А. О. Гулин
г. Кострома

Деятельность губернских и городских органов власти в начальный период Первой мировой войны
(на материалах Костромской губернии)

В пятницу 18 июля 1 1914 года на территории Российской империи началась «...общая мобилизация всех наших сил» 2 . На следующий день германским послом министру иностранных дел России была вручена нота с объявлением войны, и страна на долгие 3,5 года погрузилась в пучину кровавой бойни, вошедшей в историю человечества под названием «Первая мировая война».

Тотальный характер начавшейся войны потребовал от провинциальных органов власти принятия самых энергичных мер по поддержанию хозяйственного и общественного порядка в регионе. Решение таких задач, как призыв в армию запасных чинов, организация помощи семьям призванных, борьба с ростом цен на услуги и товары повседневного спроса, развертывание и обеспечение бесперебойного функционирования лечебных учреждений и многих других могло быть найдено только в случае тесного взаимодействия губернатора, его аппарата и органов местного самоуправления.

В числе первоочередных вопросов, вставших перед губернскими властями, была организация выполнения Высочайшего Указа, который требовал «Призвать на действительную службу согласно действующему мобилизационному расписанию 1910 года нижних чинов запаса и поставить в войска лошадей, повозки и упряжь от населения... Призвать офицерских и классных чинов запаса армии и флота... врачей, ветеринаров и фармацевтов запаса армии и числящихся в первом разряде ополчения...» 3 .

Разноска мобилизационных предписаний и повесток призываемым в армию была начата по распоряжению губернского по воинской повинности присутствия в ночь с 18 на 19 июля, а 20 июля был подписан Высочайший Манифест об объявлении войны 4 . Сведения о количестве призванных в ходе первого мобилизационного сбора в Государственном архиве Костромской области не сохранились, а что касается последующей мобилизации ратников ополчения I разряда, то в июле 1914 года был призван 2 201 человек из числа не проходивших и 1 128 человек из числа проходивших ряды войск 5 .

Во исполнение циркулярных указаний Министерства внутренних дел в течение последней декады июля 1914 года губернатором – главноначальствующим Костромской губернии – был издан целый ряд обязательных для выполнения постановлений. Они предусматривали повышение ответственности за противоправные действия в военное время посредством передачи уголовных дел из общей подсудности к производству военных судов, запрещение распространения ложных слухов и сообщений, повышения цен на съестные припасы и предметы первой необходимости, продажу всякого рода алкогольной продукции, обязательную явку в полицию всех германских и австрийских подданных, начиная с 16-летнего возраста, проживающих в пределах Костромской губернии 6 . 4 августа губернатор подписал постановление, запрещающее распитие и хранение спиртных напитков. За нарушение всех перечисленных постановлений предусматривалось заключение в тюрьму на срок 3 месяца или штраф в сумме 3 тыс. руб. 7

21 июля 1914 года Костромская городская дума собралась на чрезвычайное собрание. В порядке рассмотрения вопросов повестки дня ею были приняты постановления о приостановке работ по благоустройству города и отказе в начинании новых работ, которые могли быть отложены до более благоприятного времени. Также было принято решение об организации торжественных проводов отправляющихся на фронт Пултусского и Юрьевецкого пехотных полков, в ходе которых городской управе было поручено подарить полковым офицерам по нагрудному образку иконы Федоровской Божией Матери, а нижним чинам выдать по 50 коп. на человека. В соответствии с циркуляром костромского губернатора No 2701 от 19 июля 1914 года было образовано «Городское попечительство для обследования на местах личного состава семейств, призванных на военную службу». Этому же органу было поручено выработать и представить на утверждение думы нормы выдачи пособий семьям служащих городских властных структур, призванных на военную службу 8 .

Следующим действием законодательной городской власти стало проведение экстренного собрания Костромской городской думы 30 июля 1914 года. Главным вопросом, обсуждавшимся депутатами, был вопрос об организации врачебно-санитарной помощи раненым воинам. По состоянию на 30 июля, первоочередные действия городских властей были направлены на оборудование и открытие лечебных учреждений для раненых общим количеством 220 коек 9 . Как показали дальнейшие события, приведенная цифра оказалась гораздо ниже фактической.

Также в ходе экстренного собрания был решен вопрос о выделении 5 тыс. руб. на расходы, связанные с проведенной и предстоящими мобилизациями: аренду помещений, оборудование и снабжение сборных пунктов для мобилизованных, устройство навесов, очагов и прочих приспособлений в местах формирования запасных полков и маршевых рот.

В заключение дума рассмотрела вопрос о создании под председательством супруги костромского губернатора губернской организации по сбору пожертвований на нужды Красного Креста 10 .

С участием губернатора 28 июля состоялось Чрезвычайное губернское земское собрание, выступая на котором глава губернии определил круг вопросов, требующих первоочередного обсуждения и решения: об обеспечении семейств призванных воинов и о помощи семьям запасных в деле уборки урожая и сева озимых, о недопущении чрезмерного роста цен на предметы первой необходимости, о сокращении расходов на работы по благоустройству населенных пунктов, которые не имеют срочного характера и связи с начавшейся войной.

Кратко охарактеризовав роль земских органов в решении первоочередных хозяйственных и социальных задач, губернатор особо подчеркнул, что «...земские люди Костромской губернии всегда знали, что им нужно делать, как 300 лет тому назад в годину Смуты, так и в Отечественную войну» 11 , и выразил уверенность, что «...и в этот момент они с честью выполнят свой долг» 12 .

По итогам обсуждения вопроса о помощи семьям призванных на войну работников губернского и уездных земств Чрезвычайное губернское собрание постановило, что обеспечение названных семей будет производиться за счет средств губернского земства с 1 августа 1914 года из расчета половины должностного оклада, получавшегося призванным, плюс 10 % оклада на каждого иждивенца – ребенка или родственника, но в сумме не более полного оклада призванного работника 13 .

Наиболее острая дискуссия разгорелась при обсуждении размера пособий от земства семьям нижних чинов, призванных по мобилизации на действительную военную службу. Сложность определения суммы пособия заключалась в том, что участники собрания располагали лишь примерными данными о количестве будущих призывников, а значит, и о числе призреваемых. Взяв за основу расчеты, выполненные 10 лет назад, в ходе Русско-японской войны, собрание определило, наконец, размер доплаты к месячному продовольственному пайку на детей в возрасте до 5 лет в сумме 1 руб. 25 коп., что в целом по губернии составило примерно 100 тыс. руб. в год 14 . Эта сумма и была определена к расходу из капитала обязательного страхования.

Особо хочется отметить тот факт, что Чрезвычайное собрание уже сто лет назад декларировало актуальный и сегодня тезис о так называемой «адресной финансовой помощи», заявив, что «...обследователь в сознании всей трудности беспристрастно отделить в общей крестьянской среде нужду от сравнительного достатка, чаще всего бывает склонен не делать в этом отношении строгого различия и в массе относит просителей к числу нуждающихся. Земство должно... принять меры к обнаружению особо нуждающихся семейств» 15 .

Нельзя не сказать, что собрание завершилось, как, впрочем, и все собрания, заседания и прочие организационные мероприятия того времени, принятием текста всеподданнейшей телеграммы в адрес Императора. «Государь! Земство Твоей Родины, – говорилось в телеграмме, – в великие исторические дни, переживаемые теперь всей Россией... спешит высказать, что все силы, все имущество и самую жизнь по первому Твоему слову готово положить на защиту целости, достоинства, чести и славы дорогой родины» 16 .

Анализ проведенных мероприятий показал, что губернские и городские власти, руководствуясь в своих действиях общегосударственными и местными законодательными актами, смогли обеспечить проведение обязательных для начала войны действий на высоком организационном и патриотическом уровне, обеспечив порядок и спокойствие в жизни населения Костромской губернии.

Примечания

1. Здесь и далее даты приведены по старому стилю.

2. Авдеев В. А. Пролог исторической трагедии. Русская мобилизация в июле 1914 года // Военно-исторический журн. 1994. No 7. С. 45.

3. Именной Высочайший Указ Правительствующему Сенату от 16 июля 1914 года // Костромские губернские ведомости (КГВ). 1914. No 29. 26 июля.

4. Высочайший Манифест // КГВ. 1914. 25 июля. Прибавление к No 28.

5. ГАКО. Ф. 1007. Оп. 1. Д. 690. Л. 23–24.

6. КГВ. 1914. No 30. 2 авг.

7. КГВ. 1914. No 32. 14 авг.

8. Журналы Костромской городской думы за 1914 год. Кострома, 1915. С. 211–215.

9. Подсчитано нами по данным Журнала Костромской городской думы за 1914 год. С. 216–217.

10. Там же. С. 218.

11. Постановления Костромского чрезвычайного губернского земского собрания 28 июля 1914 года. Кострома, 1914. С. 5.

12. Там же. С. 6.

13. Там же. С. 10.

14. Из земской и общественной жизни // Известия Костромского губернского земства. 1914. Вып. 8. С. 42.

15. Постановления Костромского чрезвычайного губернского земского собрания 28 июля 1914 года. С. 8–9.

16. Там же. С. 17.

Russia county