РЫЛЕЕВЫ

К.Ф. РЫЛЕЕВ И КОСТРОМСКОЙ КРАЙ

В двадцати километрах к юго-западу от Галичского озера находится небольшая и тихая деревенька Ахлебинино, ныне входящая в состав Шокшинского сельсовета Галичского района. Для костромских краеведов это место очень памятно и дорого, ведь именно здесь находилась рылеевская вотчина — родовое имение одного из руководителей декабристского движения Кондратия Федоровича Рылеева.


К.Ф. Рылеев

В одном из фондов Центрального государственного архива древних актов хранится отпускной лист Андрея Федоровича Рылеева, деда декабриста, выданный ему в 1749 г. в связи с уходом в отставку после многолетней военной службы. В этом документе, в частности, говорится, что «объявитель сего лейб-гвардии Императорского Величества Преображенского полку бомбардирской роты бомбардир Андрей Федоров сын Рылеев... за болезнью от полковой и гарнизонной служеб отставлен вовсе, а за службу ево дан ему ранг армейских полков подпорутской и отпущен в дом его Архангелогородской губернии Галицкого уезда в усадьбу Охлябинино, а во оном доме жить ему свободно и к делам ни к каким ево не определять...» (в те годы Галичский уезд входил в состав тогдашней Архангелогородской губернии). Любопытно, что отпускной лист был подписан известным политическим и военным деятелем графом Румянцевым-Задунайским.

В Центральном государственном военно-историческом архиве хранится формулярный список подполковника Федора Андреевича Рылеева, отца декабриста, во владение к которому в 1777 г. перешло Ахлебинино. В списке читаем, что он не раз бывал «в действительных с неприятелем сражениях и при осадах и блокадах и штурмовании крепости Измаил, Подзамков, Краков и во всех тех движениях и форсировании всех маршей, где только Суздальский пехотный полк был под командою бывшего бригадиром и генерал-майором, что ныне господином генерал-аншефом и кавалером Александром Васильевичем Суворовым безотлучно находился». Отец декабриста — яркая и замечательная личность. Известно, что К.Ф. Рылеев бережно хранил одну из семейных реликвий — боевую шпагу своего отца, на клинке которой было начертано: «Виват, Екатерина».

Будущий декабрист, поэт К.Ф. Рылеев одним из первых русских общественных деятелей обратил внимание на историю героического подвига Ивана Сусанина. Возможно, это не было случайностью, и здесь сыграли свою положительную роль его глубокие связи с костромской землей? Незадолго до Отечественной войны 1812 года Кондратий Федорович создает стихотворение-думу «Иван Сусанин», написанную с глубоко патриотических позиций. В годы войны с французскими захватчиками дума Рылеева способствовала поднятию патриотического духа русских.

КОСТРОМСКИЕ ДВОРЯНЕ РЫЛЕЕВЫ И ИХ РОДОВАЯ ВОТЧИНА

В 19 верстах к юго-западу от Галичского озера, на берегу тихой речки Чёлсмы, впадающей в Галичское озеро, с незапамятных времен стояла деревня Ахлебинино или, иначе, «Охлябинино». Когда впервые имя этого маленького селения появляется в документах, откуда произошло это название, кто был первым владельцем и какова была судьба этого селения — вот вопросы, которые интересовали и продолжают интересовать костромских и галичских краеведов. Попытаемся же, насколько позволяют сохранившиеся в архивах документы, проследить историю «прародины» Рылеевых, из которых вышли, во-первых, один из главных руководителей движения декабристов, Кондратий Федорович Рылеев, затем два известных генерала — М.Н. и А.Н. Рылеевы и, наконец, любопытная фигура царствования Екатерины II — петербургский полицмейстер Никита Иванович Рылеев.

В том месте, где находилась рылеевская вотчина, то есть в южной части Галичского уезда Костромской губернии, было несколько сел и усадеб, имевших названия, происходившие от фамилий их владельцев: Готовцево, Нелидовское, Бартеневщина, Колычево, Рылеево и родина многих Рылеевых — деревня и усадьба Ахлебинино. Как известно, с давних пор в этих местах проживали помещики с фамилиями Готовцевы, Нелидовы, Бартеневы, Колычевы, Рылеевы и Ахлебинины. Любопытно, что хотя названия этих селений им дали их первоначальные владельцы по своим фамилиям, но превратности судьбы привели к тому, что уже в XIX веке ни одно из селений не имело владельцем человека из той фамилии, которая дала имя селению. По большей части путем браков, а иногда и по иным причинам, эти селения выходили из владения первоначальных вотчинников: Готовцево оказалось во владении Чалеевых, Нелидовское — Готовцевых, Рылеево — Шиповых и так далее. А Ахлебинино уже по документам 1628 года значится во владении Рылеевых. С тех пор, то есть с 1628 года и вплоть до 1816 года, Ахлебинино оставалось во владении Рылеевых. В непосредственной близости от Ахлебинина находились и другие усадьбы Рылеевых: Ворошилово, Высоково, Воробьево, Власово — и многочисленные деревни, принадлежавшие к той же рылеевской вотчине.


Николаевская церковь села Рылеево

По сохранившемуся описанию времен генерального межевания (1777 г.), владельцами Ахлебинина значатся не только Рылеевы, но и другие совладельцы, а именно: жена капитана 2-го ранга Мария Михайловна Колычева, урожденная Бычкова, и капитан Иван Иванович Борноволоков. Обе фамилии, Борноволоковы и Колычевы, в поколенной росписи не значатся в числе родных Рылеевых, но, возможно, что и Борноволоковы, и Колычевы были в родстве с Рылеевыми, так как совместные владения этих двух фамилий и Рылеевых встречаются нередко. Родовые же вотчины Борноволоковых и Колычевых располагались в непосредственной близости от Ахлебинина.

Приводим «экономическое описание» сельца Ахлебинина, составленное к генеральному размежеванию земель:

«Сельцо Ахлебинино, Галичского уезда. Владельцы: прапорщик Феодосий Андреевич Рылеев (дядя декабриста. — А.Г.), капитан Иван Иванович Борноволоков, капитанша 2-го ранга Мария Михайловна Колычева. В оном сельце два господских деревянных дома, одноэтажных, со всеми принадлежавшими к ним службами (один дом деда декабриста, Андрея Федоровича Рылеева, а другой — капитана И.И. Борноволокова. — А.Г.). Сельцо положение свое имеет на суходоле, в оном сельце копаный пруд, вода из коего к употреблению людям и скоту здорова. В оном сельце одна ветряная мельница об одном поставе, мелет для господского домашнего обихода. Лес — мелкий, дровяной: ель, сосна, береза, ольха, осина, черемуха и рябина. Звери в нем: волки, лисицы, зайцы, векши. Птицы: тетери, рябчики, кукушки, ястребы, вороны и сороки. Грунт земли серо-глинистый, по урожаю хлебов способен. Родится рожь, пшеница, ячмень, овес, лен. Сенные покосы — травы растут посредственно. Крестьяне все состоят на изделье, промышляют хлебопашеством, а женщины сверх того, помимо полевых работ, прядут лен, шерсть и ткут холсты и сукна для домашней надобности. Зажиточность крестьян посредственная» [1].

К концу XVIII столетия владельцами Ахлебинина уже значатся:

капитан Иван Иванович Борноволоков; у него 6 крестьянских дворов, в них душ мужских 13 и женских 19;

каптенармус лейб-гвардии Преображенского полка Михаил Федосеевич Рылеев (двоюродный брат декабриста. — А.Г.); за ним 2 двора, в них 10 мужчин и 12 женщин. Супруга его, Мария Филимоновна, урожденная Каратыгина, за ней 1 двор, в нем 4 мужчины и 4 женщины.

А вот кто владел Ахлебинином из числа Рылеевых, начиная с 1628 года:

1628 г. — Матвей Андреянович и Семен Андреянович Рылеевы;

1647 г. — Матвей Андреянович и Петр Семенович;

1650 г. — Иван Федорович, Илья Рылеев, Алексей Владимирович и Василий Владимирович;

1688 г. — Петр Семенович, Иван Солтанович и Максим Осипович;

1730 г. — Алексей Матвеевич, Андрей Матвеевич;

1747 г. — Андрей Федорович;

1777 г. — Федосей Андреевич, Федор Андреевич;

1790 г. — Федор Андреевич;

1797 г. — Михаил Федосеевич, его отец Феодосий (Федосей) Андреевич;

1816 г. — Михаил Николаевич.

После 1816 г. среди владельцев ус. Ахлебинино лиц с фамилией Рылеевы мы не встречаем. Когда именно и каким образом Ахлебинино вышло из рода Рылеевых, пока установить не удалось. Перед земельной реформой 1861 года владельцами Ахлебинина были уже помещик Чайковский (у него 3 двора) и помещица Воронова (у нее 3 двора). Указаний же на существование усадебного господского дома в это время нет.

В 1902 году в Ахлебинине было 16 дворов крестьянских, а в 1906 г. бывшая помещичья земля по Ахлебинину уже перешла во владение богатого крестьянина той же деревни, Соколова Ивана Галактионовича (всей «барской» земли уже оставалось 125 десятин, и всеми ими завладел И.Г. Соколов).

В 1971 году Ахлебинино входило в состав Шокшинского сельсовета Галичского района, и там было всего 9 дворов. Ныне Ахлебинино входит в состав совхоза «Галичский».

Несколько слов о фамилии Ахлебининых. Как уже сказано было выше, и само название селения, и фамилия эта писались двояко: «Ахлебинино» и «Ахлебинины», а также «Охлябинино» и «Охлябинины». Помещики Ахлебинины жили в костромском крае, как и Рылеевы, с незапамятных времен. Из них некоторые владели поместьями, кроме Галичского уезда, еще и в Солигаличском, и в Кологривском. Так из солигаличских Ахлебининых известна бабушка знаменитого адмирала Геннадия Ивановича Невельского, Мария Александровна Ахлебинина. При дворе императрицы Екатерины II подвизался «придворный карлик» из кологривских помещиков Ахлебининых. Он за свои заслуги в лице «карлика Ея Величества» был удостоен чина статского советника. Полные его титул «Статский советник, карлик конторы Ея Величества, Иван Иванович Ахлебинин» [2].

Ахлебинины имели родство с Бычковыми, и не потому ли мы видим в числе владельцев Ахлебинина в 1779 г. Марию Михайловну Колычеву, урожденную Бычкову. Ее родная сестра, Елизавета Михайловна Бычкова, была в замужестве за Николаем Александровичем Ахлебининым.

В далеком прошлом в России была княжеская фамилия «Охлябинины», давно уже угасшая, но эта фамилия вряд ли имела какое-либо отношение к усадьбе Рылеевых — Ахлебинину.

ДЕЛО О НАСЛЕДСТВЕ ГЕНЕРАЛ-ПОРУЧИКА, СЕНАТОРА И КАВАЛЕРА НИКИТЫ ИВАНОВИЧА РЫЛЕЕВА

Никита Иванович Рылеев принадлежит к числу интереснейших людей екатерининской эпохи. Родившись в глухой северной провинции, в Галичском уезде Костромской губернии, сын небогатых дворян Рылеевых, он сделал знатную карьеру. Вступив, по обычаю тех лет, как дворянский сын, еще малолетним в лейб-гвардии Преображенский полк в 1760 году, он в 1776 году был полковым секретарем того же полка, в 1784 году уже имел чин бригадира, а с 1786 года — чин генерал-лейтенанта. В дальнейшем он назначается сенатором, с переименованием в тайные советники, а затем снова в воинском чине — генерал-поручика — с 1797 г. Он был ближайшим сотрудником императрицы Екатерины II и пользовался у нее исключительным доверием. Один из немногих он имел доступ к императрице для докладов в любое время. С 1784 года он занимал должность петербургского полицмейстера, а в дальнейшем — петербургского губернатора. После кончины Екатерины, когда ее преемник, император Павел I, изгонял со службы и из Петербурга всех соратников своей покойной матери, не избег этой участи и Никита Иванович. Однако он был уволен «с почетом» и по получении чина генерал-поручика, данного ему Павлом при отставке, удалился из Петербурга в свое галичское имение.

Это имение было не таким уж маленьким — оно включало в себя усадьбы Власово, Высоково, Воробьево, Овсянниково, Малое Апушкино и ряд деревень. Поселившись с женой в усадьбе Воробьево, Н.И. Рылеев привез с собой из Петербурга много различного имущества и зажил жизнью отставного вельможи.

Из завещания Н.И. Рылеева, имеющегося в Государственном архиве Костромской области, можно видеть, какое большое количество всякого рода ценных вещей, дорогой посуды, столового серебра, ковров, мебели, коллекций всевозможного оружия находилось в усадьбе Рылеева. Женат был Н.И. Рылеев на Евдокии Богдановне Бекорюковой, дочери недальнего соседа по имению, Богдана-Патрикея Бекорюкова, владевшего в соседнем Кадыевском уезде немалым имением. За женою Н.И. Рылеев также получил ряд деревень в том же уезде.

Детей у Н.И. Рылеева было двое: сын Александр, полковник гвардии, живший на очень широкую ногу и наделавший при жизни огромное количество долгов, и дочь Елизавета, воспитывавшаяся в Смольном институте (окончила в 1791 г.) и потом вышедшая замуж за генерал-майора русской службы, военного инженера Ивана Ивановича Прево-де-Люмиана, происходившего из Франции и в числе многих других эмигрировавшего после французской революции 1789 года в Россию.

При жизни своей Никита Иванович выделил из имения часть на долю сына, Александра Никитича, которую тот сумел в короткий срок промотать начисто. С целью поправления своего состояния, Александр Никитич женился в 1802 году, незадолго до своей смерти, последовавшей в 1804 году, на вдове поручика Александра Николаевича Нелидова, Надежде Ивановне, урожденной Головцыной, и получил за ней приличное приданое. Однако после смерти Александра Никитича все его кредиторы подали ко взысканию свои претензии на большую сумму. Вдова покойного смогла удовлетворить лишь небольшую часть долгов из своего капитала и имения. Между тем, у Александра Никитича в год его смерти, и незадолго до нее, родилась дочь Евдокия (4 февраля 1804 г). Естественно, что мать была очень озабочена тем, как обеспечить будущее своей дочери. Надо было уберечь оставшиеся еще не проданными за долги деревни. В то же время, у дочери Никиты Ивановича, Елизаветы Никитичны Прево-де-Люмиан, также было две дочери (Мария и Елизавета). В ожидании своей кончины Никита Иванович составил завещание, по которому все его состояние переходило к его внучкам, Марии и Елизавете. Это завещание было написано еще до рождения его третьей внучки, Евдокии Александровны.

Пока был жив сам Никита Иванович, никакого вопроса о его наследстве не могло вставать, а сам Никита Иванович не считал нужным изменять завещание и после смерти своего сына и рождения третьей внучки. Но после кончины Никиты Ивановича, когда завещание было обнародовано, вдова Александра Никитича — мать третьей внучки Никиты Ивановича, Надежда Ивановна, опротестовала завещание, по мотивам, что, якобы ее золовка, Елизавета Никитична, подделала завещание, а что все оставшееся после Никиты Ивановича состояние должно быть разделенным поровну между тремя его внучками. Между тем, кредиторы все сильнее нажимали на вдову Александра Никитича; оставшиеся еще в ее владении деревни и сельца попали под запрещение, а по протесту вдовы возникло дело о завещании Никиты Ивановича, которое тесно потом переплелось с делом о долгах покойного Александра Никитича.

Шли годы, выносились решения, недовольные решениями стороны заявляли «свое неудовольствие», и, одним словом, шла обычная судебная волокита, так сильно проявлявшаяся при тогдашних способах ведения судопроизводства.

В 1819 году Надежда Ивановна Рылеева умерла, а дело о наследстве Никиты Ивановича так и не было еще решено. В качестве заинтересованной стороны в этом деле вместо покойной Надежды Ивановны Рылеевой выступил ее сын от первого брака, Александр Александрович Нелидов, назначенный опекуном малолетней своей сводной сестры. Проживавший в Петербурге, А.А. Нелидов поддерживал отношения и со своим родственником по матери, Кондратием Федоровичем Рылеевым, что видно из одного письма К.Ф. Рылеева к его жене от 1824 г. Окончательное решение по делу о долгах А.Н. Рылеева и о споре по наследству Никиты Ивановича Рылеева между его внучками (чьи интересы представляла мать первых двух внучек, Елизавета Никитична Прево-де-Люмиан, а с другой стороны интересы третьей внучки — ее опекун и сводный брат, А.А. Нелидов) последовало лишь в 1823 году, когда было решено утвердить в правах наследства Марию и Елизавету Прево-де-Люмиан. А не получившая никакой доли в наследстве Евдокия Рылеева вскоре лишилась и остававшихся еще в ее владении деревень, пошедших в уплату долгов ее покойного отца.

Вскоре все рылеевские имения, оставшиеся после покойного Никиты Ивановича, были проданы, так как Елизавета Никитишна имела постоянное местопребывание в Петербурге, куда и были перевезены из Воробьева все коллекции, посуда, картины, дорогая мебель и прочее имущество. Какая судьба постигла перевезенное — неизвестно, и мы только можем судить обо всем этом из сохранившегося в архиве завещания Н.И. Рылеева.

Возвращаясь к личности Никиты Ивановича (как уже сказано выше, пользовавшегося неограниченным доверием Екатерины II, несмотря на его многочисленные промахи в службе), хочется сказать о таком факте. При выходе из печати известной книги А.Н. Радищева «Путешествие из Петербурга в Москву», вызвавшей сильный гнев императрицы, оказалось, что разрешение на печатание этой книги дал не кто иной, как сам петербургский губернатор Никита Иванович Рылеев. Однако даже и такой «промах» Рылеева (вероятно, что он и не читал этой рукописи, а разрешение на печатание дал по своей «простоте и доброте») не поколебал доверия императрицы к Никите Ивановичу.

Интересующихся личностью Никиты Рылеева я отсылаю к литературным источникам, в первую очередь, к «Русскому биографическому словарю», где указана вся литература о нем. Кстати, можно сказать, что составители заметки о Н.И. Рылееве не знали многих подробностей его жизни, им даже не было известно имя его жены, место, где находилась усадьба Рылеевых, и многое другое.

РЫЛЕЕВЫ И СЕЛО УГОЛЬСКОЕ

Александр Рылеев родился в 1805 году, был морским офицером, к 1842 г. он дослужился до чина капитана 2-го ранга. Его жена, Екатерина Николаевна Рылеева, была страстная картежница и однажды, играя в карты с гвардии поручиком Николаем Александровичем Патрикеевым, выиграла у него 424 тысячи рублей [*]. У Н.А. Патрикеева не нашлось денег [**], чтобы уплатить столь большой карточный долг, и он отдал Е.Н. Рылеевой в погашение этого долга свое имение Угольское в Кинешемском уезде Костромской губернии. Эта сделка была оформлена через Гражданскую палату в Костроме [3], и Е.Н. Рылеева поселилась в этой усадьбе, выигранной ею в карты.

В имении был двухэтажный деревянный дом, 1139 десятин земли и леса, картонно-бумажная фабрика близ деревни Подлужье. Ввод во владение выигранным имением совершен был 28 октября 1867 года.

У А. Рылеева и его жены Е.Н. Рылеевой, был сын, Николай Александрович (родился 25 ноября 1841 г., умер 15 ноября 1898 г. и похоронен в Костроме, в Богоявленском монастыре). Сперва Н.А. Рылеев служил в гвардии в Гатчинском кирасирском полку, а выйдя в отставку и поселившись в Угольском, он был в 1875 г. избран кинешемским уездным предводителем дворянства. В 1879 г. он женился на повивальной бабке (акушерке) из соседней Адищевской земской больницы Александре Васильевне Ермолаевой (родилась в 1854 г.). В 1883 г., будучи по должности предводителя председателем на уездном земском съезде, был обвинен в «подтасовке» выборов, вследствие чего против него было возбуждено дело, и он был отрешен от должности уездного предводителя. Однако никакого наказания он не понес, но более уже не мог избираться на выборные должности. Продав имение Угольское иваново-вознесенскому фабриканту Витову, он купил в Костроме дом по улице Ильинке (ныне — ул. Чайковского) и жил там до смерти. Жена его заведовала Федоровской общиной сестер милосердия при обществе Красного креста.

Усадьба Угольское, в 19 верстах от Кинешмы, близ известной усадьбы А.Н. Островского Щелыково, была старинной вотчиной князей Козловских, из которых одна княжна была замужем за сыном известного руководителя народного ополчения, князя Д.М. Пожарского, Иваном Дмитриевичем. По существующим преданиям, освободитель Москвы от поляков в 1612 году, князь Д.М. Пожарский, приезжал в Угольское к сыну и невестке и там отдыхал и лечился от полученных ран. После смерти И.Д. Пожарского, умершего бездетным, Угольское вернулось в род князей Козловских и было дано в приданое за княжной Натальей Андреевной Козловской, при выходе ее замуж за генерал-майора Ф.М. Кутузова, которому принадлежало соседнее Щелыково.

По смерти генерала Ф.М. Кутузова, Угольское перешло его дочерям Александре Федоровне, вышедшей замуж за Г. Сабанеева, и Любови Федоровне, вышедшей замуж за лейтенанта А. Патракеева. Сабанеевой достался старый, еще князей Козловских, каменный двухэтажный дом, а Патракеевой пришлось построить для себя новый двухэтажный деревянный дом в 15 комнат. Ныне не существует уже ни того, ни другого дома.

Отец Н.А. Рылеева и его мать похоронены на кладбище близ церкви в с. Угольском. Фамилия Рылеевых многих заставила искать их родства с семьей декабриста. Появилось немало всякого рода легенд, например, о том, что Угольское якобы принадлежало Кондратию Федоровичу, что там, на реке Мере, была деревня Рылеевка, будто бы, переименованная в Рыжевку по повелению императора Николая I, что местные крестьяне, «любившие своего барина», будто бы сумели после казни выкрасть его тело, незаметно перевезти в Угольское и там похоронить. Легенды эти упорно поддерживались многими местными жителями и даже внучкой А.Н. Островского, М.М. Шателен.

На заброшенном кладбище близ церкви на одной из могил кто-то нашел кусочек надгробной плиты, где можно было прочесть окончание фамилии «...еевы» или «...еев». Это был осколок плиты с могилы родителей Н.А. Рылеева. Однако находка усилила интерес к легенде, и тогдашний секретарь Островского райкома партии Куликов предпринял эксгумацию, желая извлечь останки Кондратия Федоровича и тем самым внести «весомый вклад» в историю декабристов. Эксгумацию произвели, достали гроб с останками, обратили внимание на истлевшие куски какой-то материи и сохранившиеся волосы с головы покойника. Тотчас было заявлено, что найдены волосы К.Ф. Рылеева, а остатки истлевшей материи объявили «арестантским халатом», в котором был казнен и погребен руководитель декабристов.

Но нашлись все же люди, посоветовавшие Куликову не спешить с выводами и направить все эти вещественные доказательства в соответствующие компетентные органы в Москву. Там, конечно, было дано заключение, что эти останки никак не могут быть отнесены ко времени казни К.Ф. Рылеева, а имеют более позднее происхождение. Домыслы оказались настолько нелепыми, что делать какую-либо публикацию на этот счет было неудобно. Куликов замолчал, но легенда продолжает еще бытовать в Угольском.


[1] ГАКО, ф. 138, оп. 5, д. 6.

[2] ГАКО, ф. 122, оп. 1, д. 164.

[3] ГАКО, ф. 116, оп.1, д. 208 за 1868 г.

[*] Выигранная Е.Н. Рылеевой сумма в письме к внучке А.Н. Островского, М.М. Шателен, от 12 мая 1968 г. — другая: 47 тысяч; в машинописном же экземпляре данной статьи — 42400 рублей. См.: Григоров А.А. «Родина наша для меня священна»: Письма 1958—1989 гг. — Кострома, 2011. — С. 80, 81. — Примеч. интернет-публикаторов.

[**] А.А Григоров в том же письме к М.М. Шателен называет его Николаем Николаевичем Патрикеевым (см. указ. издание, стр. 80). Эту фамилию А.А. Григоров писал и «Патракеев(-ы) (см. далее). — Примеч. интернет-публикаторов.

© Костромской фонд культуры, 1993