Раздел II
«Ведь я-то – кинешемец…»

Письма к М.М. Шателен
(1968–1969)

Мария  Михайловна  Шателен  (1895–1977)  –  внучка  драматурга  А.Н. Островского.  Заслуженный  работник  культуры  РСФСР.
Крупные  события  XX  века  и  свойства  незаурядной  личности  М.М. Шателен  определили  её  судьбу.
Её  мать  –  старшая  дочь  А.Н. Островского,  Мария  Александровна  (1867–1913).  Отец  её  –  Михаил  Андреевич  Шателен  (1866–1956),  профессор,  основатель  и  руководитель  Петербургского  политехнического  института,  в  советское  время  –  один  из  создателей  плана  ГОЭЛРО,  член-корреспондент  АН  СССР,  Герой  Социалистического  труда,  лауреат  Сталинской  премии  СССР.  Родилась  Мария  Михайловна  14  июля  1895 г.  в  местечке  Мухравань  под  Тифлисом,  где  в  это  время  гостила  её мать.
В  1911 г.  М. М. Шателен окончила  гимназию  Таганцевой  в  Петербурге,  после  этого  жила  год  в  Париже,  слушая  лекции  в  Сорбонне.  Вернувшись  в  Петербург,  поступила  на  Бестужевские  женские  курсы  изучать  юриспруденцию,  но  в  1914 г.  ушла  с  курсов  на  фронт  1-й  Мировой  войны  сестрой  милосердия  –  перед  этим  закончив  курсы  при  женском  медицинском  институте.  На  шестом  десятке  лет  поступила  в  Ленинградский  библиотечный  институт  и  в  1954 г.  окончила  его.
В  1917 г.  служила  в  Петроградской  продовольственной  управе,  с  1922 г.  –  сотрудница  Международного  электротехнического  комитета,  секретарь  редакции  журнала  «Электричество»,  позднее  работала  в  Ленинградском  отделении  Главэнерго.  В  1930-х  –  экономист  и  стандартизатор  на  предприятиях  электропромышленности  Ленинграда,  во  время  Советско-финской  войны  была  медсестрой.
В  первые  же  дни  Великой  Отечественной  войны  вступила  в  народное  ополчение,  служила  медсестрой  в  полевых  госпиталях  17-й  и  34-й  армий,  участвовала  в  Курской  битве.  Войну  закончила  под  Веной  в  звании  старшего  лейтенанта.  Награждена  орденом  Красной  Звезды  и  многими  медалями.
Последнее  место  работы  перед  уходом  на  пенсию  в  1960 г.  –  научная  библиотека  Института  зоологии  АН  СССР.
Главное  же  дело  жизни  М.М. Шателен  –  увековечение  памяти  А.Н. Островского,  забота  о  его  костромской  усадьбе  Щелыково.
В  1920-е  годы  Мария  Михайловна  спасла  усадьбу  от  уничтожения,  добилась  создания  в  ней  мемориального  музея.  В  разное  время  она  занималась  комплектованием  музея,  разработкой  экспозиционных  планов,  созданием  научной  библиотеки,  восстановлением  парка,  водила  экскурсии,  участвовала  в  конференциях,  писала  статьи  для  сборников  и  путеводителей.  В  конце  1960-х  годов  она  предотвратила  строительство  железной  дороги  вблизи  усадьбы  Щелыково,  которая  по  проекту  должна  была  пройти  недалеко  от  погоста  Никола-Бережки  (где  на  кладбище  у  Никольского  храма  похоронены  А.Н. Островский  и  его  близкие),  направив  телеграмму  Л.И. Брежневу.
Умерла  23  февраля  1977 г.  в  Ленинграде.  Прах  её  покоится  на  мемориальном  кладбище  в  Никола-Бережках.
М.  М. Шателен  была  инициатором  переписки  с  А.А. Григоровым,  обратившись  к  нему  в  марте  1968 г.  с  просьбой  разыскать  в  Костромском  областном  архиве  материалы  по  истории  Щелыкова  и  о  его  первых  владельцах.  Их  переписка  продолжалась, вероятно,  вплоть  до  самой смерти  Марии  Михайловны.  Александр  Александрович  писал  ей  в  Щелыково  и  Ленинград.  Сохранилось  25  писем  А.А. Григорова  (одно  –  не  полностью)  за  1968–1969 гг.
Оригиналы  24  писем  любезно  высланы  внучкой  М.М. Шателен  –  дочерью  её  сына  Владимира  Михайловича  (1918–2003)  –  Ольгой  Владимировной  Черниковой,  живущей  в  С.-Петербурге;  одно  (последнее)  письмо,  хранящееся  в  ГАКО,  разрешено  к  публикации  его  руководством.

~ • ~

г. Кострома
11 апреля 1968 года

Многоуважаемая Мария Михайловна!
Ваше письмо от 7.04.68 я получил и спешу дать Вам ответы на всё, что Вас могло бы заинтересовать.
Прежде всего, я прошу не думать, что меня сколько-нибудь затрудняет занятие по исканию архивных материалов. Времени у меня вдоволь, а занятие это – самое отвечающее моим интересам1.
Итак, начинаю: Полозовы и Кутузовы2 – с давних пор были между собой связаны родственными узами; в Долматовском архиве, из которого брал материалы А.Н. Куломзин для своей книги, изданной в 1913 г., есть много документов о променах, уступках, приданом и т.д.3 Полозовы владели в XVII и XVIII веках огромным количеством деревень и усадеб как в Кинешемском, так и в других уездах. Также и Глебовы – тоже породнившиеся с Полозовыми – часто в эти века имели во владении Полозовские имения.
Проследить же преемственность владения усадьбы Щелыково за эти века очень трудно, т.к. никаких других документов, кроме использованных Куломзиным, нет. В архиве Костромской области можно проследить только самый конец XVIII века и XIX век.
Помимо того, где-то – я Вам уже писал – хранятся писцовые книги4 по Кинешемскому уезду. В XVI и XVII веках местность, где находится Щелыково, входила в состав Владыченской волости. Но и в этих писцовых книгах можно найти только фамилии владельцев тех или иных деревень и усадеб и перечень жителей и строений. Это падает на время царствования Михаила Фёдоровича.
Здесь, в архиве, есть ревизские сказки, начиная с 1‑й ревизии (время Петра I), но 1, 2, 3, 4, и 5 ревизии – не полные. Данные 6, 7 и до 10 ревизий – полные5. Но там только имена крестьян и названия селений. А в окладных книгах, там написано так:


Кутузовы:
девица Любовь Фёдоровна Угольское 177 душ
премьер-майор Алексей Михайлович Малое Дорожково 121 душа
девица Прасковья Фёдоровна Щелыково и др. 119 душ
Это по 7-й ревизии (около 1820 г.).
А по 6-й ревизии – 1811–1813 гг.:
девица Любовь Фёдоровна Шахарово 53 души
– « – Прасковья Фёдоровна Хмельково 77 душ
премьер-майор Алексей Михайлович Малое Дорожково 119 душ
коллежский регистратор Николай Фёдорович Щелыково и др. 504 души

Из этого я заключаю, что по 6-й ревизии Н.Ф. Кутузов владел Щелыковом и др., а в числе «др.» было и Угольское, а по 7-й ревизии, Николай Фёдорович уже умер и имение раздробилось: очевидно, Любовь Фёдоровна и Прасковья Фёдоровна были его сёстры.
Насколько я помню, где-то мне пришлось читать или слышать, что Н.Ф. Островский6 купил Щелыково у сестёр Кутузовых, а Угольское – у них же купили Сабанеевы.
Ещё буду смотреть материалы 8, 9, и 10 ревизий. Может быть, там ещё что-нибудь прояснится.
А вот насчёт состояния усадьбы, её хозяйства – тут трудно что-либо найти. Есть одна книга с великолепным описанием доходности имений Кинешемского уезда, но она без начала и конца, и буквы Щ – нет.
Как мне представляется, пожалование Щелыкова Екатериной II кому-либо быть не могло. Эти места всё время переходили от Полозовых то к Глебовым, то к Кутузовым, ещё тут же как-то вмешались и Куломзины, Сипягины, и даже Григоровы. Есть судебное дело, заведённое Н.Ф. Островским по мельнице на реке Сендеге. В этом деле участвуют, кроме Островских, и Куломзин, и Сипягин, и даже какой-то Григоров. Оспаривалось владение этой мельницей. Полозовы к концу 19 века настолько расплодились, что я не стал разбираться в их родословии – где, как и когда они роднились с Кутузовыми, Куломзиными и т.д. Владений у них было очень много, но уже к середине XIX века – почти всё ушло из рук этой фамилии.
О соседях Островских. Я точно знаю – из рассказов моего тестя, Григория Фёдоровича Хомутова – о тесном знакомстве Хомутовых с Островскими. Григорий Фёдорович не раз вспоминал 70-е – 80-е годы, времяпрепровождение в Щелыкове, приезжих гостей из Москвы; многое я уже забыл – помню, он часто вспоминал артиста Музиля7 и ещё кое-кого.
П.Ф. Хомутов был предводителем Кинешемского дворянства в 80-е годы, и во время его предводительства умер Александр Николаевич; затем ещё частыми гостями Щелыкова были Николай Фёдорович и Дмитрий Фёдорович Хомутовы. Всех их было больше, но, кажется, Владимир Фёдорович не бывал в Щелыкове, а Александр Фёдорович тоже, т.к. он погиб в войну 1877–78 гг.
Близким соседом был И.Д. Бологовской8, после смерти которого его усадьба Погост досталась его сестре, бывшей замужем за Ф. Бредихиным. В 90‑х годах Ф. Бредихин продал или подарил эту усадьбу И.В. Щулепникову, мужу моей тётки, так что И.В. Щулепников при жизни Александра Николаевича не бывал там, может быть, он поддерживал знакомство с Сергеем Александровичем9? Яковлевы – братья Александр Дмитриевич, Владимир Дмитриевич, Василий Дмитриевич и Пётр Дмитриевич – это одни из старейших Кинешемских помещиков; Александр Дмитриевич жил в Комарове, другие – в других усадьбах, но поддерживали ли они знакомство с Островскими – я не могу сказать10.
О Сабанеевых я мало что знаю. По 7-й ревизии поручица Александра Фёдоровна владела в Угольском с деревнями 130 душами, а в наше время (до 1917 г.) за Софией Иосифовной Сабанеевой было 402 десятин земли в Угольском11.
О Григоровых. Моя тётка, Елена Митрофановна, ещё жива, ей 90 лет, но у неё была чудесная память. Я её видел в 1962 или 63 году (она живёт в Муроме). Я у неё брал «интервью» по многим вопросам, меня интересовавшим. А она мне рассказала, что у её родителей в 70-е годы бывал Александр Николаевич – он, как и мой дед, был мировым судьёй. И ещё Александр Николаевич бывал у И.А. Григорова, брата моего деда12, это в начале 80‑х годов.
Ещё Вишневские – они были самыми ближайшими соседями Щелыкова, их было очень много. Многих я помню очень хорошо, т.к. они все часто у нас бывали. Если хотите – я про них напишу, что знаю13. Но поддерживали ли они связь со Щелыковом – не знаю.
Затем ещё близкий сосед – усадьба Ямное, Н.М. и М.М. Кормилицыны. Вообще, на эту тему можно бы много вспомнить.
Теперь я Вам расскажу кое-что из моих поисков. Разыскивая материалы об Островских, я обращал внимание на все материалы, где встречалась эта фамилия. И вот, оказалось, что есть ещё Островские, причём некоторые дела очень занятны. Так, есть дело протоиерея Ф. Островского, это был настоятель Макарьевского собора в г. Макарьеве; затем дело Аристарха Островского, из сыновей священнослужителя Юрьевецкого уезда (дело об оскорблении предводителя дворянства), и дело Варвары Алексеевны Островской, обвинённой в пьянстве и разгульной жизни. Это оказалась на поверку не Островская, а Островниковская, и дело это очень занятно.
Вот, кое-что я выписал – может быть, Вам это пригодится. Правда, это прямо Александра Николаевича не касается, но, может быть, будет интересно.
Те материалы, которые приведены в известность и записаны в карточку А.Н. Островского – я не смотрел, пытался и пытаюсь найти новое что-нибудь.
А Вы, если будете в Костроме, то сами сможете всё осмотреть – это из тех материалов, что я Вам в прошлом письме писал.
Вы правы, так много с разных сторон можно смотреть, что неизбежно не знаешь, на чём сосредоточить своё внимание.
Я, конечно, более всего могу быть полезен – это в части соседей-помещиков, но не всех, конечно. Я видел и сам составлял родословные некоторых родов и продолжаю интересоваться этими вещами. Хочется мне также восстановить владения владельцев Кинешемского уезда XIX века – по деревням, до момента отмены крепостного права.
Наверное, надо кончать, а то письмо выйдет очень толстым. Поэтому – до следующего раза.
Майя14 Вам шлёт свой привет и просит Вас, так же, как и я, обязательно навестить нас в Костроме, когда Вы здесь будете.
Может быть, вместе с Вами и в архив зайдём, и в научную библиотеку.
Ваш А. Григоров.

Обо всём этом написать прямо-таки невозможно, надо помаленьку, взявшись за что-нибудь одно – довести до конца. Рассказывать, правда, легче, чем писать, тем более что при изложении на бумаге своих мыслей у меня всегда как-то всё разбегается – не знаешь, на чём сконцентрировать свои мысли.
Дед Майи – Хомутов Фёдор Васильевич, вряд ли имел знакомство с Александром Николаевичем. Он умер в конце 1860-х годов, а знакомство Николая Фёдоровича, Дмитрия Фёдоровича, Павла Фёдоровича и Григория Фёдоровича Хомутовых с Островскими относится ко времени после войны 1877–78 гг.
Н.Ф. Хомутов (род. 1847) был секретарём земской управы и её председателем (1880-е годы), а затем – исправником в Ветлужском, Юрьевецком уездах. Умер в 1914 г.
Д.Ф. Хомутов (1850–1933) был гласным земства (1880-е годы), затем управляющим Астраханскими и затем Воронежскими государственными имуществами (был подчинён М.Н. Островскому15).
П.Ф. Хомутов (1856–1919) – предводитель Кинешемского дворянства, председатель земской управы, затем губернатор – Вятский, Енисейский и Казанский.
Г.Ф. Хомутов (1858–1940) – гласный земства, земский начальник.
Все они бывали гостями Островских в Щелыкове, а у них в Соколове бывали Островские (и Вы, в том числе).
А. Г.

1 М.М. Шателен 7 апреля: «Спасибо Вам за Ваше подробное письмо. Мне прямо даже стало как-то неловко, что я Вас так эксплуатирую и Вы тратите столько времени на Щелыковские дела» (ед. хр. 1102, л. 8.).

2 В письме речь идёт о дворянах Кинешемского уезда.

3 В письме речь идёт о книгах: Подробная опись 962 рукописям начала XVII до начала XIX столетия «Долматовского архива» (Головцынского и Куломзинского родов) с приложениями / Сост. И.Д. Преображенский и Н.А. Альбицкий. – СПб., 1895; Архив сельца Корнилова. Документы по землевладению в XVII столетии в одном из уголков Костромской губернии. [Ред. А.Н. Куломзин и М.Г. Курдюмов]. – СПб., 1913.
Анатолий Николаевич Куломзин (1838–1923 или 1924) – владелец усадьбы Корнилово Кинешемского уезда, крупный государственный и общественный деятель.

4 Писцовые книги – сводные описания хозяйства России XV–XVII вв. для податного земельного обложения, которые производились московскими писцами и подъячими; содержали информацию о церквах, дворах, лавках, пахотных землях, сенокосах, угодьях.

5 О ревизских сказках см. письмо к Т.А. Аксаковой (Сиверс) от 24 сентября 1973 г. на стр. 278 и письма А.А. Епанчину: от 19 февраля 1984 г. на стр. 225, 15 июля 1986 г. на стр. 232 и 5 августа 1986 г. на стр. 233.

6 Николай Фёдорович Островский (1796–1853) – отец драматурга.

7 Николай Игнатьевич Музиль (1839–1906) – актёр Малого театра.

8 Об Иване Дмитриевиче Бологовском см. письмо к С.П. Волковой от 2 сентября 1980 г. на стр. 139.

9 Сергей Александрович Островский (1869–1929) – сын А.Н. Островского, дядя М.М. Шателен. О нём см. письмо М.С. Коншину от 2 апреля 1980 г. на стр. 219.

10  О А.Д. Яковлеве см. прим. 6 к письму Б.С. Киндякову от 16 ноября 1969 г. на стр. 105.
Владимиру Дмитриевичу принадлежала усадьба Володино, которую он выстроил в 1909 г. (ед. хр. 1761, л. 37). О нём см. прим. 3 к письму В.П. и Е.В. Степановым от 14 марта 1970 г. на стр. 124.
Василий Дмитриевич владел усадьбой Панброво. О нём см. прим. 5 к письму Б.С. Киндякову от 23 апреля 1969 г. на стр. 102.
Пётр Дмитриевич Яковлев (1872–1932), поручик Рославльского пехотного полка, член Кинешемской уездной земской управы. Ему принадлежала усадьба Анненское (ед. хр. 1759, л. 7).

11 Александра Фёдоровна Сабанеева, урождённая Кутузова (1793–?) – вдова поручика Весьегонского уезда Григория Васильевича Сабанеева (ед. хр. 1378, л. 1).
София Иосифовна Сабанеева, урожд. Бауэр (1838–?) – вдова коллежского регистратора Сергея Григорьевича Сабанеева (1837–?). В 1858 г. ему принадлежали: усадьба Угольское, деревни Агишино, Жидово, Рыжевка, Ефимово, Худяки, Большое Дорожково, Малое Дорожково, Деготница (там же, л. 7, 8 об., 11).

12 Коллежский секретарь Иван Александрович Григоров владел усадьбой Ново-Покровское (ед. хр. 337, л. 4).

13 Имеется в виду семья Гавриила Николаевича Вишневского. «Родился 6/XII-1832 г. Инженер-капитан. Служил в Рязанской губернской дорожной и строительной комиссии, а с 1868 по 1904 г. бессменный гласный Кинешемского уездного земства и посредник полюбовного межевания земель. Женат с 22/IV - 1858 г. на графине Марии Александровне Толстой, род. 1840 г., дочери надворного советника графа Александра Дмитриевича Толстого. Брак совершён в г. Рязани. Умер в ус. Адищево Кинешемского уезда и там же похоронен» (ед. хр. 234, л. 6). У Г.Н.  и М.А. Вишневских было 11 детей – 4 сына и 7 дочерей (там же, л. 6, 7).

14 М.М. Шателен и М.Г. Григорова знали друг друга ещё в детские годы. В первом письме от 14 марта 1968 г. М.М. Шателен писала: «Майя, наверное, помнит меня, так как во времена нашего детства (правда, я старше её, ровесница Ваша) они бывали в Щелыкове, а мы в Соколове. <…> Пожалуйста, передайте Майе мой привет, может, она вспомнит девочку-сорванца, которая вместе с ней и её братьями на ослах и лошади “Огурец” гонялись по Соколову к великому неудовольствию родителей <…>» (ед. хр. 1102, л. 2, 3 об.). Относительно того, что она и А.А. Григоров – ровесники, М.М. Шателен заблуждается.

15 Михаил Николаевич Островский (1827–1901) – сенатор, министр государственных имуществ (1881–1893), председатель департамента законов Государственного Совета (1893–1899); брат драматурга А.Н. Островского.

~ • ~

3 мая 1968 года

Многоуважаемая Мария Михайловна!
Майя и я благодарим Вас за поздравление, в свою очередь, мы поздравляем Вас с днём Победы, желаем Вам всего лучшего.
Теперь Вы, наверное, уже съездили в Москву и сможете сообщить, когда думаете побывать у нас в Костроме.
Я Вам посылаю кое-что из того, что удалось найти в архиве.
Боюсь, что, кроме того перечня, что я Вам посылал, – вряд ли что-либо можно здесь ещё обнаружить.
По истории Щелыкова – то А.Н. Куломзин в своей книге о землевладении «в одном из уголков Кинешемского уезда», вышедшей в 1913 г. (Вы, наверное, на эту книгу и ссылаетесь?), использовал всё, что можно было найти в Костроме.
А в фондах архива есть что: есть фонд «Планы помещичьих имений», я его ещё не обследовал, но в нём, кроме плана (да и есть ли ещё он по Щелыкову?), вряд ли что можно найти.
Фонды Предводителя дворянства, Депутатского собрания дворян, Казённой палаты – я перебрал.
По ревизским сказкам можно установить владельцев Щелыкова и близлежащих деревень; я Вам посылаю 10-ю ревизию – 1858 г., а есть ещё:

1 рев. 1729 г.
2 рев. 1744 г.
3 рев. 1762 г.
4 рев. 1782 г.
5 рев. 1795 г.
6 рев. 1811 г.     Щелыково за Кутузовыми
7 рев. 1816 г.                – « –
8 рев. 1834 г.
9 рев. 1850 г.

Я смотрел только 6, 7, и 10 ревизии. Надо ли смотреть остальные?
Ещё в одном фонде есть дело об разделе имения Кутузова за 1783 г.
Сейчас у меня некоторый перерыв в архивных занятиях – меня на недельку отвлекли на общественную работу, так что только после 10 мая продолжу свои поиски.
Было бы желательно повидаться с Вами лично – в разговоре лучше бы мы уяснили что к чему, что возможно и где возможно что-либо нужное для Вас найти.
По истории Костромского края я знаю почти всю имеющуюся старую литературу (новая – это плохие компиляции из старых источников), также и по Кинешемскому уезду, в частности (очень скудные сведения). Гораздо легче просмотреть историю помещиков – соседей Щелыкова, т.к. в фондах дворянского собрания про всех есть.
Между прочим – я ничего не мог найти о Рылеевых. Всё, что мне попалось под фамилией Рылеевых, – я пересмотрел, но это всё не имеет никакого отношения ни к К. Рылееву, ни к Угольскому.
Между прочим, знаете ли Вы, что Угольское было некогда во владении князя Дмитрия Пожарского и он там отдыхал и лечился после 1612 г.?
Очень плохо то, что вследствие изменения административных границ Щелыково не раз меняло свою принадлежность к той или иной административной единице. До 1798 г. – Кадыевский уезд, Куекшинская волость; затем с 1918 по 1944 – Ивановская область1. Это привело к тому, что ряд важных сведений можно сыскать только в Кинешме или Иванове.
Получите это письмо – не откажите в труде написать мне, что Вы полагаете ещё возможным достать в Костромском архиве? Мне хотелось бы, по возможности, чем-либо помочь Вам, т.к. я это дело люблю и сам интересуюсь многим из истории нашего Кинешемского уезда.
Мы дома сейчас все подзанялись с садом – дочь с зятем (они у нас живут) вступили членами в садовое товарищество, и вот мы оба по мере сил помогаем «осваивать целину». Уже посадили вишни, клубнику, смородину.
Только вот всё холода были. Сегодня первый тёплый день.
Напишите, если Вам что-либо нужно переписать из тех дел, что я Вам послал перечень, – может быть, о присвоении имени Александра Николаевича школам, библиотекам?
Буду ждать Вашего письма, а может быть, и Вас самоё – ведь Вы собираетесь к нам?
Майя шлёт Вам привет.
Уважающий Вас А. Григоров.

1 В 1918–1929 гг. Иваново-Вознесенская губерния.

~ • ~

12 мая 1968 года

Многоуважаемая Мария Михайловна!
Ваше письмо я получил; надеюсь, это письмо моё Вас ещё застанет в Ленинграде. А если нет – то хорошо было бы, если бы его переправили к Вам в Щелыково.
Мне хочется поделиться с Вами теми материалами, которые побывали у меня в руках. Правда, некоторые материалы идут вразрез с тем, чем Вы располагаете, но мне думается, что мои источники и изыскания более надёжны, чем устные легенды и даже Куломзинские изыскания. Я просмотрел массу дел – но это ещё капля в море. Надо не меньше года, а то и два, чтобы хотя бы бегло просмотреть всю массу архивных документов и извлечь из них нужное.
Так вот, о Щелыкове.
В 1733 году весь этот край – Ивашевская позднейшая волость и прилегающие к ней селения – были во владении Кутузовых. Между ними частично были вкраплены деревни и усадьбы Полозовых, от которых «дошли», как это пишется в старых документах, эти земли к Кутузовым.
Пока что мне стали «знакомы»:
1. Гвардии Преображенского полка1 капитан Михаил Фёдорович Кутузов и его жена Наталия Андреевна (её девичью фамилию я ещё не установил2).
2. Статский советник Иван Фёдорович, его жена Мария Васильевна, урождённая Полозова.
Эти последние были бездетными, и, по смерти их, числящиеся за ними поместья и деревни отошли к детям другого брата – Михаила Фёдоровича.
Их было двое: 1. Генерал-майор Фёдор Михайлович, холост, имел «воспитанников и воспитанниц», вернее, незаконнорождённых детей от некоей Антониды Никитичны.
Умер Фёдор Михайлович в 1800 г., и его Антонида – в 1802 г.
Дети эти, или «воспитанники»:

  1. Николай, р. 1791 г.
  2. Варвара, р. 1792.
  3. Александра, р. 1793.
  4. Любовь, р. 1795.
  5. Прасковья, р. 1796.

Незадолго до смерти Ф.М. Кутузова, по его прошению, «воспитанники его» были Высочайше утверждены в дворянском достоинстве в уважение к заслугам отца их, генерал-майора и кавалера Фёдора Михайловича, с правом на фамилию Кутузовых, и сам он, совсем незадолго до смерти, обвенчался с Антонидой Никитичной.
Брат его, премьер-майор Алексей Михайлович, был холост, он умер, как сказано: «1801 года волею Божиею помре в Прусском королевстве в г. Берлине».
Дети Ф.М. Кутузова: Николай Фёдорович, коллежский регистратор, умер 21 года в чине коллежского регистратора 30 декабря 1812 г.; дочь Варвара – вышла замуж за коллежского асессора Сипягина Е.Г.3, дочь Александра – за поручика Г. Сабанеева, дочь Любовь – за флота капитан-лейтенанта Николая Патракеева4.
После смерти Ф.М. и А.М. Кутузовых – пока дети не вошли в совершенные лета – было безвластие. Были разделы в 1808 году и после смерти Николая – в 1816 году.
Но это касалось той части имения, которой владел Фёдор Михайлович, а та часть, которой владел Алексей Михайлович, до 1832 г. была без должного хозяина. Со дня смерти Алексея Михайловича прошло более 30 лет, когда наследники: Л.Ф. Патракеева, А.Ф. Сабанеева и сын В.Ф. Сипягиной (она уже к тому времени умерла), А.Е. Сипягин, – были вводимы во владение, и крестьяне, не видя в течение 30 лет господ, не признали их, считая себя уже вольными. Произошло возмущение, даже с вызовом воинской команды и приездом губернатора. Это очень интересное дело – 269 листов, правда, Щелыкова оно не касается, бунт был в Большое и Малое Дорожково и Деготница5.
По разделу 1816 г. Щелыково досталось сыну Варвары Фёдоровны – А.Е. Сипягину Он, как говорится, «прожился», и его имение пошло с молотка и было куплено Н.Ф. Островским.
Угольское с деревнями было во владении потомков А.Ф. Сабанеевой до 1917 г., а сын Любови Фёдоровны Патрикеевой, Николай Николаевич6, в 1868 г. отдал за долг в 47000 своё имение Рылеевой7. Так что Рылеевы появились там только в 1868 году, т.е. уже при А.Н. Островском.
Н.А. Рылеев был в 80‑х годах Кинешемским предводителем, но угодил под суд по поводу фальсификации выборов в земство в 1883 г.8 По этому делу также были привлечены М.А. Григоров (мой дед), И.А. Григоров, Н.Ф., Д.Ф. и П.Ф. Хомутовы, но все они были признаны не причастными к делу.
Затем Рылеев продал своё Угольское Ивановскому фабриканту Витову9. Никакого отношения к декабристу К.Ф. Рылееву этот Рылеев не имеет. Так что история с гробом Рылеева – миф10. Также и с переименованием д. Рылеевки в Рыжовку. Во всех документах 18 и 19 века она всегда именовалась Рыжовкой, нигде я не видел названия Рылеевка. Да этого и не могло быть, поскольку Рылеевы появились лишь в 1868 году.
Теперь я делаю заключение, что каменные строения в Щелыкове могли быть возведены только во времена гвардии Преображенского полка капитана Михаила Фёдоровича Кутузова. Интересно было бы найти его год рождения и смерти.
Насколько я знаю, до 1740-х годов в наших местах каменных строений не было. Известные мне каменные усадьбы все построены в конце XVIII–начале XIX века (Погост, Панькино, Денисово и др.) А раз у Вас есть данные, что деревянный дом был в 1777 г., т.е. уже при Ф.М. Кутузове, а в то время каменных строений уже не было, то приходится видеть, что эти каменные строения были весьма недолговечны. Может быть, был пожар? Мне пока ничего по этому вопросу больше не удалось найти.
Теперь о Глебовых. За всё время моих поисков я наткнулся только раз на упоминание об одном Глебове – Фёдоре Ивановиче, генерал-аншефе11, но это во время царствования имп. Екатерины II, т.е. в то время, когда Щелыковом владели Кутузовы.
В числе дворянских фамилий в Костромской губернии Глебовы, начиная с жалованной грамоты 1785 г., не встречаются. А потом, как видно, Кутузовы получили Щелыково от Полозовых. И все Кутузовские потомки – Сипягины, Патрикеевы и Сабанеевы, имели части в наследственном родовом гнезде Полозовых – селе Ряполове Буйского уезда.
А вот ещё что: каким-то образом в 1812 г. флота капитан-лейтенант Нелидов Василий Иванович владел в Щелыкове 7 душами крепостных. Видимо, была какая-то связь у Кутузовых с Нелидовыми. В XVIII и начале XIX века Нелидовы имели много сёл и деревень Кинешемского уезда в своём владении.
О более древних временах, таких, когда Щелыкова ещё не было. В 1629 и 1630 г. село Твёрдово и окрестные деревни были во владении стольника12 Алексея Никитича Годунова. Ему же принадлежало село Семёновское (ныне Островское).
В 1657 г. эти же деревни во владении Полозовых: Артемия Тимофеевича; 1670 г. – Фёдора Васильевича; 1686 г. – Якова Фёдоровича.
В 1646 г. Мария Леонтьевна Полозова владела селом Комаровом.
В 1678 г. ½ часть села Угольского – во владении князя Козловского Григория Васильевича.
В 1648 г. село Твёрдово – за Годуновым Фёдором.
В 1614 г. с. Покровское на Сендеге за Иваном Алексеевичем Ляпуновым.
После 1678 г. деревни вокруг Угольского во владении Дмитрия Никитича Кутузова.
Род Кутузовых угас со смертью последнего представителя мужского пола – Н.Ф. Кутузова – 30 декабря 1812 г.
О Яковлевых.
Кроме «Комаровских» Яковлевых – наших современников: Александра Дмитриевича, Владимира Дмитриевича, Василия Дмитриевича и Петра Дмитриевича, их отца Дмитрия Павловича и дяди Михаила Павловича, владевшими Комаровом, Панбровом13 и др., я ещё таких обнаружил:
1. Отец и дядя А.И. Герцена:
Отец – Гвардии капитан Иван Алексеевич; дядя – Лев Алексеевич, Двора его императорского Величества камергер, ревизионный посланник и полномочный министр при дворе Его Величества Короля Вестфальского и ордена святого Иоанна Иерусалимского кавалер. Их владение – с. Спас-Пенье, это выше Адищева по р. Сендеге.
И ещё: титулярный советник Александр Андреевич – владелец ус. Дорофеево и деревни Дорофеево14 (где такая деревня – я что-то не припомню). Сын этого Александра Андреевича – поручик Василий Александрович Яковлев – был шафером на второй свадьбе моего прадеда – Александра Николаевича Григорова; кажется, он же был в 50-е годы Кинешемским предводителем15.
А где деревня Филипцево? Я помню такую деревню на р. Мере, но это ближе к нам, чем к Щелыкову.
Больше Яковлевых в делах мне не встречалось.
В дворянской родословной книге16 есть:
Яковлев Ларион Исаевич, губернский секретарь,
Яковлева Ульяна Андреевна, коллежская асессорша,
Яковлев Егор Яковлевич, ротмистр,
Яковлев Зиновий Яковлевич, подпоручик
и Яковлев Александр Андреевич – упомянутый выше.
Но в родословной книге не указано, где были их владения.
О Хомутовых.
Легенда о происхождении их от леди Гамильтон оказалась несостоятельной. Известная М.Д. Гамильтон, казнённая при Петре I в 1719 г., – фрейлина Екатерины I, любовница самого Петра и А.Д. Меньшикова – не имеет отношения к Хомутовым. Это я детально и точно установил в Ярославском госархиве: Хомутовы родом из Ярославской губернии, и вся их полнейшая родословная ясна.
Начинается она с XVII века, а родословная этой Гамильтон идёт с 1542 года и нигде никак не соприкасается с Хомутовыми.
Ещё одна легенда развеялась.
Теперь о другом.
Майя и я хотели бы побывать в Щелыкове и Вас увидеть между 1 и 5 июня, это для нас единственно удобное время, т.к. потом всё лето у нас будут гости: жена покойного брата моего Митрофана Александровича с внуком17, затем двоюродная сестра Ольга Викторовна Григорова с подругой18, а затем дочь Галя с внучкой Олей.
Поэтому если это письмо Вас застанет в Ленинграде, то я попрошу Вас позвонить мне по телефону. Мой телефон домашний 2‑06‑29, вечером я всегда дома, лучше звонить около 9 часов. От Вас легче добиться, чем от нас. И тогда я узнаю – будете ли Вы 1–5 июня в Щелыкове.
Пока же я буду продолжать свои занятия в архиве, если меня не прогонят – я уже им, наверное, надоел.
Ещё надо осмотреть фонд 134 – там должны быть планы имений.
А вот дело о бунте крестьян по случаю ввода во владение наследников Кутузова – хоть впору всё переписать. Интересно само по себе, уже вне связи со Щелыковом. Целая драматическая история.
Вот, если удастся увидеть Вас, то я думаю, что мы договоримся обо всём том, что ещё нужно и можно извлечь из Костромского архива. Меня это интересует, и я люблю копаться в старинных рукописях и документах. А теперь все эти Кутузовы, Сипягины, Сабанеевы и другие стали как бы лично знакомыми.
О Полозовых можно очень много данных собрать, это одни из старейших Костромских дворян, равно как и Куломзины, но, в отличие от последних, к 1917 году в Полозовских руках не осталось ни одной десятины земли, а род очень большой был.
О владении Угольским князем Дм. М. Пожарским я вычитал несколько лет назад в сборниках Костромской архивной комиссии, издававшихся в начале нашего века до 1917 г. Но не записал, из какого выпуска – т.к. не думал, что кто-либо, кроме меня, заинтересуется этим. А сам я не думал оставлять какой-либо след. Сейчас не могу сказать, в каком выпуске сборника, надо все их пересматривать, они находятся в нашей областной научной библиотеке.
Насчёт церковных книг церкви Николы в Бережках я узнаю, часть метрических книг есть в фондах консистории, а часть в архиве Загса.
Я плохо себе представляю, где может находиться Филипцево Яковлевых. Может быть, Вы дадите мне что-либо, могущее дать нить к поискам? Ни в ревизиях, ни в родословных я таких Яковлевых не нашёл. Вот если деревня Дорофеево, или Дорофейцево, находится вблизи Филипцева, то это уже даёт кое-что.
Ну вот, наверное, пора кончать.
Надеюсь, что скоро увидимся.
Буду ждать от Вас звонка или письма.
Майя шлёт Вам свой привет.
Если мы соберёмся к Вам в Щелыково – то оба вместе.
Уважающий Вас А. Григоров.

1 Преображенский полк (так же, как и Семёновский) – старейший в русской армии привилегированный лейб-гвардейский полк.

2 Козловская (см. письмо от 16 июля 1968 г. на стр. 84).

3 Егор Григорьевич Сипягин. «Штабс-капитан, в отставке с 1811 г. Галичский земский исправник с 1811 г. Галичский предводитель дворянства» (ед. хр. 1419, л. 10).

4 А.А. Григоров писал эту фамилию и с «а» (Патракеевы), и с «и», но вариант с «и» встречается чаще.

5 О А.Е. Сипягине (1814–?) и бунте в его деревнях см. письмо М.В. Смирнову от 9 марта 1988 г. на стр. 177.

6 В статье А.А. Григорова «Рылеевы и село Угольское» (Григоров А.А. Из истории Костромского дворянства. – Кострома, 1993. – С. 239–240) он ошибочно назван Николаем Александровичем.

7 Подробнее об этом см. в указ. выше статье А.А. Григорова. Но в стстье ошибочно называется долг в 424 000 рублей, в машинописи же этой статьи – 42 400 рублей (ед. хр. 1367, л. 37).

8 Николай Александрович Рылеев (1841–1898). Кинешемский уездный предводитель дворянства в 1875–1883 гг. (ед. хр. 1370, л. 31).

9 Село Угольское купили братья Фёдор Никитич (1837–1899) и Александр Никитич (1838–1909) Витовы. Они были введены в общее владение в 1884 г. Семья Витовых владела Угольским до революции 1917 г. (сообщила О.И. Захарова, Иваново).

10 Имеется в виду история, позднее описанная А.А. Григоровым в статье «Рылеевы и село Угольское»: «Отец Н.А. Рылеева и его мать похоронены на кладбище близ церкви в с. Угольском. Фамилия Рылеевых многих заставила искать их родства с семьёй декабриста. Появилось немало всякого рода легенд, например о том, что Угольское якобы принадлежало Кондратию Фёдоровичу, что там, на реке Мере, была деревня Рылеевка, будто бы переименованная в Рыжовку* по повелению императора Николая I, что местные крестьяне, “любившие своего барина”, будто бы, сумели после казни выкрасть его тело и незаметно привезти в Угольское и там похоронить. Легенды эти упорно поддерживлись многими местными жителями и даже внучкой писателя А.Н. Островского, М.М. Шателен.
На заброшенном кладбище близ церкви на одной из могил кто-то нашёл кусочек надгробной плиты, где можно было прочесть окончание фамилии “…еевы” или “…еев”. Это был осколок плиты с могилы родителей Н.А. Рылеева. Однако находка усилила интерес к легенде, и тогдашний секретарь Островского райкома партии Куликов предпринял эксгумацию, желая извлечь останки Кондратия Фёдоровича и тем самым внести “весомый вклад” в историю декабристов. Эксгумацию произвели, достали гроб с останками <…>» (Григоров А.А. Из истории Костромского дворянства. – Кострома, 1993. – С. 240).
Владимир Иванович Куликов (1924–?), 1-й секретарь Островского райкома партии с марта 1956 г. по август 1958 г. (сообщила Т.М. Карпова, Кострома).

11 Генеральское звание 2-го класса по Табели о рангах в XVIII в.; полный генерал, стоявший рангом ниже генерал-фельдмаршала; соответствовал чинам адмирала и действительного тайного советника.

12 Стольник – придворный чин в России XIII–XVII вв., который был рангом ниже боярского, высшего служебного чина в Русском государстве. Первоначально так называли придворного, прислуживавшего за княжеским или царским столом.

13 Дмитрий Павлович Яковлев (1831–1909). В 1872–1883 гг. председатель Кинешемской земской управы, в 1886 г. управляющий Иваново-Вознесенским отделением Государственного банка. Почётный мировой судья Кинешемского уезда. Ему принадлежала усадьба Панброво, но в последние годы он жил в усадьбе Комарово с семьёй сына Александра Дмитриевича (ед. хр. 1761, л. 40; ед. хр. 1759, л. 7).
Михаил Павлович Яковлев (1825 или 1826–1895). «Инженер-поручик. <…> Гласный Кинешемского уездного земства 1871–1874 гг. Мировой посредник Кинешемского уезда 1-го созыва. Усадьба Комарово» (ед. хр. 1764, л. 50).

14 Александр Андреевич Яковлев (1760–1836). Подпоручик. По статской службе титулярный советник. В 1787–1789 гг. Юрьевецкий уездный казначей, в 1807–1808 гг. и в 1832–1834 гг. Кинешемский уездный предводитель дворянства. Владелец усадеб Дорофеево и Анненское. Опекун малолетних детей генерал-майора Ф.М. Кутузова, но в 1806 г. отстранён от опекунства за растрату и на его имение наложено запрещение, снятое в 1812 г. (ед. хр. 1761, л. 36).

15 Василий Александрович Яковлев (1820–1880). Кинешемский уездный предводитель дворянства в 1866–1867 гг. Свидетель (от невесты) при браке Александра Николаевича Григорова с Александрой Васильевной, урожд. Голубковой (по первому мужу Кораблёва, по второму фон Галафре) (1799–1861), совершившимся 5/VII 1851 г. (там же, л. 46; ед. хр. 337, л. 3).

16 Дворянская родословная книга Костромской губернии хранилась в ГАКО в фонде Костромского губернского дворянского депутатского собрания.

17  Мария Алексеевна Григорова и Саша Курдюков.

18 Наталья Николаевна Григорович.

_____

* Современное написание: Рыжевка. То же написание и в справочнике «Списки населённых мест Российской империи. Т. XVIII. Костромская губерния: Список населённых мест по сведениям 1870–1872 гг.» (СПб., 1877).

~ • ~

26 июня 1968 года

Дорогая Мария Михайловна!
Ваше письмо я получил, благодарю за него и за сообщённые данные.
Теперь напишу немного про дела архивные.
Фотокопирование началось, а я продолжаю разыскивать дополнительные материалы1. В отношении описей Щелыкова 1918 г., то я говорил насчёт того, чтобы снять с них машинописную копию. Вышло вот что. Своей машинистке они не хотят давать, т.к. в рабочее время нельзя, а в нерабочее время она не будет. Оплата по таксе более чем скромная, а выше платить они не могут. Да и машинистка очень малоквалифицированная. Решили делать фотокопии.
Эти акты представляют из себя:
1. Акт на хозяйственный инвентарь, скот и постройки.
2. Акт на домашнюю обстановку и всякую мелочь, вплоть до чашек и ложек. Это, собственно, два акта – один по дому С.А. Островского2, а другой – А.М. Шателен и М.М. Малышевой3. Я думаю, что интересно иметь оба. И ещё выписка о земельном фонде. Заказал со всего этого фото.
Теперь было бы желательно знать сумму, которую можно израсходовать на фотокопии. Это чтобы не влезть в перерасход.
Дело Клыковой-Кокоревой-Трубниковой (это всё одно и то же) я ещё не брал, не дошли руки4. А печатный текст, я думаю, Вы в Ленинграде найдёте в Публичной библиотеке. Я Вам сообщу, в каком выпуске и каком году это опубликовано5.
Теперь мне ещё вот что попалось:
1. Прошение М.В. Островской6 1892 г. об установлении границ с соседними деревнями.
2. Прошение Витова об установлении границ с окрестными владениями 1904 г.
В этом деле есть планы пограничной линии с землями Щелыкова.
Посмотрел то и другое с интересом, но думаю, что для музея и то и другое не нужно. Гораздо интереснее – это экономическое описание Щелыкова и всех соседних деревень, сделанное в конце XVIII века – около 1795 г. Я с него спишу копию, фотографировать это невозможно.
Только сообщите, про одно лишь Щелыково писать или и про Лодыгино, Василёво, Сергеево и др. и до каких пределов (Твёрдово, Угольское и т.д.). В этом описании указаны и прежние владельцы усадеб и деревень – по генеральному межеванию7. Весьма интересно – даже указано, какие рыбы водятся в Сендеге и Куекше, какие звери и птицы живут в Щелыковских лесах. Я уже начал переписывать эту уникальную вещь.
А насчёт Кутузовых – я дознаюсь до самого начала, что и как. И хотя их было «как кроликов», по Вашему выражению, но к концу XVIII века все владения их, за малым исключением, сосредоточились в руках Н.Ф. Кутузова, в 1788 г. он был Костромским губернским предводителем8.
Предстоит ещё большая работа по этому делу, и, быть может, прояснится и насчёт Каменного дома. Но никак не раньше середины XVIII века он мог быть построен.
Сейчас у нас гости из Москвы, которых мы ожидали. Пробудут числа до 5 июля, значит, за это время мне мало что удастся сделать.
Майя шлёт Вам свой привет. Она, как мы вернулись от Вас, заболела и всё находится в плохом состоянии. Астма и что-то ещё, но ни рентген, ни врачебные осмотры ничего пока не дали. Очень жаль её, бедную.
А насчёт жары – то я на неё не жалуюсь. Я больше боюсь холода и сырости, чем жары. Пусть бы подольше и побольше.
Сад наш уже дал нам вчера первую клубнику, а больше пока ничего. Ожидаем огурцов и помидоров, но это ещё не скоро. А редиску уже уничтожили, да её и мало было.
Приедете в Кострому – звоните мне. Я за Вами приеду и Вас к нам доставлю, и с сестрой Вашей9.
Будьте здоровы.
Ваш А. Григоров.

1 По заказу Щелыковского музея Костромской областной архив изготовлял фотокопии и машинокопии отдельных, найденных А.А. Григоровым, документов. Дела велись через А.А. Григорова.

2 Сергею Александровичу Островскому принадлежал старый щелыковский дом, купленный его отцом у своей мачехи; ныне – это мемориальный дом.

3 Марии Михайловне Шателен, по мужу Малышевой, и её брату Александру Михайловичу Шателен (1891 или 1893–1919) принадлежал дом в «новой усадьбе», теперь его называют Голубым домом.

4 Речь идёт об уголовном деле «о найденном на реке Волге мёртовом теле костромской мещанки Александры Павловны Клыковой» (урожд. Трубниковой). В Костроме во 2-й половине XIX в. бытовало мнение, что именно это трагическое событие нашло отражение в пьесе А.Н. Островского «Гроза». Свекровь А.П. Клыковой – Ирина Егоровна, урожд. Кокорева.

5 Имеется в виду статья члена Костромской губернской учёной архивной комиссии Н.И. Коробицына «Опыт комментария к драме “Гроза” (Клыковское дело)», опубликованная в «Костромской старине» (вып. 2, Кострома, 1892, стр. 3–98 [5-я паг.]), в которой автор утверждал, что «основою “Грозы” послужило <…> “клыковское дело”».

6 Мария Васильевна Островская, урожд. Бахметева (по сцене Васильева 2-я) (1845–1906) – вторая жена А.Н. Островского.

7 «В истории русского законодательства так называется мера, предпринятая государством для определения и укрепления границ земельных владений. <…> Правила предписывали “все земли межевать не к именам владельцев, но к именам сёл и деревень, а пустоши к их собственным названиям” <…>» (М. Брун. Генеральное межевание // Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. Т. 15. [Репринт. воспроизведение издания 1890 г.]. – М., 1991. – С. 318, 319). В Костромской губернии генеральное межевание проводилось в 1773–1783 гг. (там же, стр. 320).

8 Правильно: М.Ф. Кутузов (см. письмо от 29 марта 1969 г. на стр. 94 и письмо Д.Ф. Белорукову от 19 ноября 1972 г. на стр. 190).

9 9 июля в Костроме проходило пятидневное республиканское совещание-семинар по вопросам охраны, реставрации и использования памятников истории и культуры. В. Кремнев в заметке «Республиканское совещание-семинар в Костроме» («Северная правда», 10 июля 1968 г.) писал: «<…> участники совещания-семинара совершат поездку по Волге <…> с <…> посещением памятных мест, связанных с именем А.Н. Островского – усадьбы “Щелыково” и могилы великого драматурга в Н-Бережках». Вероятно, на это совещание и собирались приехать, кроме М.М. Шателен, её двоюродная сестра М.А. Островская и заместитель директора Государственной усадьбы-заповедника А.Н. Островского «Щелыково» по научной части Л.И. Антропов (письмо М.М. Шателен от 21 июня 1968 г. // ед. хр. 1102, л. 18 об.).
Марианна Александровна Островская (1899–1988) – дочь сына драматурга, Александра Александровича Островского (1864–1928).
Леонид Иванович Антропов (1911–1979) – архитектор, москвич.

~ • ~

3 июля 1968 года
г. Кострома

Дорогая Мария Михайловна!
Ваше письмо я получил и попытаюсь ответить Вам на все Ваши вопросы.
Первое – о Майе. Дело обстоит неважно; были уже не раз врачи, но положение всё то же: температура вечером до 38о, ужасный кашель и задыхается. Лечат всякими лекарствами, и пока всё без толку. Не знаю, как будет дальше, а пока ничего хорошего не предвидится.
О делах: я говорил о фотокопиях. Буду высылать по мере готовности. Счёт вышлют на некоторое количество готового материала, это для начала. Директор архива1 сомневается, можно ли отдавать негативы. Запросила Москву, но ответа ещё нет.
Экономическое описание 1795 г. для фотографирования вряд ли возможно, дело это очень большое – толстое, надо расшивать, а они не идут на это.
Посылаю сделанную выписку о Щелыкове, а поскольку осталось чистое место – то и ещё кое о чём.
По поводу фонда 134. Кроме уже сообщённого мною, что там есть план границ 1892 г. по размежеванию с соседними деревнями и план 1904 г. границ владения Витова – больше ничего, относящегося до Щелыкова, нет. По некоторым признакам – эти планы должны быть в Кинешме или Иванове.
Сейчас у меня некоторое ослабление в работе, т.к. у нас гости и уходить неудобно на целые дни. Поэтому ещё не брал ни дело Клыковой, ни других. Ещё не всё просмотрел в двух огромных томах экономического описания. Владения написаны в беспорядке, не сгруппированы ни по владельцам, ни по территории, почерки разные, некоторые очень трудночитаемые.
Такие описания, как я посылаю о Щелыкове, есть и о всех других местах – дачах2, как они там названы. Есть Угольское, Покровское, Адищево и, в общем, все сёла, и деревни, и усадьбы, и пустоши. Я бы хотел, чтобы Вы мне написали названия нужных мест – и я бы их переписал, поскольку фотографировать это, по-видимому, не удастся.
О Каменном доме: у меня всё более крепнет убеждение, что сама усадьба Щелыково не имела иных владельцев, кроме Кутузовых, с середины или даже второй четверти 17 века. И точно можно сказать, что ранее начала [XVIII века] или даже после смерти Петра – никаких каменных построек в усадьбах нашей области не было.
А о Кутузовых: с какого времени они владеют Щелыковом – это я обязательно найду. Кое-какие нити уже есть в моём распоряжении.
А о каменных постройках – есть в указе Петра I о запрещении строить их где-либо, кроме Петербурга.
Очень будет жаль, если Вы не сможете ещё раз приехать в Кострому. Мы были бы очень рады видеть Вас у себя, личное общение гораздо полезнее, чем письменное3.
Может быть, всё-таки попадёте в Кострому?
Буду Вам писать, как идут дела и что ещё нового попадётся, пока же – кончаю.
Майя шлёт Вам свой привет и тоже зовёт Вас приехать.
Будьте здоровы.
Ваш А. Григоров.

1 Вера Константиновна Колбасова (1921–1993), директор ГАКО в 1957–1975 гг.

2 Дача – «термин действующего межевого законодательства, единица генерального межевания, пространство земли, обведённое при генеральном межевании круговыми межами и приуроченное не к именам владельцев, но к именам сёл, деревень и пустошей. Происхождение этого названия коренится в поместной системе, при которой государь раздавал земли за службу <…>» (Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. [Репринт. воспроизведение изд. 1890 г.]. Т.  19. – М., 1991. – С. 162).

3 М.М. Шателен 28 июня 1968 г.: «Насчёт Костромы пока ничего не знаю. Директор4 и его заместитель говорят, что никаких билетов и приглашений они ни для кого не получили. Я писала Б.Д. Капустину5 дважды (1 письмо домой, другое – в Управление), ответов ни на одно не имею. Если так будет и дальше, то, хотя у меня и есть один билет, который мне тогда Капустин дал, не как приглашение, а просто для ознакомления, я в Кострому приехать не смогу, так как транспорта мне не дадут не только до Костромы, но даже и до “Ракеты”*.
Нужно официальное приглашение» (ед. хр. 1102, л. 20 об.).

4 Директор – Пётр Наумович Ельчанинов.

5 Борис Демьянович Капустин (1919–1997) – начальник Костромского областного управления культуры.

___

* «До Ракеты» означает «до пристани в Кинешме».

~ • ~

12 июля 1968 года
г. Кострома

Многоуважаемая Мария Михайловна!
Очень я сожалею о том, что не пришлось увидать Вас во время Вашего пребывания в Костроме. Если бы знать, что Вы будете заняты последний вечер, то я бы ведь мог прийти к Вам в предыдущие вечера1. Но теперь уже поздно об этом сожалеть.
Я посылаю вам письмо архива о фотопринадлежностях. Хорошо было бы знать, что будет предпринято со стороны Дирекции по этому поводу. А то я боюсь, что вся эта затея с фотокопиями останется невыполненной. Архив хотел посылать счёт заповеднику на 100 руб., это в виде аванса – видимо, с тем расчётом, чтобы, как говорится, «начать дело». Но теперь они передумали – то ли, мол, достанут, то ли нет. И решили не посылать лучше, т.к. сомневаются в том, удастся ли этот заказ выполнить.
Материалы все мною подготовлены, дела отобраны, в нужных местах сделаны закладки и на закладках надписи – что именно надо фотографировать, и я просил не убирать пока эти дела на свои постоянные места. Поэтому очень желательно быть в курсе дела, поскольку я являюсь теперь вроде как бы «заинтересованным лицом».
Ещё посылаю вам выписку об Угольском и Адищеве – может быть, Вам это будет интересно.
15 числа выпишу Вам нужные места из раздельного акта 1813 года – а затем уже не знаю, чем и заняться.
Нужно ли копаться в ревизских сказках? Для меня, конечно, это очень интересно, но даст ли что это музею?
Буду ждать от Вас дальнейших указаний и советов.
Майя шлёт Вам свой сердечный привет, мы было вчера собрались к Вам, поприоделись по-парадному и ждали Вашего звонка – но пришлось разоблачаться и удовольствоваться только телефонным разговором с Вами. И Вам не пришлось побывать у нас, а я хотел Вам показать фотографии наших усадеб и предков, может быть, это было бы Вам интересно.
Ну – оставим это до лучших времён. Будем живы – ещё впереди 1969 год, по крайней мере. Может быть, и в 69 году Вы будете в Щелыкове, и тогда уже соберётесь в Кострому без каких-либо официальных дел, и тогда побываете у нас.
Вот пока и всё.
У меня появилась заманчивая мысль: на основе всех материалов, прошедших через мои руки, написать маленький исторический обзор о землевладении в этом уголке Кинешемского уезда – реки Мера, Медоза, Сендега – и оттенить историю родов Кутузовых и Полозовых. Может быть, за зиму что-нибудь и сделаю2.
Поражает размер владений Кутузовых и Полозовых и то, что к концу 19 века в их руках уже не было ни одного клочка земли.
На этом пока и закончу.
Пожелаю вам доброго здоровья и всякого благополучия.
Ваш А. Григоров.

1 Значит, поездка М.М. Шателен в Кострому на республиканское совещание-семинар всё-таки состоялась.

2 М.М. Шателен 20 июля 1968 г.: «Однако, чтобы Ваша статья была полнее, мне кажется, Вам следовало бы, в один из Ваших приездов в Ленинград, поработать в архиве Ленинградского Отделения Института Истории Академии наук, познакомиться с архивом академика Лихачёва. Там очень много помещичьих архивов Костромских помещиков. У меня все шифры выписаны. Я пыталась с ними работать, но рукописи 15–17 вв. мне не по зубам, я в них не могу разобраться. Но в архив я Вас введу, у меня к ним доступ есть» (ед. хр. 1102, л. 2, 22 об.).
Николай Петрович Лихачёв (1862–1936) – историк, генеалог, коллекционер; один из крупнейших специалистов по истории русского средневековья.

~ • ~

16 июля 1968 года
г. Кострома

Дорогая Мария Михайловна!
Исполняю Ваше желание – посылаю Вам переписанное мною дело о разделе Щелыкова 1813 года.
Сегодня отдал эти листы в фотографию. Уже сделали ряд негативов, но печатать не могут, т.к. нет бумаги.
Надо что-то предпринять, иначе ничего не сделаем. Сколько времени Вы ещё думаете пробыть в Щелыкове? Успеем ли до Вашего отъезда закончить эти дела?
Меня всё это интересует, т.к. приходится много уделять внимания этому, иначе ничего не сдвинется с места.
Сообщите, что думаете насчёт бумаги?
Счёт рублей на 100 – за фотоработы, авансом – попрошу выслать на днях.
А что же с моим договором?
Будет ли толк или нет1?
Сегодня мне посчастливилось найти часть родословной Кутузовых и установить их родство с Полозовыми. Это так: дед Фёдора Михайловича, тоже Фёдор Михайлович, живший около 1700 г., имел старшего брата – Ивана, дочь которого – Матрёна, была первой женой Григория Фёдоровича Кутузова2.
У этой Матрёны была дочь Наталья, в замужестве Порхомова (около 1720–1740 гг.), умерла бездетной, а полученные ею от отца – Г.Ф. Полозова – деревни, в т.ч. и Щелыково, достались ближним родственникам – Кутузовым: Никите, Фёдору, Петру и Евграфу; от них – Преображенскому капитану М.Ф. Кутузову, его брату бригадиру И.Ф. Кутузову и их потомкам – сыновьям М.Ф. Кутузова (в 1763 г. Ф.М. Кутузов – капитан-поручик 1-го гвардейского Преображенского полка, братья его: Пётр – сержант, Александр – кадет и Алексей – паж).
Мать их – Наталия Андреевна, урождённая княжна Козловская, от неё досталось им Угольское с деревнями.
Некоторые деревни – например, Филипцево, Лодыгино, Фомицыно, были променяны Кутузовыми на другие деревни.
Завтра пойду ещё искать кое-чего в ревизских сказках XVIII века.
Майя вроде бы поправилась, но не совсем, всё ещё чувствует себя слабой.
Жду от Вас вестей, в первую очередь, о фотобумаге.
Ваш А. Григоров.

1 Впервые о договоре М.М. Шателен писала 21 июня: «Я его составила сроком с 3/VI по 1/VIII и перечислила все работы, которые Вы фактически в большинстве уже сделали. Я сегодня спрашивала у директора о его судьбе, он сказал, что ещё в переписку не давал, но сегодня даст» (ед. хр. 1102, л. 18). Возвращается она к договору и 28 июня: «Я только что сейчас говорила с директором. Он просил передать Вам: 1) чтобы Вы не беспокоились насчёт договора, он пока ещё не отпечатан, поэтому и не послан, но всё будет в порядке и деньги свои Вы получите; 2) на фотокопии денег хватит, можно заказывать всё, что Вы сочтёте нужным» (там же, л. 19, 19 об.) На прямой вопрос А.А. Григорова она отвечает 20 июля: «О Вашем договоре. Я ещё несколько раз напоминала директору, он твердит лишь одно: пусть не беспокоится, работает, всё будет в порядке – и договор подпишем и деньги он получит. Я Вас очень прошу, Александр Александрович, прекратите сейчас нашу работу и напишите сами директору письмо, в котором укажите, что договор у него не подписан 2-й месяц, что срок его истекает через две недели, ипросите его немедленно договор подписать и Вам выслать, а пока что Вы свою работу прекратили впредь до получения договора. Авось подействует. Зовут его Пётр Наумович Ельчанинов» (там же, л. 21 об., 22).

2 Фамилия «Кутузова» зачёркнута и написано (вероятно, М.М. Шателен): «Полозова».

~ • ~

23 июля 1968 года

Дорогая Мария Михайловна!
Ваше письмо я получил, благодарю за него. Но из этого письма я заключил, что Вы получили только одно моё письмо после возвращения из Костромы, а я посылал Вам два. В одном – выписка из раздельного акта сестёр Кутузовых, а в другом (оно послано раньше) – выписки из экономических описаний Угольского и Адищева. Будет жаль, если это до Вас не дошло, но если точно, что Вы этого письма не получили, то я могу восстановить и снова послать Вам, буде это Вам интересно.
А в части поисков старого Щелыковского дома, от которого остались основания – круглые кирпичные площадочки, – то я, пожалуй, с Вами соглашусь, что упомянутый в документе 1777 года дом – это и есть тот самый, от которого остались следы. Он действительно мог быть деревянным на каменном основании, мог сгореть без остатка. От каменного же наверняка остались бы более значительные руины. Об остальном – доме на острове, каменных конюшнях и т.д. – я ничего не могу прояснить.
В части церкви в Угольском, то в посланном Вам экономическом описании Угольского там значится 1795 г. или около того. «И в оном селе состоит церковь деревянная об одном этаже настоящая Похвалы Пресвятой Богородицы холодная, с двумя приделами 1-й Николая Чудотворца и 2-й Рождества Предтечи и Крестителя Господня Иоанна и Сергия Радонежского Чудотворца тёплые». А на странице 122 книги «Церкви Костромской епархии», СПб., 1909, читаем: в с. Угольском церковь каменная построена на средства Г.В. Сабанеева и Н. Патрикеева.
Известно, что в 1813 г. Любовь Фёдоровна Кутузова была ещё не замужем, стало быть, Патрикеева там не было. ½ часть Угольского была приданым Л.Ф. Кутузовой, вышедшей замуж за Н. Патрикеева. По 7‑й ревизии ½ часть Угольского с деревнями числится во владении Л.Ф. Кутузовой – это год 1816. А дата постройки каменной церкви – после 1817 года. Все эти материалы – кирпич и тёс, брёвна – мне кажется, частью пошли на Угольскую церковь.
Вообще-то, много надо допускать по догадкам.
О плёнке и бумаге. Здесь по-прежнему подходящего нет. Есть и бумага, и плёнка – но бумага маленького размера (6х9, 9х12, 13х18), а плёнка – только 250.
Я думаю, что должны оплатить по чекам.
Я договорился с заведующей фотолабораторией, она согласна сделать работу на их плёнке (у них кое-что есть, но они жмутся), говорит – как-нибудь натяну, а Вы потом, дескать, возместите. А бумаги, по её словам, у них нет совсем. Я смотрел их работу для других – они всё делают на бумаге заказчика.
Если Ваш директор не оплатит, я попробую договориться с нашим архивом – может быть, они заплатят. Буду ждать вестей от Вас1.
1. О договоре и деньгах. Я ничего не буду писать об этом Вашему директору. Я не из-за денег взялся Вам помочь, и если ничего нельзя сделать, то я и не в претензии.
Конечно, если смогут заплатить – я отказываться не буду, но надоедать с этим кому-либо – не буду.
2. В части писания статьи – то это всё ещё не окончательно улеглось и утряслось в моём представлении. Впереди зима – и за зиму что-нибудь я придумаю. А куда поместить – это я найду журнальчик. А вот с иллюстрациями дело хуже. Их нет. У меня есть только фотографии нашего дома и Покровского (Григоровых)2. И больше – ничего. А фотографии документов – я думаю – ни к чему. Конечно, буду в Ленинграде – я воспользуюсь Вашим содействием, чтобы сунуть свой нос в архивы. Это моя страсть – навязчивая идея – родная старина.
Вот всё о делах. Теперь о нас самих.
Майя здорова, старается по возможности уберечься от вторичной простуды, но погода – прямо в гроб вгоняет. Сегодня даже нет и десяти градусов, ветер северный и всё время холодный дождь.
Надежды на огурцы нет, всё погибает от холода и мокрá.
Появились грибы, причём только одни белые – других почти что нет. Я как-то выбрал денёк – пошёл в лес, нашёл 18 белых, отличных, и немножко других. На другой день пошли вдвоём с Майей, но потерпели неудачу. Я нашёл всего 3 белых, а она – ни одного. Пришли домой почти что с пустыми корзинами. Ягоды все – земляника, черника, малина – от дождей наводопели3, водянистые и не сладкие.
Получил от А.И. Ревякина в подарок книгу «Островский в Щелыкове». Буду ему писать свои маленькие поправки, в общем они не существенны и совсем не касаются до А.Н. Островского4.
Долго ли Вы думаете пробыть в Щелыкове?
Мая шлёт Вам свой сердечный привет и очень жалеет, что Вы у нас не побывали, как и я тоже.
Пишите – я рад Вашим письмам всегда.
Ваш А. Григоров.

В первом моём письме я посылал письмо архива на имя Вашего директора о фотоматериалах. Неужели и оно пропало?

1 М.М. Шателен 6 августа: «Бумагу и плёнку мы из Москвы получили 2 недели тому назад. Всё дело стоит 14 руб. 70 коп. Но дальше ни с места. Я хотела сама отправить всё в Архив, но мне не дали. Завтра едет в Кострому хозяйственник, просила директора послать с ним, но не знаю, сделает ли он это» (ед. хр. 1102, л. 23 об.).

2 Усадебные дома Григоровых в Александровском и По¬кровском.

3 Местное слово, означающее «напитаться водой».

4 Александр Иванович Ревякин (1900–1983) – профессор, ли¬тературовед, исследователь жизни и творчества А.Н. Островского, автор названной книги и книги «Москва в жизни и творчестве А.Н. Островского» (М., 1962). Книгу «А.Н. Островский в Щелыкове» (Ко¬строма, 1957 г.) он послал из Щелыкова 19 июля 1968 г. В 1968–1977 гг. переписывался с А.А. Григоровым. А.А. Григоров не только сообщал А.И. Ревякину «маленькие поправки» – в письме М.М. Шателен от 8 октября 1971 г. (ед. хр. 1104, л. 21 об.) говорится: «Вы мне писали, что, по возможности, исправи¬ли ему "клюкву". <…> Видимо, он просил Вас сообщить ему сведе¬ния о соседях по Щелыкову, что Вы, как добросовестный человек, и сделали. Не знаю, от кого он получил сведения и об истории Ще¬лыкова – может, тоже от Вас». Во всех письмах А.И. Ревякина, находящихся в фонде А.А. Григорова, содержатся просьбы сооб¬щить всё, что может пригодиться для его книги, а также задаются конкретные вопросы (см. Приложение № 3 на стр. 505). Поэтому А.А. Григоров имел все основания написать: «Автор этих строк оказывал помощь А.И. Ревякину в написании книги "А.Н. Островский в Щелыкове" – 2 е издание, вышедшей в начале 1979 г. в издательстве ВТО*» (ед. хр. 2331, л. 2). Сам А.И. Ревякин в тексте 2-го издания книги об этом написал так: «Беседы с А.А. Григоровым, знатоком кинешемского дворянства, помогли мне внести в книгу ряд уточнений» (Ревякин А.И. А.Н. Островский в Щелыкове. – М.: ВТО, 1972. – С. 6). В тексте монографии «А.Н. Островский в Щелыкове» имеются ссылки на А.А. Григорова (см. стр. 118, 171,172, 174, 287).

___

* В выходных данных указан 1978 год. ВТО – Всесоюзное теат¬ральное общество, ныне Союз театральных деятелей (СТД).

~ • ~

8 августа 1968 года
г. Кострома

Дорогая Мария Михайловна!
Только что отправил Вам открытку, вернулся домой – и получил сразу 2 Ваших письма. Договор подписанный возвращаю на Ваше имя. Теперь – для получения денег я напишу счёт, а кто мне подтвердит проделанную работу? Не надо ли будет послать счёт сперва Вам на визу? Сообщите мне об этом.
Теперь – раз вы уезжаете 18‑го в Ленинград, то Вам писать на Щелыково, пожалуй, не нужно?
Все Ваши поручения я, конечно, выполню. К Капустину сегодня же пойду и пошлю Вам открытку с извещением, что первое Ваше поручение выполнено1.
Остальные – о делах Щелыковских и Кутузовских – буду делать позже, т.к. сейчас мне, как и Вам, очень мешают грибы.
Сейчас как-то все эти дела сами собой отошли на задний план. А грибы – чудо! Такие хорошенькие, свеженькие, аппетитные!
Сейчас я Вам ничего нового о Щелыкове писать не могу, уже давненько в архиве не был.
Описи 1918 года: для Вас попрошу их сделать, видимо, обе, т.е. вернее – все три? Не так ли?
Я в затруднении насчёт ревизских сказок. Только ли по одному Щелыкову Вы бы хотели иметь или и по другим селениям? Это очень громоздкое дело и для фотокопирования трудно выполнимо.
Ну, да я не хотел в этом письме про дела писать, ибо тороплюсь – сегодня провожаю внучку в Москву на экзамены, она волнуется очень, и за неё и мы все.
Поэтому пока что кончу.
Пока не уехали – напишите мне ещё из Щелыкова.
Майя шлёт Вам привет и целует.
Будьте здоровы.
Ваш А. Григоров.

1 М.М. Шателен 25 августа: «Я очень беспокоюсь за судьбу церковных ценностей, в частности икон, ибо имеются серьёзные сигналы о том, что с ними неблагополучно и они мало-помалу исчезают. Это очень странно. Боюсь и за дом председателя колхоза на школьном участке. Я уехала, и директор, вопреки всем запретам, вполне может разрешить достройку. И, наконец, меня беспокоит и вопрос с генпланом Щелыкова. Где он? Представитель Министерства культуры РСФСР должен был оставить его со всеми замечаниями у Капустина, а тот должен был послать в Щелыково. Так где же он? Все три вопроса, с которыми я обратилась к Капустину, так и остались для меня не разрешёнными» (ед. хр. 1104, л. 26.).
На участке возле Щелыковской начальной школы (бывшее начальное народное училище, построенное вдовой драматурга Марией Васильевной в 1897 г. и с 1899 г. называвшееся «Школа А.Н. Островского») строил дом председатель соседнего колхоза им. А.Н. Островского Борис Павлович Сергеев – будущий директор музея-заповедника. Дом достроен не был, а сруб его Б.П. Сергеев продал (сообщено Л.М. Непряхиной и Н.А. Смирновой, Щелыково).

~ • ~

13 августа 1968 года

Дорогая Мария Михайловна!
Ваше письмо от 9/VIII получил вчера.
Теперь, наверное, Вы получили моё письмо с договорами.
Сегодня постараюсь послать счёт. Ваше вложение дошло в целости и сохранности. Постараюсь Ваш заказ выполнить и вышлю в Ленинград бандеролью.
Подпись: Письма к Б.С. Киндякову  (1969–1974)
Теперь насчёт бумаги (фото). Я давненько не был в архиве (мешают грибы), но мне звонили оттуда, когда получили от Вас фотоматериалы. И сказали, что надо ещё. Но я пойду туда и проверю. Если 10 плёнок – это 360 кадров, то, считая по 2 негатива (для архива 1 и для музея 1) – это будет 180 единиц; а, по-моему, не более того и отобрано мною листов для фотокопирования. Значит, плёнки должно хватить.
Бумаги Вы послали 140 листов, надо будет часть документов делать на ½ листа, тогда и хватит. А если для Вас лично (описи 1918 г.), то я своей бумаги дам, на это понадобится листов 20.
На днях пойду в архив и всё это выясню и доделаю.
Теперь повторю, что отобрано для фотокопирования.
1. Духовное завещание Николая Фёдоровича.
2. Прошение его же о внесении в родословную книгу.
3. Прошение Эмилии Андреевны1 о том же.
4. Прошение Александра Николаевича о том же.
5. Прошение Сергея Александровича о том же.
6. Родословная.
7. Дело о вводе во владение Николая Фёдоровича.
8. Дело о присвоении имени Александра Николаевича школе.
9. Описи имения 1918 г.
10. Раздельный акт 1813 г.
Насчёт дела А. Клыковой у меня сомнения есть: надо ли это, т.к. А.И. Ревякин убедительно доказывает, что «Гроза» была уже написана к тому времени, когда случилось самоубийство Клыковой2?
О ревизских сказках: материалов 1‑й ревизии по Щелыкову я не нашёл (сохранилось очень немногое по этой ревизии). По 2‑й ревизии и 3‑ей (17473 и 1762 г.) я нашёл только Щелыково, а других деревень не нашёл.
4‑й и 5‑й ревизии я ещё не смотрел. Но думаю, что фотографировать не стоит – ведь это перечни имён крестьян и указание их возраста, больше там ничего нет.
На это пойдёт очень много фотоматериала, а его нет. Стоит ли овчинка выделки? Для образца посылаю список с одной сказки.
Документ с тремя господскими домами краток, я его спишу и Вам пришлю, но вряд ли он прольёт свет на Ваши разыскания.
Думаю, что это письмо Вас застанет ещё в Щелыкове. А следующее – уже буду посылать на Ленинград.
Грибы белые у нас уже отошли, остались одни рыжики и сыроежки; груздей – я не знаю мест, где искать их. А других грибов нынче почему-то совсем нет. Но белых мы уже натаскали и насушили на весь год.
Всё лето ждали к себе в гости дочку с внучкой, а дочке отпуск всё оттягивают да оттягивают; вот теперь пишет, что может быть с 20 числа, а уже и лето кончается.
Так и сами никуда не съездили, и дочка не приехала ещё, да не знаю – и приедет ли.
Осенью я думаю побывать в Ленинграде – и буду очень Вам признателен, если Вы мне поможете попасть в Центральный Исторический архив, там мне надо найти материалы о Соймоновых (дела департамента герольдии4). И ещё хотел бы кое-что уточнить о Кутузовых. У меня есть кое-что, в частности, родство их с Полозовыми и кн. Козловскими, но этого мне мало для того, чтобы восстановить картину всех владений их и преемственности5.
Я пришёл к убеждению, на основании всех просмотренных документов, что никаких других владельцев, кроме Кутузовых, у Щелыкова не было, во всяком случае – с 1627 года. Правда, я видел один очень древний документ, в котором написано так: «вотчина Василья да Ивана и Варвары детей Балакиревых сельцо Челыково, а в нём дворовых людей 12 душ», но относится ли Челыково к Щелыкову – не знаю, а Балакиревы владели соседним Покровским; даты на документе нет, а по письму его следует датировать началом 17 века.
Кутузовы же были жалованы царём Михаилом Фёдоровичем за службу в 1619 году во время похода польского королевича Владислава на Москву землями и поместьями в Костромском и Кадыйском уезде, в общем – тут ещё непочатый угол для работы исследователя.
А тут ещё Куломзин, с его Шалыковом да с Глебовым и Полозовыми!
Вот, установив поимённо всех Кутузовых и их родственные связи, по владению деревнями в 17 веке можно добраться будет до начала.
Но с 1684 г. Щелыково уже достоверно в руках Кутузовых.
Вот и всё пока.
Майя здорова и целует Вас.
Будьте здоровы, желаю Вам счастливого пути в Ленинград.
Ваш А. Григоров.

1 Эмилия Андреевна Островская,урожд. баронесса фон Тессин (1812–1898) – мачеха А.Н. Островского, к которой перешло Щелыково после смерти его отца.

2 См.: Ревякин А.И. А.Н. Островский в Щелыкове. – М., 1978. – С. 192.

3 В письме от 3 мая 1968 г. временем 2-ой ревизии указан 1744 г. (см. стр. 79).

4 «Департамент Герольдии – структурная часть одного из высших государственных органов царской России – Правительствующего Сената. Он имел следующие функции: 1. Заведовал делами о дворянстве и дворянских книгах, т.е. рассматривал права на дворянское достоинство, титулы князей, графов и баронов, а также на почётное гражданство с соответствующей выдачей актов о принадлежности этих прав: грамот, дипломов и свидетельств; 2. Рассматривал дела о перемене фамилий всех этих категорий лиц; 3. Пересматривал решения бывшей Герольдии (предшественницы Департамента Герольдии. – А.С.) в случае жалоб; 4. Пояснял и подтверждал законы, относящиеся к департаменту; 5. Занимался сочинением гербов, составлением гербовников дворянских родов и городов, выдачей копий с гербов и родословных, составлением списков дворянам, лишённым дворянского достоинства» (Ерошкин Н.П. Гербовое отделение сенатского Департамента Герольдии в начале XX века // Геральдика: Материалы и исследования. – Л., 1987. – С. 5).

5 В Центральном государственном историческом архиве (ЦГИА, ныне РГИА) А.А. Григоров, по всей видимости, работал. В фонде А.А. Григорова имеется выписка из воспоминаний А.Н. Куломзина «Пережитое», хранящихся в этом архиве (ф. 1642) и в которых, в частности, речь идёт об Островских.

~ • ~

21 августа 1968 года1

Дорогая Мария Михайловна!
Надеюсь, что Вы благополучно добрались до Ленинграда и уже отдохнули после Щелыковского лета. Ведь Вам там столько бывает забот, хлопот и неприятностей!
Ваше поручение я уже выполнил. Отправил бандеролью матрёшек – они стоят: 3 матрёшки по 80 коп., 2 матрёшки 58 коп. и 1 матрёшка 43 коп., всего 1–81 и пересылка 33 коп.
Надеюсь что это то, о чём Вы просили.
Теперь о бумаге.
Посланный из Щелыкова доставил в архив только 8 катушек плёнки и 5 пачек бумаги, т.е. 100 листов. Этого недостаточно. Надо ещё доставать бумаги, лучше всего № 7, раз уже начали на этом номере работать. Я дал заказ на бумагу в местный Роскульторг – они посылали на фабрику бумаги, но привезли только размер 9х12, 9х14, а заказанного мною размера 24х30 и 18х24 на Переяславской фабрике нет.
Думаю, что легче достать в Ленинграде.
Негативы отпечатаны все, но на бумаге ещё не печатали, кроме проб, ничего.
Вашу просьбу о лишнем экземпляре описей 1918 г. я передал, обещали сделать.
Надо также Ваши указания иметь по делу Клыковой-Кокоревой-Трубниковой и по поводу ревизских сказок.
Счёт и договор я послал на имя Антропова, но ни ответа, ни денег не получил2.
Сейчас в архиве в отпуске Диана Васильевна, и я до её возвращения не хочу новых дел брать. Она вернётся около 10 сентября3.
Дома у нас дела такие.
Майя чувствовала себя всё это время нормально, даже несколько раз мы с ней за грибами вдвоём ездили (обычно я один езжу). Вчера также поехали, но уже в большем составе – т.к. 19/VIII к нам в отпуск приехала дочь Галя с внучкой Олей, 5‑ти лет, из Ростова, да ещё из Москвы – двоюродная сестра. Погода была чудесная, настоящий жаркий летний день, даже слепни и комары кусались. Грибов набрали корзину, но белых уже нет. Всего один Галя нашла. Больше маслята, рыжики и т.д. А сегодня Майя опять что-то занедужила.
В саду (или огороде) поспевают огурцы, помидоры, домик садовый почти уже готов.
Дни стоят уже с неделю хорошие, летние, солнца вдоволь, и на Волге на пляжах опять масса купающихся.
А для установления самого древнего владения Щелыковом надо искать данные в писцовых книгах Кадыйского, а быть может, Кинешемского уезда, волости Куекотской. Это будет 1620–1630 гг. Затем нужна родословная Кутузовых.
У меня есть родословная Кутузовых; начало – стольник Михаил Васильевич Кутузов (1644–1684 гг.), конец – братья Кутузовы: Фёдор Михайлович, Алексей Михайлович, Александр Михайлович и Пётр Михайлович, дата 1763 г. В этот год Щелыково принадлежало Ивану Фёдоровичу Кутузову, дяде Фёдора Михайловича. Его, Ивана Фёдоровича, двоюродная сестра, Матрёна Ивановна, была замужем за Г.Ф. Полозовым. Род Кутузовых прекратился в 1812 г. со смертью последнего из мужчин – Н.Ф. Кутузова.
Установив родственные связи Кутузовых с другими фамилиями, как-то: Радиловы, Лобановы-Ростовские, Загряжские и др., – можно проследить, как вокруг Щелыкова собирались другие владения, достигшие ко времени Ф.М. Кутузова (второго, т.к. его дед тоже был Фёдор Михайлович) огромных размеров, вплоть до д. Башкариха, Киленки и др. – это уже на р. Медозе, – и как часть деревень, путём браков, отпадала от этого имения (Лодыгино и др.).
Интереснейшая работа, но завершить её можно только путём осмотра писцовых книг и родословных. В наступающую зиму буду пытаться продолжать работу в этом направлении.
А пока же – буду пользоваться погожими деньками, чтобы больше времени проводить на лоне природы. Это для меня наивысшее наслаждение.
Буду рад получить от Вас письмо с Вашими дальнейшими указаниями, советами и поручениями.
Желаю вам всего лучшего, Майя целует Вас и также шлёт свои наилучшие пожелания.
Ваш А. Григоров.

1 В левом углу 1‑й страницы письма написано: «Получено 25/VIII. Отвечено 25/VIII».

2 М.М. Шателен 25 авгусата: «Что же касается счёта, он мне перед самым отъездом сказал, что получил его, и обещал быстренько пустить в оплату. Хорошо было бы, если бы Архив тоже послал им счёт, это было бы некоторым подтверждением Вашей работы.
Ведь вот я какая, забыла, почему Вам не платят. Мне же Антропов сказал, что Вы не дослали несколько аннотаций (это, насколько я помню, по пункту 5 договора, сведения о “смежниках” Кутузова). Вышлите им эти аннотации, если у Вас на них в Вашем талмуде уже есть сведения, или сообщите, что вышлете сразу после выхода Дианы Васильевны из отпуска.
И напишите ему, что, поскольку он выслал Вам не всю заказанную плёнку и бумагу, их на выполнение заказа не хватит – пусть вышлет ещё» (ед. хр. 1102, л. 26).
«”Смежники” Кутузова» – владельцы соседних со Щелыковом усадеб, породнившиеся с Кутузовыми через браки.

3 Диана Васильевна Николаева (1924–2007) – младший научный сотрудник, работающая в читальном зале ГАКО (архив комитета по делам архивов Костромской области; ф. р-2196, оп. 11, л/с д. 16, л. 19); фактически заведующая читальным залом до 1969–70 г.

~ • ~

30 августа 1968 года
г. Кострома

Дорогая Мария Михайловна!
Ваше письмо я получил и спешу ответить без задержки.
Отвечаю на все Ваши вопросы.
1. О Капустине. Ваше письмо я в тот же день лично отнёс ему в кабинет и отдал из рук в руки. Вам об этом тотчас же написал в Щелыково открытку, в которой эзоповским языком сообщил об этом. Капустин при мне письма Вашего не читал, поблагодарил меня за доставку – и только.
Что им предпринято по Вашему письму и предпринято ли что-либо – я не знаю.
2. Об Антропове. Я получил от него письмо, в котором он извещал меня о получении им подписанного трудового соглашения на 100 руб. и счёта моего и просил выслать краткие аннотации о «смежниках» Щелыкова, что я тотчас же исполнил, но пока ничего нет. Ему – т.е. Антропову, я написал о том, сколько доставлено в архив фотоматериалов, и просил достать и прислать ещё бумаги. Там, в архиве, дела такие: на плёнку снято всё, что я отобрал, получилось недурно. А не отобрано у меня из Вашей заявки осталось дело о «Грозе» и ревизские сказки. Так как больше нет плёнки и бумаги недостаточно, то пока я больше ничего не отбирал.
3. О фотобумаге. Есть ли в Ленинграде бумага? В Москве и у нас нет. Посылали на фабрику в Переяславль по моей просьбе, но там оказались малые форматы: 9х12. Если в Ленинграде есть бумага размером 24х30 или 18х24 №№ 5, 6, 7, то есть смысл купить 5 пачек – это 3–50 или 8 руб. (смотря по формату) – и прислать бандеролью мне. Напишите, если есть, и я вышлю денег. Это для вашего заказа1 и для меня. А музей пусть сам достаёт и шлёт.
Подожду немного – и опять напишу Антропову.
4. О документе с тремя домами. Я его списал и Вам вышлю, только маленько повремените – сейчас некогда.
Теперь у меня к Вам несколько вопросов.
О «Челыкове» и его владельцах – Балакиревых. Что Вы об этом думаете? Я писал Вам о находке этого документа, к сожалению, недатированного.
Я прошу Вас подождать вот почему: сейчас у нас гостит дочка с внучкой, мы им отдали нашу спальню (в то же время мой кабинет), и там в столе все бумаги, и в комнате царит внучка, всё занято её вещами и игрушками. Ей 5 лет, она «дедушкина внучка» – без деда не ест, не ложится спать и т.д.
Они уедут недели через две, и тогда я займусь делами. А сейчас до моих тетрадей и не добраться – всё убрано подальше.
Погода и у нас чудесная, хочется каждый такой день использовать с максимальной отдачей – кто знает, долго ли ещё простоят такие дни.
Хожу также и за грибами; правда, белые уже кончились: найдёшь за поход 4–8 шт., и то уже не такие хорошие. Беру другие грибы – какие попадутся, да и те уже мало попадаются – очень сухо. Но тепло – днём до +26о, а ночью около +15о.
В саду уже почти всё убрали, т.е. помидоры, которых очень много. А огурцов – маловато. Дом уже готов, завтра молодёжь в нём будет праздновать новоселье.
Старшая внучка – Галя – 31/VIII уезжает в Москву, она выдержала отлично экзамен в физкультурный институт, на тренера будет учиться – она отличная спортсменка. Уедет она, потом дочь с малышкой, начнутся осенние дни – и тогда я всё, что намечено в архиве, – доделаю.
Вот и все наши новости.
Майя Вас целует, сейчас она «в норме», но что-то всё ещё не так. По дому и даже в саду всё делает, а вот ходить за грибами – воздерживается. Я же не могу усидеть в такие дни – лес, река, вообще, наша самая для меня лучшая среднерусская природа – дороже всего. Хоть и без грибов, всё равно не могу быть в такую погоду в городе.
Внучка, наша малышка, приехала – и заболела свинкой. Отлежала 7 дней, теперь опять весела и здорова.
У меня есть кое-какие соображения насчёт истории Щелыкова: оно принадлежало не отцу Ф.М. Кутузова – Преображенскому капитану Михаилу Фёдоровичу, а его брату – бригадиру И.Ф. Кутузову. Этот документ я Вам тоже вышлю (копию, конечно). А отец М.Ф. и И.Ф. Кутузовых – Фёдор Михайлович (первый) – был лейб-кампанцем Преображенцем, вводил на престол Елизавету Петровну в 1741 г. Его отец – Михаил Васильевич – был стольником матери Петра I, все они владели деревнями в окрестностях Щелыкова.
Пока кончаю. Напишу вскоре ещё.
Будьте здоровы, жду Ваших писем.
Ваш А. Григоров.

1 М.М. Шателен 6 августа просила заказать для неё лично один комплект фотокопий Щелыковских описей.

~ • ~

18 сентября 1968 года
г. Кострома

Дорогая Мария Михайловна!
Ваше последнее письмо от 8 сентября с/г я получил. Сейчас, поскольку все наши гости разъехались – 14 числа посадили в самолёт дочку и внучку, а 15 числа уехала двоюродная сестра, – наша жизнь опять входит в обычную колею и можно снова заниматься делами.
О Вашем личном заказе: я Вам послал один из худших отпечатков, по нему не судите о всей продукции. Это ведь с плохого оригинала, причём оригинал – не первый экземпляр, а из-под плохой копирки, да ещё синего цвета. А белая часть бумаги – пожелтела. Вот и получается серость. Этого можно избежать, имея специальные фильтры – светофильтры разных цветов, а их у архива нет1.
В общем, вся продукция вполне доброкачественная – конечно, в разной степени, в зависимости от степени сохранности оригиналов.
Ваш заказ – 29 листов – будет готов 24/IX, стоить всё это будет около шести рублей. Бумага моя, 1½ пачки – это 1 руб. 05 коп.
Я сделал заказ от своего имени, как бы по Вашему поручению – это формальная сторона; заплачу деньги и Вам всё вышлю в конце сентября. Вы же мне вышлите рублей 6–7 – так как у меня редко бывают свободные деньги. Полный же расчёт с Вами будет в Ленинграде, мы всё же думаем поехать в конце октября.
Получил письмо от Антропова. Очевидно, после Вашего вмешательства он послал в архив 1 катушку плёнки и 2 пачки бумаги. Всё это получено, вся работа будет закончена около 10 октября.
Но вы ничего не написали о фотографировании дела Клыковой и ревизских сказок? Будем ли продолжать – или нет? Я запрашивал Антропова – он тоже ничего не ответил. Деньги по трудовому соглашению Антропов обещает мне перевести 26 сентября, не знаю – надует или нет.
Я Вам посылаю кое-что, что собрал по Щелыковским делам. На досуге почитаете и сами разберётесь, что и к чему.
Мне очень бы хотелось «добить» историю рода Кутузовых. Может быть, будучи в Ленинграде, при Вашем содействии, удастся посмотреть книгу Лобанова-Ростовского2 в Публичной библиотеке и посмотреть Лихачёвские материалы по Кадыйскому уезду – может быть, там найдётся начало Щелыкова. Документов более ранних, нежели начало 17 века, по Щелыкову, да и вообще по Кадыйскому и Кинешемскому уезду, по-видимому, нет.
Вы не стесняйтесь, что меня затрудняете, – мне ведь делать-то особенно нечего, тем более зимой, и я с удовольствием буду продолжать копаться в материалах – это моё «хобби», как нынче говорят.
У нас кончились тёплые дни. Уехала наша внучка на юг – и увезла тепло. Сегодня всего +50 и ночью ждём первого заморозка. Прощайте, грибы, до будущего года!
В саду мы всё убрали и картошку выкопали, накопали 12 мешков.
Майя здорова постольку, поскольку в наши годы это возможно; она шлёт Вам свой привет, она тоже с удовольствием, как и я, посетит Вас в Ленинграде. Так что, если Антропов не подведёт, то в конце октября мы явимся.
У нас в Ленинграде есть родные, причём некоторых мы не видали с 1923 и даже с 1917 года. Будет интересно встретиться.
На этом пока и кончу.
Пишите – что надо.
Ваш покорный слуга А. Григоров.

1 М.М. Шателен 8 сентября: «Чёткость присланных Вами страниц, конечно, не ахти какая, но читать можно вполне.
<…> Вот что я хотела бы у Вас узнать: это все листы фотокопий такие серые или только присланные мне? Мы всё время из разных мест получаем фотокопии, и все они белые и чёткие, а тут сплошная “серость”. В чём дело? В качестве работы, проявителя или плёнки? Неужели Архив не может дать более качественных фотокопий? Для меня-то – ладно, сойдут и такие, но для фондов Музея посылать такие фотокопии областному Архиву на 51-м году Революции вроде бы и не к лицу» (ед. хр. 1102. л. 27, 27 об.).

2 Лобанов-Ростовский А.Б. Русская родословная книга. Т. 1–2. – СПб., 1895.

~ • ~

10 октября 1968 года

Дорогая Мария Михайловна!
Вчера получил Ваше письмо, и мы оба с Майей были очень огорчены тем, что в Вашей жизни, да ещё на старости лет, получаются такие заботы и неприятности. Хотелось бы надеяться, что все эти треволнения и хлопоты у Вас уже позади и Вы постепенно обретаете свою обычную форму1.
Впрочем, надеемся вскоре сами убедиться в этом, так как, по-видимому, мы всё же к концу этого месяца попадём в Ленинград и обязательно Вас навестим в удобное для Вас время. По приезде – позвоню Вам по телефону. Остановиться мы думаем у одного из своих многочисленных родственников, хотя и дальних – профессора химии Ленинградского государственного университета, Олега Николаевича Григорова. Живёт он на Карповке – это близко от метро «Петроградская»2.
Правда, наша поездка, видимо, выйдет весьма уплотнённой во времени, но всё же не теряю надежды попасть кое-куда при помощи Вашей. Но об этом переговорим уже у Вас.
Недавно я отослал Вам фотокопии Щелыковских актов-описей 1918 г., всего 28 листов, теперь отчитаюсь Вам в деньгах.
Уплачено архиву                      5–07
Упаковка                                   0–10
Пересылка                                0–41
Бумага 1½ пачки по 70 к.          1–05
Итого                             6–63
Остаток 37 коп. – это пошло за счёт матрёшек – Вы посылали мне 2 руб., а матрёшки с пересылкой стоили несколько больше – сейчас уже не помню сколько. Пусть на этом все финансовые расчёты между нами будут закончены.
Теперь о Вашей просьбе относительно документов о взятии в опеку Щелыкова у Сипягина и др. К сожалению, я по неизвестным причинам заболел – почему-то поднялась температура, разболелся живот и т.д., и поэтому сижу дома и боюсь выходить. Но, хотя и немного времени остаётся до нашего предполагаемого выезда в путешествие, думаю в понедельник 14/Х побывать в архиве, и если есть надежда найти это в архиве – то обязательно всё, что нужно, перепишу и выпишу.
Вопрос только в том, как скоро удастся разыскать. В каких это фондах? Ведь мало кто интересуется такими делами; работников в архиве, знакомых должным образом со структурой дореволюционных учреждений и порядком прохождения дел – нет, а самого меня ведь в святая святых не пустят. Но – буду стараться всё это провернуть до отъезда.
Описи дореволюционных фондов составлены удивительно безграмотно, искажены и фамилии, и собственные имена – усадеб, угодий и т.д. Так что розыски занимают много времени – и надо перебрать «тысячи тонн руды», чтобы добыть грамм нужного. Так что ждите – думаю без результатов к Вам не являться.
А насчёт того, что Вы меня затрудняете, загружаете и т. д. – бросьте и думать. Мне, кроме удовольствия, ничего не доставляет всякое такое поручение. Чем больше через мои руки проходит архивных материалов, тем более для меня становится ясной ушедшая эпоха, а это для меня и важно, и интересно. Знакомиться же с прошедшей эпохой по современным сочинениям – это пустое занятие. Кроме превратных и искажённых толкований – ничего не получишь.
Вот, стало быть, если всё будет благополучно и не подведёт здоровье – то в последних днях октября будем в Ленинграде. Оттуда проедем или пролетим в Ростов к дочери, где пробудем до конца года, а с нового 1969 г. можно взяться за какую-нибудь тему в архиве. У меня есть кое-какие проекты.
На этом кончаю.
Желаем Вам здоровья и спокойствия.
Ваш А. Григоров.

1 В письме от 5 октября 1968 г. М.М. Шателен писала о болезнях своих близких (ед. хр. 1102, л. 29, 29 об., 30).

2 Об О.Н. Григорове (1904–1986) см. также письмо к Н.К. Телетовой от 2 сентября 1980 г. на стр. 388.

~ • ~

12 октября 1968 года
г. Кострома

Дорогая Мария Михайловна!
Вчера я был в архиве и пытался выяснить что-либо насчёт обстоятельств взятия в опеку Щелыкова и продажи его Опекунским советом1. И вот что я узнал.
Дворянские опеки были по уездам; в Костромском архиве сохранились фонды 9 опек, но Кинешемской опеки там нет. Равно нет этих фондов и в Ивановском архиве, там только Юрьевецкая и Лухская опеки есть, а Кинешемской нет нигде. В самой Кинешме, как меня уверяют, архивы есть только послереволюционные.
Равным образом нет нигде и архива Кинешемского предводителя дворянства.
В Ивановском архиве есть фонд Кинешемского уездного суда, но там вряд ли есть нужный Вам материал.
На будущей неделе постараюсь посмотреть фонд приказа комитета общественного призрения2 Костромской губернии; там есть много дел по опекам, залогам и продажам имений и личный фонд Сипягиных. Если что-либо найду – привезу лично.
Ещё, если будет время, думаю пересмотреть фонд 116 – Костромской гражданской палаты, и фонд 200 – Казённой палаты; там могут быть какие-либо следы этого дела. Но, по правде говоря, надежды имею на это мало, т.к. всё взятие в опеку происходило через Кинешемскую опеку и Московский опекунский совет.
А фонд Сипягиных интересно бы посмотреть, так как там неожиданно можно что-либо, касающееся Щелыкова, обнаружить. Ведь последний – перед Островскими – владелец Щелыкова, А.Е. Сипягин, происходит от Афанасия Матвеева Сипягина, общего родоначальника Костромских Сипягиных; фонд охватывает период с 1628 по 1850 гг., т.е. и годы владения Щелыковом А.Е. Сипягиным.
А что Вы вычитали у Крживоблоцкого3? Какие указания нашли в его книге по интересующему нас вопросу? Впрочем, коль скоро я думаю увидеть Вас лично, то не стоит распространяться на бумаге.
Сейчас больше ничего писать не буду. Если Вы без задержки ответите мне, то я получу Ваше письмо ещё до отъезда.
Наши дела всё те же, надеюсь, что у Вас всё хорошо.
Майя Вас целует и шлёт привет.
Будьте здоровы. Ваш А. Григоров.

1 О дворянской опеке и Опекунском совете см. письмо А.А. Епанчину от 3 сентября 1986 г. на стр. 234.

2 Приказ – орган центрального управления в Московском государстве XVI–XVII вв., ведавший особым родом государственных дел или отдельными областями государства. Приказ общественного призрения ведал делами призрения и народного образования.

3 Материалы для географии и статистики России, собранные офицерами генерального штаба. Костромская губерния / Сост. Я. Крживоблоцкий. – СПб, 1861.

~ • ~

19 октября 1968 года

Дорогая Мария Михайловна!
Ваше письмо я получил и благодарю Вас за него.
Это будет моё последнее письмо к Вам до нашего отъезда в «отпуск».
Я уже купил билеты до Ленинграда, через Москву. Выезжаем из Костромы 22‑го вечером, а в Москве думаем пробыть дней пять, стало быть, в Ленинграде будем числа 28–29.
По приезде в Ленинград я Вам позвоню по телефону, чтобы договориться, когда будет удобнее всего нанести Вам «визит». Тогда и переговорим обо всём, интересующем Вас и меня.
Последнее время я был очень занят – ведь я числюсь внештатным консультантом и экспертом при областном бюро товарных экспертиз, и хотя, как уже вышедший на пенсию, могу ходить на экспертизы и консультации, когда захочу, но ввиду предстоящего «отпуска» и вечной нужды в деньгах – не приходится отказываться, так как каждый вызов оплачивается 4–5 рублями за день.
И вот, с одной стороны – к счастью, так как удалось подработать за последнюю неделю, а с другой – к несчастью, так как не осталось времени на архив, я не выполнил своего задания – не успел посмотреть Сипягинский фонд в архиве, и ещё другие дела, где полагал найти что-либо о Щелыкове. Видно, уже это всё предстоит сделать в будущем.
16 числа меня вызывали в архив – принять работу по изготовлению фотокопий для Щелыковского музея. Всё, что было Вами заказано и отобрано мною по Вашему письму – кроме Клыковского дела и ревизских сказок, – выполнено, и я отбирал лучшие снимки, т.к. многие сделаны в 2‑х экземплярах. Теперь всё это передано в бухгалтерию для отправки заказчику и расчёта. Думаю, что уже всё отослано. А насчёт той бумаги, что я покупал, то тут уж надо рукой махнуть – невелики денежки.
Дома у нас всё в порядке, внучка в Москве – учится в вузе, внук здесь – в ремесленном училище, оба мы с Майей здоровы, насколько это возможно в наши годы и после 18-летнего курорта1.
Сегодня у нас с утра идёт снег, так что и на улицу носа высунуть не хочется.
До отъезда осталось ещё три дня, и не знаю, чем заняться. В архив уже не стоит идти – пока закажешь да найдут, и дни пройдут. Буду дома сидеть да читать.
Я, между прочим, отправил свои «ремарки» Ревякину, по поводу его книги. Правда, там об А. Н. Островском ничего сообщить, как Вы сами понимаете, не мог, но уточнил данные об упоминаемых в книге лицах и частично историко-географические данные. Не знаю, понравилось ли это ему и понадобится ли. По приезде в Москву позвоню ему, и если он того пожелает, то и навещу его, чтобы познакомиться лично.
Вот и всё пока.
До скорого свидания.
Майя вас целует.
Будьте здоровы. Ваш А. Григоров.

1 Имеются в виду лагеря и ссылки (июнь 1940 – ноябрь 1956), но из места последней ссылки Григоровы вернулись только в 1959 г.

~ • ~

17 января 1969 года

Дорогая Мария Михайловна!
Прежде всего, позвольте пожелать Вам в новом 1969 году наилучшего здоровья и чтоб Ваши ноги Вас не особенно беспокоили.
Надеюсь, что и в этом году мы Вас сможем увидеть, если не у себя в Костроме – то в Щелыкове, которое Вы, наверно, не преминете посетить, как обычно.
Теперь сообщу Вам о том, что я Вам обещал сделать – о фотографии Щелыковского дома, помещённой когда-то в районной газете и, по нашим предположениям, находившейся у г-на Киндякова, в Клеванцове Островского района1. Так вот, к сожалению, у него этой фотографии нет, он это ясно написал, хотя вопроса о публикации этой фотографии в газете он и не коснулся, хотя я ему всё это подробно описал. Он Вас знает, даже написал, что у него сохранилось Ваше письмо к нему; не знаю – каких лет это письмо. Пишет, что когда-то встречал жену Вашего брата, Александра Михайловича, погибшего на войне2. Он – Киндяков – многое знает про наши места и, как пишет, располагает богатейшим материалом, краеведческим.
Вот я и думаю в начале лета к нему поехать, а тут и Щелыково невдалеке – если Вы там будете, то и увидимся.
Про наше путешествие, которое длилось ровно два месяца, я уже писал Вам к Новому году, тотчас по приезде в Кострому.
А сейчас у нас дома грипп (Гонконгский). Сперва заболела дочь, а теперь болеет Майя, уже довольно долго – очень этот грипп затяжной. Меня, думаю, это не должно коснуться, так как я ещё в Ростове отгрипповал. В остальном – дома всё в порядке. Внучка – в Москве, на 2-м курсе, внук здесь учится. Я же опять по архивам рыщу, как волк, ищущий добычи. Нынче – тема о некоем моряке 18 века Токмачёве, уроженце Нерехтского уезда3.
А к Вам у меня будет такая просьба: так как у Вас дома (даже у самой кровати) стоит телефон, то попрошу поднять трубку и набрать номер Ж‑3‑17‑56. Попросите Бориса Петровича Прохорова4, и если он жив, здоров и подойдёт к телефону, то скажите, что Вас просил позвонить А.А. Григоров из Костромы и узнать – почему он не ответил на письмо и нужны ли ему материалы о его предках. Они (не предки, а материалы) есть в архиве Костромы, а следовательно, и у меня. Есть интересные письма из их семьи начала XIX века. А потом – в случае, если этот разговор у Вас с Борисом Петровичем состоится, – известите меня, пожалуйста, ведь, надеюсь, Вам не трудно будет сделать это моё поручение?
Ревякину я отослал, по его просьбе, фотографии Хомутовых – Фёдора Васильевича (отца), затем Павла Фёдоровича, Николая Фёдоровича и Григория Фёдоровича, и Григоровых – Александра Николаевича (отца) и Митрофана Александровича, а также усадебных домов и Ново-Покровского.
Ната Эйлер жива и, насколько возможно в её возрасте, здорова. Я у неё был, проезжая через Москву, два раза. Также был и у Кати (Баженовой), она, хотя и весьма дряхла, но по дому ещё всё делает, вплоть до обеда на всю семью5. Её дочь Таня – доктор физических наук.
Вот, написал Вам про всё и теперь буду ждать Вашего письма.
Музей фотокопии документов получил и всю стоимость заплатил. Только я один пострадал на этом на 2 руб. 10 коп. за бумагу. Ну, да где наше не пропадало!
Майя Вас целует и тоже собирается со мной по теплу в Клеванцово – Щелыково – Кинешму.
Будьте здоровы.
Ваш А. Григоров.
Обратите внимание на конверт6!

1 Борис Сергеевич Киндяков жил в селе Воскресенском Клеванцовского сельсовета. О нём см. стр. 102.

2 А.М. Шателен в Гражданскую войну сражался на стороне белых. Умер от холеры в Ростове-на-Дону. Его жена – Вера Степановна, урожд. Анненкова (1891 или 1893–1963)*.

3 Несомненно, о Луке Матвеевиче Токмачёве. О нём см. письмо к Н.К. Телетовой от 2 сентября 1980 г. на стр. 389.

4 Борис Петрович Прохоров(1886–1975), по профессии – инженер (ед. хр. 1243, л. 4). Предки его – Ржевские, Токмачёвы, Прохоровы. По просьбе Б.П. Прохорова А.А. Григоров разыскивал в Костромском архиве документы об этих родах. (О Ржевских-Токмачёвых-Прохоровых см. письма к Н.К. Телетовой от 4 марта 1979 г. на стр. 364 и 2 сентября 1980 г. на стр. 389.) Сообщая о смерти Б.П. Прохорова, его дочь Лидия Борисовна Прохорова писала А.А. Григорову 4 июля 1975 г.: «Вы доставили ему много радости, благодаря Вашим занятиям в архиве, а, главное, любезности и вниманию, и все мы (оба брата и я) очень Вам благодарны» (ед. хр. 2330, л. 31 об.).

5 Екатерина Дмитриевна Баженова (1888–1975) – так же, как и Наталья Николаевна Эйлер, двоюродная сёстра М.Г. Григоровой, урожд. Хомутовой. Обе они были известны М.М. Шателен.

6 М.М. Шателен 23 января 1969 г.: «Конверт рассмотрела. Это, конечно, не “перл творения”, но лучше, чем ничего. Интересно, по чьей инициативе он выпущен. Если можно, пришлите мне ещё парочку их, я ВТО в нос ткну» (ед. хр. 1102, л. 37 об.).
В 1968 г. был выпущен художественный маркированный конверт с изображением Щелыковского усадебного дома. Щелыково тогда находилось в ведении Всероссийского театрального общества.

___

* Даты жизни Александра Михайловича и Веры Степановны Шателенов, как и причину смерти Александра Михайловича, сообщила внучка М.М. Шателен, О.В. Черникова.

~ • ~

1 февраля 1969 года

Дорогая Мария Михайловна!
Получил вчера Ваше письмо, очень сожалею, что Вам приходится так страдать и находиться в больнице; надеюсь всё же, что дело у Вас идёт к лучшему и Вы вскоре покинете гостеприимный кров больницы. А там – уже скоро лето, и как только Вы попадёте в родные Щелыковские края, то и Ваше здоровье будет лучше.
Я посылаю Вам два конверта, которые Вы пожелали иметь, а чья была инициатива выпуска этих конвертов – мне неизвестно.
Насчёт обещания своего поискать что-либо ещё по Щелыковским делам – я, конечно, помню и не думаю от этого отказываться. Вот, развяжусь с Токмачёвским архивом – это ещё примерно на месяц работы – и примусь за Щелыково.
Только, как я уже писал Вам, никаких опекунских дел в Костроме нет. Такого органа, объединявшего в губернском масштабе дворянские опеки – не было, и по каждому уезду была своя – уездная – дворянская опека. В Костромском архиве есть дела дворянских уездных опек – но Кинешемской нет, равно как и дел Кинешемского предводителя. Я смотрел по путеводителю Ивановского архива – там тоже этих дел нет.
А в Костроме есть только дела приказа общественного призрения, который тоже принимал в залог имения помещиков и продавал потом их при неуплате, но А.Е. Сипягин закладывал Щелыково в Московском опекунском Совете, и только в архиве этого Совета могут быть описи Щелыкова. Ещё есть слабая надежда на Сипягинский архив и дела Казённой палаты, которая ведала делами о наследстве и преемственности передачи имений; буду искать и там.
И, конечно, посмотрю все консисторские описи и выявлю сохранившиеся метрические книги, может быть, на наше счастье, найдутся книги по Угольской и Бережковской церквам.
Но я буду Вас просить вот о чём: нам, «единоличникам», не очень охотно дают работать в архиве по собственной инициативе, на всё требуют «бумажку». Так не сможете ли Вы написать такую бумагу (лучше на машинке, чем от руки), вроде этого:
«Директору Костромского Исторического архива тов. Колбасовой В.К.
Для материалов готовящейся к изданию книги «Путеводитель по Щелыкову» прошу Вас допустить пенсионера тов. Григорова А.А. к работе над архивными материалами – фондам Сипягиных, Костромской духовной консистории, Казённой палаты, из которых можно получить необходимые материалы по истории усадьбы А.Н. Островского ”Щелыково”.
Составитель путеводителя».
Или что-нибудь в этом роде.
Лучше бы со штампом какого-либо учреждения, а нельзя – так и так буду добиваться1.
От А.И. Ревякина я недавно получил письмо, он болел воспалением лёгких и только недавно встал с постели. Я ему послал фотографии Николая Фёдоровича, Павла Фёдоровича и Григория Фёдоровича Хомутовых и их отца Фёдора Васильевича (он покупал Соколово одновременно с Н.Ф. Островским в 1847 г. на тех же торгах в Московском опекунском Совете), затем В.С. Дмитриева2 и Григоровых – Александра Николаевича и его сына Митрофана Александровича, сослуживца А.Н. Островского по мировому съезду (он был также почётным мировым судьёй), и ещё – фото Соколова (старого дома, уничтоженного в 1904 г.), сада в Соколове и усадебных домов Григоровых – ус. Александровское (Пеньки) и Ново-Покровское. Если Вас интересуют какие-либо из этих фотографий – хотя бы и все – то я могу напечатать ещё и Вас снабдить, негативы у меня.
У нас «лазарет» не прекращается. Нынешний «Гонконгский» грипп какой-то очень вредный. И Майя, и дочь Люба никак не могут войти в норму. Сильные головные боли, насморк, кашель, но температура в норме. Это какие-то осложнения – как объясняют по телевизору и в нашей газете.
Морозы у нас не ослабевают, а, наоборот, усиливаются, сегодня было –35о. В квартире холодно, но не очень – +16о, но мы привыкли к более высокой температуре, поэтому сидим – Майя всё время, а я, когда бываю дома, – в кухне и палим без сожаления газовую плиту.
Время идёт быстро, 1/12 года уже прошла, не успеем оглянуться – и опять зазеленеют леса и луга, и я тогда пущусь в путь – в Клеванцово через Островское, а оттуда, через Александровское – Щелыково, в Кинешму. Если Вы будете в начале лета в Щелыкове, то я обязательно постараюсь Вас там повидать.
На этом я закончу, пожелаю Вам скорейшего выздоровления и доброго здоровья в дальнейшем. Майя Вас целует и шлёт свой привет.
Ваш А. Григоров.

1 М.М. Шателен 24 марта: «Что же касается бумажки Вам для облегчения розысков, то она, конечно, будет, но, учитывая полную смену руководства в Щелыкове, получить её для Вас я смогу лишь при личной встрече с тамошним начальством, то есть придётся немного повременить» (ед. хр. 1102, л. 42 об.); 7 апреля: «В Москве говорила с новым директором, Борисом Павловичем Сергеевым, о Вас и “бумажке” для Вас. Он сказал, что против бумажки не возражает, но хочет предварительно с Вами познакомиться. Я ему дала Ваш адрес и номер телефона, и он надеялся, попав в Кострому, иметь время и возможность с Вами связаться» (там же, л. 45).

2 Василий Семёнович Дмитриев (1840–1913) – владелец имения Челесниково, находившегося на левом берегу Волги (против Наволок), сосед А.Н. Островского и его хороший знакомый по деятельности в Кинешемском земстве (Ревякин А.И. Указ соч. – С. 117, 171). «Окончил Морской корпус в 1860 г., после отставки жил в усадьбе Челесниково Кинешемского уезда и занимался сельским хозяйством. Активный деятель Кинешемского земства, организатор сельских кооперативов, кредитных товариществ и прочих видов кооперации. Старейший гласный Кинешемского земства с 1865 по 1912 г. В 1868–1893 гг. мировой судья Кинешемского уезда, а с 1893 г. – почётный мировой судья» (ед. хр. 387-а, л. 5). С 1874 г. – гласный губернского земского собрания. В 1897–1909 гг. – управляющий государственными имуществами Костромской и Ярославской губерний, а в 1903–1909 гг. начальник управления земледелия и государственных имуществ этих же губерний. Член Государственного Совета в 1909–1912 гг. (Ежегодник Кинешемского уездного земства и календарь на 1913 год. – Кинешма, 1913. – С. 169; Государственный совет Российской империи. 1906–1917: Энциклопедия. – М., 2008. – С. 82).

~ • ~

17 марта 1969 года

Дорогая Мария Михайловна!
Ваше письмо я получил, и, по моим соображениям, все Ваши письма до меня благополучно добрались. А вот из моих писем к Вам, пожалуй, по моим соображениям, одно как будто к Вам не попало – я так сужу потому, что на некоторые мои мысли, выраженные в письме, с Вашей стороны не было никакого резонанса.
Я посылаю Вам копию со сведений, данных в 1858 году Э.А. Островской в Губернский статистический комитет, может быть, Вам будет что-либо интересно из этой бумаги. К сожалению, Э.А. Островская не ответила в этих сведениях на целый ряд вопросов; если бы на все вопросы был дан ответ, то было бы много интереснее1.
Очень сожалею, что Вам всю зиму пришлось пробыть в больнице и провозиться со всякими болезнями. Но надеюсь, что ко времени получения моего письма Вы будете уже дома и в лучшем состоянии.
Да, этот «Гонконгский», или «Вьетнамский», грипп и у нас много гадостей наделал. Теперь уже заболевания стали много реже.
Майя тоже никак в норму не войдёт, и давление тоже поднялось. Она Вас благодарит за поздравление к 8‑му Марта и желает Вам скорейшего избавления от «всех скорбей». А сама она на письма ленива, не знаю, когда соберётся сама написать.
Теперь относительно «не арийского» происхождения Островских2.
По моим соображениям, несмотря на моё глубокое уважение к Андроникову3, я думаю, что это «не арийство» – сущий вздор. Правда, я же совершенно не знаю, на какие источники опирается эта версия. Я даже не могу себе представить этого, так как, по всем известным мне источникам, предки Островских – самые настоящие русские, да ещё к тому же Костромские попы. Единственно, что могло бы вносить некоторое смущение, – это сама фамилия, явно не Костромская, а, скорее, западного происхождения. Но, зная из книги академика Голубинского, историка Русской церкви, кстати, тоже нашего Костромича, как давали фамилии попам (вернее, будущим попам) в семинариях и духовных училищах, я не удивляюсь, что обычному Костромичу-поповичу была дана фамилия «Островский». Так и сам Голубинский получил свою фамилию в семинарии4.
А Островские – все западного происхождения – были в 17–18 столетии помещиками Костромской губернии, и не удивительно, что фамилию могли дать по помещикам; это бывало, правда, реже, чем присвоение обычных поповских фамилий: всяких Парийских, Медиокритских, Диесперовых, Туберозовых, Победоносцевых и бесчисленных «праздничных» фамилий типа Вознесенский, Рожественский, Богоявленский, – но всё же бывало, и довольно часто.
Но чем тут можно помочь? Можно разыскать в фондах духовной консистории формуляр П.Ф. Островского – он был протоиереем Костромского Успенского собора; возможно, сохранился и формуляр его отца; но ранее 50-х годов 18 века документов консисторских почти что нет. Но предпринять поиски можно.
Я Вам в этом деле с удовольствием помогу, своё нынешнее дело по истории Токмачёвых я уже кончил. Также надо бы и Сипягинский фонд перебрать и вместе с розысками об Островских – просмотреть все метрические книги, сохранившиеся в фондах консистории.
Но вот я Вас просил – нельзя ли, может быть, через ВТО или через Щелыково хоть какую-нибудь плохонькую бумажонку (главное в ней – штамп на верхнем левом углу) в смысле, что, мол, товарищу такому-то просим разрешить работать в архиве по теме такой-то. А кто подпишет – не важно. Это будет легче, и отношение ко мне будет не как к «дикарю». Вот это я и писал Вам, но Вашего мнения по данному вопросу не имею.
А в части звонка моему знакомому – то в этом надобность отпала; его молчание – вина того же Гонконгского гриппа, он, бедный, за зиму 2 гриппа перенёс, да ещё пневмонию, а лет ему – уже середина 9‑го десятка! И сейчас он ещё в больнице, но написал мне уже 2 письма.
Очень бы интересно узнать, что за источники в распоряжении Андроникова.
Я всё же думаю, что он на ложном пути; в то же время я не допускаю мысли о том, что он мог спутать А.Н. Островского с Н.А. Островским5.
А Костромские помещики Островские – их было 3 гнезда в Нерехтском, Галичском и ещё в каком-то уезде – исчезли с лица земли в первой четверти 19 века; позднее уже мне они нигде не попадались, но с семьёй Н.Ф. Островского они связи никакой не имели.
Сведения Э.А. Островской мне не возвращайте, я для себя на всякий случай оставил.
И ещё бы узнать – о каком Павле Фёдоровиче ведётся речь у Ревякина и Андроникова? Ведь П.Ф. Островский умер, когда они оба ещё не родились?
Если придётся по этой теме работать, то, может быть, и найдётся что-либо в консисторских фондах. Островский-протоиерей был ещё в середине 19 века в Макарьеве, и ещё один поп Островский в конце 18 и начале 19 века был в Юрьевецком уезде. Быть может, все они одного корня? Тогда шансов будет больше, но надо всех их прощупать.
Теперь буду ждать Вашего письма с новостями.
Желаю Вам скорейшего прибытия домой в полном, возможном для Вас, здоровье.
Майя Вас целует и тоже желает здоровья.
Ваш А. Григоров.

1 Копию со сведений, данных Э.А. Островской, см. в Приложении № 5 на стр. 515.

2 М.М. Шателен 12 марта (с ленинградским почтовым штемпелем 1969 г.): «Получаю от Ревякина письмо с таким странным запросом: что Вам известно о родоначальнике Островских – еврее – и не говорили ли мне об этом мама и дядя Сергей Александрович. Я ему ответила, что об этом слышу в первый раз, и думаю, что автор этой версии спутал А.Н. Островского с Н.А. Островским. Последний был из Белоруссии, и неарийские предки там вполне возможны. У Островских же, Костромичей, это вряд ли могло быть, что род Островских духовный и вряд ли в таком городе, как Кострома, “выкрест” из евреев мог в 17–18 вв. стать иеросхимонахом. Ревякин мне отвечает (цитирую): “Сведения о еврее – родоначальнике Островских – из авторитетных источников. Их сообщил Андроников со слов Павла Фёдоровича. Теперь всё это нужно проверить. Займусь этим летом”. Конечно, Андроников – авторитет и мужик дошлый, но какой Павел Фёдорович ему это мог сказать? Я знаю только одного, брата Николая Фёдоровича, Костромича, но тот умер ещё в прошлом веке, а Андроников, по-моему, только родился в начале этого. <…> Меня вопрос об “неарийском” происхождении заел, честно говоря, я в него не верю, но доказать Андроникову, что он не прав, не так просто, и без Вашей помощи мне никак не обойтись. Поможете мне?» (ед. хр. 1102, л. 40, 40 об.).
Иеросхимонах – протоиерейФёдор Островский, в монашестве Феодот, в схиме Феодорит; дед А.Н. Островского (1770–1843).
Брат Н.Ф. Островского – Павел Фёдорович Островский (1806–1876) – протоиерей, церковный историк-краевед; дядя А.Н. Островского. Родился и умер в Костроме.

3 А.А. Григоров, со слов М.М. Шателен, пишет об Ираклии Луарсабовиче Андроникове (Андроникашвили) (1908–1990) – писателе и литературоведе, тогда как А.И. Ревякин имел в виду Павла Ивановича Андроникова (1835–1888) – костромского литератора и журналиста, шурина П.Ф. Островского.

4 Речь идёт о «Воспоминаниях» Евгения Евсигнеевича Голубинского (1834–1912), впервые опубликованных в XXX выпуске Трудов Костромского научного общества по изучению местного края в 1923 г. О том, как он получил фамилию Голубинский, см.: [Голубинский Е.Е.] Воспоминания Е.Е. Голубинского / Отдельный оттиск из XXX выпуска Трудов Костромского научного общества. – Кострома, 1923. – С. 3–4.

5 Николай Алексеевич Островский (1904–1936) – русский советский писатель, автор романа «Как закалялась сталь».

~ • ~

29 марта 1969 года

Дорогая Мария Михайловна!
Очень рад был получить Ваше письмо и узнать, что Вы уже дома, но как же всё это у Вас не ладится со здоровьем? Очень это печально, ведь надо ещё так много успеть сделать.
Мы с Майей очень Вам сочувствуем, всё же у нас лучше с этим делом обстоит, хотя за этот год Майя сильно «сдала». Впрочем, на эту тему и не хочется даже много писать, надо следовать примеру матушки царицы Елизаветы, она по этому вопросу имела, на мой взгляд, весьма правильное суждение1.
Ну, хорошо. Будем надеяться, что всё же Ваше здоровье позволит Вам и в этом году прибыть в наши благословенные края – я подразумеваю под этим Щелыково, – и перейдём к другим вопросам.
Когда вы мне написали об Андроникове, то и я, конечно, сразу помыслил об Ираклии. А ведь я тоже знал о существовании Костромского Андроникова – Павла Ивановича, о нём много есть разных сведений в книгах, и архивах, и газетах старых лет. Но я не знал, что он с какой-то стороны родственник Островским. Но Ревякин не мог же знать этого Андроникова лично – насколько я помню, этот П.И. Андроников умер ещё в прошлом веке. И потом – сам же А.И. Ревякин в своей книге об Островском его характеризует как реакционера и т.д., а поскольку он – Ревякин – указывает, что якобы официальная Россия того времени не одобрительно относилась к А.Н. Островскому (с чем я не могу согласиться полностью, даже вообще не хочу соглашаться), то возникает вопрос: не мог ли этот, реакционно настроенный (а стало быть, и враждебно настроенный к прогрессивным писателям) П.И. Андроников выдумать очень характерную для многих, подобных ему, лиц версию о происхождении Островских из Иерихона2? Это очень обычный приём; так, часто за отсутствием других аргументов, чтобы «очернить» того или иного, пускалась в ход версия о еврейском происхождении. И «Московский Вестник» Каткова, и «Гражданин» кн. Мещерского часто этим грешили. Да и в более позднее время многие лица, лично мне известные, часто, чтобы «очернить» того или иного неугодного им лица, утверждали, что «он из иудеев». Но, с другой стороны, Вы пишете, что этот П. И. Андроников был родственником Островских, и Ревякин в своей книге указывает на личное знакомство и связи А.Н. Островского с этим Андрониковым? Непонятно. Надо бы узнать первоисточник этих сведений и лично с этим первоисточником ознакомиться.
Но я рад, что Ираклий Андроников не имеет отношения к этому. Я его люблю и ценю как умного и весьма добросовестного исследователя.
А теперь я хочу поделиться с Вами результатами своих разысканий о прежних владельцах Щелыкова. Мне пришлось войти в переписку с Псковским, Новгородским и Калининским (Тверским) архивами, т.е. с теми местами, где обитали Кутузовы, для того чтобы восстановить их родословную и моменты пожалования того или иного лица из этого рода вотчинами и поместьями3. Дело в том, что генерал-майор Ф.М. Кутузов, хотя и был 12 лет Костромским губернским предводителем, но почему-то не записал свой род в родословную книгу Костромской губернии. А в книгах кн. Лобанова-Ростовского,кн. Долгорукова и Руммеля-Голубцова(родословия дворянских фамилий)4 тоже почему-то нет этой фамилии. У Долгорукова есть только Голенищевы-Кутузовы. Но в так называемой «Бархатной»5 книге помещён род Кутузовых, однако до времён царя Фёдора Алексеевича.
Всё же, проделав большую работу, я получил в её результате полную родословную Кутузовых от времён Александра Невского до последнего представителя и установил время пожалования им вотчин и поместий, а также родство генерал-майора Кутузова Ф.М. с фельдмаршалом М.И. Кутузовым (они оказались «десятиюродными» братьями). И в результате оказалось, что для Полозовых-Глебовых в истории Щелыкова нет места.
Пришлось взяться за Куломзина и его документ от 1678 г., где упоминается «Твердуево», Шалыково и Ивановская пустошь. Оказалось, что Твердуево нельзя отожествить с Твёрдовом так же, как и Шалыково со Щелыковом. Это не то.
Во владении Полозовых, а затем Глебовых в волости Куекша в 1678 году был ряд деревень и пустошей, но все они, в том числе и Твердуево и деревня, что после сельцо Шелыкова, или Челыкова, действительно существовали в Куекотской волости, но все они лежат по Куекше выше – и много выше – Щелыкова, в районе современных деревень Угор, Заречья, Минина и Волошинского. Это и есть Глебовские вотчины, и оттуда – от Глебовских – часть их перешла Балакиревым (с чем, видимо, и связан виденный мною документ без даты о владении каким-то «Челыковом» – вотчиной Балакиревых).
Как это имело место во многих случаях и что видно из архивных документов и описаний того же Куломзина – за 300 лет многие деревни и усадьбы (сельца) исчезли с лица земли; видно, то же случилось и с усадьбой – сельцом или деревней – Шалыково-Челыково, но и до середины XIX века в земельных документах встречается во владении Балакиревых пустошь Твердуева и пустошь Челыкова. А пустошь Ивановская есть везде.
А у Кутузовых – я могу Вам прислать и всю их родословную, и пожалования – со времён Ивана Грозного поместья и вотчины включали такие деревни и сёла: главная вотчина – Ильинское с деревнями и сёлами Твёрдово (в óбще с другими), Харино, Худяки, Маркуши, Лобаново, Сергеево, Маринино, Пахомцево, Филипцево, Лодыгино, Фомицыно, Субботино, Василёво. Как видите – все окрестности Щелыкова во владении Кутузовых с давних пор. Ко времени генерального межевания 1777 г. многие из этих деревень уже перешли в другие руки и из когда-то многочисленных Кутузовых были налицо только дети М.Ф. Кутузова и В.Е. Кутузов с сыном.
Щелыково же, как усадьба, упоминается (или, вернее, мне встретилась) впервые в 1719 году; вероятно, ранее эта усадьба и не существовала. В этом же году оно – Щелыково – впервые указано под владельцем Ф.М. Кутузовым-первым, внуком В.И. Кутузова, а В.И. Кутузов был жалован царём Михаилом Фёдоровичем вотчиной Ильинское с указанными деревнями, и часть их ещё раньше, при Иване Грозном, была дана в поместья Ивану Постникову сыну Кутузову (Лодыгино, Василёво, Филипцево, Пахомцево). Вот я и пришёл к выводу, что Щелыково со времени своего возникновения – а я его отношу ко времени не ранее 1710 г. – не бывало до 1813 г. ни в чьих руках, кроме Кутузовых.
Все владения Полозовых лежали южнее (Комарово), или западнее – Семёнцево, Горки и т.д., или же много севернее – Горки на Мере, Панькино, Агафоново и т.д.
Теперь – кто же, по-моему, основатель усадьбы Щелыково? Я считаю, что Ф.М. Кутузов-первый; он был на службе «в гранодерской» роте лейб-гвардии Преображенского полка, эта рота в 1741 году возводила на престол императрицу Елизавету, и за это все её солдаты были пожалованы дворянами, а те, кто уже имели дворянство (как Кутузовы), были награждены деньгами очень солидно. Между прочим, в этой же роте «гранодерской» служил и один Полозов – Иван Андреевич. Все они – эта рота преображенцев – были пожалованы званием «Нашей лейб-кампании».
Вот, видимо, тогда-то, т.е. после 1741 г., и было построено каменное Щелыково, остатки которого и существуют поныне. Но Щелыково было дано затем не старшему сыну – тоже преображенцу – Михаилу Фёдоровичу, а его младшему брату, бездетному Ивану Фёдоровичу, от которого и наследовал его племянник, Ф.М. Кутузов-второй. Вот такая история мне представляется после проведённых изысканий.
Архивы Пскова, Новгорода и Калинина были очень любезны и без всяких задержек мне сообщили всё, что я просил и что у них оказалось о Кутузовых. И теперь я сделался настоящим «Кутузововедом». Попутно удалось установить, какая связь была между Угольскими Сабанеевыми и нашим известным учёным Леонидом Павловичем Сабанеевым6. Яковлевы Комаровские, как оказалось, происходят от Яковлевых Дорофеевских7. Это всё «попутные» сведения.
В позднейшие времена – в конце 18 века – некоторые из Кутузовских деревень оказались в руках генерала Кар – я вспомнил сразу «Капитанскую дочку» (историю Пугачёвского бунта), и это оказался тот самый Кар.
Как и почему многие из этих деревень переходили от Кутузовых таким лицам, как кн. Вадбольские (Лодыгино), Сурмин, Пасынков (Пахомцево), Дубовицкий – этого я ещё не установил.
Вот, дописался, что зелёные чернила кончились, пришлось взяться за другую ручку. Да и кончать пора.
Дни у нас стоят солнечные, но по ночам мороз, а днём тает, около нуля в тени. Прилетели уже грачи, но весна запаздывает.
Майя Вас целует и желает вам скорейшего выздоровления от всех Ваших скорбей, чего и я Вам желаю от всего сердца.
Будьте здоровы.
Ваш А. Григоров.
Пишите.

1 См. прим. 3 к письму к О.В. Григоровой от 22 февраля 1967 г. на стр. 25.

2 Иерихон – один из древнейших городов Палестины, расположенный в Иорданской долине невдалеке от Иерусалима; в своё время завоёван евреями.

3 Вотчина – родовое имение, переходившее по наследству. Поместье – земельное владение, отдаваемое государством в пользование как жалование за военную и государственную службу; не подлежало обмену, продаже и наследованию. «Вотчина сохраняется в русском праве до начала XVIII века, когда петровское законодательство, введя впервые термин “недвижимое имение”, смешало поместье и вотчину под одним наименованием “недвижимое имение вотчина”» (Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. Т. 7. [Репринт. воспроизведение изд-я 1890 г.]. – М., 1991. – С. 320).

4 Долгоруков П.В. Российская родословная книга. Т. 1–4. – СПб., 1854–1857.
Руммель В.В., Голубцов В.В. Родословный сборник русских дворянских фамилий. Т. 1–2. – СПб., 1886–1888.

5 Родословная книга князей и дворян российских и выезжих… Ч. I–II. – М., 1787..

6 Леонид Павлович Сабанеев (1844–1898) – зоолог, автор книг «Рыбы России», «Охотничий календарь» и др., редактор-издатель журналов «Природа», «Природа и охота». Двоюродный племянник владельца Угольского Сергея Григорьевича Сабанеева – сына Григория Васильевича Сабанеева и Александры Фёдоровны, урожд. Кутузовой (ед. хр. 1378, л. 1, 2, 8 об.).

7 Вера Павловна Полозова, урожд. Яковлева (1825–?), владевшая усадьбой Дорофеево, в 1842 г. получила от своей тётки Наталии Андреевны Полозовой соседнюю с усадьбой Комарово деревню Кривякино, а в 1858 г. она уже владела и усадьбой Комарово (ед. хр. 1764, л. 5). В «Фамильных записках» Д.П. Яковлев пишет, что после смерти Н.А. Полозовой (1848 г.) «всё без исключения Полозовское имение по селу Комарову с деревнями перешло в распоряжение матушки», т.е. Анны Дмитриевны Яковлевой, урожд. Ошаниной (1805–1888) (архив В.А. Яковлевой и С.А. Малышева).

~ • ~

17 апреля 1969 года

Дорогая Мария Михайловна!
Получил Ваше письмо и очень был рад, что Вы уже в состоянии даже делать такие путешествия, как в Москву. Надеюсь, что Ваше здоровье восстановилось хотя бы до прошлогоднего уровня. Очень желаем и я, и Майя полного Вам выздоровления.
У нас обстоит с этим делом – вернее, не у нас, а только у Майи, я ещё пока вполне терпим – неважно. По-видимому, это – как называет моя одна знакомая – «хвосты от гриппа». Проявляется это, как и у Вас, в какой-то астматической задышке, кашле – неукротимом, и всё это без температуры. Надеюсь всё же, что наступит наконец тепло и летом ей полегчает.
Значит, «у Вас» теперь новый директор. Интересно бы с ним познакомиться. Правда, надежды на это здесь я не питаю, хотя Вы и снабдили его моим адресом и телефоном. Они – большие начальники – всегда бывают очень заняты и никогда не находят времени для того, чтобы узнать «одного из малых сих». Так что я рассчитываю увидеть нового директора только при посещении Щелыкова, а предполагается оно лишь в том случае, если Вы там будете присутствовать1, а если Вас там не будет, то я, во время моего предполагаемого путешествия, с Александровской фабрики проеду прямо в Кинешму.
В путь я думаю тронуться в двадцатых числах мая, «после Николы», по маршруту: Кострома – Островское – Крутец – Воскресенское – Спас-Заборье – Александровское – Кинешма2.
В Воскресенском живёт старец – Б.С. Киндяков, я с ним познакомился этой зимой по письмам. Я про него Вам говорил, у него, как я предполагал, должна была сохраниться фотография Щелыкова 70‑80‑х годов. Как он писал мне (а я – Вам), фотографии этой у него нет, но зато есть много кое-чего другого – это по историко-краеведческой части (моё хобби). И я с ним списался о том, что с наступлением тепла приеду к нему. Мне этакое путешествие будет и полезно и приятно, а он уже стар для таких вояжей.
Об Андроникове П.И. Он был газетчиком, т.е. или сотрудником «Костромских губернских ведомостей», или корреспондентом, писал статьи и очерки и в других журналах и газетах. Мне его имя попадалось часто в разных архивных делах 70–80-х годов прошлого века, но я не интересовался им и всё пропускал мимо. Ревякин же в своей книжке его расценил как «либерала» в начале своей деятельности и как «мракобеса и реакционера» в последующем.
По этому поводу сказать больше ничего не могу, а насчёт версии о иудейском якобы происхождении Островских, хотя я и не могу конкретно ничем и ничего доказать (да и не собираюсь этого делать), но каким-то внутренним чутьём чувствую, что это вздор, и возможно, вздор нарочно выдуманный.
Вот, если удастся осуществить задуманное мною (да и Вами, как смею думать) намерение детально просмотреть весь консисторский фонд в архиве – с целью составить по сохранившимся метрическим книгам «некрополь» кладбищ в Бережках, Угольском и, может быть, Твёрдове, – то попутно можно будет обнаружить в этом фонде что-либо, касающееся Островских – духовных лиц.
А что, замдиректора Л.И. Антропов – остался на своём месте или его сменили3?
Бумажка же для архива мне нужна, т.к. при наличии бумажки мне будет там предпочтение (в части быстрых поисков и выдачи нужных материалов), а без такой бумажки – на меня смотрят как на кустаря-одиночку, работа которого не интересует никого, кроме его самого.
Теперь немножко поделюсь с Вами своими соображениями по части истории возникновения и принадлежности Щелыкова. У меня в этом смысле зима не пропала даром. Я проделал большую работу и думаю, что её результаты довольно хороши, во всяком случае, меня эти результаты удовлетворили. Сейчас я с Вами поделюсь всем этим материалом.
Всё началось с составления родословий Кутузовых. Дело в том, что хотя последний Кутузов – владелец Щелыкова – генерал-майор Ф.М. Кутузов (его рано умершего 21-летнего сына Николая я в расчёт не беру) хотя и был Костромским губернским предводителем дворянства с 1788 г. по 1800 год, но почему-то сам себя не записал в родословные книги, и в Костромском архиве таковой нет. Пришлось приступить к «развёрнутому наступлению по всему фронту». Оказалось, что в существующих печатных изданиях родословных русских дворянских фамилий (кн. Лобанова-Ростовского – 1896 г., Руммеля и Голубцова – 1884 г.) фамилия Кутузовых, как вымершая что ли, не включена. А в книге П.В. Долгорукова 1854 г. есть только Голенищевы-Кутузовы.
Из разных источников я установил, что Кутузовы, кроме Костромской губернии, ещё имелись в Рязанской, Тверской, Нижегородской и Псковской. Я завёл с ними переписку, и все они были так любезны, что снабдили меня многими данными.
Отправными точками мне послужила Бархатная книга, издания 1787 г., и Государев Родословец4.
Затем я просмотрел все доступные мне русские летописи и массу всяких изданий 18–19 веков по истории и журналы «Русский Архив», «Русская Старина», «Исторический Вестник» и т.д.
В результате этой работы я выявил около 200 Кутузовых, живших в России с XIII века. Оказалось, что многие Кутузовы на протяжении ряда веков занимали значительные должности и играли свою роль в истории нашей родины. По этим всем данным я составил полную и очень обширную родословную таблицу, она в себя включила все ветви Кутузовых, включая и Голенищевых-Кутузовых. Вам я посылаю только кусочек родословной, касающийся Костромских Кутузовых, т.е. вернее, не Костромских, так как многие из них и не видывали Костромы, но владевших деревнями в Кинешемском уезде.
К счастью, во всех дошедших до нас сохранившихся в архивах документах, отражающих имущественные и земельные дела, в 17 и 18 веке была принята такая формула: после названия села, деревни, пустоши, усадьбы всегда писалось «ныне состоит за таким-то» (чин, звание и имя владельца), «а ранее стояло за таким-то». Или другая формулировка – «ныне состоит за таким-то, а по генеральному межеванию 1777 г. за таким-то». И третья формулировка: «ныне (село, пустошь) состоит за таким-то, а дошло до него в таком-то году от такого-то». Таких документов о Кутузовских владениях в Костромской области сохранилось не мало.
Так и в ревизских сказках по всем 10 ревизиям указано: ныне – за таким-то, а по предыдущей (такой-то ревизии) – за таким-то.
По этим документам я установил принадлежность многих деревень из окружающих Щелыково в разные года тем или иным лицам и, сопоставляя эти данные с родословной, выяснил любопытную картину. И теперь у меня не осталось сомнений, что само сельцо Щелыково с самого момента своего возникновения и до смерти М.Ф. Кутузова – никогда не выходило из Кутузовских рук. Приведу Вам кое-какие доводы по этому.
Начну с конца. Как Вы знаете, в 1800 году Щелыково было за генерал-майором Ф.М. Кутузовым.
В документе № 1406, фонд 116, опись 7 читаем: «Дошло нам от дяди нашего, а ему от деда нашего (дядя – Иван Фёдорович, дед – Фёдор Михайлович I) сельцо Щелыково с деревнями Харино, Субботино, Лобаново, Василёво, Маркушево и с. Твёрдово». Это документ 1793 г., дата «дошло» – в 1775 г.
По данным 3 ревизии – 1762 г. – читаем: за бригадиром И.Ф. Кутузовым – с‑цо Щелыково, с. Твёрдово, д. Худяки, Маркушево, Василёво, Лобаново, Маринино, т.е. почти в том же составе. Там же читаем: а ранее того, по предыдущей ревизии, за отцом его – Михаилом Васильевичем Кутузовым.
Данных 1‑й ревизии – 1729 г. – не сохранилось, но в одном документе все те же деревни, но без Щелыкова, в 1717 году показаны за тем же М.В. Кутузовым.
Далее, находим, что в 1629 г. за Василием Ивановичем Кутузовым были все те же деревни, с прибавлением Ильинского и ещё некоторых других – по Куекше и Сендеге вверх.
Затем – Иван Постников сын Кутузов жалован в вотчину в 1588 г. царём Фёдором Ивановичем деревнями и угодьями в Костромской округе (Ряполово, Ильинское, Твёрдово, Василёво и др.).
Далее вглубь материалов уже нет, но Постник Елизаров Кутузов царём Иваном Грозным жалован был в поместье в той же Костромской округе.
Начнём с Ивана Постникова сына Кутузова. За ним (не считая деревень в других уездах) следующие населённые пункты: Твёрдово, Лодыгино, Пахомцево, Филипцево, Фомицыно, Василёво, Харино, Субботино, Дорофеево, Дорофейцево, Кокуйки, Куликово, Лобаново и какие-то мне неведомые Сипягино, починок Шахаров, починок Богданов, починок Ефимов.
У Ивана Постникова сына было 4 сына.
В 1619 г. за Никитой Ивановичем – Твёрдово, Фомицыно, Филипцево, Лодыгино;
за Данилом Ивановичем – Куликово, Кокуй, Дорофеево;
за Михаилом Ивановичем – Дорофейцево, Ильинское;
за Василием Ивановичем – Ильинское, Твёрдово, Василёво, Лобаново, Харино, Худяки.
Затем – в 1684 г. видим Лодыгино за Семёном Никитичем, а Твёрдово, Филипцево, Фомицыно, Пахомцево – за детьми Дмитрия Никитича, его внуками; и последнее в этой линии: в 1790 г. за Дмитрием Васильевичем, его отцом Василием Евграфовичем и девицей Марией Павловной – те же деревни. Дмитрий Васильевич умер после 1790 г. бездетным, а Мария Павловна вышла замуж за Яковлева.
Теперь – в потомстве Михаила Васильевича (его дети): Никита Михайлович бездетен, Иван Михайлович с сыновьями Тимофеем и Ильёй и дочерью Матрёной (замужем за Полозовым) – с. Ряполово и Ильинское,
за Фёдором Михайловичем – те же Твёрдово, Лодыгино, Харино, Субботино и т.д.
Данило, Афанасий и Алексей – бездетны, а за Петром Михайловичем и его сыном Иваном – с. Ильинское.
В этой линии потомство было только у Фёдора Михайловича – сыновья Михаил Фёдорович (жена Н.А. Козловская) и Иван Фёдорович (жена Мария Васильевна Радилова).
Исходя из всего этого, я отношу возникновение Щелыкова как населённого пункта между 1700 и 1720 г., т.е. ко временам Ф.М. Кутузова I-го. По моим соображениям, Щелыково ранее этой даты и не могло быть населённым пунктом. Не знаю, прав я или нет, и Вы, быть может, будете всё же придерживаться версии о принадлежности Щелыкова в 17 веке Полозовым и Глебовым, у меня же не остаётся этим лицам никакого места.
Не знаю, насколько связно все эти свои соображения я изложил и будет ли понятна моя мысль, – именно то, что Щелыково возникло не ранее 1700 г. и никогда не было ни в чьих руках, кроме Кутузовых.
Интересно отметить, что с. Твёрдово с незапамятных времён было разделено на части, и до самой отмены крепостного права в Твёрдове был целый ряд владельцев – кроме Кутузовых, мы тут видим в конце 18 века кн. П.И. Репнина, генерала Кар, Витовтовых, Свечиных и т.д.
Линия Никиты Ивановича Кутузова долгое время удерживала в своих руках Филипцево и Фомицыно, а линия Василия Ивановича – деревни вокруг Щелыкова: Василёво, Лобаново и др.
В древних документах очень часты искажения собственных имён, отчеств и названий, часто вместо имени отца, при употреблении отчества, употребляется имя деда. Так, в писцовых книгах 1680 гг. все пять сыновей Дмитрия Никитича Кутузова именовались по отчеству не по имени отца – Дмитриевичами, а по деду – Никитичами. Вообще, это был большой труд.
К началу 19 века все мужские линии потомства Кутузовых умерли. Последним умер в 1812 г. сын генерал-майора Ф.М. Кутузова – Николай. Ранее – в 1801–1802 г. – умерли его отец Ф.М. Кутузов и дядя Алексей Михайлович, этот умер холостым. Несколько ранее умерли бездетными последний потомок Никиты Ивановича, Дмитрий Васильевич (1796 г.), и Ильинский Кутузов, Иван Петрович (1789 г.).
Братья Ф.М. Кутузова – Пётр (сержант-преображенец) и Александр – умерли до 1777 г., не оставив потомства. В 1762 г. Александр был ещё кадетом.
Родственники Полозовых – Тимофей и Илья Ивановичи – тоже умерли бездетными.
Лодыгинский Семён Никитич умер ещё в конце 17 века, детей он тоже не имел.
Интересно отметить, что знаменитый фельдмаршал М.И. Кутузов (Голенищев) с двух сторон являлся дальним родственником Щелыковского Ф.М. Кутузова.
Около 1400 г. жил Ананий Александрович Кутузов, у него было много сыновей, но только два из них оставили потомство – старший Данило, боярин Василия II, и младший Василий, по прозвищу Голенище, бывший в 1471 г. Новгородским посадником, он родоначальник Голенищевых-Кутузовых. Фельдмаршал М.И. Кутузов – от него 10‑е колено, а генерал-майор Ф.М. Кутузов-Щелыковский – 10‑е колено от Данилы.
А затем, отец Ф.М. Кутузова – М.Ф. Кутузов, капитан лейб-гвардии Преображенского полка, был женат на Наталии Андреевне, княжне Козловской (за ней было получено в род Кутузовых Угольское с целым рядом деревень, именно там и жил М.Ф. Кутузов, а в Щелыкове жил его старший брат И.Ф. Кутузов), а на другой княжне был женат известный Екатерининский вельможа А.И. Бибиков5. А сестра А.И. Бибикова, Елизавета Ильинична, была замужем за фельдмаршалом М.И. Кутузовым.
М.И. Кутузов бывал в Борщёвке князей Козловских, это на Волге, около Семигорья6, а А.И. Бибиков, умерший в 1774 г., там и похоронен7.
Могилы первых Кутузовых: Гаврилы, дружинника князя Александра Невского, его сына Андрея и внука Прокши – вблизи известной всему миру церкви Спаса Нередицы, у Новгорода.
Голенищевы-Кутузовы имели свои родовые вотчины в Псковской губернии (Торопецкий уезд и др.), но благодаря родственным связям в 18 – начале 19 века (они породнились, кроме Бибиковых-Козловских, ещё с Готовцевыми) их владения были и в Кинешемском, и в Нерехтском уездах.
Кроме вымерших Костромских Кутузовых, ещё была ветвь Новгородских-Валдайских и Тверских-Вышневолоцких, но они уже были от Костромских так же далеки, как и Голенищевы-Кутузовы.
Две же самые старшие ветви Кутузовых, из коих вышло наибольшее число воевод, бояр и т.д., – линия Кутузовых-Коровы и Кутузовых Горбатых и Зубатых (Московские линии) – угасли ещё в конце 16 века. Многие из них, да и из других линий, погибли, защищая родину от татар, поляков, немцев, шведов, некоторые пропали в плену – в рабстве у турок, хивинцев, крымских татар.
Вообще, фамилия интересная, и я очень доволен тем, что мне довелось детально ознакомиться с этим родом – ведь это кусочек истории нашей Родины, причём освещённый светом первоисточника, без всяких «измов» и наклеенных ярлыков.
Ну, однако я заболтался с Вами о Кутузовых. Может быть, Вам всё это вовсе и не интересно. Но, поскольку Вы желали иметь родословную Кутузовых, я посылаю вам кусочек – Костромских Кутузовых, ведь всех их я на свет Божий вытащил до 200 душ! И на этом, пожалуй, закончу.
Письмо это, наверное, Вы получите уже по возвращении из второй поездки в Москву. Мне очень желательно знать, когда Вы должны быть в Щелыкове и увижу ли я Вас там в конце мая? Пожалуйста, сообщите мне Ваши предположения на этот счёт8.
Затем – Майя просит передать Вам, что Вас она целует и просит, при случае Вашего посещения Костромы, не обегать нашего дома.
Я же – со своей стороны – присоединяюсь к ней в этом и, пожелав Вам наилучшего здоровья,
остаюсь искренне Ваш А. Григоров.

1 М.М. Шателен 7 апреля: «Пока я старая кляча, но надеюсь всё же недуги свои побороть и с наступлением тепла (порядка середины мая) двинуться в Щелыково, постараться, чем могу, помочь новому директору разобраться в авгиевых конюшнях и навести какой-то порядок» (ед. хр. 1102, л. 46 об.).

2 В ограде закрытого в 20-х гг. XX в. Спасского храма села Спас-Заборья находилось фамильное кладбище Григоровых, а на кладбище, где хоронили всех умерших жителей прихода, «была отдельная ограда с могилами Григоровых – тех, что не “попали” на фамильное кладбище Григоровых в церковной ограде» (см. Приложение № 1 на стр. 501); Александровское – родная усадьба А.А. Григорова, «дотла» сгоревшая в 1919 г.; в Кинешме жил троюродный дядя А.А. Григорова, Иван Иванович Григоров. О впечатлениях от запланированной на май поездки см. письмо Б.С. Киндякову от 18 июня 1969 г. на стр. 104.

3 М.М. Шателен 13 мая: «Л.И. Антропов в Щелыкове, думаю, что ещё на прежней должности, ибо найти кого-то на его место со званием и дипломом, который согласился бы жить в Щелыкове, по-моему, так же трудно, как выиграть 100 тысяч рублей на трамвайный билет» (ед. хр. 1102, л. 51).

4 «Государев родословец – название, закрепившееся в исторической литературе за официальной родословной книгой, составленной в 1555 г. разрядным дьяком Иваном Елизаровичем Циплятевым. Ни рукописи этого памятника, ни точных копий с него не сохранилось» (Бычкова М.Е. Государев родословец // Русская генеалогия – М., 1999. – С. 38).

5 Александр Ильич Бибиков (1729–1774) – генерал-аншеф, маршал (председатель) Екатерининской комиссии для составления проекта нового Уложения, сенатор. Его жена – Анастасия Семёновна, урожд. княжна Козловская (1729–1806).

6 Усадьба находилась в Нерехтском уезде в 18 км от Плёса, на таком же расстоянии, – но только вверх по Волге – от Кинешмы, в 70 км от Костромы. В настоящее время территория, занимаемая усадьбой Борщёвка, относится к Ивановской области (Вичугский район, Каменская сельская администрация) (Йенсен Т.В., Кондратьева И.Ю., Ойнас Д.Б., Сорокин А.И. Костромская усадьба. – Кострома, 2005. – С. 133, 522).

7 Ни могила А.И. Бибикова, ни деревянная Петропавловская церковь, в склепе под которой он был похоронен, не сохранились.

8 М.М. Шателен 2 мая: « <…> К июню я надеюсь уже там быть, но если всё будет в порядке, то буду там числа 23–24 мая. Если время Вам позволит, мне и хотелось, чтобы Вы своё путешествие немного отсрочили и попали в Щелыково к годовщине (14/VI)» (ед. хр. 1102, л. 49). 14 июня – день смерти А.Н. Островского.

~ • ~

29 мая 1969 года

Дорогая Мария Михайловна!
Вы, наверное, уже в Щелыкове, а я не решаюсь всё тронуться в намеченное путешествие. Виной этому – отвратительная погода и вообще вся, такая несуразная нынче, весна.
Всё время холода, дожди лили как из ведра, а сейчас, хоть и сухо, но с севера тянет такой холодный ветер, как будто из холодильника. Так и не видели нынче весны. Правда, всё уже зелено и цветёт то, чему положено, но всё как бы нехотя, через силу.
Всё же я решаю пуститься в путь около 5 июня, значит, буду у Вас в Щелыкове около 8–10 числа.
Дома у нас всё ладно, Майя с наступлением «весны» стала кашлять меньше, но всё же как-то утратила своё прежнее состояние, и нечего думать ей пускаться в такое путешествие, какое я задумал.
Вот это я и хотел Вам написать, чтобы Вы не ждали моего появления в Щелыкове ранее 8 июня, в крайнем случае, 7‑го.
Майя Вас целует и просит заезжать в Кострому, к нам, к чему, конечно, и я присоединяюсь.
Будьте здоровы.
Ваш А. Григоров.

~ • ~
21 июня 1969 года

Дорогая Мария Михайловна!
Я исполняю обещанное и одновременно посылаю Вам книжку об Ипатьевском монастыре. Эта книга, хотя и не большая по объёму, но автор всё в ней изложил достаточно достоверно, без всякой «агитации», что особенно важно1.
Надеюсь, что и Вам эта книжка понравится.
Должен Вам сообщить, что в Костромском архиве, в фонде Духовной консистории, не сохранилось никаких документов – формуляров и т.д. – о предках А.Н. Островского. Материалы 18 века и начала 19‑го (до 1840 г.) очень бедны и не полны, и сохранилось полностью лишь то, что не имеет отношения к Костромской губернии – а именно: о церквах Любима и всех делах о священниках Любимского округа2. А в более поздних делах – нечего и время терять искать.
Сохранившиеся метрики всё же буду просматривать.
Дома у нас дела всё те же. Майя – то получше, то похуже; не знаю, чего это она вот уже целый год всё не может «обрести свою повседневную форму».
Погода довольно хороша, начали грибы появляться, но я ещё ни разу не выбрался в лес.
Собирайтесь когда-нибудь в Кострому, мы будем очень рады Вас видеть у себя.
Майя Вас целует и шлёт привет.
Ваш А. Григоров.

Брюсова В.Г. Ипатьевский монастырь. Ярославль: Верхне-Волжск. кн. изд-во, 1968.

2 Город Любим – ныне районный центр Ярославской области.

~ • ~

2 июля 1969 года

Дорогая Мария Михайловна!
Ваше письмо я получил и был рад узнать, что присланная мною Вам книжка об Ипатьевском монастыре понравилась Вам1.
А вот насчёт состояния Вашего здоровья – то сообщённые Вами по этому вопросу новости вовсе не из тех, которые могут принести радость. Остаётся надеяться, что всё же Вы сможете преодолеть все эти напасти и сможете осуществить поездку в Кострому.
Теперь перейду к тем вопросам, о которых Вы упоминаете в своём письме.
По поводу Островских – т.е. деда, Фёдора, – то я пришёл к выводу, что найти что-либо в архиве про кого-либо из Островских – предков – очень трудно2. Я просмотрел все описи; конечно, нет никакой гарантии, что если бы удалось просмотреть не описи, а самые дела, то могло бы что-нибудь обнаружиться. Ведь в заголовках, написанных столь малоквалифицированными сотрудниками (а именно эти сотрудники и составляли описи в 1930–1950 гг.), так много переврано и фамилий, и названий, и разных других слов, малопонятных для этой категории людей. Но просмотреть всё – ведь это около 40 тысяч дел – невозможно.
Ещё очень обескураживает то обстоятельство, что материалы 18 века, и ранее, сохранились почти исключительно по Любимскому духовному правлению, ведь в 18 веке и ранее г. Любим входил в состав Костромской епархии. И ещё есть частично по Луховской и Юрьевецкой округе.
А по Костроме систематический архив есть только за конец 19 века и 20 век. Но формуляр о П.Ф. Островском мне не попадался.
Материалы о других священниках Островских – по г. Макарьеву, Юрьевцу и ещё по какому-то – мне встретились в делах дворянского собрания: по поводу ходатайства этих иереев о причислении их к дворянскому сословию в связи с награждениями орденами.
В части Островского загса – я уже у этого загса справлялся. У них нет никаких метрических книг по церкви Никола-Бережки и Угольское ни за какие годы, и где они находятся – неизвестно. Может быть, в Иванове? Ведь с 1918 по 1944 г. эти места входили в Ивановскую область.
Судиславскую газету я обязательно найду и посмотрю, что это такое, дайте только срок3.
Сейчас я занят собиранием материалов по двум линиям: первое – это о Пушкиных‑Костромских; это родственники А.С. Пушкина, но другая ветвь, а именно:


Пушкины
Александр Петрович 1686 братья Фёдор Петрович 1684
Лев Александрович 1723 Алексей Фёдорович 1717
Cергей Львович 1770 Юрий Алексеевич 1743
Александр Сергеевич 1799–1837 Александр Юрьевич 1777 4
Лев Александрович 1849 5
Лев Львович 1861
Сергей Львович 1900

Среди Костромских Пушкиных есть довольно интересные люди, особенно Евгения Львовна (1851–1930)6.

А второе – это о Яковлевых. Дело в том, что Кинешемские Яковлевы – одного рода с Яковлевыми, из которых вышел А.И. Герцен.

Яковлев Александр Андреевич, живший в Дорофееве (ему же принадлежали Фомицыно, Филипцево и друг.), был женат 2 раза – 1-я жена, Мария Павловна Кутузова, умерла в первый же год своего супружества, а вторая жена, Анна Васильевна Бестужева-Рюмина, принесла ему в приданое Анненское7. Сестра же его, Вера Андреевна, была замужем за владельцем Комарова – Андреем Полозовым 8; у неё детей не было, муж умер раньше её, и она, Вера Андреевна, Комарово завещала своим племянникам и племянницам 9. А родство их с Герценом такое:

Андрей Упом. в 1671 г.
Александр +1746 братья Иван
Алексей 1726–1781 Андрей +1767
(с. Спас-Пенье) Иван 1767–1846 (Дорофеево) Александр 1760–1836, (Комарово) Вера
Александр Герцен 1812–1870 Павел 1789-1833 (Анненское)
Дмитрий 1831–1909 (Панброво)
Александр 1878–195610 (Комарово)

Старушки, которые доживали свой век где-то не то в Филипцеве, не то в Дорофееве и как будто бы похороненные в Никола-Бережках, – это Анна Павловна и Вера Павловна, внучки Александра Андреевича, бывшего опекуном малолетних Кутузовых после смерти Ф.М. Кутузова11.
Вот у меня и собирается много материала об этих двух фамилиях, и сейчас я над этим усиленно работаю.
А поискать в писаниях Андроникова можно…12

1 М.М. Шателен 27 июня: «Большое спасибо за книгу об Ипатьевском монастыре, прочитала её с удовольствием, а сейчас передала для прочтения сестре, Марианне Александровне» (ед. хр. 1102, л. 52).

2 Поколенная роспись рода А.Н. Островского, составленная А.А. Григоровым в 1976 г., – «далеко не полная», по его словам, – начинается с Фёдора Ивановича – деда драматурга. Роспись (ГАКО, ф. р-864, оп. 1, ед. хр. 1099, л. 1–3) опубликована в журнале «Губернский дом» (№ 1–2 за 1998 г., стр. 21–22), но без ссылки на архив.

3 Несомненно, речь идёт о заметке «Увлекательная экскурсия», за подписью «Группа девочек 6‑х классов Судиславской средней школы», опубликованной в «Сельской жизни» 17 июня. Половина заметки – рассказ о посещении музея-усадьбы А.Н. Островского «Щелыково».

4 О годе рождения А.Ю. Пушкина см. письмо к Н.К. Телетовой от 16 марта 1979 г. на стр. 365.

5 Правильно: 1816.

6 Евгения Львовна Пушкина,по профессии врач, оказывала большую медицинскую помощь окрестным крестьянам, много заботилась о народном просвещении. Вступила в образованный в 1918 г. в своей усадьбе Новинки совхоз (коммуну).

7 Позднее А.А. Григоров писал, что 1-м браком А.А. Яковлев был женат на Анне Васильевне Бестужевой-Рюминой, а вторым на Варваре Николаевне Протасьевой (ед. хр. 1761, л. 36). См. также письмо В.П. и Е.В. Степановым от 2 июня 1970 г. на стр. 125.

8 Полозов Андрей Михайлович (1738–?). Поручик. Солдат лейб-гвардии Семёновского полка с 1757 г. по 1764 г. (ед. хр. 1200, л. 11). Женат на Вере Андреевне с 1771 или 1772 г. («Фамильная записка» Д.П.  Яковлева; архив В.А. Яковлевой и С.А. Малышева).

9 У А.М. и В.А. Полозовых было две дочери: Наталья Андреевна Полозова (?–1848) и Надежда Андреевна, в замужестве Нелидова (?–1839). «Обе сестры жили постоянно в Комарове, хотя и в разных домах, ведя отдельное хозяйство <…>» (там же, стр. 8).

10 А.Д. Яковлев умер в 1950 г.

11 Вера Павловна Яковлева (1825–не ранее 1901) жила в Комарове, похоронена там же около церкви. Анна Павловна (1830–?) жила в Кинешме в Вознесенском переулке, скорее всего, в Кинешме и похоронена (сообщено их внучатой племянницей В.А. Яковлевой, Москва).

12 Продолжения письма не сохранилось.

~ • ~

4 августа 1969 года

Дорогая Мария Михайловна!
Только что получил Ваше письмо и спешу ответить. Конечно, я с удовольствием соглашусь на Ваше предложение, безотносительно того – будет или нет какая-либо материальная польза: ведь я не материалист, а неисправимый идеалист. Конечно, как Вам известно, – дают, так бери.
Но мне нужны кое-какие отправные точки, а именно:
1. Размер (объём) статьи – в листах односторонних машинописи, через 2 интервала.
2. Срок сдачи статьи.
3. План, тематическая разбивка или конспект, что ли; в общем, сами знаете – этот пункт надо осветить возможно более подробно.
4. Поскорее получить ответ, дабы не тянуть, т.к. Вы сами пишете, что дело «пожарное»1.
Вот эти основные требования мои, или, вернее, пожелания.
Теперь коротенько про наше житьё-бытьё.
Лето нынче ужасное. Так мало солнечных тёплых дней, надежды на огурцы и помидоры постепенно угасают. Клубники, правда, было достаточно – все наелись и кое-что запасли на зиму, и даже продали на 16 руб. И ещё маленько будет. Фруктовые деревья сильно пострадали от суровой зимы, да и молоды они ещё, так что тут ничем не поживишься. Грибов пока ещё нет, да и в такой холод вряд ли будут. Несколько раз ходили уже, да кроме лисичек и сыроежек, ничего не попадалось.
Вчера весь день лил дождь, и сегодня, видимо, то же самое будет.
Мая чувствует себя несколько лучше, но на неё опять напала напасть. Как-то выдались жаркие солнечные деньки, и мы отправились на Волгу. Надумали искупаться, и вот, она наступила в воде на что-то и очень сильно порезала себе ступню. Рваный и глубокий порез, и очень болезненный. Правда, нарыва не образовалось, но затягивает туго. Уже 3 недели, а нога всё ещё в повязке и ступать больно.
У нас, как всегда, летом гости. Июль месяц гостили из Москвы двоюродная сестра и её подруга – почти 4 недели, да на недельку приезжала ещё одна знакомая дама из Московской консерватории2. А сейчас, на август месяц, приехала из Москвы племянница Маи – дочь Вани Хомутова, а с 10-го ждём её мужа и дочку3 – подругу нашей внучки, которая тоже приехала на каникулы на август месяц. В общем – дом, как и в прошлое лето, полон.
Из-за гостей мои работы медленно идут, это я говорю о Пушкиных и Яковлевых-Герцен. Кое-что нашёл ещё и по Островским, но ещё не смотрел, только по описям выписал и заказал на 8 число. Но как только получу от Вас требуемые данные – брошу на время все остальные дела ради этого4.
На рынке у нас масса всяких ягод, фруктов и овощей, арбузы, дыни и т.д.; почти всё, кроме картошки и капусты, привозное.
Приезжал ли в Щелыково А.И. Ревякин? Если он сейчас там, то передайте ему мой привет и попеняйте, что он не ответил на моё письмо, даже на два.
А собираетесь ли Вы в Кострому? И долго ли пробудете в Щелыкове?
Вот и всё на сей раз.
Мая Вас целует и просит приезжать к нам. А я пожелаю Вам наилучшего здоровья и успехов в делах.
Ваш А. Григоров5.

(ГАКО, ф. р-864, оп. 1, ед. хр. 1102, л. 6, 6 об., 7, 7 об.).

1 М.М. Шателен 1 августа: «Для “Щелыковского путеводителя” нужна краеведческая статейка обзорного типа с несколько историческим уклоном. Предложенный первоначально кандидат (кандидатура области) не подошёл ВТО, и я предложила Вас и получила согласие, думаю, что и Вы не откажетесь (лишние копеечки в бюджете не помешают). Пишу сейчас предварительно, так как издательский отдел ещё не прислал нам ни плана статьи, ни договора, но нам важно иметь Ваше принципиальное согласие и зараз предупредить Вас, что статья нужна, как говорится, в пожарном порядке. Деньги они платят поздно, когда будет собран весь материал. Мы с Ревякиным сдали материал в мае, а деньги получим вместе с Вами, ибо остановка только за краеведческой статьёй и описанием мемориальных комнат, которое должна сдать сестра Марианна Александровна» (ед. хр. 1102, л. 55 об.).

2 Ольга Павловна Ламм.

3 Скорее всего, Любовь Ивановна, Борис Владимирович и Татьяна Костецкие.

4 О выходе в свет путеводителя, о котором идёт речь в письмах М.М. Шателен и А.А. Григорова, ничего неизвестно; нет «Щелыковского путеводителя» ни в библиотеке Государственного мемориального и природного музея-заповедника «Щелыково», ни в библиотеке Государственного центрального театрального музея им. А.А. Бахрушина, хотя ровно через 2 года – 8 октября 1971 г. – М.М. Шателен писала А.А. Григорову, что путеводитель находится в печати (ед. хр. 1104, л. 20). Но несомненно, что заказанная А.А. Григорову статья послужила толчком к написанию (совместно с В.Н. Бочковым) книги «Вокруг Щелыкова», над которой он работал уже в 1971 г. (см. письмо Б.С. Киндякову от 8 октября 1971 г. на стр. 112).

5 Письмо впервые опубликовано: Губернский дом. – 1998. – № 1–2. – С. 43, – но без ссылки на архив.

~ • ~
© Alexander Grigorov (Kostroma)