона.
Конечно, родословие Катениных, равно как и все найденные исправления в родословии Пушкиных, я Вам пришлю, но это будет «в своё время», ибо ещё не окончено.
Есть у меня Грамотины, недавно сделал их родосло­вие, если Вам надо – напишите, и я пришлю, да к ним при­ложу и ещё кое-что – так, маленькие фрагментики по неко­торым фамилиям.
А к Вам у меня такая просьба будет: это в связи с Катениными. Нет ли у Вас каких-либо сведений о Вад­ковских и о графах Орловых-Денисовых? Если есть хоть что-нибудь, то сообщите мне. И ещё: о детях партизана 1812 года Дениса Давыдова. Его дочери, когда родились, за кем были замужем? Юлия Денисовна вышла за Засецкого, но – его имя и кто он был?
Всё это мне бы очень помогло.
Вот и все мои новости. В.А. Казачков пишет частень­ко, а Ю.Б. Шмаров – редко, Афанасьев же вообще не пи­шет, кажется, никому2.
Привет Вашему семейству.
Ваш А. Григоров.

 



1 Ср.: В.П. Хохлов 18 сентября: «Всё никак не могу скопить деньги на книги. То одно мешает, то другое. Тут сейчас встала необходимость детям покупать на зиму обувь и одежду, да и нам надо немного обновить свой гардероб» (ед. хр. 2360, л. 19).
2 В.П. Хохлов 18 сентября: «От В.А. Казачкова давно ничего не получал, ну а от Шмарова и Афанасьева уж и не надеюсь ни на ка­кой ответ» (там же, л. 19 об.).

~ • ~
27 февраля 1979 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вчера получил Ваше письмо от 20/II с родословной Островских. Спасибо за Ваши примечания и дополнения.
Могу сообщить, что меня очень смущает эта Мавра-Марфа, жена Афанасия Воиновича Черевина. Я думаю, что всё-таки она была не Мавра, а Марфа и не имела отноше­ния к Островским, это домыслы лиц, искавших художника Григория Островского.
Относительно № 25 – была ли жена Семёна Васи­льевича Наталья или Настасья Степановна Баскакова – я не могу установить. Архивные документы часто – это ко­пии, а читать все почерки разных писарей трудно, и часто имя Наталья читалось как Настасья и наоборот, ибо началь­ные буквы одинаковы, а дальше мне самому часто приходи­лось вставать в тупик: что это – Наталья или Настасья; когда возможно, то проверял по другим записям; буду смотреть у Баскаковых, может быть, найду.
Теперь о Шаховых. Коллежский асессор Николай Дмитриевич, а сын его Дмитрий Николаевич, капитан Глав­ного управления Военно-учебных заведений, так что это отец и сын, а не одно и то же лицо.
Когда сделаю Рылеевых, конечно, Вам пришлю, но, очевидно, это будет не скоро, так как трудно разыскивать материалы. Но кое-что уже насобирал.
Что у Вас есть о фамилии Готовцевых? Не найдёте ли возможным сообщить мне, что у Вас есть; лучше бы прислать, я быстро с ними управлюсь и верну Вам1.
Дома всё так же. Дочь вторую зиму на костылях – опять сломала ногу, сегодня только гипс сняли. Не везёт ей, бедняжке!
Дела у меня много, кручусь, как белка в колесе: тут и в архив надо ходить, и потом добытое всё переписывать у себя, и на множество писем отвечать, и всякие справки да­вать – в общем, хорошо, что скучать некогда, а то жизнь кругом какая-то скучная, одно пьянство только.
Вот и все пока.
Пишите. Привет Вам и Вашей семье от меня и всей нашей семьи.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов 30 марта ответил, что о Готовцевых у него ниче­го нет.

~ • ~
5 апреля 1979 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 30/III я получил. Высылаю Вам Ваши 4 тетради с Бакуниными, Левашовыми, князьями Одо­евскими и Васильчиковыми. Так они у меня и пролежали, не смог я выкроить время для переписки из них чего-либо. Спасибо Вам за то, что Вы мне их присылали, но – увы – воспользоваться ими мне не пришлось. Высылаю также ма­териалы по Римским-Корсаковым, полученные мною от Г.Б. Одьдерогге; я их просмотрел и нашёл, что тут смешаны Корсаковы и Римские-Корсаковы. А так как роспись очень «глухая», то есть без указаний годов и хотя бы кратких биографических данных, то я почти ничего к этой росписи добавить не мог. Впрочем, хотя в Костромском архиве и много мне попадалось всякого рода сведений о Рим­ских-Корсаковых, преимущественно по их имущественным делам, но я не имел намерения заниматься с этой фамилией и ни­чего из попадавшегося мне материала не выписывал, о чём теперь только могу пожалеть.
Работаю над Рылеевыми, Готовцевыми, Мичурины­ми, Чалеевыми и Нелидовыми. Нелидовы и Готовцевы осо­бенно «громоздки». Мне надо много времени, чтобы всё это до конца просмотреть в архиве и потом сделать «росписи». Имеющиеся в родословных книгах далеко не полны и с ошибками.
Пока ничего готового к отсылке нет. Только есть по­томки К.Ф. Рылеева, но тут одни голые имена, без указа­ний, кто где жил и кем был. Тут, кроме Пущиных, ещё та­кие фамилии: Органовы, Силины, Осиповы и какие-то ещё. Такие «росписи» для меня малоинтересны. Но вот о других Рылеевых уже набралось кое-что интересное.
Появляются интересные букинистические книги, но их быстро расхватывают, а у меня никогда денег нет – уж очень я беден.
Вышла книжка «Костромичи на Амуре», авторы А.И. Алексеев, А.А. Григоров и И.Н. Ардентов. Последний – чи­сто «символически»1. По-моему, книжка неудачная, мой ма­териал почти весь выбросили, равно как и мои фотогра­фии. По­чти весь текст остался только А.И. Алексеева. При­сылать ли Вам эту книжонку? Я её иначе и называть не хо­чу2.
Затем – пожелаю Вам всего лучшего и также всему Вашему семейству.
Искренне уважающий Вас А. Григоров.

 



1 И.Н. Ардентов был приглашён в соавторы А.И. Алексеевым (с согласия А.А. Григорова) ещё в начале работы над книгой. Позднее А.И. Алексеев так объяснял в письме А.А. Григорову (октябрь 1974 г.) ситуацию с авторством: «Доля Ардентова практи­чески ничтожна, но ради того, что он провёл такую огромную прак­тическую работу в Солигаличе, надо, чтобы его имя было упомяну­то в числе авторов» (ед. хр. 2209, л. 26).
2 Вначале объём книги предполагался 16 авторских листов. А.И. Алексеев писал (московский штемпель 25 марта 1974 г.): «В случае удовлетворения нашей заявки на 16 авторских листов Вам придётся писать самую начальную часть книги примерно 4–5 ли­стов, то есть 100–125 машинописных страниц. В эту часть нужно ввести данные о происхождении рода Невельских на Костромской земле, генеалогию Г.И. Невельского с краткими справками всех родственни­ков начиная с деда <…>. Если возьмёте на себя труд написать ещё маленькую главку о детских годах (и обстановке той поры в Костро­ме) до по­ступления в Морской корпус Невельского и Бошняка, то я Вам буду весьма признателен» (там же, л. 4, 5). В сентябре того же года (московский штемпель 30 сентября): «Ваши две главы: «Глубокие корни» и «Невельские», закончил. Остальной материал (о Бошняке и Купреянове) вошёл в соответ­ствующие главы, написан­ные мной» (там же, л. 25). 20 июля 1976 г. после издательско-редак­торских и обкомовских задержек, прово­лочек и претензий: «<…> Книгу буду переделывать так, чтобы сохранить максимальную часть Вашего материала» (ед. хр. 2211, л. 26).16 марта 1977 г.: «Сейчас заканчи­ваю считывать после оче­редной перепечатки: теперь ровно 9 листов (228 страниц) + иллю­страции. Пошлю в издательство через неделю. Будь что будет, не­хай там лежит, нежели у меня. Очень она уж осто­чертела» (ед. хр. 2212, л. 5).

~ • ~
21 апреля 1979 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Перед самым отъездом получил Ваше письмо от 15/IV, поздно уже писать большое письмо, ограничусь на этот раз немногим.
Сейчас мы с женой уезжаем в Ростов-на-Дону, числа до 10–15 мая.
Я уже Вам писал, что тотчас после того, как я Вам отправил Римских-Корсаковых, я напал на одну веточку, и там есть подробные сведения и даты, без которых для меня всякая родословная (наподобие Рылеевских потомков) не представляет интереса. Что можно извлечь из голого переч­ня имён? Это как в Библии, родословная Иисуса Христа: «Авраам роди Исаака, Исаак роди Иакова, Иаков роди Иуду» и так далее. А когда жили эти Исааки и Иаковы и что они делали – знает один Бог.
Книжку «Костромичи на Амуре» я Вам вышлю поз­же. Сейчас у меня нет ни одной, я попрошу купить в моё отсутствие, а когда вернусь домой – то и вышлю.
Насчёт рукописного отдела Ленинской библиотеки. Туда вообще доступ не лёгок, я имел пропуск благодаря моей старой дружбе с профессором П.А. Зайончковским – когда-то мы с ним вместе учились, а он является каким-то чином в Совете Ленинской библиотеки. Но сейчас туда вообщ­е доступ прекращён на два или три года. Причины ка­кие-то странные: кто говорит, что по случаю Олимпиады-80, но какое отношение может иметь Олимпиада к библиотеке? Думают, верно, что все приезжие спортсмены и гости по при­езде в Москву так и ринутся в рукописный отдел; дру­гие утверждают, что будет ремонт (а чего? помещения или руко­писей?); третьи утверждают, что, во избежание пор­чи рукопи­сей от частого употребления, их все будут фото­графировать; если это так, то и к 2000 году вряд ли туда можно будет по­пасть. А материалы там для нас с Вами очень ценные, но и то далеко не всякие мне, например, вы­давали. Выпишешь – а в ответ: «Эта рукопись никому не выдаётся».
Конечно, если Вы с супругой будете в Костроме, то можете вполне рассчитывать на кров (и плохонький стол) у нас1. Летом наши на своей даче, и дома свободное место всегда есть. В июле мы будем дома, и пока я не жду к себе никаких гостей, если и будут – то позднее, август месяц.
В.А. Казачков мне пишет часто, но обычно не сооб­щает мне ничего для меня нужного из генеалогии. А Ю.Б. Шмаров, хотя и мог бы сообщить много, но он стар и тру­ден на письма. Хотя он меня всего на два года старше2, но я пишу много и многим, а он мне пишет редко, только в случае крайней необходимости.
Бошняковские дополнения о позднейших Бошняках мне сообщил сам А.К. Бошняк, когда был у меня в про­шлом году. Родословная Усольцевых есть в нашем архиве, равно как и послужной список самого главного Усольцева, связанного по своей работе с Сибирью3.
Из Ленинграда о «Кустодиевоведе» я давно не имею сведений. Он, вообще, был весьма аккуратным корреспон­дентом, но вот уже месяца два от него нет ни слова4.
У меня теперь, ввиду отъезда в Ростов, остановилась работа по Готовцевым, Нелидовым и проч. Буду кончать уже в мае месяце, когда вернусь из Ростова.
У нас весной и не пахнет. Морозы, снега, были силь­ные метели, хуже, чем в январе. И мороз вчера, например, в Солигаличе был –25о, а у нас, в Костроме, –15о. Такой весны я что-то не запомню с давних лет.
Вот и всё на сей раз. Сейчас уезжаем на вокзал и через 2 суток будем в Ростове, но и там, судя по сводкам погоды, немного теплее – тоже морозы, хотя и не такие большие.
Затем – пожелаю Вам всего наилучшего.
Всей Вашей семье – здоровья и всякого благополу­чия.
С приветом А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов собирался приехать в Кострому в середине июля, после Москвы и Горького.
2 Ю.Б. Шмаров старше А.А. Григорова на 6 лет, но в данном случае последний ведёт отсчёт своих лет от 1900 г.
3 Арсений Фёдорович Усольцев (1830–1909) – межевой инже­нер (землемер), топограф. Член учёной комиссии Русского геогра­фического общества для исследования Восточной Сибири, член комиссии для проведения границ между Россией и Китаем, член экспедиции для научного исследования реки Сунгари в Маньчжу­рии, имел дипломатическое поручение для установления с Мань­чжурией торговых отношений, инженер-ревизор при генерал-гу­бернаторе Восточной Сибири и начальник межевания казённых зе­мель Восточной Сибири, главный инспектор всех училищ Иркут­ской губернии (ед. хр. 1549, л. 9–10). Уроженец Вятки; получив от­ставку, поселился в Костроме.
4 Речь идёт о В.Н. Семёнове.
22 ноября 1979 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Получил от Вас тетради с Бычковыми, Кафтыревы­ми, Коковцевыми, Губастовыми и графами Беннигсен.
Благодарю. Бычковы для меня интересны, а прочие – поскольку с Костромой мало связаны или совсем не свя­заны – то малоинтересны. Кафтыревых в Костромщине было великое множество, и я их родословной не имел слу­чая заниматься. А графы Беннигсены, очевидно, у нас с Вами разошлись в пути, так как я Вам недавно послал Бен­нигсенов и Старков. Мои Беннигсены, как кажется, полнее Ваших. Посылаю Вам Рожновых – найденную мною в ар­хиве Трегубовых родословную, к сожалению «глухую», то есть без дат, жён и всяких иных сведений. Также найден­ных мною в документе 1812 г. Рожновых, владевших де­ревнями и усадьбами в нашей губернии в 1812 г., и некото­рые другие сведения о Рожновых. Если сумеете, вернее, располагаете какими-либо данными об этой фамилии, то напишите, когда будете мне высылать обратно Старков, Беннигсенов и этих Рожновых.
Когда закончу Ратьковых и Ратьковых-Рожновых – но­вый вариант, то Вам вышлю с ними вместе коротенькую родо­словную Усольцевых. Всем этим я занят в настоящее время.
И ждут своей очереди Римские-Корсаковы, просто Корсаковы, Дондуковы-Корсаковы и оставшиеся ещё от про­шлого года Готовцевы и Нелидовы. Буду жив-здоров – всё это думаю сделать за 1980 год.
Не знаете ли Вы во Владивостоке некоего Бориса Александровича Сушкова, Дальневосточного краеведа и бывшего моряка? Если знаете, то нет ли у Вас его адреса? А если есть, то не пришлёте ли Вы мне координаты этого Б.А. Сушкова1?
Ваши тетради я не задержу и вскоре вышлю Вам обратно. Больше новостей у меня нет, стал помаленьку го­товить к сдаче в архив всё своё «богатство», начал с писем от разных друзей – писателей, учёных, моряков и др. Надо всё сдавать, ибо, как кажется, подходит уже мой «предел». А не хочется, чтобы всё это пошло прахом, пусть читают наши потомки через 100–200 лет, если только наша плане­та будет существовать в то время.
Затем – поклон Ларисе Валериевне2 от жены и от меня, и Вам также.
Будьте здоровы.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Борис Александрович Сушков (1905–1980) – краевед; с 1950 г. – начальник военно-исторического музея Тихоокеанского флота во Владивостоке, инициатор и создатель мемориального корабля «Красный вымпел»; с 1965 г. – учёный секретарь Приморского фи­лиала Географического общества (ныне – Общество изучения Амурского края) (сообщение В.П. Хохлова).
2 Л.В. Хохлова, урожд. Чкалова (р. 1946) – жена В.П. Хохлова, всю жизнь проработала учителем химии и биологии, затем директором в школе. В июле 1979 г. Хохловы приезжали к А.А. Григорову, отзыв которого о Л.В. Хохловой см. в письме к Н.К. Телетовой от 20 июля 1979 г. на стр. 374.
[Конец декабря 1979 года]1

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Поздравляю Вас и Ларису Валериевну с наступаю­щим Новым 1980-м годом и желаю Вам и Вашему се­мейству здоровья, счастья и всяческих успехов в жизни, труде и учёбе.
Я продолжаю «стаскивать» в архив свои дела. Уже сдал 60 дел. И ещё много-много предстоит таскать и тас­кать.
Нового у меня нет ничего. В букинистическом мага­зине бываю редко, да там и нет ничего – книжные «жуки» перехватывают интересные книги ещё у дверей магазина.
На днях Вам вышлю родословную Усольцевых. Я её нашел у себя, значит, напрасно на кого-то погрешил.
Пишите, что нового у Вас.
Уважающий А. Григоров

 



1 Текст написан на новогодней открытке без указания даты.

~ • ~
3 марта 1980 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо получил (от 26/II). Спасибо за схемку Кашлачевых, Вы мне ранее таковой не присылали.
Конечно, надо полагать, что найденный мною Кашла­чев из этой семьи, ибо отчество его настолько редкое, что трудно заподозрить какое-нибудь совпадение1. Но больше пока мне эта фамилия не встречалась. Вероятно, в архивах лесного ведомства есть и формуляр лесничего, Егора Кашла­чева. Но поиски эти долги, и я не могу ими заняться сей­час.
О Похвистневых. Я не помню, чтобы я сообщал Вам о родстве Похвистневых с Римскими-Корсаковыми. О Похвистне­вых у меня нет ничего, кроме того, что мне извест­ны Давыд Борисович, капитан 2 ранга, погибший на броненос­це «Ослябя» в бою при Цусиме 14 мая 1905 г., и его брат, Эм­мануил Бо­рисович. Знаю, что Похвистневы были в близ­ких от­ношениях с Бутаковыми и через них – с Римскими-Корсаковым­и.
О Похвистневых должен знать В.А. Казачков, это – «его фамилия», и попробуйте запросить его.
Я же сейчас уже мало какие справки могу дать, т.к. сдал в архив всё до буквы «С». Поэтому и не могу дать бо­лее подробного сведения.
О В. Бочкове. Среди моих знакомых два Бочкова. Один в г. Кирове, он занимается родословной Телепнёвых, Бенардос и других фамилий, им родственных. Не раз бывал у меня, приезжая в Кострому. Другой, вероятно, тот, кото­рый Вас интересует, это бывший научный работник Ко­стромского архива, потом библиограф областной библиоте­ки, потом замдиректора музея-заповедника «Щелыково», а ныне – «инвентаризатор» в Обществе охраны памятников культуры и истории. Один из местных «корифеев» краеведе­ния и также генеалогии. Обладатель огромного множества родословий многих, преимущественно древних дворянских фамилий, начиная чуть ли не со времён Александра Невско­го. Печатается как в местной, так и в центральной печати и автор нескольких книжек.
Я с ним поддерживаю отношения, хотя он очень «неуживчив» и многие его просто не переваривают и обви­няют во многих грехах, вплоть до хищения редких докумен­тов и книг из хранилищ. Я с ним «в содружестве» участво­вал в издании книги «Вокруг Щелыкова». О себе он очень высо­кого мнения, а всех других – ни в грош не ставит.
А чем он Вас заинтересовал, если не секрет?
Вот и всё на сей раз. Больше нового нет ничего, да и не будет, наверное, уже.
Привет от Марии Григорьевны и от меня Вашему се­мейству.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 См. прим. 2 к письму от 23 ноября 1975 г. на стр. 330.

~ • ~
26 апреля 1980 года
г. Кострома

Дорогой Владимир Павлович!
Ваше письмо от 16 апреля пришло сюда, когда я был в Москве и меня пригласил Ю.Б. Шмаров рассказать на их кружке о личных фондах в Костромском архиве. 18 апреля это мероприятие было проведено, всем понравился мой рассказ, но в отведенные мне полтора часа я не мог рассказать о всех личных фондах, их ведь не мало, и мно­гие очень интересны. Навестил своих старых и новых дру­зей: В.А Казачкова, Г.Б. Ольдерогге, П.А. Зайончковского, А.Г. Кавтарадзе – и был очень рад всех их повидать. Вер­нулся домой 24 апреля, привёз много новых материалов о Римских-Корсаковых, теперь надо всё снова начинать – со­ставленные мною ранее таблицы надо дополнять новыми данными и исправлять. Работы этой хватит на всё лето. Го­товцевы, можно считать, закончены, надо только перепи­сать, и сейчас они находятся у В.Н. Бочкова, который тоже работал над этой фамилией, и теперь надо сверить его и мою работы.
Вы пишете про И.С. Алебастрова из Иванова1. Я от него имел одно-два письма, но его интересы как-то мне по­казались чужды, и наша переписка прекратилась.
Теперь о моем дяде Н.М. Григорове. Он родился 10 января 1873 г. в усадьбе Александровское Кинешемского уезда Костромской губернии. Умер во Франции – около 1930 года или попозже, точная дата мне неизвестна, вблизи г. Канны на юге Франции. Сначала учился в московском лицее «Цесаревича Николая», из III-го класса перешёл в Морское училище (так назывался тогда Морской корпус), который окончил «первым», получив премию имени Менде2, и имя его было занесено золотыми буквами на мраморную доску. В мичманы произведён в 1892 году. Был не раз в кругосветном плавании на крейсере «Адмирал Нахимов», потом на «Дмитрии Донском». В 1902 г. окончил первым Николаевскую морскую академию и тоже был записан золо­тыми буквами на мраморную доску как первый по успевае­мости. В Русско-японскую войну был штурманом на крейсе­ре «Алмаз» и в Цусимском бою 14 мая 1905 г. сумел прове­сти свой корабль сквозь Японский флот во Владивосток. После войны служил на крейсере «Россия», броненосце «Це­саревич», затем командовал миноносцами и дивизионами миноносцев, а с 20 сентября 1911 г. был назначен команди­ром строящегося линейного корабля «Гангут», которым ко­мандовал до 12 июня 1915 года. Потом был начальником штаба командующего Балтийским флотом до марта 1917 г., после чего служил до ноября 1917 г. начальником грузовых перевозок Балтийского флота. В чине контр-адмирала с 3 июня 1915 г. Награждён многими орденами, в том числе «за особые отличия в делах против неприятеля» 2 ноября 1915 г. орденом Станислава I степени и 21 ноября 1916 г. орденом Анны I степени «за отличия в делах против неприятеля». Этот орден с мечами. За Цусимский бой награждён орденом Владимира IV степени с мечами и бантом. В декабре 1917 г. выехал в Финляндию, откуда потом перебрался во Францию.
Женат был на вдове Анне Ивановне Хохловой, жене его бывшего сослуживца, имел пасынка – мичмана Хохло­ва; имя его я забыл, равно как и его судьбу. Своих детей у него не было.
Его послужной список в ЦГАВМФ, фонд 406, опись 9, дело 981, а его личный фонд там же, кажется, № фонда 227.
Про себя могу сказать: родился там же, в Алексан­дровском, 6 марта 1904 г., учился в 1-м Московском кадет­ском имени императрицы Екатерины II корпусе, не кончил, выбыл после 8 ноября 1917 года. В дальнейшем работал по разным специальностям, начав службу в качестве телегра­фиста и радиста на Южной железной дороге. С 1927 года – в лесном ведомстве до ареста в 1940 г. После 10 лет заклю­чения и 8 лет ссылки реабилитирован, поселился в Костро­ме, где недолго работал в Хладокомбинате.
На пенсии с 1964 года. Женат с 1924 г. на Марии Григорьевне из рода Хомутовых. Из живых детей – дочь Любовь, род. 1926 г., по 2-му мужу Гладкова, г. Кострома, у неё дети от 1-го мужа: Галина Николаевна (по мужу Ма­слова) и Лев Николаевич, родились, соответственно, в 1950 и 1952 гг.3 Вторая дочь – Галина, род. 1934 г., была заму­жем, развелась, имеет дочь Ольгу, род. 1963 г., живут в Ро­стове-на-Дону.
Любовь – фельдшер, Галина – инженер-архитектор. Любовь живёт в Костроме, Галина в Ростове-на-Дону.
В здании 1-го кадетского корпуса, где учились и я, и В.А. Казачков, ныне находится бронетанковая академия, ра­нее имени Сталина, теперь, не знаю, чьё имя она носит4.
Ралль Марина Юрьевна живёт в Ленинграде, это дочь адмирала Ралль.
Вот и все ответы на Ваши вопросы. Если что надо ещё – спрашивайте.
По случаю наступающего праздника 1 мая и дня Победы мы шлём Вам и Вашей семье свои поздравления и пожелания всего лучшего.
Мы пока живы и здоровы более или менее. Привет Ларисе Валериевне и Вашим деткам.
Ваш А. Григоров.

 



1 Игорь Сергеевич Алебастров (наст. фамилия Сергеев, р. 1926) – школьный учитель,  краевед и писатель.
2 Премия имени Менде составляла 330 рублей.
3 В свидетельстве о рождении (по записи в домовой книге А.С. Меньшиковой от 28 августа 1959 г., в доме которой на ул. Буйской, 11 Григоровы сняли жильё по приезде в Кострому из Казахстана) указана дата рождения – 1 января 1953 г. (архив М.В. и Ю.А. Дуриловых).
4 С 1965 г. – Военная академия бронетанковых войск имени маршала Советского Союза Р.Я. Малиновского. Ныне – Общевой­сковая академия ВС РФ.

~ • ~
7 августа 1980 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вчера получил от Вас Римских-Корсаковых и Готов­цевых. Всё в целости и сохранности.
Моё добавление к Моллерам Вы, вероятно, уже по­лучили. В Москве тоже есть сейчас какие-то Моллеры; если свяжусь с ними или что-либо о них узнаю, то сообщу Вам.
Если установите связь Иакинфа Бичурина с Молле­рами, то очень прошу меня проинформировать – с какими именно и какая это была связь1.
У меня сейчас гостей полон дом. Обычные наши го­стьи из Москвы – Вы их видели у меня – нынче приехали не вдвоём, а втроём, ещё одна сослуживица моей кузины к ним присоединилась, это тоже наша хорошая знакомая2. А затем приехали из Ленинграда супруги Сахаровы – Игорь Васильевич, он с Вами, как слышно, тоже состоит в пере­писке. Они гостят уже больше недели и сегодня, кажется, уезжают. Он – Игорь Васильевич – у меня многое перепи­сал из моих бумаг и подивился обилию собранного мною.
Погода всё время Олимпиады стояла отличная, и мы все не раз выезжали в лес и привозили грибов, в том числе и белых. Но Олимпиада кончилась, и погода испортилась, и грибы перестали расти.
Про Унковских ничего нового нет, да я и не хожу никуда и ничем не занимаюсь, летнее время всё идет на го­стей, прогулки по лесу и сбор грибов. Вот и все мои ново­сти.
Ещё ожидаю приезда гостей – из Пензы Л.В. Бели­кову с дочерью и из Ленинграда Н.К. Телетову, которая за­мужем за В. Старк3. Всё это люди, подобные Вам и мне, вечные искатели всяких генеалогических подробностей.
Поклон Ларисе Валерьевне от нас. Будьте здоровы.
Всего хорошего.
Ваш А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов 31 июля: «Ещё оказывается, что в родстве с Моллерами числится и известный востоковед Никита Яковлевич Бичурин (в монашестве Иакинф), 1777–1853 гг., так что Моллера­ми надо заняться поближе» (ед. хр. 2361, л. 3).
2 О.П. Ламм.
3 Вадим Петрович Старк (р. 1945) – доктор филологических наук, пушкинист; автор статей, посвящённых творчеству А.С. Пуш­кина, В.В. Набокова, истории Петербурга и русской усадебной культуре.

~ • ~
25 августа 1980 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вчера получил Ваше письмо от 18/VIII. Благодарю за некоторые подробности о Моллерах, но как их привязать к тому, что у меня есть?
У меня «сезон гостей» окончился. Кроме наших обычных летних Московских гостей – двоюродной сестры и её приятельниц, ещё при них приехали сперва супруги Саха­ровы из Ленинграда; а как только Сахаровы уехали – при­были из Пензы мать и дочь Беликовы, «Лермонтоведки»; а уехали они – прибыла из Ленинграда Пушкинистка Н.К. Телетова, она пробыла у нас всего три дня и очень нам обо­им понравилась, чего не могу сказать о «Пензячках». Тре­тьего дня проводил последнюю гостью. И думаю, что «план по гостям» на 1980 год у нас выполнен.
Г.Б. Ольдерогге перепечатал мои родословные Корса­ковых и иже с ними, и теперь он поставил вопрос: нужны ли эти родословные Вам? Я ему пока ничего не ответил, кажется, я Вам посылал свои экземпляры, и Вы их уже мне вернули, может быть, Вы для себя списали копии или то, что Вам было нужно и интересно. А я теперь не знаю, что ответить Г.Б. Ольдерогге, то есть надо ли Вам отсылать экземпляр из числа отпечатанных Георгием Борисовичем? Напишите по этому вопросу Ваше пожелание. Видимо, у Г.Б. есть запасный экземпляр, и его можно будет послать Вам.
Пока я ничем не занимаюсь: то гости были и не было дома надлежащей обстановки для работ.
С 15 августа в лесу не бывали, захолодало, и потом всё время шли дожди. Сегодня собираемся возобновить грибные походы, может быть, за прошедшие 10 дней нарос­ло сколько-нибудь грибов, а то в последний наш выезд, 15 августа, почти ничего мы не привезли домой.
Сейчас погода несколько улучшилась. Но лето уже прошло, так и пахнет осенью, листья с деревьев слетают от сильных ветров, и, вообще, подошла осень, а лета вроде бы как и не бывало. Вот, ждали-ждали лета и тепла, и всё про­мелькнуло, не оставив следов.
Вот такие дела у нас.
Генеалогия пока вся стоит на месте. Что будет зи­мой, а осенью я хотел бы ещё раз побывать в Москве и сделать на кружке Ю.Б. Шмарова ещё один докладик.
Вам же и Вашему семейству желаю здоровья и вся­ческих успехов на «всех фронтах».
Будьте здоровы.
Ваш А. Григоров.

~ • ~
3 октября 1980 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Получил вчера Ваше письмо от 28/IX и выражаю Вам своё сочувствие по случаю такого нехорошего заболе­вания Вашего сына, я впервые слышу такую болезнь. Чем же она вызывается?
Очень жаль мальчика, столько ему придётся лежать в больнице, а каково лечение и надежды на исцеление? Очень жалею Вашего сына, в такие юные годы быть надол­го прикованным к больничной койке.
Римских-Корсаковых Г.Б. Ольдерогге Вам посылать не будет, а вот дополнения вполне возможны, но – «глу­хие», то есть никак не привязывающиеся к росписи, из-за отсутствия данных о родителях. Так, кроме уже указанных, обнаружился ещё один Римский-Корсаков, инициалы – «Н.Н». Он упомянут в «Военно-историческом журнале» за этот год, в статье по случаю юбилея бронетанковой акаде­мии, как один из создателей и усовершенствователей танко­вого дела, а откуда он взялся, кто его родители и так далее – ничего неизвестно.
Г.Б. Ольдерогге поддерживает со мною постоянную связь по письмам, и он всегда в курсе моих дел, а я – его.
И.В. Сахаров после того, как со своей супругой пого­стил у нас, присылал 2 или 3 письма; он всё время в ка­ких-то разъездах; писал, что был на Волге – то ли в Са­ратове, то ли в Симбирске (Ульяновск), затем собирался в Вологду, были они с женой в Пскове, в общем, не знаю уж, когда он и работает на основной своей работе.
О Моллерах я всё, что имел, Вам переслал, более пока нет ничего.
Я сейчас не занимаюсь никакими генеалогическими делами. Всё лето были гости, и теперь, до самого 1 октября, мы с Марией Григорьевной частенько ездили в лес, запаса­ли грибов. Белых насушили малость и посолили много ры­жиков, это, по-моему, самый вкусный и ценный гриб.
Если в 1981 году поедете в отпуск и соберётесь в Москву и Ленинград, то, как и в прошлом году, может быть, завернёте и к нам, в Кострому? Мы будем рады Вас видеть.
Я мечтаю осенью поздно или в начале зимы съез­дить в Москву, повидать многих друзей и выступить в кружке Ю.Б. Шмарова с чтением своего «докладика» о се­мье Бошняков и о судьбе Н.К. Бошняка. Но пока ещё не видно «основы» для такой поездки. Сахаровы очень звали в Ленинград, но это тоже пока под сомнением, из-за того же отсутствия «основы»1. Вот и все мои новости.
Поклон от нас с Марией Григорьевной Ларисе Вале­рьевне и Вам.
Будьте здоровы. Сыну желаю выздоровления.
Ваш А. Григоров.

 



1 Имеется в виду отсутствие денег на поездки.

~ • ~
12 января 1981 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Благодарю Вас от имени Марии Григорьевны и от своего за Новогоднее поздравление, Вы его писали 23 дека­бря, а получил я его только вчера, 11 января. Вот Вам и «Авиапочта»!
Мы вернулись из Москвы только 6 января, причём я приехал больной гриппом, ещё в Москве этот грипп ко мне прицепился. Сейчас уже вроде бы и избавился от этого за­болевания.
Спасибо Вам за Унковских. Кое-кого из них знает моя двоюродная сестра, живущая в Москве, но я с ними не знаком, хотя мне и пришлось читать очень интересные воспоминания – «семейную хронику» всей семьи Ун­ковских, это очень интересная рукопись.
А с Моллерами, видимо, больше узнавать не у кого. Так и остаётся неизвестным, какое отношение имеет эта Ольга Николаевна, урождённая Моллер, к морякам Моллер и нашему Костромскому вице-губернатору Оскару Моллер.
В Москве я «выступал» пять раз, два раза в Ле­нинском районе в библиотеке № 261 и три раза в Бау­манском районе в клубе учителей. Темы – Лермонтовы, Бартеневы, Бошняки и Щулепниковы. Прошло везде хоро­шо. Навестил Т.А. Юрасовскую и ещё завёл новые знаком­ства, так что для меня всё было интересно. В Ростове пого­стил у дочки с внучкой, там, в смысле наших общих ин­тересов с Вами, ничего интересного не было, да и быть не могло. Многократно был у А.И. Алексеева в Москве, он полон новых замыслов, так и строчит книги, и у него для этого «зелёная улица». Не раз был у Ю.Б. Шмарова, он заметно стареет, к тому же ему предстоит переезд на новую квартиру, а их дом берут под музей декабристов. Для Юрия Борисовича это большой удар, каково ему будет со всеми книгами, картинами и массой рукописей и фотографий въезжать в современную квартиру!
Виделся в Москве с И.В. Сахаровым, он приезжал в командировку, а так как знал мой Московский адрес, то и приехал со мною повидаться.
В общем, хотя поездка была и длительной, но для меня очень интересной, правда, кое-кого из своих старых знакомых я уже не застал в живых в этот раз. Но все мы идём к этому, кто раньше, кто чуть позже. У В.А. Казачко­ва был только 1 раз, также один раз был у Г.Б. Ольдерогге, и 1 раз у А.Г. Кавтарадзе, и раза три у П.А. Зайончковско­го.
Теперь буду сдавать остатки своих бумаг в архив, управлюсь как-нибудь с этим до весны, а там – грибочки, ягодки, глядишь, и ещё один годик «обманул».
Желаю Вам здоровья. Вашему сыну скорейшего из­лечения от постигшей его болезни и всей Вашей семье вся­ческого благополучия.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 См. письмо к Н.К. Телетовой от 7 января 1981 г. на стр. 391.

~ • ~
26 апреля 1981 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Только что вернулся из Ленинграда, и в тот же день пришла от Вас бандероль с книгой «Балтика-Амур», о по­купке которой я Вас просил. Благодарю Вас за присылку этой, нужной мне книги1.
Моя поездка в Ленинград прошла весьма успешно, и я очень доволен и своим пребыванием в Питере, и тем, как меня встретили в музее А.С. Пушкина и везде, у кого я по­бывал.
Посетить какие-либо архивы или библиотеки не при­шлось, да я и не планировал этого, так как, помимо моего выступления в музее Пушкина, я собирался только посетить своих многочисленных друзей и родных, и тех и других у меня в Ленинграде не мало, и я не успел у многих даже побывать и только поговорил по телефону.
Останавливался я у Сахаровых, которые меня давно просили, в случае моего приезда в Питер, остановиться у них. Там мне дали диван для спанья, а также ключ от квартиры и даже билет для проезда на всех видах транс­порта. Оба они очень занятые, и я их почти не видел; ухо­дят рано, а приходят очень поздно, и только поздно ночью я мог вести свои беседы с Игорем Васильевичем на разные генеалогические темы.
Был также и у В.Н. Семёнова, но всего только один раз, а больше с ним беседовал по телефону. Он, В.Н. Семёнов, обещал приехать в Кострому в конце мая, то­гда с ним обо всем и побеседуем.
Как только немножко отдохну, сделаю поправки к родословию Римских-Корсаковых и Вам вышлю вместе с микрофильмом Орловского архива.
Заметки Пашина о Фигнерах я не читал2, но это всё делал В.Н. Бочков, а Пашин уже от него пользовался мате­риалом.
Я все больше убеждаюсь, что публикации Бочкова «бьют на сенсацию» и подчас не имеют ни исторической основы, ни научной ценности. Но работает он весьма про­дуктивно и много печатается. Впрочем, Бог с ним, мне его работы ни к чему, но он мне предлагает какую-то работён­ку, с оплатой, и не малой, и, возможно, я соглашусь на та­кое «содружество» и заработаю сотню-другую, что мне, при моей малой пенсии, будет не лишним.
Музей Пушкина мне и дорогу оплатил, и за доклад заплатил, так что я не в убытке и привёз из Ленинграда кое-чего из съестного – мяса, колбасы и пр.
Затем – от нас с Марией Григорьевной пожелания Вам всего лучшего.
Будьте здоровы. Пишите.
Ваш А. Григоров.

 



1 Римский-Корсаков В.А. Балтика–Амур: Повествование в пись­мах о плаваниях, приключениях и размышлениях командира шху­ны «Восток». – Хабаровск, 1980.
2 В. Пашин. Установил краевед // Советская Россия. – 1982. – 9 февраля; Он же. Портрет партизана // Сельская жизнь. – 1982. – 10 февраля.

~ • ~
28 июня 1981 года
г. Кострома

Дорогой Владимир Павлович!
Вчера получил Ваше письмо от 20 июня. Спасибо за присланный список окончивших Морской корпус в 1898 г. А поправки можно делать и в этом списке, так, например, Развозов был, насколько я знаю, не «Владимирович», а «Ва­сильевич». Его родная сестра была замужем за одним из Старков. Впрочем, нет – она и сам А.В. были «Владимиро­вичи»1, это я сам перепутал уже.
Имейте в виду, что в книге о Тульском дворянстве2 род наш, Григоровых – в частности, линия, из которой происхожу и я, – грешит ошибками, что мне легко было исправить. А вот если Вы мне, хотя бы постепенно, пере­слали списки окончивших Морской корпус в 1897, 1899–1905 гг. (пусть по одному году в месяц или даже реже, если Вы очень заняты и не можете уделять много времени для исполнения моей просьбы), то я Вам буду очень благо­дарен и признателен.
Относительно Кочуковых и Варли, то я всё, что со­брал и составил, ещё в прошлом году сдал в архив, и у меня не осталось ничего. И теперь могу только сказать, что ныне живущий в Москве Владимир Владимирович Варли, мать которого была из роду Кочуковых, родился в 1902 г. в г. Липецке, где служил в то время его отец. Он учился в нашем корпусе в одном классе с В.А. Казачковым.
Работал Володя Варли всю жизнь по части бухгалте­рии и финансов и к концу свой жизни занимал важный пост по этой части. В частности, через него проходили все выплаты компенсаций жертвам репрессий 1937–1953 гг., всем маршалам, наркомам, членам ЦК и другим. А сам он в виде исключения уцелел в эти годы и не подвергался никаким преследованиям, хотя его младший брат, который учился тоже у нас, в одном классе с П.А. Зайончковским – они были на класс ниже меня, – ушёл в эмиграцию в США и ныне там пребывает.
Кочуковы – это помещики Ветлужского уезда, а их первоначальная «прародина» – Переяславль-Залесский уезд, где были также имения Кочуковых. В Ветлуге кто-то из Ко­чуковых был уездным предводителем, некоторые Кочуковы служили в гвардейской кавалерии, а на память более ска­зать ничего не решаюсь; помню о родстве с Рыковыми, а если поищу и найду что-либо о них в своих черновых тетра­дях, то Вам тотчас же напишу.
Книга Н.К. Телетовой «Забытая родня Пушкина»3 у меня есть – подаренная автором. А купить её невозможно было ни в Москве, ни в Ленинграде, несмотря на тираж в 150 тысяч4!
Вчера написал Наталии Константиновне письмо, в нём просил, если возможно, достать (или если есть у неё в запасе) для меня два-три экземплярчика; это я хлопочу для своих многочисленных друзей, которые желают иметь эту книгу5. А если эта просьба не увенчается успехом, то я смо­гу Вам прислать эту книжку на время, с возвратом. Она уже побывала «в командировках» и сейчас вернулась ко мне.
Погода у нас на редкость жаркая.
А с продуктами всё так же: несмотря на летнее вре­мя, когда удои молока обычно возрастают – ведь скот на­ходится на летних пастбищах, – стал остро ощущаться недостаток молока и других молочных продуктов. С ранне­го утра встают очереди за молоком, а самое удивительное, что в город приезжают за молоком из деревень. Я сам ви­дел, как в загородных автобусах едут из города деревен­ские женщины с молочными бидонами, а всего лишь несколько лет назад из деревень те же женщины везли би­доны с молоком в город на продажу. Удивительная страна и удивительное хозяйство!
Вот пока и всё. Будьте здоровы, пишите.
Ваш А. Григоров.

Стоит такая жара, даже ночью выше +20 градусов, и очень тихо. Но нет дождей, и всё сохнет, нет и грибов, о чём мы весьма сожалеем, ибо к столу грибы были бы сей­час очень кстати.
А. Г.

 



1 Речь идёт о контр-адмирале Александре Владимировиче Раз­возове (1878–1920) и его сестре Елизавете Владимировне Старк, урожд. Развозовой (в первом браке Мессер) (1881–1924) – жене контр-адмирала Георгия Карловича Старка (1878–1950) (Из альбо­мов протоиерея Бориса Старка // Российский архив. Вып. 5. – М., 1994. – С. 561, 562).
2 Чернопятов В.И. Дворянское со­словие Тульской губернии. Т. II (XI). – М., 1910.
3 Правильно: «Забытые родственные связи А.С. Пушкина».
4 См. прим. 1 к письму к Н.К. Телетовой от 8 апреля 1981 г. на стр. 392.
5 Ср. письмо к Н.К. Телетовой от 28 июня 1981 г. на стр. 394.

~ • ~
23 июля 1981 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Получил вчера Ваше письмо от 12/VII с родослов­ной Павлиновых и списком окончивших Морской корпус в 1897–1900 гг.
Весьма Вам благодарен за эти присылки. Теперь буду по каждому выпуску делать списки с указанием из­вестной мне судьбы тех лиц, про которых у меня собраны ранее сведения. И если Вам такие списки будут нужны и интересны, то пришлю Вам по экземплярчику. Выпуск 1898 г. я Вам, помнится, уже посылал.
Относительно Павлиновых. Лет шесть назад один мой Московский знакомый «возил» меня на квартиру к не­коему Павлинову, моряку (бывшему и весьма преклонных лет), и сказал мне, что у этого Павлинова есть много фото­графий и других документов, относящихся до нашего фло­та. Я теперь не могу вспомнить, как звали этого Павлинова. Но мы приехали к этому Павлинову не вовремя. Они (Пав­линовы) жили в старом доме, одноэтажном, и вот как раз во время моего к ним приезда их собирались переселять на новое место, так как этот старый дом должны были сло­мать. И все вещи Павлиновых были уложены, и посмотреть мне ничего не удалось. Сам хозяин был уже довольно стар и немощен, а его родные не очень-то были расположены да­вать мне какое-либо «интервью». Так и остался этот визит без результатов. Больше у меня не было случая узнать что-либо про этого Павлинова.
Списков окончивших Морской корпус за 1906–1917 гг. в печати не появлялось, возможно, они есть только в ру­кописном виде в ЦГАВМФ. Попробую спросить у Ленин­градца И.В. Сахарова (он многое знает) или ещё у кого-либо из морских моих друзей.
Как Вы мне посоветовали, я сделаю список учив­шихся со мною в одном классе с указанием всего, что сохранила память, а также и командного, и преподаватель­ского состава.
Если не успею к отправке этого письма, то списки эти вышлю позднее, со следующим письмом. Но я могу вспомнить только своё отделение (класс), а те отделения, где учились В.А. Казачков (старше меня) и П.А. Зайонч­ковский (младше меня), я не могу, ибо, будучи в корпусе, почти не общался с кадетами этих отделений, тем более что Зайончковский был со мною в одной роте только одну зиму.
Римские-Корсаковы пока без движения, сейчас сезон и пора «гостей», у меня уже с 15/VII две гостьи и 25-го приезжают ещё гости1. А, кроме того, стоит такая изнуряю­щая жара – вчера было +34о в тени!
Сегодня ночью прошла гроза и очень незначитель­ный дождичек, впервые за много недель. Всё высохло, гри­бов и в помине нет. И, кроме того, Облисполком вынес ре­шение, на период такой засухи и жары, запретить всякие посещения лесов, «сбор ягод и грибов», охоту, рыбную ловлю, всякие туристические походы и поездки, въезд в лес на всяких видах транспорта и проч. Так что таких ограни­чений мы ещё и не видели. Даже в известном своей засухой 1972 году не было таких жёстких мер.
Вот и сидим дома, изнывая от жары. Единственное спасение – это выкупаться в Волге, но от нас всё-таки это далековато, но мы с Марией Григорьевной всё же ходим то поутру, то вечерком. А дома ещё «одолевают» мухи, кото­рых из-за жары нынче летом необычно много. И в аптеках нигде нет «липучек», которые очень помогают борьбе с му­хами. Бью мух хлопушкой, и раза два травили их каким-то снадобьем под названием «Прима». Очень хорошо истребля­ет всех мух и прочих насекомых, но запах сильный, и ядо­вито это вещество.
Ночью прошла гроза и был маленький дождичек, так что сейчас дышится полегче, и температура несколько спала, но, как утверждают синоптики, это снижение будет очень кратким и потом снова наступит жара.
Книжку Телетовой вышлю попозже, сейчас её чита­ют «в очередь» многие мои знакомые.
Затем – пожелаю Вам всего хорошего и Вашей се­мье здоровья и всех благ.
Ваш А.А. Григоров.

 



1 О гостях см. письмо к М.С. Михайловой от 8 августа 1981 г. на стр. 489.

~ • ~
27 января 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вашу тетрадку с Титовыми и письмо от 14 января, посланные авиапочтой, я получил только вчера, 26 января. Очевидно, безразлично, посылать ли простой почтой или авиапочтой, – сроки доставки одни и те же.
По Титовым я смогу кое-что добавить, и сам в свою тетрадь могу вписать то, чего у меня нет, а в Вашей тетра­ди есть. Но на это уйдёт какое-то время, а как только я сделаю то, что надо, – то вышлю Вам эту тетрадку обрат­но.
Лермонтовская энциклопедия – это сборник всех воз­можных материалов и о жизни, и о творчестве поэта, о его родных, знакомых, о местах, где он бывал, собрана там бога­тая библиография, в общем – настоящая «энциклопе­дия»1. А генеалогическая часть представлена двумя доволь­но «куцы­ми» таблицами родов Арсеньевых и Столыпиных, а в части рода Лермонтовых – то помещена таблица, кото­рую делали совместно С.А. Панфилова – Московский «Лер­монтовед» – и я. Панфилова собрала материал, по большей части касаю­щийся Уфимских, Пятигорских и иных Лер­монтовых, большею частью проживающих в СССР, а я – по ранним, большею частью Костромским, а также по зарубеж­ным.
Таблица сия помещена за одною только подписью С.А. Панфиловой, ибо сдавала она в редакцию сама и не поставила меня в известность.
Но в статье о роде Лермонтовых есть упоминание и обо мне в связи с моими работами по генеалогии Лермонто­вых2.
Издание отличное и по оформлению, с массой цвет­ных иллюстраций, фотографий и т.д. Цена – свыше 10 руб., но купить эту вещь никто из моих знакомых не смог, не­смотря на тираж свыше 100 тысяч. А кто и достал – то только «по блату».
Даже те, кто упомянут в числе авторов – а их до сотни, – не смогли достать. И я бы остался без этой ин­тересной книги, если бы мне не преподнесли её в подарок к 7 ноября прошлого года от Костромского архива.
В отношении Вашей просьбы о Карцеве Ник. Ник., то я ничего не могу сделать, ибо Вы знаете, что я все свои генеалогические бумаги сдал уже два года назад в архив.
Ярославское село Стогинское мне попадалось не раз, в связи, теперь уже не помню, с кем, как будто с Сумаро­ко­выми или с Голохвастовыми, а может быть, и с Карцевы­ми.
Ошанины тоже мне не раз попадались, у них были имения и в Нерехтском уезде, они были также в родстве с Яковлевыми.
И.В. Сахаров пишет мне, но редко. Он всё время сильно занят, недавно писал, что месяца на полтора-два уезжает в Москву. От него я не пополнил свой архив ни­чем, напротив, сам же ему дал немало таблиц по генеало­гии ряда фамилий.
Я же сам сейчас почти и не занимаюсь никакой ге­неалогией, помаленьку занимаюсь с моряками и пишу ста­тейки для газет на исторические темы. Кое-что печаталось3, а кое-что ждёт своей очереди в редакциях разных газет.
Рад был узнать, что Ваш сын поправляется. Дай Бог, в 1982-м году он вылечится и вернётся домой.
У меня же ничего приятного нет, беда с внуком, он совсем спился, и очень это и тяжело и неудобно перено­сить, а что сделать – мы никак не можем придумать. Вид­но, этот крест нам нести до гроба.
Интересно было бы от Вас получить какие-либо до­бавления к морякам списка Павлинова. Ведь я о многих не мог найти нигде сведений.
Вот и всё на сей раз.
Поклон Ларисе Валериевне и желаю Вам здоровья и всего хорошего.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Ср.: «В нашем культурном обиходе считается едва ли не ак­сиомой: самые значительные и почитаемые отечественные клас­сики должны быть обеспечены персональными энциклопедиями. Претворение аксиомы в жизнь – дело тяжкое и чаще всего неподъ­ёмное. Удачных претворений по большому счёту – лишь одно: “Лермонтовская энциклопедия”» (Лавров А.В*. «Поимённо…» // Но­вое литературное обозрение. – 2006. – № 79 (3). – С. 122).
2 В статье «Род Лермонтовых» (стр. 467–468), авторы которой Л.Д. Шехурина и С.А. Панфилова, Л.Д. Шехурина пишет: «В основу статьи положена генеалогическая схема родословной Л[ермонто­ва], составленная Б.Л. Модзалевским (в кн.: М.Ю. Л[ермонто]в. 1814–1914. СПб, 1914) и дополненная С.А. Панфиловой и А.А. Григоровым в 1977 (См. стр. 551) на основании различных фондов, гос. архивов, новых разысканий, а также писем и сообще­ний, полу­ченных от представителей рода Л[ермонтовых]» (Лер­монтовская энциклопедия. – М., 1980. – С. 468). С.А. Панфилова, перечисляя архивы и фонды, упоминает и «Родосло­вие предков и родственников М.Ю. Лер[монто]ва, состав­ленное А.А. Григоровым в 1973 (хранится в Гос. Ист. музее в Моск­ве)» (там же).
3 В 1981 г. в костромских газетах напечатаны следующие ста­тьи А.А.Григорова: «Автограф декабриста С.Г. Волконского» («Се­верная правда», 12 мая; в соавторстве с В.С. Соболевым), «Де­душка русских исторических журналов» («Северная правда», 20 октября), «Фёдор Гаврилович Вишневский» («Вперёд», 14 и 17 ноя­бря).
____
*Александр Васильевич Лавров – доктор филологических наук, член-корреспондент РАН, ведущий научный сотрудник ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН, один из крупнейших специалистов в обла­сти истории литературы начала XIX в.

~ • ~
20 февраля 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 13 февраля я получил. Благодарю Вас за любопытные сведения о М.М. Тьедере1. Так, пома­леньку, добавляется и добавляется что-нибудь о морских офицерах.
У меня особого нового по части генеалогии нет, хотя я сейчас опять, как и в прошлые годы, «запродал» свою душу в архив, на два месяца.
Работаю по большей части дома, беру из архива до­кументы и приношу их домой, а после разборки и определе­ния, что и куда надо поместить – в какой фонд и т.д., – отношу обратно.
Иногда попадаются кое-какие сведения, дополняю­щие родословные, но поскольку я уже два года назад сдал всё свое «богатство» в архив, то теперь мне такие отрывоч­ные сведения вроде бы и ни к чему.
А свои дела пока ограничились написанием несколь­ких статей для газет, но все они пока лежат в редакторских портфелях, все только обещают, что, мол, «вот-вот» поме­стим, а я всё жду и жду.
Кроме того, по-прежнему веду переписку со многи­ми, и постоянно приходится давать какие-либо сведения то об одной, то о другой фамилии.
Кажется, наступили уже последние в эту зиму, так называемые «Власьевские» морозы, и вот-вот начнут капать с крыш слёзки, и снег, которого нынче у нас очень много, начнёт постепенно осаживаться и чернеть. Хотя в пределах города он и так похож более на сажу, чем на снег.
Среди архивных документов попалось мне любопыт­ное одно «дельце» – «Волшебный заговор», это какой-то старинный «оберег», как их называют; найден он был в избе одного дьякона в 1745 году, и этого дьякона благодаря этой бумажке, найденной у него при обыске по случаю подозре­ния об уклонении его в раскол, обвинили в волшебстве и посадили в тюрьму.
Документ очень старинный и написан таким древним почерком, что я еле-еле разобрал текст.
Вообще, я с большим интересом рассматриваю вся­кие древние документы и стараюсь их прочитать от начала до конца.
А больше у меня новостей, вроде бы, и нет.
Поэтому – распрощаюсь с Вами до следующего письма.
Желаю Вам и Вашему семейству здоровья и всякого благополучия.
Уважающий – А. Григоров.

 



1 Михаил Михайлович Тьедер (1879–1939) – один из первых русских подводников; участник Русско-японской и Первой мировой войн; выпускник Морского кадетского корпуса (http://www.genrogge.ru/submariner/2.htm).

~ • ~
21 мая 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Получил Ваше письмо от 13 мая.
К крейсеру «Изумруд» добавлю, что во время моих тюремных, лагерных и ссыльных лет я встретился с врачом не «Изумруда», а «Жемчуга», неким Неклюдовым, имя его забыл. Но он служил на «Жемчуге» уже после Японской войны, а в Японскую войну не принимал участия.
Есть ли у Вас родословная Рузских, тех, из которых вышел генерал Н.В. РУЗСКИЙ, известный по войне 1914–1917 гг.? У меня собраны кое-какие сведения об этой семье, в давние времена моя жена была дружна с дочерью одного из этих РУЗСКИХ1.
Если желаете, то могу прислать Вам.
Погода у нас гнусная, стоят холода, и на улицу носа высунуть не хочется, слава Богу, что ещё отопление не от­ключили, и мы пока не мёрзнем.
Потомство наше занимается в своих садах и огоро­дах, у нас же нет ничего, да мы и стары уж заниматься та­кими делами.
Дня два назад заехал на часок к нам из Ленинграда В.Н. СЕМЁНОВ, он тоже увлекался генеалогией, но не сплошь, а выборочно – фамилии ГРЕК, КУЛОМЗИНЫ, ОСТРОВСКИЕ, КУСТОДИЕВЫ. Посидел у нас, пообедал и уехал в Галич, где его родина. Обещал на обратном пути опять навестить меня.
Вот и все мои новости. Сейчас я ничем не занят, и становится уже скучновато.
Желаю Вам и Вашей семье всего лучшего, главное здоровья!
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 См. прим. 5 к письму М.В. Смирнову от 12 января 1986 г. на стр. 151.

~ • ~
6 июня 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 30 мая я получил.
Посылаю Вам имеющуюся у меня родословную Руз­ских. Как Вы из неё увидите, в ней нет упоминания о фами­лии Бартеневых. Может быть, с Бартеневыми Рузских свя­зывает только родство с Мамаевыми? Может быть, Вы мне сообщите что-нибудь, для внесения дополнения и поправки.
У нас дела неважные. Мы оба – и Мария Григорьев­на, и я – вот уже неделю как болеем, состояние гриппоз­ное, с кашлем и прочим, а у меня ещё, кроме того, большая одышка.
Погода стоит холодная, уже июнь месяц, а мы тепла и не видели.
У меня круг корреспондентов тоже суживается. Мно­гие, получив от меня нужные сведения, не поддерживают дальнейшей связи, другие – видимо, просто ленятся. Толь­ко один Г.Б. Ольдерогге меня не забывает и очень часто пи­шет письма, и я ему на всякое отвечаю, так и поддержива­ется переписка.
О том, как прошёл юбилей В.А. Казачкова – я не знаю, мне никто не писал. А Г.Б. Ольдерогге у него не был, ограничившись присылкой юбиляру какой-то редкой книги по 1812 году, а это ведь его, В.А. Казачкова, «хобби». Вчера появился В.Н. Семёнов из Ленинграда, у меня он будет, ви­димо, сегодня вечером. Я говорил с ним по телефону и про­читал ему Ваши строки о том, как он «ищет бумагу», чер­нила и пр. Просил меня написать Вам, что по возвращении домой, в Ленинград, Ваш «заказ» будет выполнен, вернее, не Ваш заказ, а его, Семёнова, обещание. Про Горьковские краеведческие записки я ничего не узнал, мне никто ничего не написал.
А вот насчёт Вашего желания услышать из «первых уст» о событиях полувековой давности – я имею свои ски­тания по тюрьмам, лагерям и ссылкам, – то это тема на­столько обильна, что описать в письме прямо-таки ничего невозможно. Вы правы, что более молодые люди об этой страшной поре не знают ничего или имеют совсем искажён­ное представление. Но тема эта – «под запретом», очевид­но, по пословице: «Кто старое помянет – тому глаз вон».
Меня многие просили и просят написать про эти годы, и я начал писать, желая дать в своих записях исто­рию своего рода и своей семьи, но это ещё пока до конца очень далеко. Но всё же думаю когда-нибудь закончить. А в письме ведь ничего не напишешь.
Вот и всё на сей раз.
Желаю Вашему сыну поправить своё здоровье за лето и к зиме быть готовым к выписке «насовсем» домой.
И Вам, и остальным членам Вашей семьи желаю всего доброго.
Ваш А. Григоров.

~ • ~
7 июня 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 30 июня я получил и благодарю Вас за дополнения к Рузским. Но указанный Вами зоолог М.Д. Рузский, по всей видимости, относится к совершенно другому роду Рузских, не имеющему отношения к потом­кам А.М. Лермонтова1.
Новый роман В. Пикуля про моряков я прочитал, но одобрить его, как, впрочем, и все творения этого автора, не могу2. Ибо автор пишет, совсем не придерживаясь в точно­сти исторических фактов, и фантазирует во всю силу своего вооб­ражения. Потом, создавая «исторические романы» и упоминая в них действительно существовавших историче­ских лиц, он в то же время вводит в действие им самим выдуманные персо­нажи, никогда реально не существовав­шие. И мне, хорошо изучившему русскую историю и очевид­цу и современнику ряда событий, всё это, естественно, нра­виться не может. Кро­ме того, В. Пикуль очень неуважи­тельно относится к истории нашей родины, а этого я тоже ему простить не могу, ибо я был, есть и останусь настоя­щим патриотом нашей страны и родина наша для меня свя­щенна.
Жоховых я Вам посылаю не три, а четыре веточки и список не включённых в эти четыре веточки. А если Вы желаете, то я Вам пришлю ещё кое-что – так, отдельные «фрагментики», в разное время списанные мною с архивных документов. По ним Вы сможете кое-что пополнить по ча­сти дат рождения и проч. А также, не желаете ли список дворянских усадеб Костромского уезда конца XVIII века, с указанием имён и отчеств, фамилий и чинов их владельцев; их что-то у меня имеется около 60 усадеб.
От В.Н. Семенова и я после его бытия в Костроме в мае месяце никаких вестей не имею.
Я июнь месяц всё прибаливал, равно как Мария Гри­горьевна. Сейчас вроде бы вошёл в обычную колею. У нас всё время стояла отвратительная холодная погода, и мы мёрзли дома и простужались. А сейчас уже третий день стало тепло, и мы наслаждаемся тёплой погодой, с не­большими, но тёплыми дождичками.
Затем от Марии Григорьевны и от меня Вам и Ва­шей супруге поклон и привет, и Вам также и деткам желаю здоровья и всем вообще всего хорошего
Подпись: Письма к Н.К. Телетовой  (1977–1988)
Ваш А. Григоров.

 



1 Алексей Михайлович Лермонтов – владелец усадьбы Но­винское Солигаличского уезда, в 1799 г. городничий в городе Рузе Московской губернии; имел незаконного сына – Витта Алексеевича Рузского (ед. хр. 749, л. 5). «Оказывается, Рузские происходят от внебрачного сына одного из Лермонтовых, бывшего в конце XVIII века городничим в г. Рузе под Москвой. Отсюда и фамилия “Руз­ские”» (из письма М.С. Михайловой 8 июня 1978 г.; архив Н.Я. Ку­преянова).
2 Речь, без сомнения, идёт о «сентиментальном романе» «Три возраста Окини-сан», опубликовнном в №№ 9–11 журнала «Нева» за 1981 г.

~ • ~
20 июня 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 13/VI с родословием Рузских я по­лучил.
Вот, у Вас стоит тепло, а мы мёрзнем, ещё не виде­ли ни единого летнего дня. И, кроме того, почти весь май и июнь и я, и жена болеем. Теперь у меня намечается улучше­ние, не знаю, надолго ли, а у жены всё ещё дела не блестящ­и.
Посылаю Вам вырезку из нашей газеты за 19/VI с моей статьёй1, я её сдал в редакцию ещё в ноябре прошлого года, а они соблаговолили только сейчас её напечатать. Ещё прошла моя статья об усадьбе Медведеве и её обитателях – Лермонтовых, Шиповых и Новиковых, но я не имею воз­можности послать её, так как это не в Костромской, а в Чухломской газете2, а её у нас купить невозможно.
Мои воспоминания не двигаются, вот, написал листков десятка полтора и прекратил, ибо стал болеть. Но думаю, что всё-таки закончу, если не в этом, то в будущем году.
Недавно у меня побывали представители фамилии ЖОХОВЫХ – супруги-геологи из Забайкалья и супруги из Перми3, это священник. И те, и другие претендуют на родство с нашими Костромскими дворянами Жоховыми. Обе пары очень интересные люди. Занимались мы с ними генеа­логией рода Жоховых, и хотя ясно, что все они идут от од­ного корня, но уже давно эти линии разошлись на очень приличную дистанцию.
О Киреевых и о Фаленберг у меня нет абсолютно никаких сведений, в этом деле я Вам помочь не могу.
С продуктами всё так же. Видимо, по случаю выхо­да в свет «Продовольственной программы» нам выдали та­лончики, и по ним мы купили по 200 граммов сливочного масла. А больше пока ничего.
Грибов нет, потому что очень холодно, никуда я не выхожу, только вот 15/VI выходил на пароходную при­стань повидаться с Ю.Б. Шмаровым; он проезжал на паро­ходе, пароход стоял в Костроме 3 часа, и я сидел у них в каюте. Рад был повидать его, а то давно уже не видел.
От В.Н. Семёнова после его отъезда вестей не было.
Надо ли Вам будет родословие трёх ветвей Жохо­вых? Я смогу Вам прислать на время свой экземпляр.
Затем пожелаю, в первую очередь, Вашему сыну здоровья и полного избавления от его болезни и Вам и всей остальной семье тоже здоровья и хорошего летнего отдыха.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 «История одного портрета» в газете «Северная правда» (о портрете И.А. Купреянова).
2 Адъютант генерала Ермолова // Вперёд. – 10 и 12 июня.
3 Супруга митрофорного протоиерея Владимира Жохова – Ели­завета Ивановна, урожд. Болотова (р. 1922).

~ • ~
23 августа 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 18/VIII я получил. Сообщаю относи­тельно Ваших сомнений о Кудриных.
Владимир Сергеевич Кудрин родился в 1834 году, умер в 1908 г.1, и у него был брат Александр Сергеевич, ро­дился в 1836 г. и умер тоже в 1908 году; он имел чин тайного советника, и это его могила на Смоленском кладби­ще в С.-Петербурге. Так что Вы ничуть не погрешили про­тив истины, ибо оба брата умерли в одном и том же 1908 году.
Относительно М.С. Коншина, то он по должности пе­дагог, а занимается всяким Владимирским краеведением, но родословным и вообще генеалогией, по-видимому, сам не за­нимается, но всегда с интересом читает всякие родословия, которых я ему пересылал для чтения не мало. А родослов­ной Коншиных у меня нет. Ведь это известный Московский купеческий род, и, возможно, родословная Коншиных есть у Московских генеалогов, занимающихся генеалогией купече­ства. Сам же М.С. Коншин, по молодости своих лет, мало знает о прошлом своих предков, хотя и интересуется ими.
В.Н. Семёнов после своего посещения Костромы в мае с/г более никаких признаков жизни не оказывает.
От Жоховых вряд ли можно чего-либо получить, ибо они сами жаждут получить сведения от меня2.
Теперь сообщу Вам самое печальное известие, кото­рое меня глубоко потрясло и совсем выбило из обычной ко­леи. 16 августа с/г загорелся в 20 часов наш архив и сго­рел дотла. Погибло всё бесценное наследие прошлых веков, погибли все родословные книги, все дела дворянства и мас­са других материалов, спасено лишь очень немногое.
Теперь уже ничего не узнаешь ни о ком, и мне ре­шительно нечем заняться.
Особенно я жалею о погибших личных фондах таких фамилий, как Черевины, Купреяновы, Катенины, князья Вя­земские, Грамотины и многие другие. А сколько погибло старинных рукописей, старинных книг, и всего-то и не пере­числишь! Там ведь был и мой личный фонд, который я сдал в 1979–1980 гг. – всего 242 дела. Как мне сообщили, кое-что из моего фонда спасено.
Вот это событие меня совсем «доконало», я и так себя всё лето почти чувствовал и чувствую неважно.
Вот такие печальные дела. Теперь уж не знаю, что я Вам смогу пересылать, ибо всё, что у меня было, думаю, Вы уже имели возможность просмотреть и ознакомиться, а нового теперь мне добыть уже не придётся.
У нас льют дожди, а вот грибов почти нет, только одни сыроежки да лисички. А хорошего гриба – я имею в виду белые – нет, и на рынке их почти не видно.
Затем пожелаю Вам, супруге Вашей и деткам здоро­вья, успехов в делах и, вообще, всякого благополучия.
Уважающий Вас А. Григоров
Посылаю Вам одну родословную, тут родство разных фамилий, не помню, посылал ли Вам я её?
А. Г.

 



1 Владимир Сергеевич Кудрин(1834–1908) – военно-морской врач, генерал-штаб-доктор*. Родился в Костроме, окончил Ко­стромскую гимназию.
2 29 января 1988 г. Е.Д. Жохов писал А.А. Григорову: «Как всё-таки Вы решили поступить с материалами своими? Нас с А.Д. Жоховым не оставляет мечта сделать книгу с тремя авторами (с вашей фамилией в том числе), и потому нас очень волнует их судьба. Не хотелось, чтобы Вы, наш друг, пере­дали их в чужие руки. Решайте, конечно, сами» (ед. хр. 2205, л. 21–21 об.).
_____
* Генерал-штаб-доктор – военно-врачебное звание в русской армии (с 1756 по 1868 г.); с 1810 г. генерал-штаб-доктор возглавлял медицинскую службу действующей армии (http://medslovarg.e2e.ru/g/slova_g/general-sht.shtml).
6 сентября 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 9 августа я получил.
Да, пожар нашего архива – это небывалая доселе прямо-таки историческая катастрофа. Но тут уж ничем не поможешь: утраченные рукописи, документы, коллекции – всего этого восстановить нельзя.
Причина пожара – это, можно сказать, детские ша­лости. Несколько подростков из соседних домов неодно­кратно пытались пробраться в хранилище архива, с целью поживиться бумагами с гербами, печатями и также почтовы­ми марками, которые бывают на конвертах, особенно в лич­ных фондах. И вот, 16 августа группа таких подростков ве­чером пробрались на крышу под купол1, там отодрали дос­ки и сделали лаз, но так как во избежание пожаров от ко­роткого замыкания проводов, после конца работ, электриче­ство отключается, то этим сорванцам пришлось пользовать­ся спичками. И они заронили огонь в хранилище, в самом верху, под куполом собора. Увидев, что они натворили, мальчишки эти сбежали вниз и позвонили в пожарное депо о возникшем пожаре в архиве. Но пожарники решили, что это – обычная мальчишеская шалость или хулиганство, и поэтому не выехали сразу, а только тогда, когда уже всё было объято пламенем и поднялся громадный столб дыма; мне тотчас же позвонил живущий на два этажа выше нас человек и сообщил, что с его балкона виден пожар и, очевидно, это горит архив.
Вот так и погибло всё, в том числе, по-видимому, и собранное мною и сданное ещё в 1979–1980 гг. в этот ар­хив2. Конечно, следствие идет своим чередом и будут найде­ны «козлы отпущения».
Но от этого никому легче не станет, и нам остаётся только с грустью вспоминать все погибшие богатства этого злосчастного архива. Теперь я решительно не знаю, чем и заняться. А к тому же всё время нездоров, никак не могу избавиться от такого гнусного заболевания, как у меня – это расстройство в мочевом пузыре, что причиняет массу неудобств, и я потому не смог даже сходить на место пожа­ра, поговорить с архивными работниками и точно узнать о судьбе моего личного фонда. Сперва мне сказали, что он сохранился, а потом до меня стали доходить слухи, что в такой-то куче обгорелых дел видели материалы из моего фонда, в другой куче какие-то письма, адресованные мне, – это тоже могло быть только из моего фонда. Так я пока и не узнал толком ничего.
Вот такие дела.
Не знаю теперь, что бы я смог Вам прислать из сохранившихся у меня дома моих записных тетрадей.
У меня есть вторые экземпляры оглавлений к про­шениям дворян о записи их в родословные книги (с 1789 года), в них иногда есть упоминания о жёнах и детях; та­ких оглавлений к архивным делам у меня много.
Есть также списки дворян, могущих участвовать в выборах, тоже нередко с указанием имён жён и девичьих фамилий, есть разные выписки из всяких спорных имуще­ственных дел, да всего и не перечислишь. Всё это в тетра­дях, по большей части написано от руки, многое перепечата­но и на машинке.
Дома у меня всё без перемен. Погода не радует, было сравнительно тепло – до +20 градусов, но вот уже три дня, как захолодало, сильный, прямо-таки ураганный ветер. У дочери в саду ветром сдуло почти все яблоки, ко­торым надо бы ещё висеть и висеть на ветках. И сегодня утром только +7 градусов!
Про архивные дела ещё напишу попозднее, что сохранилось, и вообще, какие перспективы, и что погибло навсегда, это – когда сам узнаю всё получше, ибо пока я мало знаю: сам на месте не был и сам не говорил ни с ди­ректором архива, ни с его заместителем3.
Затем пожелаю Вам и всей Вашей семье здоровья и всякого благополучия. И поклон Вашей супруге, Ларисе Ва­лериевне.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Архив с 1926 г. занимал здание Богоявленского собора Бого­явленско-Анастасиина женского монастыря.
2 См. письмо от 7 апреля 1985 г. на стр. 356.
3 Лина Ивановна Фёдорова и Евгений Борисович Ситнянский (1955–2001).

~ • ~
22 октября 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Получил я Ваши тетради с Карцевыми, Аристовыми, Апушкиными и Аргамаковыми. Я их подержу у себя не­дельки две-три, дополню всем, что у меня имеется, и верну Вам тем же путём.
К сожалению, интересующих меня Карцевых в Ва­шей тетради я не обнаружил. Надо, видимо, искать в Новго­роде, но туда я поехать не смогу, а книга Голицына про Новгородское дворянство малоинтересна, так как в его ро­дословных одни голые имена и нет почти никаких биогра­фических сведений1.
Вашу просьбу о присылке Костромских газет я вы­полню и при возврате Ваших тетрадей туда же положу несколько номеров нашей областной газеты.
У нас неожиданно наступила зима, выпало много снега, и продолжается снегопад, и морозы доходят до –10 градусов. Улицы все занесены снегом, и транспорт двигает­ся с трудом.
Статья о пожаре архива в «Комсомольской правде» мне показалась довольно глупой, разве можно оправдывать такие «детские шалости» с огнём2? Как мне написал по это­му поводу В. А. Казачков, автор статьи и упоминаемая в этой статье директорша школы – просто «дуры»! И я с ним, пожалуй, вполне согласен.
Я помаленьку занимаюсь составлением именной картотеки Костромского дворянства; когда она будет готова, то в какой-то мере восполнит утрату родословных книг, сго­ревших в пожаре 16 августа с/г.
Что-то я стал себя чувствовать неважно. Пожалуй, и этой зимой никуда не смогу поехать, а хотелось бы побы­вать и в Москве и в Ленинграде навестить родных и дру­зей, а также съездить в Ростов-на-Дону, погостить у дочери. Но пока это только одни мечты.
Вот и всё на сей раз.
Привет и поклон Вашей супруге и всей семье, и всем желаю доброго здравия. Мария Григорьевна благодарит Вас за память и добрые пожелания.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Вероятно: Голицын П.П. Родословная книга дворян Новго­родской губернии. – Новгород, 1910.
2 Н. Ажгихина. Однажды летним вечером… Статья опублико­вана 25 сентября 1982 г.

~ • ~
23 ноября 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Возвращаю Вам Вашу тетрадку с материалами об АРИСТОВЫХ, и в неё я вложил составленную мною по сохранившимся у меня записям, сделанным когда-то в архи­ве; ныне эти все материалы сгорели, и больше поэтому ни­чего по Аристовым нет. К сожалению, я не переписал две схемы родословных, хотя и записал номера дел и фон­да, рассчитывая при случае переписать, но теперь уже позд­но. Кроме того, посылаю Вам несколько номеров нашей Ко­стромской газеты, о чём Вы меня просили в одном из по­следних писем.
Остальные Ваши тетради вышлю позднее, ибо делаю к ним всё, что могу, но работается очень медленно, ибо здо­ровье что-то испортилось.
Вот такие у меня дела. Делаю огромную картотеку всего Костромского дворянства, за два с лишним века, не одна тысяча имён, уже на всех сделал карточки, теперь вписываю биографические данные, имена жён и детей. Рабо­ты этой хватит мне на год.
Всё время у нас стояла необычно тёплая погода, со­всем не ноябрьская, а сегодня замела метель и подморози­ло.
Будьте здоровы, шлю привет Вам и всей Вашей се­мье. Пишите.
Уважающий Вас А. Григоров.

~ • ~
15 декабря 1982 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 8/XII я получил. Относительно дат – годов рождения Аристовых – то вполне возможна и опе­чатка (по моей вине) или описка переписчиков дворянского собрания, ибо я списывал с копий.
Также ещё надо иметь в виду, что все даты годов рождения, указываемые в документах XVIII–XIX вв. весь­ма условны, ибо правило указывать не возраст – «от роду столько-то лет», а именно год рождения вошло в обращение только уже после 1917 года. А до этого во всех официаль­ных документах, судебных, административных и иных, было принято писать «от роду ему столько лет», и далеко не все­гда это было правильно. Кроме того, чтобы устанавливать год рождения, исходя из формулы «от роду столько-то лет», надо было точно знать дату составления этого доку­мента. А это далеко не всегда возможно установить. Так что все даты годов рождения, указываемые мною, получены путём вычитания из даты составления документа числа лет, указываемых в этих документах. И тут неизбежны ошибки. Я проверил это на множестве примеров, и всегда почти по­лучались расхождения в 2–5 лет, а иногда и больше. Так что полагаю, что смущаться датами Кузьмы (1707) и его сына Якова (1722) не следует. Вероятно, Яков родился поз­же 1722 г., ибо дата 1707 мне представляется достоверной по ряду признаков.
Вскоре я Вам верну Ваши тетради с Аргамаковыми и Карцевыми. По Аргамаковым мало что я могу добавить, а Карцевых я детально разобрал и сделал ряд родословий разных линий. Теперь это всё находится «на проверке» и для поправок у нашего Костромского краеведа В.Н. Бочко­ва, который и занимался когда-то этой фамилией, и был зна­ком с последними из рода Костромских Карцевых.
А вот с Апушкиными дело хуже. У меня не было списанной с дворянской родословной книги полной родо­словной этого рода, теперь всё это погибло в пожаре, и у меня осталось только огромное число карточек, которые я заводил для всех фамилий, и вот надо из всего этого скомбинировать несколько родословий.
Для этого надо мне ещё побывать в нашей област­ной библиотеке и посмотреть кое-что. Слыхал я что, в сбор­нике Руммеля и Голубцова1 есть родословная Апушкиных, но у меня этой книги нет, нет её и в нашей областной биб­лиотеке.
Относительно Вашей просьбы узнать у Ю.Б. Шмаро­ва про потомков декабристов Фаленберга2 и Беляевых3, то тут ничего, вероятно, не получится. Он стал очень стар и забывчив; моя двоюродная сестра его иногда навещает и пи­шет мне про его состояние. И к тому же вскоре должен со­стояться переезд его и его дочки с семьёй, с которой он живёт, в новую квартиру, а это очень болезненно отражает­ся на самом Юрии Борисовиче4. Он столько лет прожил в этом доме и там смог разместить все свои собрания портре­тов, книги и множество папок с родословными, фотография­ми и пр., и как-то всё это удастся разместить в новой квар­тире. В общем, он очень удручён и вряд ли сможет что-ли­бо ответить на мой запрос, и я не решаюсь его этим утру­ждать.
Но Вам попробую помочь. У меня есть знакомая, специализировавшаяся на декабристах; буду ей писать – она живёт в Горьком5, – то спрошу у неё, и буде она что-нибудь мне сообщит, то я Вам это всё тоже сообщу.
У нас зима. Выпало за последние дни много снега, но морозы незначительные. Волга замёрзла, и на льду си­дят кучами любители подлёдного лова рыбы, которой в Волге почти и нет, кроме микроскопических ёршиков и окуньков.
Я никуда не хожу и нигде не бываю по причине свое­го неудовлетворительного состояния здоровья. А дома всё время занимаюсь, хочу как-то восстановить, хотя бы ча­стично, кое-что из сгоревших дворянских дел; кроме того, есть заказы на написание ряда статей для газет, но работа­ется мне не очень-то продуктивно. Так бы и делал, и делал всё, но силушки нет, или мешает что-либо дома поработать более эффективно.
Вот и всё на сей раз.
Привет и поклон Вам от Марии Григорьевны и от меня, и всему Вашему семейству желаем здоровья и всяко­го благополучия.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 См. прим. 4 к письму к М.М. Шателен от 29 марта 1969 г. на стр. 94.
2 Пётр Иванович Фаленберг (1791–1873), член Южного обще­ства.
3 Братья Беляевы: Александр Петрович (1803–1887) и Пётр Петрович (1805–1864), члены Общества офицеров Гвардейского экипажа, участники восстания на Сенатской площади.
4 О.В. Григорова 26 августа: «Вот что я хотела тебе сказать: у Юр. Бор-а с сердцем было то же, что у тебя, т.е. перебои и зады­хался он. Оля принесла рецепты, Ю.Б. принимал аккуратно 3 раза в день по 20 капель целый месяц, а потом надо месяц не прини­мать. Если повторятся прежние явления – опять принимать месяц. Он говорит, что всё у него прошло. Оли не было в Москве, когда я была у него. Может, попросить рецепт для тебя? Зато у него тром­бофлебит, после того как он со своей остоженской компанией ла­зал по оврагам в поисках уцелевшего дома в Васине, а может быть, Васькове, сколько-то километров от ст. Лопасня. Это с невы­леченными ногами в 84 года! Тоже хорош, как я и сказала ему»; 18 сентября: «Я сегодня говорила с Ю.Б. по телефону; он так грустно разговаривал со мной, что я спросила его, что с ним, не хворает ли. Он ответил, что действительно ему неможется и он очень огорчён смертью жены его близкого старого приятеля, завтра похороны»; 31 октября: «Я была вчера у Юр. Бор-а. Он имеет ордер на новую квартиру (ул. Мясковского, т.е. Б. Афанасьевский пер., дом 5, кв. 3). Переезжать думает в декабре, – дом ещё не заселяется, т.к. что-то ещё не закончено строителями. Квартира 4-х комнатная на втором этаже. Всё хорошо, но чем ближе к делу, тем яснее ему, что переезд, хотя дом и очень близко, будет нелёгким»; 5 декабря: «<…> Целый год он ждал окончания ремонта и перестройки дома на ул. Мясковского, который виден из его окон. Там ему была обещана 4-х комнатная квартира. В ноябре он получил ордер, а дом ещё не принят и не заселяется. Предполагается переезд к 1 января 83. <…> Я была у него неделю назад, у них уже порядочный разгром, большая часть книг уложена в картонки, также всякая мелочь (к его неудовольствию, но что же делать). Бедный Юр. Бор. как-то сразу постарел и погрустнел. Захотел, чтобы я прочитала ему твои последние письма, я это сделала, предварительно просмотрев их» (архив Г.Н. Масловой).
5 М.С. Михайлова.

~ • ~
7 января 1983 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Спасибо Вам за Новогоднее поздравление и добрые пожелания. Ваше письмо от 26/XII я получил вчера, 6.01.
Относительно Апушкиных, то это род весьма древний. У меня есть копия интереснейшей грамоты, данной на поместье одному из Апушкиных в 1612 году – и кем бы Вы думали? Ведь царя-то тогда у нас не было. И грамота подписана атаманами Трубецким и Заруцким, и в ней гово­рено, что когда Господь Бог даст Руси царя, то новый царь будет обязан подтвердить эту жалованную грамоту, что царь Михаил Фёдорович и сделал после избрания его на царство. Это грамота на поместье Сухоломово в Галичском уезде, это Сухоломово находилось во владении Апушкиных до 1917 года. Сейчас в Москве проживает один из потомков Апушкиных, это сын полковника Владимира Александрови­ча1; если удастся с ним связаться, то, может быть, что-ни­будь и выйдет из составления хотя бы одной части родо­словной. У меня уже собрано много данных по этой фами­лии, и число лиц всё увеличивается. Когда всё закончу – то Вам пришлю.
Теперь об Аристовых. Вот такие мне попались:
год 1747 – протоколист вотчинной коллегии Алек­сей Венедиктович АРИСТОВ, сельцо Горки и деревня Жар­ки Костромского уезда. Его жена, Анисья Леонтьевна, была в 1-м браке за Василием Леонтьевичем ЕРМОЛОВЫМ, а овдовев, вышла за Аристова.
Усадьба же Горки долгое время была во владении потомков В.Л. ЕРМОЛОВА.
Затем – АРИСТОВА Анна Васильевна, дочь Васи­лия Фёдоровича БАРТЕНЕВА, усадьба Дубяны Галичского уезда; замужем за каким-то «кабинет-курьером» АРИСТО­ВЫМ, имя его остаётся пока неизвестным.
А вот с Карцевыми я поспешил с их отправкой Вам. Дело в том, что вчера я получил из Ленинграда, из ЦГИАЛ, ряд родословных материалов по этой фамилии, и придётся кое-что изменить в тех материалах, которые я Вам уже послал. Но обо всём этом я пишу на отдельном листке.
У меня всё время загружено, и пока что мои авто­биографические записки остановились на «преамбуле» и на­чале 1-й главы. Но впереди ещё, надеюсь, время есть, а по­скольку наш архив сгорел, то у меня не будет теперь тако­го места, где бы я мог проводить своё время, и буду сидеть дома и писать «мемуары». А пока ещё надо закон­чить с «дворянской картотекой», на что тоже уйдёт много времени.
На этом и кончу.
Поклон и привет Вашей супруге и пожелания Ваше­му сыну и всем Вам доброго здоровья.
Искренне Ваш А. Григоров.

 



1 Владимир Александрович Апушкин (1868–1937) – «гене­рал-лейтенант. Военный писатель, историк. Один из инициаторов создания военной энциклопедии изд. И.Д. Сытина, военный юрист, член суда над генералом А.М. Стасселем и др. по делу о сдаче крепости Порт-Артур» (ед. хр. 34, л. 5). Полковник – в 1912 г. О нём см.: В. Бочков. Выдающийся военный историк // Северная правда. – 1983. – 6 марта. В.Н. Бочков пишет, что В.А. Апушкин в 1930 г. «переселился в Вологду, где и умер в 1937 году». Костромской краевед М.П. Магницкий (1924–1995) утверждает, что В.А. Апушкин «в 1937 г. был арестован и приговорён к смертной казни» (доклад на Григоровских чтениях, 1993 г.).
Его сын – Яков Владимирович Апушкин (1899–1989), «поэт, драматург. Автор многих пьес, изданных в 1949–1980 гг.» (ед. хр. 34, л. 5). Был репрессирован.

~ • ~
18 мая 1983 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вчера получил Ваше письмо от 11 мая с родословной Апушкиных и Хитрово. Спасибо за Хитрово, теперь всё ясно, мать С.П. Дягилева – урождённая Евреинова, значит, в сбор­нике биографий кавалергардов ошибка или описка. Но кто была «богатая старуха Хитрово» – тётушка Евгении Ни­ко­ла­евны Евреиновой-Дягилевой – опять остаётся неяс­ным. В 1884 году юный С.П. Дягилев, занимаясь компози­торским творчеством, сочинил скрипичную сонату, которую посвятил С.Д. Хитрово, полного имени у меня нет, а только инициалы, а лица с такими инициалами в присланной Вами коротенькой родословной Хитрово – нет. Вероятно, эта С.Д. Хитрово и есть «искомая» тётушка матери С.П. Дягилева1.
Перед 1 мая я Вам выслал оставшиеся у меня Ваши тетради – Панаевы, Философовы, Вилламовы, Чайковские – и целый ряд составленных мной фрагментов родословий родственников и свойственников Дягилевых. Теперь Вы всё это, наверное, уже получили. Ещё – на днях закончил две фамилии: Дурново (Костромские) и Дмитриевы (ранее Смо­ленские, а с середины XVII века Костромские). Надо ли Вам их? Могу выслать.
Вы спрашиваете меня, кто такой Шпанченко. Это штатный журналист редакции нашей областной редакции. Он у меня бывает, многим интересуется, и вот ему я отдал свою статью о моряках, которую он, как мне кажется, не испортил, хотя и внёс маленькую «отсебятину», за что и по­лучил половину гонорара2.
У нас плохо с Марией Григорьевной. В марте её опе­рировали по поводу аппендицита, а вот 10 мая была ещё одна срочная операция – удаление желчного пузыря и кам­ней из печени.
В.А. Казачков всю зиму болел и мне не писал, толь­ко недавно стал писать, но очень кратко. Всё жалуется на свои хворости.
У нас тоже очень тепло, всё обильно цветёт, уже всё посеяли и посадили, и пока что не было ни одного замороз­ка.
Очень ранняя сегодня весна, и такая тёплая, но что будет дальше? Каково будет лето?
Привет Ларисе Валериевне и деткам.
Будьте здоровы, пишите.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1СергейПавлович Дягилев (1872–1929) – театральный и худо­жественный деятель, основатель художественного объединения «Мир искусства», соредактор одноимённого журнала, организатор выставок русского искусства, русских концертов, «Русских сезонов» за границей, создатель труппы «Русский балет» (1911–1929); исто­рик искусства и художественный критик. С 1906 года жил в Париже. Его мать – Евгения Николаевна, урожд. Евреинова (?–1872).
Сведения о её тётушке, «богатой старухе Хитрово», о посвя­щении скрипичной сонаты С.Д. Хитрово взяты А.А. Григоровым из статьи В. Пызина «Юный Дягилев», машинописный экземпляр ко­торой хранится в его фонде в ГАКО. Выяснить, о какой тётушке Е.Н. Евреиновой идёт в статье речь и кто такая С.Д. Хитрово, А.А. Григорову не удалось.
2 Григоров А., Шпанченко В. Костромичи и Русская Америка: Исторический очерк // Северная правда. – 1983. – 29 марта.

~ • ~
21 декабря 1983 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Посылаю Вам сделанные мною родословия баронов Мейендорф. Основанием для этого послужили воспоминания Марии Фёдоровны Мейендорф, которые я как-то читал в Москве у Ю.Б. Шмарова. А ему эту рукопись дал один из племянников Марии Фёдоровны, имя его я не запомнил, да и не видел его ни разу. Он привёз эту рукопись из США, где жил в эмиграции с матерью и тётками.
В Костромском же архиве мне встречались только документы Конрада, секретаря миссии в Мадриде. Также я использовал просмотренные в РО ГБЛ дневники Феофила Егоровича1 и его дочери, Фёклы-Теклы-Татьяны.
В отношении командиров судов Владивостокской эс­кадры и контр-адмирала Иессена – то я не могу ничем по­мочь, ибо кроме их имён, фамилий и чинов не знаю ничего.
А.П. Андреева2 у меня есть фотография, но очень плохого качества.
В отношении А.В. Колчака – то он был произведён в чин контр-адмирала в 1914 году, после начала войны. Ви­це-адмиралом он стал в 1916 году, когда его назначили ко­мандующим Черноморским флотом. А полным адмиралом он стал уже будучи «Правителем Омским», в 1918 и в нача­ле 1919 года. Тогда же ему «Георгиевская дума» поднесла Георгия 3-ей степени – «за взятие Екатеринбурга». Так что это: последний чин, полного адмирала, и Георгий III степе­ни – получены уже в гражданскую войну и, с моей точки зрения, как бы «недействительны».
Вот, подходит Новый 1984-й год. Что-то он нам при­несёт?
Поздравление Вам к Новому году я уже послал и теперь только могу его повторить.
Будьте здоровы.
Желаю Вам и Вашей семье здоровья и всего лучше­го. Мария Григорьевна благодарит за память и привет и тоже Вам посылает привет и поздравление с Новым го­дом.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Речь идёт о баронах Мейендорфах: Конраде Готлибовиче (1880–?) – секретаре Русского посольства в Мадриде в 1914 г., а ранее – в Лондоне, и Феофиле Егоровиче (1838–1919) – генерале от кавалерии, генерал-адьютанте (ед. хр. 887, л. 7); дяде сестёр Мейендорф, о которых идёт речь в письме к М.П. Римской-Корса­ковой от 11 апреля 1978 г. на стр. 260.
2 Капитан 1 ранга, в Русско-японскую войну командир крейсера «Россия».

~ • ~
15 января 1984 года

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмецо от 6 января я получил.
В отношении Мейендорфов Вы не совсем правы. В родословных книгах Костромского дворянства род Мейен­дорфов записан в IV часть, так как они владели большим количеством земли в губернии. И, кроме того, были в родстве с некоторыми из Костромских фамилий1.
Относительно статьи про родство Аркадия Гайдара с Лермонтовыми через Сальковых и Баскаковых, про что пи­сала «Советская Россия» в номере от 1 января с/г, то я это знал давно и сам давал Д.Ф. Белорукову разные родослов­ные выписки Сальковых. А вот что интересно, то это то, что я об этом родстве рассказывал одному знакомому «Лер­монтоведу» в Москве, и он нынче осенью написал об этом статью и отнёс её в «Советскую культуру», где редактор того отдела, куда он отнёс статью, высмеяла автора, сказав, что это – «десятая вода на киселе», это никого теперь ин­тересовать не может и что «все мы между собою родствен­ники, ибо все происходим от Адама и Евы», – и наотрез отказала в публикации2. А вот «Советская Россия» – так охотно напечатала, но кто автор – этого я не знаю пока3.
Недавно я закончил две родословные – Коровиных и Кобылиных. Если надо Вам, то могу прислать. А Ваши тетради вышлю Вам на этой неделе. Это – Сумароковы, Ту­хачевские, Дурново и князья Волконские. И на этом, веро­ятно, надо поставить точку, ибо свои все архивы я «обрабо­тал», в государственном же Костромском архиве после по­жара – делать нечего.
Мы с женой стали уже почти «негодными», особенно Мария Григорьевна. Стары, глухи, слепы и, вообще, «едем уже с ярмарки» – как однажды выразился покойный Н.С. Хрущёв.
Желаю Вам и Вашей семье всего лучшего. Будьте здоровы и Вы, и Ваш сын.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 О дворянах, записанных в IV-ю и другие части родословных книг, см. письмо к М.С. Михайловой от 13 октября 1976 г. на стр. 450.
2 Несомненно, речь идёт о В.А. Ильине, с которым А.А. Григо­ров познакомился несколько месяцев назад. Первым (27 сентября 1983 г.) написал В.А. Ильин – вначале в редакцию газеты «Север­ная правда»:
«Уважаемые товарищи!
1 сентября 1983 г. в газете “Советская культура” появилась статья корреспондента ТАСС В. Пашина “С кого писан сей пор­трет?” В ней упоминалось имя местного лермонтоведа А. Гри­горова. Это имя я встречал раньше в заметках того же Пашина в газете “Красная звезда”.
Я тоже занимаюсь родом Лермонтовых и, в частности, его ко­стромской ветвью. До пенсии мне очень далеко, но познакомиться с Григоровым желал бы. Пашин упомянул, что его работа не обна­родована: изредка кто-то укажет его имя в сноске. Могу совершен­но точно сказать, что я его выведу на широкую дорогу и работы его не будут забыты (в связи с Лермонтовыми): сам занимаюсь Лермонтовыми 20 лет.
Может быть, вы покажете ему моё письмо или дадите адрес?
Самого доброго.
Ильин Венадий Андреевич,
активист музеев: “Тарханы”, Московского Дома-музея М.Ю. Лермонтова,
“Домика Лермонтова” в Тбилиси. (По профессии – экономист)» (ед. хр. 2238, л. 1).
Он же 18 октября – уже Александру Александровичу: «Коротко о себе: мне 46 лет, кандидат экономических наук, работаю в Науч­но-исследовательском институте. Подробнее см.: журнал “Турист”, 1976, № 5, очерк “Коллекционер без коллекции”. <…> За 22 года общественной работы помог более 120–130 музеям СССР и 2-м зарубежным (Вьетнам, Болгария)» (там же, л. 3). См. также Прило­жение № 4: фрагмент из письма В.А. Ильина от 21 октября 1984 г. на стр. 513.
3 Речь идёт о статье С. Степуниной «С Лермонтовым в родстве». Автор сообщает, что сведения ею получены от Д.Ф. Бе­лорукова.

~ • ~
30 января 1984 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 24/I я получил. Но от Вас ещё не имею подтверждения, что Вы получили бандероль с Ваши­ми тетрадями – родословия Тухачевских, Сумароковых и др. Как получите – обязательно напишите.
Про родство (невероятно дальнее) Аркадия Гайдара с Лермонтовыми я знал давно, и Вы, по-моему, тоже знали об этом, ибо мне писали, как помнится.
Меня удивило только то, что «Советская Россия» опубликовала это, а вот «Советская культура», куда один Московский мой знакомый понёс статью на эту тему – ма­териал для статьи давал ему я, – то вот эта газета начисто отвергла статью, высмеяв автора и заявив, что такое даль­нее родство не представляет никакой «ценности» и никакого интереса и что «все мы родственники, ибо все происходим от Адама».
Полемика по портрету М.Н. Лермонтова закончилась ничем. Эрмитаж и Бородинская панорама «приемлют» этот портрет, а весьма нахальный израильтянин, некто А.М. Горш­ман, отрицает, что это М.Н. Лермонтов, а, в об­щем, интерес уже упал к этому портрету, он поступает в Эрмитаж как М.Н. Лермонтов, несмотря на резкие протесты этого Горшмана. Но Горшман-то ведь не представляет нико­го, кроме самого себя.
Из Анапы мне писал, как Вы угадали, какой-то До­манский1; судя по его письмам и его запросам, человек ма­лосведущий во всех таких вопросах, как генеалогия, исто­рия, – а эти две науки имеют между собою тесную связь. Мне кажется он каким-то совсем «неинтеллигентным» субъ­ектом. Я ему ответил на его вопросы и желаю, чтобы он ко мне больше не приставал.
Ещё есть такой же назойливый клиент в Пензе – С.Д. Морозов, но этот очень эрудированный, он учится в ас­пирантуре Казанского университета и давно мне докучает с разными вопросами и просьбами, и он очень «бесцеремонный». Если он меня оставит в покое, то я буду этому рад2.
Вот пока и всё.
Не надо ли Вам Коровиных и Кобылиных? Или они у Вас есть?
Затем – поклон Вам и Вашему семейству от Марии Григорьевны и от меня.
Будьте здоровы.
Ваш А. Григоров.

 



1 Александр Иванович Доманский (р. 1944), жил в Анапе, затем перебрался в Москву.
2 Сергей Дмитриевич Морозов о себе 12 ноября 1992 г.: «<…> Кандидит исторических наук, доцент, работаю по истории европей­ской России и Поволжью конца XIX – нач. XX вв. по проблемам на­селения, демографии, социальной структуры общества, вопросам промышленности, сельского хозяйства, кустарным промыслам; круг интересов и краеведение Пензенской области и др.» (ед. хр. 2306, л. 2 об.).

~ • ~

1 февраля 1984 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 25 января с/г я получил. По-прежнем­у не знаю, получили ли Вы свои тетрадки – Туха­чевские, Сумароковы и др. Я послал их заказной бандеролью уже более 2-х недель назад, квитанция почты № 832, число неразборчиво – то ли 10, то ли 16 января. И не получая от Вас подтверждения, беспокоюсь из-за сохранности этих тетрад­ей.
В баронах Мейендорф у меня пока надобности нет. У меня есть их семейные (групповые) фотографии, если хо­тите, могу Вам прислать.
Относительно биографического справочника, о кото­ром сообщает «Советская Россия» в номере 241 от 19 октя­бря, то и я принимаю какое-то участие в этом «предприя­тии», также знаю и В. Бочкова и других, и со мною консультируются и берут от меня разные биографические данные. Но ожидать выхода в свет этого справочника в ско­ром времени не приходится. Сейчас очень трудно пробить что-либо в печать, кроме газеток. Хорошо, если выйдет в 1985 году, а то и позже может выйти1.
Мои «мемуары» продвигаются туго. Вот, ещё летом написал ещё одну главу, и на том пока точка. Всё чем-то занят и как-то «нет вдохновения». А это очень нужно иметь, это «вдохновение».
Мария Григорьевна чувствует себя неважно. Да и я тоже что-то стал «сдавать» – годы берут своё.
Напишите о получении тетрадок.
Всем Вам желаю здоровья и всего лучшего.
Ваш А. Григоров.
Коровин и Кобылин помещаются в этом же конвер­те.
А. Г.

 



1 В газете «Советская Россия» за 19 октября 1983 г. напечата­на информация ТАСС из Костромы, в которой говорится о том, что члены городского краеведческого объединения, созданного 5 лет назад при рабочем клубе льнокомбината им. И.Д. Зворыкина, «приступили к работе» над биографическим справочником о людях, «составляющих гордость и славу костромской земли». Справочник не вышел.

~ • ~
8 февраля 1984 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 1/II с извещением о получении бан­дероли с тетрадями я получил.
Конечно, мне Ваши тетради были нужны и полезны, толь­ко я жалею, что не смог их полностью переписать для себя.
Теперь относительно РЕРИХОВ. Мне эти Галичские дворяне известны, ибо в делах дворянского собрания были их документы, а род их был вписан в родословную книгу Костромской губернии. Им принадлежала усадьба «Алексан­дровское» в Галичском уезде.
Владимир Касперович у меня в Картотеке помечен как подавший прошение о записи его в родословную книгу с женой и детьми – фонд 121, опись 1, дело 1160 за 1833 год. Там указан и его год рождения, а вернее, возраст; ис­ходя из этого возраста, можно и определить год рождения, получается точно 1777 год.
В личном фонде семьи Васьковых, соседей и близких знакомых Рерихов, было много материалов и этой семьи – письма, разные юридические документы и др. Но я всё собир­ался детально просмотреть всё это, ибо предполагал, что ху­дожник Николай Константинович Рерих происходил из имен­но этого рода. Но как-то всё откладывал эти поиски, будучи занят другими, и полагал, что никуда от меня эти поиски не уйдут. А теперь – всё погибло, и родословные книги, и дела дворянского собрания1, и только у меня оста­лась именная картотека, выписанная из дел дворянского со­брания, правда, в карточках есть много биографических дан­ных.
Так что теперь здесь не узнаешь ничего про Рери­хов.
Хорошо бы узнать о его отце – его год рождения, место рождения и т.д. Я имею основания предполагать, что Н.К. Рерих – потомок этих Касперовичей.
Посылать ли Вам Ахтырских князей Трубецких? Они у меня давно готовы и доведены до наших дней.
Затем – пожелаю Вам и Вашему семейству здоровья и всего наилучшего.
Как дела у Вашего сына?
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Фонд Костромского губернского дворянского депутатского со­брания (ф. 121, единиц хранения – 4607, дела за 1788–1917 гг.) включён в справочник: Государственный ар­хив Костромской области: Справочник. Ч. 1-я. – Кострома, 2005. – С. 20.

~ • ~
27 февраля 1984 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 20/II я получил. Жаль, что у Вас не нашлось ничего добавить к Погожевым. То, что Вы при­слали – относится к каким-то другим, не к нашим, «Ко­логривским», Погожевым.
Относительно Рериха, то отец художника был, как и Вы пишете, Константин Фёдорович РЕРИХ. Он имел в Пе­тербурге нотариальную контору (был нотариусом) и имел в 40 верстах от Петербурга имение. А вот была у него какая-либо связь с Костромскими (Галичскими) Рерихами – этого я не знаю.
Рерихи – «Касперовичи» – были записаны в родо­словную книгу по Костромской губернии в 1833 году, и имелась их родословная, но книги и документы в 1982 г. сгорели, и теперь в Костроме не узнаешь ничего. Только в делах департамента Герольдии можно найти, но я вряд ли смогу уже выбраться в Москву или в Ленинград.
Теперь – Вы меня спрашивали об Арсении Влади­мировиче Максимове1. Я с ним говорил по телефону, но по­чему-то ничего не понял из его объяснений, потом говорил с его женой2. Она мне посоветовала написать ему письмо и в нём указать, что меня интересует. Я написал письмо3 и вчера получил ответ, который и привожу Вам дословно:
«Уважаемый Александр Александрович!
Наша генеалогическая схема объёмом в десять поко­лений давно уже составлена. Её начало положил ещё стар­ший брат Д.И. Менделеева, Павел Иванович, и она известна соответствующим музеям. На её дополнение за последние сто лет я собирал материал в течение десяти лет. Она при­ложена к моему литературному труду – говорящему о жиз­ни учёного и его поколения.
В настоящее время это находится в Москве в АН СССР, на рецензии. С уважением А. Максимов».
Потом я стал искать среди Костромских знакомых человека, знакомого с А.В. Максимовым. И нашёл такового, это краевед и генеалог В.Н. БОЧКОВ, которого я знаю дав­но. И он мне сказал, что этот «труд» Максимова, очень большой по объёму, был отвергнут всеми редакциями изда­тельств и журналов, как написанный совершенно в невоз­можной форме. Какое-то смешение «исторического повество­вания» с фантастикой4.
Из письма этого Максимова я понял, что он не име­ет желания поделиться со мною своими «исследованиями», раз отсылает к своему «труду», до которого мне и не до­браться.
А Трубецкие, пока мы с Вами переписывались и письма шли взад-вперёд, уже поехали к Вам. Получите, и если не нужны, то верните мне тем же путём.
Я себя чувствую совсем неважно, так же и Мария Григорьевна. Не знаю уж, как и до лета дотянуть, летом, думаю, будет полегче.
На этом и кончу. Привет и поклон Вам и Вашему се­мейству от нас обоих.
Всего наилучшего!
Ваш А. Григоров.

 



1 Арсений Владимирович Максимов (1912–2003) – архитектор, ученик А.В. Щусева, правнучатый племянник Д.И. Менделеева.
2 Александра Карловна Плесум (р. 1929), внучка археолога академика Я.И. Смирнова (1869–1918); живёт в Костроме.
3 Письмо А.В. Максимову:
«22 февраля 1984 года
г. Кострома
                         Многоуважаемый
                                         Арсений Владимирович!
Сперва я должен извиниться за то, что, не будучи с Вами лич­но знаком, беру на себя смелость обратиться к Вам с этим пись­мом. Но вчера я пытался с Вами переговорить по телефону, одна­ко слышимость была плохая, и из разговора не получилось ничего, и я теперь обращаюсь к Вам письменно.
Два слова о себе. Меня зовут Александр Александрович ГРИ­ГОРОВ, я являюсь нештатным сотрудником (корреспондентом) многих газет – как наших областных и районных, так и иных обла­стей, считаюсь “краеведом” – так меня обычно называют в газетах.
Кроме краеведения, занимаюсь генеалогическими работами, в сотрудничестве со многими Московскими, Ленинградскими и ины­ми генеалогами. Меня, как и всех, интересует генеалогия наших выдающихся людей. И вот, недавно один член нашего кружка узнал, что в какой-то газете была публикация о родстве Вашем с великим русским учёным Дм. Ив. Менделеевым.
Узнав, что Вы живёте в Костроме, ко мне и обратились с просьбой познакомиться с Вами и узнать от Вас – какое же родство между Вами и Д.И. Менделеевым.
Что я и делаю и обращаюсь к Вам с просьбой дать ответы на некоторые вопросы, необходимые для составления генеалогиче­ской таблицы родственников великого учёного.
Прилагаю при этом листочек бумаги и конверт для отсылки в мой адрес, прошу, если Вас это не затруднит и Вы сочтёте возможным, дать сведения по затронутым вопросам.
Надо бы самому придти к Вам, но мой преклонный возраст служит тому препятствием.
Заранее благодарный Вам А. Григоров.
Индекс 156001, г. Кострома, 1. Ул. Крупской, дом 31, кв. 2.
Александр Александрович ГРИГОРОВ. Телефон 2-12-07» (ар­хив Г.Н. Масловой).
Ответ А.В. Максимова написан на оборотной стороне этого письма.
4 Труд называется «Боблово. Воспоминания о Д.И. Менделее­ве и его родственниках» (1980 г.). В 2008 г. в Москве вышла по­весть «Боблово и его обитатели. 1865–1920», авторы которой А.В. Максимов и В.А. Потресов. Написана она журналистом Влади­миром Потресовым, который изучал материалы Максимова.

~ • ~
27 мая 1984 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 20 мая я получил вчера. Посылаю Вам наших «Костромских» Толстых. Если к этим Толстым Вы сможете что-нибудь добавить, исправить или уточнить – то буду Вам благодарен. Книжку С.В. Чекалина я тоже по­лучил. Было интересно и любопытно читать его розыски и поиски и сделанные им выводы относительно дуэли и роли князя Васильчикова. А я, пожалуй, и не со всеми его вы­сказываниями согласиться могу1.
Вы меня спрашиваете о карточках Костромского дво­рянства, которые я сейчас перепечатываю для И.В. Сахаро­ва, по его просьбе. В своё время, работая в Костромском ар­хиве, я составлял там для алфавитного указателя к некото­рым фондам картотеку, на основании визуального просмот­ра всех документов предводителя дворянства и губернского дворянского собрания. И просмотрел все дела, которые от­носились до записей в родословные книги – то есть проше­ния дворян об этом и приложенные к прошениям докумен­ты. Была составлена не одна тысяча карточек; в них я пи­сал – имя, отчество, фамилию, даты рождения, вступления в брак, имена жён, детей и прочее, а также название усадеб, коими эти дворяне владели, их чины, звания и проч. Один экземпляр карточек отдал в архив, а другой остался у меня. Теперь, ввиду гибели при пожаре родословных книг и документов, на основании коих были сделаны записи в ро­дословные книги, не осталось ничего по истории Костром­ского дворянства. Только у меня остались эти карточки, и они очень и очень нужны всем, кто так или иначе заинтере­сован в истории иных лиц или фамилий. И теперь только у меня можно получить такие сведения. Конечно, всё это име­ется в архиве департамента Герольдии, но не всякий туда может «забраться» и разыскивать нужные ему сведения. Вот и И.В. Сахаров, узнав от меня об этой моей картотеке, попросил меня сделать ему вторые экземпляры этих карто­чек. А для чего – я и не интересовался. И что он с ними будет делать – я тоже не знаю. Вот и прислал он мне стандартные карточки, на которых я ему перепечатал и ото­слал уже буквы от «А» до «К», и вышло их уже около 4-х тысяч. Начал букву «Л», но карточек больше нет, он обе­щал выслать ещё. Когда получу, буду продолжать. Кроме данных архивных фондов дворянства, я в эти карточки внёс и всякие другие сведения, которые у меня были и появ­ляются вновь, так что не мало карточек, основанием кото­рых служат и не архивные, а иные сведения – из литерату­ры или сообщений других генеалогов.
Вот что я Вам могу сообщить насчёт этой картоте­ки2. Могу добавить, что ко мне обращаются за всякого рода справками по этой теме, так как архив не может дать те­перь ответы на такого рода запросы, и поэтому моя карто­тека представляет из себя известную ценность.
У нас стоит жаркая и очень сухая погода. Ни в ап­реле, ни в мае не было дождей, и, как в 1972 году, велика пожарная опасность, запрещено посещение лесов, да в та­кую сушь и грибов быть не может.
Мария Григорьевна болеет, стала плоха и слаба. И благодарит Вас за память и добрые пожелания.
Желаю Вам и Ларисе Валериевне и деткам Вашим доброго здоровья и всего хорошего.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Речь идёт о кн.: Чекалин С. В. Наедине с тобою, брат…: За­писки лермонтоведа. – Ставрополь, 1984. О книге и её авторе см. письма к О.В. Григоровой от 13 октября 1982 г. на стр. 41 и от 18 августа 1988 г. на стр. 67.
2 А.А. Григоров 13 декабря 1984 г.: «<…> Сегодня заказной бандеролью и с уведомлением о вручении выслал Вам последнюю порцию карточек костромского дворянства – букву “Я”, и вышло всего 7468 карточек – солидное количество!» (Из переписки А.А. Григорова с И.В. Сахаровым / Публикация и предисловие И.В. Сахарова // Известия Русского генеалогического общества. Вып. 17. – СПб., 2005. – С. 96).

~ • ~
8 декабря 1984 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Вчера получил от Вас обратно Кустодиевых, Черно­вых и кое-какие сведения о Бибиковых. У меня нет никакой родословной Бибиковых, но во многих родословиях встреча­ются «брачные связи» с этой фамилией, однако чтобы всех этих Бибиковых выявить, то надо пересмотреть очень много материала.
Родословную Островских, как только разыщу в своих «Авгиевых конюшнях», то вышлю. А Греков у меня такой родословной, как принято составлять, нет, есть толь­ко карточки, которые я Вам и послал – см. на букву «Г». И поскольку эти Греки были близкими соседями нашей семьи, а мой дедушка был, кроме того, другом и сослуживцем Анатолия Петровича Грека (портрет его висел у нас в гостиной)1, то я могу лишь только сделать небольшой «словесный» рассказик про этих Греков.
П.О. Грек купил у внебрачных детей графа Воронцо­ва, неких «Ронцовых», имение Высоково, в 15 верстах от нас. После смерти бездетных и незамужних его дочерей – Юлии Петровны и Евгении Петровны, близких подруг моей бабушки, – это Высоково, как выморочное имение, было продано с аукциона, и купил его наш Кинешемский миллио­нер и фабрикант И.Г. Тихомиров, бывший мальчишка-ям­щик, как его помнила моя бабушка. Я хорошо помню этого «Ваньку Тихомирова» – как его звали в народе, несмотря на его седую голову и уже довольно преклонные годы.
А Островских Вам надо каких? Род драматурга, «по­повский», или дворянский – Ярославско-Костромской? Сей­час не могу разыскать, куда засунул папку с Островскими.
Затем – пожелаю Вам и Вашему семейству здоровья и всякого благополучия.
Грибоедовых и Огарёвых вышлю на той неделе, с ними сейчас «возится» некая Елена Васильевна САПРЫГИ­НА, она, кажется, с Вами имела или имеет переписку?
Итак, до следующего письма.
Уважающий А. Григоров.

 



1 Анатолий Петрович Грек (1833–1875) – первый председатель Кинешемской земской управы, позднее – Кинешемский уездный предводитель дворянства.

~ • ~
17 декабря 1984 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 8 декабря я получил. Спасибо за присланные схемки Огарёвых – графов Игнатьевых – Ме­щерских. Теперь всё ясно относительно моряка с броненос­ца «Наварин». А что до Варвары Семёновны Обольяниновой – то Бог с ней! Всего всё равно никогда не узнаешь, хватит и того, что с Вашей помощью удалось узнать.
Возвращаю Вам Ваши тетради с Огарёвыми и Гри­боедовыми. Поправок и дополнений почти нет. Кажется, вписал ещё двух-трёх Огарёвых, отсутствующих в Ваших тетрадях. Относительно подполковника Кузьмина-Караваева, то я запрошу одного своего товарища, учившегося вместе с нами, он, вероятно, помнит имя-отчество этого офицера. И когда узнаю, то Вам сообщу1.
У нас дома «ЧП»! Прорвало трубу с горячей водой системы отопления, а труба эта проходит под нашим полом, и вот горячая вода хлынула под пол, и затопила все про­странство от пола до грунта, и по заполнении стала искать выхода, и пробилась через фундамент. Но под полом у нас и в других квартирах первого этажа образовалось огромное водохранилище с горячей водой, и пол нагрелся, краска ста­ла вздуваться, пол стал оседать, и, в общем, настало совер­шенно аварийное состояние. Я шесть дней назад сообщил об аварии, но ничего никто не предпринимал – придут, по­смотрят и уйдут! А из-под пола вытекает река горячей воды, разрушается фундамент, и все полы во всех кварти­рах первого этажа пришли в полную негодность. На­конец вчера пришла «авторитетная комиссия», и наш дом отключили от отопления. И вот уже прошли сутки, и в верхних этажах холодно, на улице мороз –18 градусов, а у нас +24, живём за счёт тепла от горячей воды, стоящей под полом. Боюсь, что придётся дом ставить на капремонт, а куда я денусь со своими книгами, картотеками, рукопися­ми: ведь у меня этого добра полно! И годы наши такие, что как мы будем перебираться на другое место? Вот всё это выбивает нас из обычной колеи, поэтому и настроение не­важное, и не пишется, и не работается.
А тут ещё здоровье Марии Григорьевны (да и моё) стало вовсе «никудышным»! Словом, просто беда!
Желаю Вам и Вашим близким здоровья и всего луч­шего.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Речь идёт об офицере-воспитателе 1-го Московского кадет­ского корпуса. В опубликованных воспоминаниях А.А. Григорова о нём рассказывается, но имя и отчество подполковника не называ­ются.

~ • ~
15 января 1985 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 5 января я получил. Дела у нас с ремонтом квартиры никак не двигаются. Полы все перекоси­ло, столы и стулья стоят с наклоном, и никто ничего не предпринимает. Нужно перестилать полы, и я подал заявле­ние в ЖКО, но пока все отвечают, что нет в наличии поло­вых досок. Так и ходим по комнатам «с опаской», чтобы не споткнуться и не упасть или, что ещё хуже, не провалиться под пол. Возможно, что решат нас переселять, а это для меня будет куда как плохо! Но – посмотрим, что нам су­лит ближайшее время.
Родословная Островских у меня была единственная, так что хотелось бы вернуть её после того, как Вы из неё извлечете всё, что нужно, или перепишете её для себя. Посылаю Вам листочек с Греками, у меня больше ничего нет. В Ленинграде у некоего В.Н. Семёнова есть родослов­ная и Греков, и Прошинских, но он мне перестал писать и не приезжал уже 2 года – видимо, после того, как он же­нился, его интересы пошли в другую сторону.
Вы спрашиваете меня про Муравьёва, Матвея Ивано­вича (?). Мне известен МУРАВЬЁВ Матвей Михайлович, адмирал (1754–1823), в 1810 г. директор аудиторского де­партамента морского министерства, и Муравьев-Апостол Матвей Иванович, декабрист (1793–1886), но ни тот, ни другой не были правителями Русской Америки, а в 1820 году правителями Русско-Американской компании. А гене­рал-майор Матвей Иванович МУРАВЬЁВ (1784–1836) в 1826–1827 гг. входил в состав правления Российско-Амери­канской компании, но не на Аляске, а в самом Петербурге. В своё время М.И. Муравьёв служил на корабле «Камчатка», плавал в водах Дальнего Востока и был хоро­шо знаком <так!>, затем он после Л.А. Гагенмейстера был главным правителем Русской Америки до 1825 г., когда сдал эту должность П.Е. Чистякову и вернулся в Петер­бург.
Посылаю Вам листочки с КОЛОГРИВОВЫМИ и с ПАСЫНКОВЫМИ. Может быть, у Вас что-нибудь найдётся добавить к этим фамилиям?
Если найдётся, то прошу приписать и вернуть мне эти листочки.
Как дела у Вашего сына?
Желаю Вам и всему Вашему семейству здоровья и всяких благ.
Ваш А. Григоров.

~ • ~
7 апреля 1985 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо с «библейской росписью»1 Кологриво­вых я получил. Высылаю Вам по Вашей просьбе имеющие­ся у меня «фрагменты» по Вальмусам, Протасьевым, Линё­вым, Напольским, Кочуковым и Ждановым, Захаровых по­шлю в следующий раз. Вскоре возвращу Вам тетрадки с Глебовыми и с Кологривовыми, немножко добавляю к Гле­бовым.
У меня новое теперь может быть только то, что я разыщу в своём собственном архиве; увы, так жаль, что я большую часть сдал в 1979–1980 гг. в наш Архив, и хотя пожар и пощадил мои дела, но они пострадали от воды и разбиты на листочки, и когда всё это будет разобрано, и, вообще, будет ли когда – никто не знает. А пользоваться сейчас всем моим «достоянием» никак нельзя.
Поэтому и мало новенького находится. Сам я сижу дома и никуда не хожу, Мария Григорьевна уже более ме­сяца больна, и это усложняет мое бытие.
Вот и все на сей раз. Будьте здоровы.
Привет и лучшие пожелания Вашему семейству и Вам.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 См. письмо от 21 апреля 1979 г. на стр. 338.

~ • ~
2 мая 1985 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Посылаю Вам одновременно с этим письмом банде­роль заказную с тетрадками Кологривовых и Глебовых. К Глебовым сделал маленькие «уточнения». Сейчас закончил ещё две фамилии: Молоствовы и Всеволожские.
Но эти фамилии у Вас, наверное, имеются, ибо, ка­жется, они появлялись в печати. А я материалы для родо­словной брал из фондов нашего музея, где, к удивлению, имеется не мало родословных разных фамилий.
Вот, прошло уже и 1-е мая, у нас оно прошло как самый обычный день. Погода стояла довольно приличная, было тепло – до +18 градусов.
14 мая в музее (бывший Ипатьевский монастырь) бу­дет открыта новая экспозиция, посвящённая 80-ти летию Цусимского сражения 14 мая 1905 года и нашей победе над Японией в 1945 году – будет отражено участие костроми­чей в Цусиме и в войне с Японией 1945 года. Я дал часть своих фотографий и рукописей для этой экспози­ции. И приглашён в «Президиум» на открытие этой выстав­ки и должен сказать небольшую речь1.
Накануне 1 мая у нас с внуком случилась беда: он работает на одном из заводов, и как-то случилось, что ему на ногу упал какой-то тяжёлый груз, и получился перелом ноги. Вчера же его прямо с завода увезли на «скорой» в травматологический пункт, мне позвонили по телефону о случившемся, я поехал, думал, его отпустят после «за­гипсовки» домой, но врачи его домой не отпустили и поло­жили в хирургическое отделение 1-й городской больницы. Наверное, пролежит там не менее 4-х недель.
Писем получаю много, но в них генеалогического материала совсем не бывает. Так что постепенно «свёртыва­ется» моя любимая работа.
Мария Григорьевна всё болеет, и пока что заметного улучшения нет. Вот такие у меня дела!
Затем – пожелаю Вам и Вашему семейству доброго здоровья и всего наилучшего!
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 См. письмо к Н.К. Телетовой от 27 мая 1985 г. на стр. 409.

~ • ~
17 июля 1985 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 11/VII я получил и в нём родосло­вия Румянцевых. Благодарю Вас за эту присылку. Вы пра­вы, фамилия достаточно путаная.
В Костромском архиве были документы Румянцевых только по ревизиям 1762, 1782 и 1795 гг. Вот какие там встречаются Румянцевы:
1. Усадьба Погост, перешедшая при замужестве Александры Фёдоровны Румянцевой за статского советника Николая Яковлевича БОЛОГОВСКОГО (он род. 1756 г.) в род Бологовских. У них дети: Дмитрий Николаевич, 1787 г., штаб-ротмистр, участник Бородинского сражения, Кинешем­ский УПД, 1835–1841; Сергей Николаевич, 1788 г., штабс-капитан, заседатель Костромской уголовной палаты.
У Дмитрия Николаевича жена Наталья Ивановна Васькова, 1805 года рождения, и у них дети: Иван Дмитрие­вич, мировой посредник, председатель Кинешемской уездной земской управы и Кинешемский УПД, София Дмитриевна, Александра Дмитриевна и Анна Дмитриевна, в замужестве за астрономом Ф.А. Бредихиным (1831–1904). Ф.А. Бреди­хин продал (подарил) эту усадьбу Погост Ивану Васильеви­чу ЩУЛЕПНИКОВУ, женатому на моей тётке, Екатерине Александровне, урождённой Матвеевой. Он – 1861–1913 гг., она – 1864–1944 гг.
2. Усадьба Чёрная. Фёдор Иванович, секунд-майор, жена его Анисья.
3. Село Спасское. Пётр Григорьевич РУМЯНЦЕВ, коллежский асессор.
4. Усадьба Кривцово. Премьер-майор Иван Фёдоро­вич, у него жена Елизавета Фёдоровна.
5. Село Сельцо. РУМЯНЦЕВА Елизавета Петровна и РУМЯНЦЕВА Анна Васильевна.
6. У Фёдора Борисовича жена Татьяна Михайловна, урождённая УВАРОВА, и у него же, кроме дочерей Анны и Александры, сын Николай Фёдорович, поручик, жил в усадьбе Чёрная.
Вот, пожалуй, и всё, чем я располагаю по Румянце­вым. А фельдмаршал Пётр Александрович владел в Ко­стромском уезде большим имением Большие Соли1, там было свыше 1000 душ крестьян.
Желаю Вашей дочери успешно поступить в ВУЗ.
Когда будете в Москве, может быть, сумеете завер­нуть ко мне на денёк-другой? Буду рад Вас видеть.
Дома у меня неважно: жена сильно болеет, а внук уже почти три месяца со сломанной ногой, был два с поло­виной месяца в больнице, а вот уже 5 дней дома, нога в гипсе, но что-то мне не нравится его перелом. Как бы без ноги не остался.
Будьте здоровы. Желаю Вам и Вашему семейству здоровья и всего лучшего.
Ваш А. Григоров.

 



1 Ныне территория Ярославской области.

~ • ~
27 ноября 1985 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 20 ноября я получил. Из писем С.А. Сапожникова я знал, что Вы поехали в Сибирь и там у Вас были хлопоты в связи с переездом к Вам Вашей мамы, и не ждал от Вас писем «вскорости».
Теперь у Вас всё это уже позади. Но то, что здоро­вье Вашей мамы такое плохое, меня очень удручает, ибо я знаю по своему опыту, что значит больной в доме, да ещё тяжелый. У меня тоже такая беда. Моя Мария Григорьевна совсем плоха, и за ней нужен тоже уход. Но у Вас есть преимущество передо мной: у Вас жена и взрослая уже по­чти дочь. А у меня – только на шее ещё пьяница-внук, уже 7 месяцев как не работающий из-за скверного перелома ноги. Очень живётся трудно и не хорошо. Поэтому мои все дела стоят на точке замерзания. Ничего не могу делать, хоть и имею много «заказов».
Теперь про Ваши вопросы. О Дягилевых, Юрии Пав­ловиче и его сыне Дмитрии, у меня сведений не имеется. Если будет возможно, то я постараюсь узнать о них у Васи­лия Валентиновича, живущего в Костроме1. Я-то лично с ним не встречался, но одна моя знакомая и живёт очень близко от него, и знает его лично2.
Про А.М. Устинова у меня нет никаких сведений, и про него не могу ничего написать. А вот относительно сибирс­ких золотых приисков, доставшихся моему прадеду, Александру Николаевичу Григорову (1799–1870) от его вто­рой жены А.В. Голубковой (1799–1861) – а ей эти прииски достались от её брата, Платона Васильевича Голубкова (1786–1855), – то я могу Вам об этом кое-что сообщить. О самом Голубкове, открывателе этих приисков, советую прочит­ать в книге писателя Г. Шторма «Потаённый Радищев», там о нём сказано много. А когда в 1856 году мой прадед был объявлен собственником этих приисков, то он туда направил управлять своего старшего сына Ивана Александровича Григорова (1826–1892) в наказание за то, что Иван Александрович влюбился в крепостную девицу Прасковью, а он, Александр Николаевич, на брак с крепост­ной своего согласия не давал, а у Ивана Александровича от этой крепостной были уже дети, и вот он и сослал в Сибирь своего сына, пробывшего в Сибири много лет.
В г. Енисейске И.А. Григоров купил (или построил) большой двухэтажный дом3, а прииски были расположены в основном по реке Пит. Там у него на приисках работали два инженера-техника, К.М. Полежаев и В.И. Базилевский, и оба они женились на дочерях Ивана Александровича. По­степенно управление приисками стало переходить в руки старшего зятя – К.М. Полежаева, а когда в 70-е годы Иван Александрович, передав управление приисками зятю, уехал к себе на родину, то и управлять всем этим стал Полежаев.
И Полежаев, и Базилевский на этих приисках сильно разбогатели. Потом К.М. Полежаев вернулся в Петербург, и там открыл банкирскую контору, и вскоре образовал акцио­нерное общество под названием «Северо-Енисейские приис­ки». Так как мой отец был внуком Александра Николаеви­ча и по его завещанию получал от этих приисков 1/13 ча­сти доходов, то ему присылали отчёты этого акционерного общества, и я помню из этих отчётов, что в 1913 г. на Севе­ро-Енисейских приисках было намыто золота 37 пудов с чем-то.
Золото там было «россыпное»: в песках по таёжным речкам добывалось примитивным способом, так что когда в 1912 году туда завезли драгу, то эта драга перерабатывала все ранее уже выработанные ручным способом отвалы. По­мню, что среди многих приисков были названия «Плато­новский прииск», «Ново-Марьинский», «Алексадровский», «Ольгинский» и какие-то другие.
Как я слышал уже после 1917 г., эти Северо-Енисей­ские прииски стали малопродуктивными, золотоносные пес­ки все уже были «перелопачены» не раз, и потом они были брошены как бесперспективные. Но П.В. Голубков, а потом К.М Полежаев составили себе миллионные состояния.
А что Вы знаете про Селифонтовых? У нас в музее обнаружен портрет, считался ранее «неизвестным мужчи­ной», а оказался это Н.Н. Селифонтов (1835–1900) – вид­ный чиновник старой России, а кроме того, краевед, архи­вист, историк, археолог и т.д. А его дед Иван Осипович Се­лифонтов (†1822) был генерал-губернатором Сибири. Очень интересный был человек. И вот я там, в музее, на конфе­ренции по поводу этого портрета и рассказывал о роде Се­лифонтовых, и о их службах, и работах, и роли их в Ко­стромском архивном деле и краеведении.
Вот и всё на сей раз. Если узнаю что о Дягилевых, то сообщу Вам. А пока – до свидания, желаю Вам и Ваше­му семейству здоровья и всего лучшего.
Искренне уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Василий Валентинович Дягилев (1913–2004) – сын Валентина Павловича Дягилева (1875–1929) и Александры Алексеевны, урожд. Пейкер (1877–1941); племянник С.П. Дягилева. Врач-невро­патолог, музыкант; участник Великой Отечественной войны, Почётный гражданин г. Костромы.
2 Е.В. Сапрыгина.
3 Этот дом в 1916 г. продали за 20 тыс. руб. сыновья Ивана Александровича (прим. А.А. Григорова).

~ • ~
18 декабря 1985 года
г. Кострома

Уважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 12/XII я получил.
Прежде всего, разрешите Вас поздравить с наступаю­щим Новым, 1986-м годом и пожелать Вам и Вашему се­мейству доброго здоровья на многие годы и всякого благо­получия и успехов во всех делах Ваших.
Относительно Полежаева, то звали его действитель­но Константин Матвеевич (1835–1907). А годы жизни его супруги, Анисьи Ивановны, которую все звали в нашей се­мье не Анисьей, а «Ниной Ивановной» и «тётей Ниной» – очевидно, считали, что имя «Анисья» какое-то грубое, не аристократичное – я не знаю.
У К.М. и А.И. Полежаевых были дети:
Борис Константинович; его жену звали Анна Григо­рьевна, но её девичья фамилия мне неизвестна. Год рожде­ния Бориса – около 1870, а год смерти – после 1929 г. У него были три дочери, это мои «троюродные сёстры», Лида, Вера и Нина. Все они моих лет, и в детстве между нами были родственные отношения. Жили они в Петербурге, а после 1917 г. перебрались в Эстонию. Там Борис почему-то развёлся с Анной Григорьевной, и об их дальнейшей судьбе я не знаю ничего.
Затем была Инна Константиновна; она родилась око­ло 1880 г., была в первый раз замужем за каким-то чинов­ником по фамилии Черемисинов и имела от него сына, по­том с этим Черимисиновым разошлась и вышла вторично за Петра Александровича РИТТИХ, полковника лейб-гвардии Егерского полка. Его брат А.А. Риттих был министром зем­леделия в последние годы Российской империи. В 1932 г. Инну выслали из Ленинграда, и она жила в Казани.
А какого происхождения была фамилия – я сказать не сумею.
У меня нового и хорошего нет ничего. Состояние здоровья Марии Григорьевны очень тяжёлое, она, видимо, уже не встанет с постели. И мне приходится «туго». А тут ещё горе наше – это внук-пьянчужка, он отравляет нам по­следние наши годы своим пьянством.
А.Г. Кавтарадзе – не охотник до писания писем, и я стараюсь его не затруднять этим. Он ездил в Париж и, по слухам, много там видел и слышал интересного. Но я об этом знаю только от Г.Б. Ольдерогге, который со мною ре­гулярно переписывается.
У меня работы много, но сейчас из-за такой домаш­ней обстановки ничего не делается, всё как-то из рук валит­ся.
Поэтому и настроение совсем неважное.
О Селифонтовых я написал статью и отдал в редак­цию, обещали напечатать в газете «Молодой Ленинец»1.
На том и кончу. Поклон всем Вашим близким.
Уважающий Вас А. Григоров.

 



1 Находка в музее // Молодой ленинец. – 1986. – 16 января.

~ • ~
21 марта 1986 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 12 марта я получил и благодарю Вас за сведения об Алябьевых.
Сейчас я не могу ничем заняться, ибо у меня большое горе: 19 марта, как раз в день моего рождения, скончалась моя незабвенная подруга жизни, в течение 62-х лет делившая со мною все радости и горести, – а горестей было много больше, чем радостей.
Вчера мы ее похоронили по нашему древнему рус­скому – христианскому – обряду1. Пришли отдать ей по­следний долг мои музейные и архивные друзья, прислали письма, телеграммы с выражением соболезнования музей­щики и из других городов.
Про Дягилева я не узнавал ничего, да и сейчас я не в си­лах заниматься ничем; если буду жив, это разузнаю попозж­е.
Отец адмирала В.И.Истомина2 был секретарь Эстлян­дской казённой палаты – Иван Андреевич Истомин (†1823), коллежский советник. Мать звали Евдокия Иванов­на. Дед – Андрей Истомин. Псковский дворянин.
Если желаете, я Вам пришлю родословную Истоми­ных, но только от деда адмирала – Андрея Истомина – и доведённую до наших дней.
Привет и поклон Ларисе Валериевне и Вашим дет­кам.
Ваш А. Григоров
Извините за краткость, но мне очень тяжело и пло­хо.
А. Григоров.

 



1 См. письмо к О.В. Григоровой от 24 марта 1986 г. на стр. 50.
2 Владимир Иванович Истомин (1809–1855) – контр-адмирал. Руководил обороной Малахова кургана во время обороны Сева­стополя. Убит в бою.

~ • ~
22 мая 1986 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 15 мая я получил. Весьма сожалею, что состояние здоровья Вашей матушки оставляет желать лучшего. Но я сам уже в таких годах и в таком незавидном положении, что вполне могу посочувствовать.
У нас весна, всё зацвело, но почти не было и пока нет дождей, и это очень дурно для полей, садов и огородов. У дочери сад за городом, там домик-дача, и она с мужем живут там всё лето; так дочь говорит, что от засухи всё страдает.
Фамилия родственника князей Туркестановых – ДУ­МИН, Станислав Владимирович1. Он мне всегда очень лю­безно отвечал на все мои вопросы. А у Вас я хочу спро­сить, нет ли в Ваших генеалогических материалах чего-либо про фамилию БАХТИНЫ. На одной из Бахтиных был же­нат Н.Н. СЕЛИФОНТОВ2. Кроме того, один из Бахтиных дал средства на открытие в г. Орле кадетского корпуса, который так и носил его имя: Орловский, имени Бахтина, кадетский корпус. Если что-либо у Вас есть, может быть, даже есть и родословная, то буду рад получить от Вас этот материал.
У меня житьё плохое, одна печаль и грусть, но я, хоть и стал очень немощен, но стараюсь духом не падать и что-нибудь делать; много есть всякого рода «задумок», и не могу праздно сидеть или лежать, а все хочу что-нибудь де­лать. И отвечаю на ежедневно в немалом количестве полу­чаемые письма, хотя не всегда могу удовлетворить запросы своих корреспондентов.
Недавно мне принесли почитать интересную книгу: «Архив князя Ф. Куракина», издание журнала «Русская старина», М.И. Семевского. Много любопытного про эпоху Петра I, а также очень интересные сведения Ф. Куракина об иностранных государствах и их столицах. Он был в на­чале XVIII века посылаем Петром I за границу по разным делам, кроме того, он был «свояком» Петра – его жена была родной сестрой царицы Евдокии Лопухиной. Петра он знал с детских лет. Есть там и большая родословная князей Куракиных, которую я немножко мог пополнить сведения­ми, когда-то взятыми в Костромском архиве.
Желаю здоровья и всего лучшего Вашему семейству и Вам.
Искренне Ваш А. Григоров.

 



1 Станислав Владимирович Думин (р. 1952) – старший научный сотрудник ГИМа, автор книги «Романовы. Императорский дом в из­гнании», а также около 300 работ по генеалогии, геральдике, поли­тической истории России, Польши и Литвы. Председатель Истори­ко-родословного общества в Москве (Русская генеалогия / Под ред. Б.А. Николаева. – М., 1999. – С. 229).
2 «В 1827 г. он (Н.Н. Селифонтов. – А. С.) женился на выпуск­нице Смольного института благородных девиц Глафире Ивановне Бахтиной (1804–1860), дочери умершего к тому времени действи­тельного статского советника, Слободско-украинского (Харьковско­го) губернатора и небезызвестного литератора Ивана Ивановича Бахтина и жены его Дарьи Ивановны, рождённой Петерсон» (И.В. Сахаров. Из родословной Селифонтовых // Памяти Селифонтова. 1900–2000 / Сборник докладов Первых Селифонтовских чтений. – Кострома, 2000. – С. 12).

~ • ~
31 октября 1986 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
С большой благодарностью возвращаю Вам Вашу тетрадочку с родословием Мятлевых. Я сделал в этой тет­ради немножко совсем незначительных дополнений. И те­перь у меня есть хорошая родословная этой фамилии.
Недавно меня снимали для телевидения, в музее «Старая Кострома», открывшемся нынче летом1. Очевидно, я там тоже понадобился как музейный экспонат. Приехали за мной на машине, так как я уже сам никуда не выхожу, от­везли и назад привезли. Сказали, что будет этот эпизод по­казан в программе «Время» и, может быть, в «Клубе путе­шествий», когда будет вообще передача о Костроме. Мне сказали, что сообщат, какого числа будет такая телепереда­ча.
Вчера меня навестил В.В. Щулепников, из Москвы, он – «важная шишка» в Совете Министров. Приехал в ко­мандировку в Кострому. А мне он вроде бы «свойствен­ник»: его отец был двоюродным братом моих двоюродных братьев.
Привёз мне московских гостинцев – масла, сыру, со­сисок, чаю Индийского и ещё кое-чего.
Погода у нас хорошая, сухая, солнечная и довольно тепло. А я сижу без всяких выходов дома; уже дней пять, как из квартиры не вылезал. Чувствую себя неважно.
Вот и всё на сей раз. Всего доброго Вам и Вашему семейству
Ваш А. Григоров.

 



1 Правильно: выставка. Выставка была открыта в храме Спаса в рядах.

~ • ~
12 апреля 1987 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Получил я Ваше письмо от 28 марта и тетрадку с родословиями Сипягиных. Очень долго шла эта бандероль, только 11 апреля до меня дошла.
Когда разберусь с Сипягиными, то внесу в Вашу тет­радь дополнения и исправления, если будет нужно, и Вам верну эту тетрадь.
П.С. Пушкин 10 февраля меня посетил, чему я был очень рад, он на меня произвел прекрасное впечатление.
Посылаю Вам родословные Викентьевых и Волжен­ских.
А насчёт Шошина, то в Костромской родословной кни­ге эта фамилия записана не была, и мне при моих занятия­х в архиве не попадалось ничего про эту фамилию. По­скольку А.П. Шошин учился в реальном училище, то, ве­роятно, его отец был каким-то служащим в Костроме, воз­можно, не из дворян, ибо в родословной книге Шошиных нет1.
С.А. Сапожников мне писал, что Вы собирались вес­ной приехать «В ЕВРОПУ», но из Вашего письма видно, что это у Вас сорвалось.
У нас вроде бы пришла весна, с опозданием. Сегодня ярко светит солнышко, но по ночам ещё довольно сильные морозцы.
Мои дела всё такие же, здоровье испортилось, живётся не легко. Привет Вашему семейству. Будьте здоро­вы.
С уважением искренне Ваш А. Григоров.

 



1 Речь идёт о генерал-майоре Алексее Петровиче Шошине (1861–1924), происходившем из костромских мещан. В 1880 г. окончил реальное училище в Костроме.

~ • ~

26 апреля 1987 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Возвращаю Вам Вашу тетрадь с Сипягиным. Сперва думал сделать нужные дополнения в Вашей тетради, но так как их, этих дополнений, мне показалось много, то решил составить заново родословия по всем пяти веточкам этой фамилии. Один экземпляр этих родословий и посылаю Вам.
Подходят майские праздники, и потому шлю Вам и Вашим близким поздравление с днём 1-го мая и днём По­беды – 9 мая – и желаю здоровья и всего наилучшего.
У нас весна очень плохая, холодно, всё время идёт снег, но тут же тает, и на улицу выходить не хочется; впро­чем, я за всю зиму не выходил, только в день Пасхи съез­дил на кладбище, на могилку покойной моей Марии Григо­рьевны.
Здоровье плохое, и совсем не работается. С Вами хо­чет установить контакты моя знакомая, занимающаяся отча­сти и генеалогией1. Она вчера была у меня и показывала со­ставленные ею таблицы родов Пассек и Чернышёвых.
Можно дать ей Ваш адрес, она хочет с Вами позна­комиться хотя бы письменно?
Вот на том и закончу. Чувствую себя неважно. Будь­те здоровы.
Всего доброго.
Уважающий Вас А. Григоров.
Получите Сипягиных – напишите, чтобы я знал, что не потерялось это на почте.

 



1 Е.В. Сапрыгина.

~ • ~
8 июля 1987 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Письмо Ваше от 28/VI я получил. Вчера мне позво­нила Е.В. Сапрыгина и сообщила о получении от Вас банде­роли с Пассеками и просила Вас поблагодарить, а сама она напишет Вам чуть позже.
Жаль, что не удалось установить, почему дочери де­кабриста Давыдова называли «тётей» и «дядей» графиню Чернышову-Кругликову и её мужа. Впрочем, этим больше интересуется музей в Каменке, где жили Давыдовы и где бывал Пушкин.
У нас погода хотя и приличная, но последние дни стало много холоднее – всего 12–15 градусов.
Я по-прежнему сижу дома и никуда не выхожу. А пришло лето, и так бы хотелось побродить по лесу и насла­диться общением с природой, поискать грибочков и ягодок. Но – всё это уже не для меня.
Визит четы Сапожниковых и Ю.Б. Шмарова прошёл отлично, только жаль, что он был таким кратким – всего 2-ое суток.
Вот и все мои новости. Ничего не пишу, а надо бы что-нибудь дать к 175-ти летию войны с Наполеоном. И ма­териалов у меня не мало об участии в этой войне Костроми­чей – как в регулярной армии, так и в народном ополче­нии.
Вот пока и всё.
Генеалогических находок нет, да и негде их искать, и нет уже «силушки» заниматься этим.
Будьте здоровы. Поклон Вашему семейству.
Уважающий Вас А. Григоров.

~ • ~

17 сентября 1987 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Давненько нет от Вас вестей. А у меня – такие дела: в первых числах сентября я приболел, случился так называемый «гипертонический криз», то есть сильно подня­лось кровяное давление, со всеми вытекающими отсюда по­следствиями. Пришлось вызывать «скорую», хотели меня взять в больницу, но я отказался. Всего искололи и велели лежать в постели. Но вот, пришёл срок, и я встал и стал помаленьку опять браться за свои дела.
Но дома – полный «непорядок». Начали, глядя на зиму, менять трубы отопления, старые сняли, а новых не поставили. И вот, в других домах уже дали тепло, а мы мёрзнем и страдаем от сырости, погода гнусная, льют до­жди и день и ночь. И когда поставят новые трубы и дадут тепло – наверное, и сам Аллах не ведает.
К Вам у меня такая просьба: нет ли у Вас чего-либо по таким фамилиям:
1. Полторацкие.
2. Татищевы.
3. Ртищевы.
Если что-нибудь найдётся, то не откажите в любез­ности мне прислать, я для себя перепишу и Вам всё верну в целости.
На меня «наседает» наш архив, усиленно просят все мои дела сдать в архив. А я «тяну резинку», ибо если я всё свое богатство сдам, то чем буду заниматься?
Вот, пришло «бабье лето», а мы и настоящего ле­та-то не видели нынче, и бабьего тоже нет. Такой уж год, очень плохое лето. Посмотрим, какова будет зима.
На том и кончу, шлю привет Вашему семейству. Будьте здоровы.
Уважающий Вас А. Григоров.

~ • ~
12 июня 1988 года
г. Кострома

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Ваше письмо от 5/VI я получил. Посылаю Вам бу­мажку «Генеалогия Черевиных», которую Вы желали иметь.
У меня тоже нового нет ничего1.
Погода стояла отличная, и я целыми днями сидел на свежем воздухе, при температуре от 30 и даже до 35 граду­сов. Но потом резко снизилась температура, пошли дожди, сегодня всю ночь лил ливень, и я сижу дома и вот пишу письма. Надо ответить Вам, а также Д.Ф. Белорукову.
Навещают меня наши Костромские музейщики, ар­хивщики, а иногда приезжают и из других мест: Плёса, Не­рехты и т.д.
В общем, живу, вернее, «доживаю» свой век.
Затем – пожелаю Вам и Вашему семейству здоровья и всего доброго.
С уважением – А. Григоров.

 



1 В.П. Хохлов 5 июня: «У меня ничего нового, течёт самая обыкновенная серо-мещанская жизнь» (ед. хр. 2361, л. 17).

~ • ~
23 декабря 1988 года

Многоуважаемый Владимир Павлович!
Поздравляю Вас и Вашу семью с Новым, 1989-годом и всем желаю здоровья и всего лучшего.
Ваше письмо от 9/XII я получил. И.В. Сахаров и меня тоже «не удостаивает» своими письмами, и я ничего о нём не знаю. А С.А. Сапожников пишет и информирует меня, как и Вас, о своих делах. В.И. Баделин собирается в январе навестить меня.
Время бежит, но, как говорится, «время работает не на меня». Я становлюсь всё больше и больше беспомощным и больным и ничем не могу себя заставить заняться. Всё ка­кая-то лень и апатия.
Новостей у меня по части генеалогии нет, да я уже и перестал заниматься этим делом. Большею частью и днём и ночью лежу на диване и живу одними воспоминаниями о прошлом.
Будьте здоровы.
С уважением А. Григоров.


 

 

© Alexander Grigorov (Kostroma)