Михаил Диев

Старинные волости и станы в Костромской стороне

Материалы для историко-географического словаря

Книга с предисловием А.Титова. Посвящается просвещенному вниманию Четвертого Костромского областного археологического съезда.

Посвящается просвещенному вниманию Четвертого Костромского областного археологического съезда 1909 года.

"Изследования по отечественной истории, писал в 1865 г. Н.П. Барсов, до последнего времени оставляли почти нетронутыми географические условия исторической жизни русского народа. Важность географических начал, направляющие и регулирующие их влияние впервые были указаны, хотя, может быть, не доказаны и не проведены с надлежащей силою наблюдательным историком России, профессором С.М. Соловьевым. Историческая география Русской земли - предмет, далеко еще неразработанный. Все, что сделано для нее, ограничивается большею частью отрывочными заметками и первыми попытками группировки географических фактов в той или другой системе".

Кажется, задолго еще до этого заключения ученого профессора, наш провинциальный труженик, индуктивно поняв важность исторической географии, и приступил к составлению Историко-географического словаря Костромской губернии. Труд его, если не предназначается для чтения, зато может быть очень полезен для справок и указаний, и , как верно заметил Н.П. Басов, в нем можно найти факты, относящиеся к костромской истории, расположенные в хронологическом порядке. Можно разсчитывать на то, что желающим заняться костромской стариной этот труд о. Диева много облегчит кропотливую работу над извлечением географического материала из летописей и актов.

Андоба, Андомский стан

Находился в Костромском уезде, в 35-ти верстах на север от Костромы. Свое название получил от реки Андобы или Андомы, с юго-востока с левой стороны впадающей в реку Кострому за селом Митуковым, верстах в 15-ти, там, где деревня Пустыня. Существует предание, что при устье Андобы в старину был небольшой монастырь Успения Богородицы; здесь на другой стороне Андобы находится доселе часовня с древней чудотворной иконой Богородицы. Брачившимся в Андобе царь Федор Иоаннович грамотой от 15 сентября 1585 года велел брать венечные памяти у протопопа в Костромском Феодоростратилатовском соборе [1]. В Андомском стане деревня, что была пустошь, Козельница в царской грамоте от 11 марта 1647 года упоминается за Костромским Крестовоздвиженским Анастасьиным монастырем [2]. В Андомском стане упоминаются села: 1) cело Никольское Баран, приложенное царем Феодором Алексеевичем в декабре в Костромской Ипатский монастырь, до этого бывшее дворцовым посотным селом [3]; 2) cело Шахово, принадлежавшее до отобрания вотчин Костромскому Богоявленскому монастырю [4]; 3) cело Залужье с Воскресенской церковью; 4) 1724 и 1726 г.г. в Андомском стане находились: село Бараково с Преображенской церковью, деревни Горы, Горки и сельцо Давыдково, тогда составлявшие вотчину помещика, гардемарина Василья Алексеева Круглякова. В эти годы Андомский стан числился в Любимском дистрикте,но иногда писался и в Судиславском уезде. Повидимому, Андоба была в смежности с волостями: Иледамом, Обнорою, со станами: Мещерским, Сущевым, Андрониковым и Чижевым. Волость Андоба упоминается ещё в 15 веке, именно в Государственных грамотах [5]: Что ми ся отступить из великаго княженья Костромских волостей Андомы, Кореги, Борку, Березовца с Залесьем да Шиленги», то есть эти волости в 1433 году отданы государем Василием Темным дяде своему, галичскому князю Юрию Дмитриевичу, взамен того, что последний уступил тогда племяннику Василию Темному великое княжение. Кажется, эта уступка была недолговременна, потому что Юрий в следующем году, перед смертью, разделяя уделы детям, ничего не упоминает об этих волостях, а в 1440 году, при договоре с князем Дмитрием Шемякою государь Василий Темный утверждает именно за первым волости, кроме Шачебали, Ликурги и Андобы [6]. В Андобском стане Судиславского уезда в 1780 году писалось село Афанасьево. В генеральное межевание Андомский стан был частью в Судиславском округе, например, село Фефилово, частью в Буевском. 30 марта 1610 года польский король Сигизмунд III отдал дво­рянину Петру Ивановичу Скрипицыну в Андомском стане родовое сельцо Носково, что было за Овсяником Нелидовым [7]; да ему же тогда отдал в том стану деревню Каменик и треть сельца Максимовского с деревнями из поместья Богдана Леонтьева [7]. Андома и Андога были две волости еще на Белоозере [8].

1 Опис. Костр. Успенского собора. 1837. Стр. 63.

2 Описание этого монастыря. 1835. Стр. 26.

3 Опис. Ипат. монастыря. 1832. Стр. 82-86.

4 Историч. Изв. 1837. Стр. 50.

5 1. 100.

6 Госуд. грам. 1. 100, 131.

7 Акт. Зап. Росс. II, 328.

8 Ibid., стр. 329.

Андроников стан

Писался Костромского уезда находился на луговой стороне Волги, верстах в 10 от Костромы на восток. В Андрониковом стане Дмитрием Константиновичем Сабуровым было приложено в Костромской Ипатский монастырь село Костенево с деревнями; это село от Костромы верстах в девяти, недалеко от Галичской дороги. В 1596 году в этом стане деревня Еремкина принадлежала Костромскому Анастасиевому монастырю. В стане числилось село Кривоушево и приселок Куломзино. Этот стан упоминается в грамоте царя Федора Иоанновича от 15 сентября 1585 года касательно взятия венечных памятей брачующимися из Андроникова стана у протопопа Костромского Феодоростратилатовского собора. Андроников стан примыкался к станам Андобскому, Осеку, Сущеву (Сущову) и Мерскому, только против всех их был восточнее; с юга его окружал Логинов, с востока — Чижев стан.

Атуев стан

В генеральное межевание писался в Галичском уезде; тогда в этом стане была деревня Андрейково.

Бабковская лука

Недалеко от города Луха, смежна была с Сокольской волостью; простирается по реке Возополи; на этой реке находится Никольский Тихонов монастырь.

Около 1587 года в Бабковской луке упоминаются деревни: Душино, Леоново, Дудырево, Рябинкино, Перемилово, Матюкино, Филисцово, Высокое, Осташево, Подвигалово, Круглово, Пирогово, Онкудиново, Поповская Дристелиха; починки: Алексин, Моисеев, Вырцы, Оношково.

Березницкая волость

В старину писалась Юрьевецкого уезда, на луговой стороне Волги, от Юрьевца на восток. Эта волость получила название от села Березникова, находящегося при реке Сеготи. Когда Юрьевец был взят поляками при Самозванце, то березниковские крестьяне и граждане города Юрьевца присоединились к коряковцам и встали с оружием против поляков на левом берегу Волги. Когда же поляки раскинули лагери на Мамшином острове, близ Юрьевца, то березниковцы всё время сражались с ними и не пускали их на левый берег Волги. Взятые в плен поляки говорили защитникам, что много раз видели на Волге разъезжающего на лодке с иконой и оружием, поражающего всех тех поляков, которые намерены были наступить на левый берег, но никто из них не выступал. Березниковцы узнали в лице инока святого Макария, Унженского чудотворца, защитника северной России. Когда взошел на престол царь Михаил Федорович, юрьевцы построили в своих селах храмы во имя преподобного Макария. Березниковские крестьяне, в своем селе Березникове, на реке Сеготи, построили храм во имя этого же преподобного. Около 1711 года, когда генерал кригс-комиссар, князь Долгорукий бежал из шведского плена на корабль в Ревель, царь Петр I дал ему во владение Березниковскую и Коряковскую волости. Из рукописного жития преподобного Макария Унженского 1619 года видно, что по прошению старосты Березниковской волости, Юшки Григорьева, со старостами других волостей велено, чтобы коряковские крестьяне помогали им в язовом строении и ямской гоньбе. В XVII веке Березниковская волость числилась дворцовой и с прочими селами, лежащими на Волге, была обязана поставлять рыбу в царский обиход. Березниковская волость в XVII веке разделялась на четыре чети, из которых в 7188 или 1680 г. упоминается Покровская четь; она упоминается и во второй половине XVIII века.

Березовец

В старину писался Костромской волостью в Государственных грамотах. Когда галичский князь Юрий Дмитриевич в 1433 году возвращал великое княжение племяннику своему Василию Васильевичу, то вместе с другими Костромскими волостями уступил дяде и волость Березовец. Молчание о волости Березовце и тогда отданных Костромских волостях, в духовной грамоте Юрия 1434 года заставляет думать, что все эти волости вскоре Василием Васильевичем были отобраны вероятно тогда, когда галичский князь, уступив племяннику Москву, снова начал действовать против него. Василий же, оскорбленный этим, осадил Галич. В Костромской губернии ныне так называются 3 села: Верхний Березовец, на реке Костроме, ниже от Солигалича, в 25 верстах. Нижний Березовец, на реке Костроме же, ниже от Солигалича, в 35 верстах, недалеко от Верхнего Березовца. Николо-Березовец, от Галича к Чухломе в 35 верстах. Здесь каждую неделю бывает торг. Первые два села в Солигаличском, а третье в Чухломском уезде, по прямой дороге из Галича в Солигалич, если ехать не на Чухлому, а прямо через озеро. Заметно, что волость Березовец была тут, где село Николо-Березовец, в 1756 г. упоминаемое Галичской провинции в Чухломской осаде.

Большесольская волость

Находилась там, где ныне посад Большие Соли, упоминается в начале 18 века. Иначе назывался Высокосольский стан. Из деревень в том стане упоминаются: Пирогово, Дичково, Богородское и Климовское княгини Дарьи Несвицкой. В начале 17 века писалась: волость Великие Соли посад, по делам ещё 1771 года писалась Великосольская волость. Волость Великая Соль Костромского уезда упоминается в грамоте царя Федора Иоанновича от 15 сентября 1586 года, по которой велено венечные памяти для брачившихся в этой волости брать у протопопа Костромского Успенского собора.

Борок

Костромская волость, в старину писался Костромского уезда. От Костромы на северо-восток, верст 16 за торговое село Молвитино к Бую. Эта волость находилась между волостями Шачебал и Корегой. В начале 15 века при реке Тебзе в хижине жил преподобный Иаков пустынник. Иаков в 1414 году, будучи в Москве, предрек государю Василию Дмитриевичу о благополучном разрешении его супруги наследником престола. Этот князь на месте хижины приказал основать монастырь , которому и пожаловал несколько крестьян. Около 1432 года, когда великий князь Василий Васильевич получил московский престол от своего дяди Юрия Галичского, то взамен этого отдал дяде во владение волость Борок с волостями: Андоба, Корега, Березовец, Залесье и Шиленга. На следующий год волость Борок с вышеперечисленными волостями была отнята Василием Васильевичем, когда в 1433 год он осаждал Галич за нарушение дядей мирного договора. После смерти Юрия при заключении государем договора с князем Дмитрием Шемякой, в 1434 году упоминаются за последним из взятых волостей только Корега. Потом все эти волости государь Василий Васильевич опять отдал сыновьям Юрия, как это видно из договорной грамоты 1440 года.

Боршинская (Борщинская) волость

Писалась во второй половине 16 века в Костромском уезде. Находилась, где село Боршино (Борщино), от Костромы верстах в 10 вверх по Волге к Ярославлю, на нагорной стороне. Царь Федор Иоаннович грамотой 15 сентября 1586 года Костромскому Успенскому собору велел брачившимся в Боршинской волости брать венечные памяти у протопопа того собора [1]. Борщин стан упоминается по делам ещё 1771 года.

1 Опис. Костр. Успенского собора. 1837. Стр. 62.

Буй, волость

Названа Костромского уезда в царской грамоте от 15 сентября 1585 года о взятии венечных памятей у протопопа Костромского Феодоростратилатовского собора. Об основании города Буя в Никоновской летописи под летом 1536 года сказано: «Того же генваря повелением великого князя поставлен городок в Костромском уезде — Буй городок на Кореге». Эта мера принята для удержания набегов казанских татар, которые в тот год разбили русское войско между Галичем и Костромой. Вероятно, по этому случаю в устах народа доселе свежа поговорка: «Буй да Кадуй черт три года искал». В 1596 году упоминается Буегородская осада, а в 1613 году буйский осадный голова Олешья Полозов. Следовательно, на случай осады от врагов для защиты Буя были приписаны дворяне из близлежащих селений, которые в мирное время уезжали в свои поместья. Так надобно понимать слово «уезд».

Бушневская волость

В генеральное межевание писалась в Чухломском округе. В этой волости тогда упоминается усадьба Дракино и село Бушнево. Бушнево ныне село Чухломского уезда.

Белогородье, волость

Когда в начале 15 века князь Василий Дмитриевич уступил Городец князю Владимиру Андреевичу, то и Белогородье, как волость Городецкая, досталась ему во владение. В договорной грамоте 1415 года сказано: А волости Городецке: Белогородье, Юрьевец, Корякова слобода, Чернякова и Унженская тамга». В духовной грамоте Владимира Андреевича 1410 года сказано: А благословил есмь князя Семена, князя Ярослава, дал есмь великаго князя удела Василия Дмитриевича Городец на Волге, опричь мыта и тамги, и мыть и тамгу дал есмь жене своей княгине Олене, на Городце, по старой пошлине, как было прежде сего, а город детем моим и станы на полы и со всеми пошлинами; а сыну, князю Семену, станы на сей стороне Волги пониже Городца да Белогородье. А сыну, князю Ярославу, станы на оной стороне Волги повыше Городца да Юрьевец. А станы дети мои поделят на полы равно, и котораго будет боле в станех и тым тому ступится. А будет Белогородье боле Юрьевца и Черняковой, и сын князь Семен Коряковой передаст брату князю Ярославу; а будет Юрьевец и Чернякова боле Белогородья ино по тому ж. А Коряково дети мои, князь Семен, князь Ярослав разделят себе на полы и слободки. В записи о наделении опричников вотчинами при царе Иоанне Васильевиче Белогородье с Коряковым названы пригородами галичскими. В духовной грамоте князя Михаила Васильевича Горбатого 1535 года, напечатанной во Владимирских Губернских Ведомостях, сказано: Да Государю Великому Князю (Ивану Васильевичу) моей отчины на Волге село Белогородье, да за Волгою село Коряково, с деревнями да со всеми угодьями. Следовательно, Белогородье было на нагорной стороне Волги.

В Нижегородском уезде Белогородская волость с селами и деревнями пожалована 29 июня 1686 года князю Василию Васильевичу Голицину за заключение мира с Польшей. А прежде этого Белогородская волость была в вотчине за боярами Ильей Даниловичем и Иваном Михайловичем Милославскими.

Валовская волость

Упоминается в 1654 году в уезде Юрьевца Поволжского. Находилась на луговой стороне Волги. Название получила от села Валы, отстоящего от Юрьевца в 8, а от Кривоозерского монастыря в 5 верстах. Оно находилось на луговой стороне недалеко от села Цыкина. В 1669 году в Валовской волости Данила Василевич Телепнев имел вотчину.

Валуевский или Валутин стан

Писался в Чухломском уезде в 1610 и 1611 годах. С вытей и сена этого стана вносилось оброку и пошлин 90 рублей 5 алтын полденьги. В Валуевской волости в 1764 году упоминается Воскресенская церковь.

Васютин стан

Находился в Чухломском уезде. Около 1611 года с вытей и сена этого стана вносилось оброку и пошлин 26 рублей 32 алтына с деньгою.

Великая Пустыня, волость

Находилась в Чухломском уезде, и поныне в Чухломском уезде есть село Великая Пустыня в Озерках. В 1611 году в этой волости собирали с вытей и сена оброка и пошлин 62 рубля 32 алтына две деньги.

Верхняя Пустыня, волость

В старину писалась волостью Чухломского уезда. Около 1611 года эта волость оброка и пошлин приносила 36 рублей 30 алтын 4 деньги, да с мельницы 16 алтын 2 деньги. В Кологривском уезде ныне находятся два села: Егорьевское в Верхней волости, принадлежит Гр. Нестерову, и Онуфриевское в Верхней волости. Вероятно, названы от монастыря Верхняя Пустыня, основанного на реке Виге преподобным Авраамием Чухломским, по выходе его из Великой Пустыни. Село Верхневолостное с Преображенской церковью ныне Кологривского уезда.

Верховская волость

По книгам генерального межевания упоминается в Кологривском округе. Тогда в этой волости числились деревни: Никитино, Полухино, Лисицина слободка и починок Маклоково. Получила название от села Верхи, числящегося в этой волости.

Ветлужская волость

упоминается в грамоте царя Алексея Михайловича 1661 года Макариеву-Унженскому монастырю на владение Галичского уезда, в Ветлужской волости, за рекой Ветлугой, на большой реке Какше, новой Воздвиженской пустынею Ценебетихою, основанную на расчищенном вновь диком лесу. В Ветлужской волости был Воскресенский стан, в котором числилось принадлежащих Макариево-Унженскому монастырю одно село Успения Богородицы, что за рекой Ветлугой, преподобного Макария на реке Какше, и 18 деревень. В 1747 году в Ветлужской волости числилось село Баки. Около 1661 года Ветлужская волость находилась в Галичском уезде. В грамоте Макариеву монастырю, данной того 1661 годв, в Ветлужской волости в моанстырской Макарьевской вотчине упоминается слободка починок Холкин и между прочими пустошами — пустошь Хмелевица. Это нынешние казенные села Холкино и Хмелевицкое. По карте Пядышева село Хмелевицкое на реке Малой Какше, текущей по Ветлужскому уезду и впадающей в реку Ветлугу выше города Ветлуги в 8 верстах. Очень вероятно, что эта сторона заселена после того 1661 года старанием властей Макариева монастыря. В Хмелевицком обществе ныне 1952 мужских и 2033 женских души. В 1661 году в этом месте , около реки Ветлуги до устья речки Нейки, на пространстве 40 верст, и от реки Ветлуги по верховье Малой Какши на 50 верстах, было жителей только 15 дворов и в них 43 человека. В 1763 году, при учреждении штатов, Хмелевицкое было ещё деревней, но из 182 душ. Тогда на всем этом пространстве жило уже 1017 душ.

Вига или Виговская волость

В XVII веке числилась в Чухломском уезде. В 1611 году эта волость с вытей и сена приносила в казну оброку и пошлин 19 рублей 25 алтын. В книге Большого чертежа сказано: «А против Соли Галичской город Судай. Под Судаем река Вига течет в реку Унжу». На той странице ниже: «А выше города Судая, с другой стороны (Виги реки), пала речка Вига. Потоку Виги реки сто верст».

Вичуга волость

В духовной грамоте государя Иоанна III 1504 г. сказано: «А что есми пожаловал князя Федора Ивановича Бельскаго, дал есми в вотчину город Лух с волостьми, да волость Вичугу, да Кинешму, да Чихачев. И князь Федор и его дети служат сыну моему Василию и ту свою вотчину держат потому, как было при мне, а отъедет князь Федор или его дети от моего сына Василия к моим детям меньшим или к кому ни буди, и та его вотчина Лух с волостьми сыну моему Василью». Из этого видно, что Вичуга тогда не составляла Луховскую волость, хотя она и недалеко от Луха. Возможно, этот удел дан Бельскому тогда, когда он в 1492 году вступил в брак с племянницей Иоанна, княжной Рязанскою. В XVII веке Вичуга принадлежала Гурию Ермольскому и Василию Шушерину, а ныне — Татищеву. Странно, что Вичуга в начале XVIII века писалась Кинешемского уезда, а по духовным делам зависела от Плесской десятины. Это могло произойти от того, что Кинешма и Плес были патриаршей, потом синодальной области. В 1725 году в Плесской десятине значился Вичугский заказ, в котором упоминаются села Хреново и Жирятино. Ныне Вичуга — большое торговое село, на речке Вичуге, от Кинешмы в 25 верстах на полдень, по большой Владимирской дороге.

Владычня волость

Находилась в Костромском уезде. Эта волость получила название от села Владычня (Владычное), находящегося теперь в Нерехтском уезде. В 1586 году 15 сентября упоминается в грамоте царя Федора Иоанновича, которой велено брачившимся в Волости Владычной брать венечные памяти у протопопа Костромского Успенского собора. Село Владычное находится верстах в 10 от Волги, на нагорной стороне, в Нерехтском уезде, от Нерехты на восток в 33, а от Костромы на юг в 45 верстах. Не тут ли была волость Владычня? Впрочем, есть село Владычнево в Кинешемском уезде, ныне принадлежащее Владиславлеву. Кажется, это Владычня волость Кинешемская. В записи имущества после Епифания Славинецкого от 1676 года, сказано: «в Кинешемский уезд во Владычинскую волость в пустыню Рождества Христова. Если Вичуга с давних времен принадлежала по духовной части к Костромской области, именно к Плесской десятине, то и Владычинской волости не удивительно быть в той же области.

Волжевальский стан

Костромского уезда, в нагорной половине, упоминается в 18 веке. Он находился от Нерехты на восток, на половине пути между Нерехтой и Костромой, рядом с селом Татьянино. В ведомости о церковных пустошах от 1783 года сказано: «полпустоши, что было село Федоровское, на реке Вожевалке».

Волочек

Костромская волость. В 1424 году великий князь Василий Дмитриевич из Костромы Иледам с Комелою, Волочком, Обнору и Нерехту по духовной грамоте передал своей княгине Софии Витовтовне. Затем, в 1462 году, она передала Иледам с Обнорою, Комелою и Волочком своему младшему сыну, князю Андрею. Похоже, что тогда эти волости уже были зависимы от Вологды, если опираться на Государственные грамоты. Князь Андрей в 1481 году по духовной грамоте Иледам с Обнорою, Комелою и Волочком передал государю Ивану III. Можно предположить, что эта волость Волочек, — Лежский волок близ Грязовиц. В грамоте Арсеньеву монастырю от 1539 года сказано: «Пожаловал старца, что у него в Вологодском лесу, меж Галичского уезда и Лежского волока». Эта волость расположена ныне в Вологодской губернии. Там в 1780 году из 6 волостей, составляющих Попельскую, одна называлась Лежско-Володской.

Воскресенский стан

Писался во второй половине XVIII столетия Воскресенским станом за рекою Ветлугою, в Унженском уезде, в Ветлужской волости. В Воскресенском стане тогда принадлежала Макариеву монастырю церковь Успения Богородицы.

Вохтомская волость

В генеральное межевание писалась в Чухломском округе.

Воцкая волость

В старину относилась к Галичскому уезду Судайской осады, название получила от реки Вочи, впадающей с левой стороны в реку Кострому, была смежна с волостями Тармановскою и Егорьевскою, иначе называемую Егорьевские починки. В Воцкой волости в 1647 году упоминаются деревни: Климово, боярина Михаила Михайловича Темкина-Ростовского; Яндино, поместье боярина Матвея Михайловича Годунова; Изыменово, поместье князя Федора Македонского; село Парасковея Пятница с церковью, при которой тогда находилось два попа. Тут две рки Вочи — Большая и Малая. По берегам Вочи были селения и волости. Около 1648 года в Воцкой волости поместье князя Федора Македонского составляли деревни: Изыменово, Микитино, Пахомово, Моренино, Куликово, Матронино, Крючково. В 1641 году в этой волости упоминается деревня Фальяново. Река Воча впадает в Вёксу недалеко от Солигалича, а Вёкса вытекает из Чухломского озера и под Солигаличем впадает в реку Кострому. Упоминается ещё малая Воча, названная речкой. На реке Воче в 50 поприщах от Солигалича спасался преподобный Александр, но когда неизвестно, тут, где ныне село Коровново в 12 верстах от Солигалича. Ныне в Солигаличском уезде есть село Никола на Воче, ещё писалось у Засеки. В январе 1609 года тут стояли головы патриотической стороны — у Засеки.

Выдамь, волость

Костромского уезда, упоминается в грамоте царя Федора Иоанновича от 15 сентября 1585 года, согласно которой вступающим в брак в волости Выдамь надлежало брать венечные памяти у протопопа Костромского Феодоростратилатовского собора.

Высокосельская волость

Галичского уезда в Судайской осаде. 21 сентября 1610 года польским королем Сигизмундом III дана думному дьяку Степану Михайловичу Соловецкому. Великое село ныне в Кологривском уезде. В генеральное межевание эта волость писалась в Солигаличском уезде.

Вятский стан

Находился в Костромском уезде, от Нерехты верстах в 30-ти на запад. Из селений, находившихся в Вятском стане, упоминаются: в 1647 году Строева гора, ныне село Нерехтского уезда; в 1580 году деревни: Тепелево на речке Кешкти, Белая на той же речке, Клевцово на речке Кеште и Лысцево. Вятский стан упоминается еще в грамоте царя Федора Иоанновича от 15 сентября 1585 года Костромскому Феодоростратилатовскому собору. Вятский стан ещё относился к Костромскому уезду в 1771 году. Но он, кажется, находился тут, где село Вятское на Волге, принадлежавшее с окрестностью до образования Костромской губернии Костроме, а с того времени Ярославлю. В генеральное межевание деревня Сватиново относилась к Вятскому стану Костромского уезда.

Глазуновская волость

Писалась Чухломского уезда и города Чухломы, упоминается 1610 и 1611 годах, в Российской Библиотеке [1]. Тогда с вытей и сена эта волость платила в казну оброка и пошлины 34 рубля 10 денег. В отказных книгах поместнаго приказа 156 года ноября в 28 день написано: «Отказано Василью Григорьеву сыну Голохвастову, что было поместье за батом его Василием Яковлевичем Голохвастовым в Чухломской осаде, в Глазуновской волости, деревня Анисимово, Погорелово тож с деревнями и пустошми» [2]. Эта деревня Погорелово в Галичском уезде после смерти Василия Яковлевича Голохвастова, убитого под Конотопом, досталась его сыну Мартыну Голохвастову [3].

1. Т. XI. 368, 382.

2. Чтен. в Имп. Общ. Ист. и Древ. Росс. 3 год, № 5, стр. 119.

3. Ibid. Стр. 78.

Дворовская волость

По книгам генерального межевания находилась в Галичском уезде.

Дмитриев стан

Находится против города Костромы, на нагоргой стороне Волги. Дмитриеву стану принадлежала Спасская слобода на Волге, около 1835 года приписанная к г. Костроме, и село Солониково [1]. Во 2-й половине XVIII века Дмитровцева волость, также Дмитровцев стан, - заметно, это одно и и то же место, - писались Костромского уезда. Упоминается в грамоте царя Феодора Иоановича от 15 сентября 1586 г. Костромскому Успенскому собору [2].

1. Описание Ипатскаго мон. 1832 г. Стр. 85.

2. Описание этого собора. 1837 г. Стр. 62.

Дуплехов стан

В старинных рукописях XVII века писался Костромского уезда, от Костромы на юго-восток, верстах в 40. В нем находились села: Колшево, Прискоково и 1708 г. церковь Дмитрия Селунсккого, на реке Кихтюге в Дуплеховом стане [1]. Дуплехов стан Костромского уезда упоминается еще в грамоте царя Феодора Костромскому Успенскому собору от 15 сентября 1586 г. [2] В Дуплеховом стане было село Карагачево на Волге [3]. Иногда писали: Костромская Колдомская Дуплехова стану волость по реке Колдоме, впадающей в Волгу, ниже Плеса верстах в 11. По Колдоме три села: Егорьевское, Семеновское и Новленское; Егорьевское и Новленское в версте близ Волги. В генеральное межевание Дуплехов стан писался в Кинешемском округе [4].

1. Описание Ипатскаго мон., Стр. 84, и соборная книга драгунских денег.

2. Описание собора. 1837. Стр. 62.

3. Взгляд на историю Костромы князя Козловского. Стр. 145.

4. Смотр. Колдомская волость.

Егорьевская волоть или Егорьевские починки

Упоминается 1610 г. Галичсккаго уезда Судайской осады в Актах Западной России [1], также в Галичских межевых книгах 1646 года, смежна была с волостями Воцкой и Тармановской. Находилась на левой стороне реки Костромы. В Егорьевской волости из селений в XVII веке упоминаются село Егорьевское на Воче, от этого села и прозвана Егорьевская волость. Деревни: Минкина, Высокая, Коршигино, Езулкино, Федцово, Афанниково, Шопырево, Сильниково, Нагорская, Ковезино, Коршино, Палачево. Все эти селения принадлежали тогда князьям Гагариным - Никите Никитичу, потом Ивану Ивановичу. Деревни: Минкино, Высокая и Афанниково в 1683 1691 годах за службы князя Ивана Ивановича даны ему из его поместия в вотчину. Эти три деревни с деревнями Палачевою, Федцовою и Коршиным тот Иван Иванович дал в приданое за своею дочерью, княжной Екатериной Ивановной, стольнику Петру Васильевичу Собакину. Прочие селения после кончины Ивана Ивановича 1695 года достались его детям: стольникам Богдану и Василию Ивановичам, князьям Гагариным. Впрочем, село Егорьевское упоминается во 2-й половине XVII века в Воцкой волости, верно по реке Воче, между Солигаличем и Чухломою.

1. II, 349.

Елнать или Елнатская, Елмотская волость

Так названа от села Николы-Елнать, находящейся на реке Елнати, от Юрьевца к Решме в 18, а от Волги в 4-х верстах. В старину это село писалось Никольское-Елмоцкое. В селе Елнати ныне живут одни духовные. Когда поляки и русские изменники 1609 г. стояли в Юрьевце и на острове Мамшине, то елнатские крестьяне на луговой стороне соединились с бежавшими юрьевчанами, коряковцами, березнивчанами и не допускали врагов выступить на левый берег Волги. Избавившись совершенно от ляхов и приписывая это ходотайству преподобного Макария Унженского, елнатчане построили во имя его храм на реке Лазоревке. Ныне на этой речке село Вознесение Лазоревка, верстах в 10 от Юрьевца, на нагорной стороне, выше к Решме и Елнати. В первой половине XVII в. Елнатская волость писалась дворцовою и участвовала вместе с юрьевчанами и крестьянами окрестных волостей в ловле рыбы на царский обиход на двух волжских язах [1]. Староста Ялнатской волости Петрушка Куприянов с прочими просил царя в феврале 1619 года, чтобы крестьяне Коряковской волости помогали им в ловле рыбы на царский обиход и в ямской гоньбе. В XVII веке Елнатская волость писалась дворцовою и тогда делилась на три трети, именно: a) Подгородная треть, в ней в том веке упоминаются деревни: Ярцово, Тупицыно, Глазуниха, Дедкова, Беляево, Карпово, Лышнево, Голубино, Токарево, Журихино, Скурятиха; b) Никольская треть, упоминается 1654 г.; c) Ильинская треть, упоминается 1671 г.

В Елнатской волости в XVIII веке было село Мячева Пустынь.

1. Археол. Акты III. 140.

Емена волость

В старину писалась Костромского уезда, название получила от села Емены и реки Емены, с запада, недалеко от села, впадающей в реку Солоницу. Из селений, находившихся в этой волости, упоминаются в начале XVIII в.: село Протасово, село Михайловское, что на Шаче, близ села Ильинского и Введенского, Сарафаново, деревня Вакорино, прихода Арменских Березников, села: Арменки, Марьинское Сергиева монастыря, что близ Арменок, Пирогово, Скарисово, Осокино, Перепелицыно, Клевцово, 1657 г. сельцо Васильково да пустошь Дьяково (кажется, ныне деревня Дьяково), 1678 г. сельцо Налескино, село Кочурово в XVII веке писалось Емецкого стана, деревня Грунино, Шевеляино, Пронинского прихода, также село Оклевское, 1644 года упоминаются в Емецкой волости полусело Стологоловы, деревни: Осиново или Осинова колода, и Машукино или Матушкино. Ементь на елнатском наречии значит: дать в приданое. Емена упоминается в Костромском уезде в грамоте царя Феодора Иоановича от 15 сентября 1585 года касательно взятия венечных памятей у протопопа в Костромском Феодоро-стратилатовском соборе. Во второй половине XVIII века село Ильинское на Шаче писалось в Емецком стане, Михайловское село на Шаче также было в Емецком стане. Емена, Борисоглебское тож, село от Нерехты на юго-восток в 10 верстах, на большой Шуйской дороге, не доезжая до Арменок 15 верст, -1628 г. принадлежало боярину Федору Ивановичу Шереметеву, после того князю Никите Ивановичу Одоевскому, а 1710 г. князю Алексею Михайловичу Черкасскому, а затем Дмитрию Николаевичу Шереметеву.

В фамильном архиве тайного советника В.И. Панаева подлинником находится "грамота митрополита Симона об освобождении от пошлин Николаевской церкви в селе Емень, принадлежащем Дмитрию и Владимиру Алтневым, и об изъятии причта ея от суда и въездов костромских десятников, 1496 г. февраля 3, с собственноручными подписями митрополитов Симона и Варлаама и с подтверждением последнего 1512 г. ноября 7" [1].

«Федьку Ржевскому дал привилегию на старое его поместье в Костромском уезде в Земецком стану, сельцо Секерино и треть сельца Ормянок, что упросил было себе Петр Гурьеву, 1610 г. Сентября 20» [2].

Федору Андреевичу Шуйскому дано порожнее поместье на Костроме в Земецком стану – сельцо Марьинское с деревнями и пустошь Бурцова до воли и ласки короля (Сигизмунда III) 1610 года сентября 25 [3].

1. Журнал Мин. Народн. Просв. за октябрь 1845 г. Засед. Арх. Ком., стр. 2.

2. Акты Зап. России. II, 349.

3. Акты Зап. России. II, 350.

Ермолин стан

До открытия Костромского наместничества был Суздальского уезда; село Ермолина – ныне Нерехотского. Погост Погрешин 1780 г. Писался Ермолина стана; также 1674 года пустошь, что прежде деревня Иванова, на реке Нозоге, Володимира Иванова Болтинова. Деревня Яманово (ныне село) с деревнями: Безгузово, Проскурницыно, Выползово тож, Мясленицы, и Мясницы тож, Жиры, Подвигалово, Воробьево, Воскресенское, Зиновьево, Малинки, две трети Федневы деревни в исходе XVI века были в поместье за Алексеем Болтиновым. В 1701 г. он умер, его поместье досталось жене его Анисье с детьми: Владимиром, Иваном и Елизаром [1]. 1727/ 1619 г. июня 7 за сиденье в Москве в осаду от Владислава царем Михаилом Феодоровичем даны Василью Блудову из поместья в вотчину в Ермолином стану деревни: Юрино, Пестово и Пережошное [2]. Деревни: Жириха, Воскресенская, Проскурницы, Митяницы ныне прихожи в село Яманово.

1. Старинныя грамоты Шуи, стр. 2,3.

2. Те же акты, стр 21.

Ерская волость

Галичского уезда, упоминается 1638 года: Ерские волости крестьянин приложил тогда в Надееву пустынь Устав. Никола на Ерже село близ реки Куси; Ержа небольшая речка, ныне Галичского уезда [1].

1. Библиотека Имп. Общ. Ист. и Др. Рос. Стран. 123.

Железный Борок

Волость Костромского уезда, упоминается в грамоте царя Феодора Иоанновича от 15 сентября 1586 года, которою велено брачившимся крестьянам волости Железного Борка брать венечные памяти у протопопа Костромского Успенского собора [1].

Эта волость тоже, кажется, что и Борок просто [2].

1. Описание этого собора. 1837 года. Стр. 63.

2. Смотр. Борок.

Жеховская волость

С открытия Костромского наместничества в Чухломском, а до того – в Судайском уезде. Из селений этой волости известна деревня Новоселово.

Жилинская волость

Находилась около Солигалича, там, где село Жилино; упоминается 1609 г. [1]. В этой волости 1453 г. упоминается Сергиева монастыря деревня Погорелье [2]. Жилинская волость находилась на западе от Солигалича, верстах в 18; село Жилино от Нижнего Березовца верстах в 6-ти к реке Костроме, от этой реки верст 5. Волость Жилина государем Васильем Иоанновичем (1511 – 1524 г.) пожалована в «кормленье» с правом суда Семену Аминеву, которому тот же великий князь в кормление пожаловал город Чухлому. Грамоты на оба жалованья в подлинниках хранятся в фамильном архиве тайного советника В. И. Панаева [3].

1. Археолог. Акты. II, 202.

2. Ibid/ I, 38.

3. Журнал Мин. Народн. Просв. за октябрь 1845 г. Записки. Археогр. Ком., стр. 3.

Заболотская волость

Заболотская волость Получила название от села Заболотья; около 1610 года принадлежало городу Чухломе и писалось Чухломской осады. Тогда в этой волости платили оброка и пошлин 143 руб. да с пустошей 69 алтын 5 денег [1].

1. Росс. Вивл. XI, 381.

Заборская волость

В старину упоминается близ волги и города Юрьевца. 1619 года, по прошению Заборской волости, с юрьевчанами и крестьянами прочих волостей велено в язовом строенье и ямской гоньбе участвовать с ними и крестьянам Коряковской волости. Тогда юрьевчане и волости на Волге строили два яза, на которых ловили рыбу про царский обиход, также отправляли ямскую гоньбу летом по Волге на стругах, а зимою подводами [1]. Тогда Заборская волость писалась дворовою, т.е. принадлежала двору. Повидимому, Заборская волость – нынешнее удельного ведомства село Воскресенье в Заборе, находящееся в Макарьевском уезде; также в Макарьевском уезде есть село Ильинское-Заборье, оно казенного ведомства; есть Спас-Заборье село в Кинешемском уезде, но оно далеко от Юрьевца.

1. Археол. Акты. III, 141.

Завачская волость

1610 года писалась Галичского уезда Судайской осады; тогда сентября 21 дня польским королем Сигизмундом III дана в вотчину думному дьяку Степану Михайлову Соловецкому [1].

1. Акты Западн. Росс. II, 349.

Закоторомский стан

1620 года писался Костромского уезда; в нем тогда из известных селений находилось: село Кузминское, деревни – Опарино, Чебукино, Наготинская, Лупачево, Зманово, Прислон [1]. Все эти селения при государе Михаиле Феодоровиче даны в вотчину Даниилу Юрьевичу Пузикову. Закоторомский стан был и Ярославского уезда; в этом стану находились села: Михайловское, Задорожье, Туношна и Левашово, которое 1778 г. отчислено к Костромской губернии. Ярославского уезда Закоторомского стана 1710 года упоминается село Никольское – церковь Нерукотворного Спаса, это село Никольское Стрельня. Ныне село Нерехотского уезда. Из селений Закоторомского стана, при учреждении Костромского наместничества, некоторые остались в Ярославском, а некоторые присоединены к Костромскому. Новленское, Ильинское-Токмачевых с деревнями – Малым и Большим Выходом, на реке Солонице находились в Закоторомском стану; также деревни: Замошниково, Насонки и прочее.

1. Царств. Михаила Феодоровича. Сочинения Берха. II. 173.

Залесье

Костромская волость. 1433 года когда галичский князь Юрий уступил великое княжение своему племяннику, государю Василию Васильевичу, то последний в числе Костромских волостей уступил дяде и Березовец с Залесьем [1]. Юрий при кончине 1434 года, разделяя волости между сыновьями, ничего не говорит в духовной грамоте о тех Костромских волостях, следовательно, Залесье едва ли тогда было в его власти. Выражение в грамоте: Березовец с Залесьем, заставляет думать, что Залесье было близ Березовца. Ныне село Никола-Залесье находится от Буя к Чухломе и от села Березовца в неблизком расстоянии.

1. Госуд. грамоты. I. 100, 103.

Ивановский стан

Упоминается в начале XVIII века, находился против Костромы на нагорной стороне Волги; к нему принадлежали: село Селище и сельцо Пантусово, первое от Костромы на запад в 3, а второе в 5 верстах. Он называется Ивановским по селу Иванькову г.г. Протасьевых, находящемуся от Костромы на юго-запад в 15 верстах, близ Нерехотской дороги. Ивановский стан Костромского уезда упоминается в грамоте царя Феодора Иоанновича от 15 сентября 1585 года Костромскому Феодоростратилатовскому собору [1]. Странно, что в числе церквей Нерехотской десятины XVIII века не видно Иванькова, если оно тогда существовало; за Иваньковым к Ростовской епархии были села: Любовники и Острый Конец, а видно, что оно существует селом еще недавно.

1. Описание собора 1837 года. Стр. 62.

Иванчужский стан

По делам упоминается еще 1771 г. и заметно на нагорной стороне.

Иледам

Костромская волость. Государь Дмитрий Донской духовною грамотою 1389 года супруге своей Евдокии Константиновне в участке сына своего, великого князя Василия, отказал на Костроме волости: Иледам и Комелу. Василий Димитриевич 1406 года обе эти волости завещал также своей супруге Софии Витовне, только в таком случае, если скончается его мать Евдокия Константиновна. Это самое он подтвердил в другом завещании 1423 года, прибавив своей супруге к волостям Иледаму и Комеле три Костромские же волости: Волочек, Обнору и Нерехту, повторив это же самое назначение в духовной же грамоте 1424 года. София Витовна при своей кончине заметно все эти волости оставила во владении сына своего великого князя Василия Василиевича. Этот государь духовным завещанием 1462 года все те волости с другими, принадлежащими к Вологде, Кубенью и Заозерьем, отказал меньшому сыну своему Андрею с тем, чтобы Иледамом, Комелою и Обнорою до своей кончины владела его мать; а супруга Василия, великая княгиня Мария Ярославовна, повелела, чтобы в этих волостях она сама судила волостелей, посельских, тиунов, клюшников и доводчиков. Князь Андрей Меньшой по духовной грамоте 1481 года все эти волости отказал большому брату своему, великому князю Иоанну Васильевичу, с таким назначением, чтобы Иледамом до своей кончины владела их родительница. Иоанн III духовною грамотою 1504 года Иледам отказал сыну Василию [1].

В Никоновской летописи [2] о взятии Галича государем Василием Темным в 1450 году сказано: «Ходил великий князь к Галичу и бысть ему весть, яко Шемяка пошел к Вологде, и великий князь поиде на Иледам да Обнору. Бывшу же ему у Николы на Обноре, и прииде весть, яко опять воротился к Галичу, и великий князь воротился Обнорою наниз да Костромою рекою вверх, и прииде на Железный Борок» и проч. В царской грамоте Костромскому Феодоростратилатовскому собору от 15 сентября 1585 года, касательно взятия венечных памятей у протопопа, волость Иледам названа в трети на Ильдом [3]. В грамоте Чудову монастырю 1581 года в Костромском Мещерском стану упоминается деревня Вежа на реке Ильдом. Мещерская же волость простиралась от самого города Костромы на север по реке Костроме. По-видимому, Ильдома впадает в реку Кострому около сел Куниково и Митукова. Из этих данных вывод: от самого города Костромы на север, по течению реки Костромы вверх, первая волость Мещерская, за нею Иледам, а потом Обнора [4]. Волость Иледам составляли три трети: а) Троицкий Черный стан, в) Служня и с) Кодоварна [5]. Церковь Рождества Христова на Иледом ныне Любимского уезда.

1. Госуд. грамоты. I. 59, 73, 81, 84, 204, 271 и 329.

2. V, 216.

3. Описание Костром. Успенскаго собора. 1837. Стр. 52.

4. Об этой волости под словом "Троицкий Черный стан".

5. Описание Костромск. Успенскаго собора. 1837.

Илейдома

Писалась волостью Костромского уезда, упоминается в грамоте царя Феодора Иоанновича от 15 сентября 1586 года Костромскому Успенскому собору [1]; кажется это – Иледам [2]. Три трети Иледомские упоминаются 1565 года в Юридических Актах [3].

1. Описание Костром. Успенскаго собора. 1837. Стр. 62.

2. См. это слово.

3. Стр. 175.

Каликинская волость

В генеральное межевание писалась Чухломского уезда; тогда в этой волости упоминается сельцо Матвейково, село Каликино.

Кинешма волость

В Государственных грамотах [1] : «А что есмы пожаловал князя Феодора Ивановича Бельского, дал есмы ему в вотчину город Лух с волостьми, да волости: Вичугу, да Кинешму, да Чихачев, и князь Федор и его дети служат сыну моему Василью, а ту свою вотчину держат по тому, как было при мне. А отъедет князь Федор или его дети от моего сына, от Василья, к моим детем меньшим, или к кому ни буди, и та его вотчина Лух и с теми волостьми сыну моему Василью». Так сказано в духовной грамоте великого князя Иоанна III. Но когда именно Кинешма отдана Бельскому, из грамоты не видно, а вероятно в 1498 году, когда Феодор Иванович Бельский сочетался с родною племянницею Иоанна III, княжною рязанскою. Неизвестно, долго ли волость Кинешма находилась во власти Бельских: еще 1567 года князь Иван Димитриевич Бельский, внук Федоров, в письме своем от 2 июля к королю польскому называет себя державцем галичским, луховским и кинешемским [2]. Без сомнения, титул галичского он употребил по воле царя для большего блеска, не быв владельцем Галича; но мы видим, что Лух тогда был во власти Ивана Димитриевича, ибо около1570 года в Луховский Тихонов монастырь он приложил большое число деревень, лежащих близ Луха в Клековской и Бабковской луках [3]. Судьба волости Кинешмы тесно соединена с самым местом Кинешмою, против многих городов нынешней Костромской губернии, по-видимому, гораздо ранее облеченным в звание города. Еще в январе 1429 года татары, опустошив Кострому, потом Плес, разграбили Солдогу, Кинешму и Лух. Верно, к этому времени относится доселе употребительная в Костромской губернии пословица: «Кинешма да Решма кутить да мутить, а Солдога горюха убытки платить». Решма – доселе богатое село на Волге, в 22 верстах от Кинешмы ниже; а Солдога – именно горюха, бедное село, 11 верст вверх по Волге, не доезжая до Кинешмы, - и доселе убытки платит Кинешме: состоя из одних церковнических домов, каждую неделю имеет торг, с которого взнос денег идет в доходы города Кинешмы. В государственном синодике, в старину читанном в Московском Успенском соборе, сказано: «Князю Борису Петровичу Сисееву, князю Никите Ивановичу Засекину – Ярославским, убиенным от казанских татар на Солдоге, вечная память». Кажется, это было после 1429 года; тогда Казань еще лежала в развалинах [4]. В продолжение 1536 и 1537 годов казанские татары свирепствовали в кинешемских окрестностях. 1576 года в судовой рати, составленной для удержания в повиновении приволжской татарщины, кинешемцы с балаханцами и другими составляли большой полк. А в 1583 году, когда казанцы взбунтовались, то в Кинешме для охранения стоял отряд войска под предводительством воеводы Федора Булгакова [5]. В конце XVI века кинешемские соляные варницы были одни из замечательнейших в России [6]. Когда большая часть городов признала Тушинского царем, Шуя и Кинешма крепко стояли за царя Василия Шуйского. Польский пан Лисовский в конце 1608 года, вышед из Суздаля, сначала напал на Шую, а по взятии ее и на Кинешму. Здесь с кинешемцами храбро защищался тамошний воевода Федор Бабарыкин; но Лисовский Кинешму взял приступом и разорил ее, Бабарыкин же был убит со множеством войска. 1609 года, когда жители Юрьевца, Решмы, Балахны, Холуя, Луха и Гороховца вооружились против поляков, то паны Лисовский и Тишкевич, усмиряя народное восстание, сожгли предместие Ярославля, Кинешму и Юрьевец [7]. Верно, к этому случаю относится известие, напечатанное во II томе Археографич. Актов [8] , от 11 июня 1609 года: «А людей де с собой раненых (литовцы) из-под Кинешмы в Кострому привезли добре много, а у многих литовских людей и сабель нет, и у многих казаков пищалей нет». Князь Димитрий Александрович Козловский утверждает, что поляки, взявши Кинешму 25 мая 1608 года (кажется, в 1609г., ибо первое взятие Кинешмы приступом было в декабре 1608 г., а это, должно быть, второе), из нее пошли к Костромским пределам; но у села Солдоги были встречены собравшимися крестьянами под предводительством Куломзина и Шушерина. Эти юные дворяне тут положили живот свой и погребены в Солдоге [9]. В это же время, когда поляки по взятии Юрьевца пошли на Решму, решемцы, призвав в помощь молитвы угодника Макария Унженского, защитника Северной России, - одни, без помощи других, отразили неприятелей, в память чего и построили близ Решмы монастырь преподобного Макария, доселе существующий [10]. 1612 года кинешемцы охотно присоединились к патриотам князя Димитрия Михайловича Пожарского, когда он из Нижнего через поволжские города шел к Москве. В Кинешме Пожарский с войском имел отдых, причем кинешемцы ему дали, кроме ратных людей, денежное вспоможение. На другой день после отъезда патриоты отправились к Плесу. В половине ноября 1614 года казаки и черкесы, завоевав костромские села Молвитино и Зогзино. Отсюда пробрались к Кинешме и ее в феврале 1615 года взяли. Из Кинешмы к Юрьевцу и его сожгли [11]. Около 1616 года к Кинешемскому посаду причислены таможенные и кружечные дворы в Вичуге. 1681 года Кинешма считалась в числе дворцовых городов. Тогда в Кинешме было 238 дворов, с них платили оброку 261 рубль 26 алтын 4 деньги, в том числе стрелецких 123 рубля 26 алтын 4 деньги [12]. В книге Большого чертежа Кинешма именована городом. Из старинных укреплений в Кинешме ныне с одной стороны виден небольшой вал и сухой мелкий ров. Этот город в круге 1 верста 121 сажень. В валу помещается городовой собор, построенный 1774 года [13]. В XVIII веке Кинешма имела уезд, заключающий 18564 души. По гражданским делам в царствование императрицы Екатерины II Кинешма числилась приписным городом Ярославской провинции; с 1778 г. принадлежит Костромской губернии. По духовным делам сначала была патриаршей, потом синодальной области; после 1759 года, только неизвестно – в котором, приписана к Суздальской епархии, за которою и была до 1788 года; тогда приписана к Костромской.

1. I, 392.

2. Ист. Росс. Госуд. Карамзина. IX. Примеч. 181.

3. Опис. Тихонова монастыря. Стр. 37-42.

4. Росс. Библиотека. VI, стр. 468.

5. Росс. Библиотека. XIV. 428.

6. Ист. Росс. Госуд. Карамзина. X, стр. 144.

7. Ист. Росс. Госуд. Карамзина. XII, 24.

8. Стр 232.

9. Взгляд на Кострому. Стр. 153.

10. Рукоп. житие. св. Макария Унженского.

11. Разрядн. кн. 123 г. Временн. Имп. Общ. Ист и др. Росс., кн. 1, стр. 12-21.

12. Археограф. акты, IV, 351.

13. Географ. словарь. Щекотова. IV. 466.

Киружская волость

Писалась Костромского уезда, упоминается в грамоте царя Феодора Иоанновича от 15 сентября 1586 года, которою велено брачившимся этой волости брать венечные памяти у протопопа Костромского Успенского собора [1]. По-видимому, она была около города Любима.

1. Описание собора. 1837 г. Стр. 63.

Клековская лука

Близ города Луха; 1587 года в ней упоминаются деревни Вончарово, Половникино. 1628, сверх них, упоминаются деревни: Гумнища, Кузьмино, Оношков починок, Гари, Погорелка тож, Ряполово Большое, Жалдиха, тож Ломки, Левунино; починки: Алексино, Харинской, Айгумново тож; Клековская лука была смежна с Бабковскою лукою и вмещала реки Возобол и Туру [1].

1. Печатное описание Тихонова монастыря. Стр. 41. Писцовые того монатыря книги. Рукопись.

Кобордам стан

Костромского уезда; царь Феодор Иоаннович грамотою от 15 сентября 1586 года велел брачившимся этого стана брать венечные памяти у протопопа Костромского Успенского собора [1].

1. Описание Костромского Успенского собора. 1837 г. Стр. 63.

Кодоварна волость

Костромского уезда, упоминается в грамоте царя Феодора Иоанновича от 15 сентября 1586 года Костромскому Успенскому собору, именно: в Кодоварной трети брачившимся велено, подобно прочим Костромским волостям, венечные памяти брать у соборного протопопа. Кодоварна была треть волости Иледомы.

Козурский стан

Находился в Костромском уезде там, где село Козура, в 24 верстах от Костромы, на юго-восток близ Кинешемской дороги, в смежности сел Плоскинино и Сумарокова. Из селений Козурского стана в XVIII веке упоминается село Козминское, принадлежавшее до отобрания вотчин от монастырей Костромскому Ипатскому, ныне деревня Козурского прихода [1].

1. Описание Ипатского монастыря. Стр. 84.

Колдомская волость

Писалась Костромского уезда. Названа от реки Колдомы, текущей по луговой стороне и впадающей в Волгу 11 верстами ниже Плеса. Ныне по Колдоме села: Семеновское Г. Угличанинова, Новленское Г. Мягкова и Егорьевское Г. Генрихова. Иногда писали: Костромская Колдомского Дуплехова стану волость [1].

1. Печатный взгляд на историю Костромы. кн. Козловскаго, стр. 145.

Комела волость

В старину Костромская волость – ныне в Вологодской губернии, недалеко от города Грязовицы к северо-востоку; она получила название от реки Комелы, впадающей в верхнюю Сухону. От Вологды верстах в 30 и доселе находится Комельская слобода с церковью Николая Чудотворца по большой Московской дороге из Вологды. Димитрий Иоаннович Донской по духовной грамоте 1389 года на Костроме, оставшейся тогда в полном владении великого князя, волость Комелу отказал супруге своей Евдокии Димитриевне. Сын Донского, великий князь Василий Димитриевич, по духовной грамоте 1406 г., по кончине матери своей, отказал Иледом с Комелою своей супруге Софии Витовтовне, за которою безусловно подтвердил в духовных грамотах 1423 и 1429 годов. После кончины этой государыни Комела осталась в полной власти великого князя Василия Васильевича, который в духовной грамоте 1462 года отказал Комелу меньшому сыну своему Андрею, обозначив в ней, чтобы при матери Андреевой Комела находилась в ее управлении. После того князь Андрей Меньшой по духовной грамоте 1481 года Комелу с смежными волостями отдал во владение старшего брата своего, великого князя Иоанна III. Величина Комельского леса видна из того, что в нем помещалось несколько волостей, как то: Комельская, Обнорская и Шиленгская. В этом Комельском лесу около 1530 года Арсений Сухарусов в 25 верстах от Вологды к юго-востоку основал монастырь, известный под именем Арсениева. В жалованных грамотах этому монастырю в 1539, 1548, 1550, 1617 г.г. видно, что тогда этот монастырь уже числился в Вологодском уезде и около 1550 года в ведомстве Комельских волостей. Комельская волость и доныне находится в Вологодском уезде, в первой волости Комельской, как это видно в печатных Исторических и топографических известиях о Вологде Заседского 1780 года [1]. Комельский лес в житии Сергия Обнорского [2] назван великим. 1501 г. в Комельском лесу на реке Нурме Введенская пустыня, где тогда жил преподобный Корнилий, находилась в Костромской десятине в ведении митрополита всея России [3]. Пространство старинной волости Комелы ныне помещается в Вологодской губернии: там 1780 г. одна из меньших волостей, составляющих большую, называемую Помельскою, называлась Комельскою [4].

1. Стр. 93.

2. Пролог 7 октября.

3. История России. Иерарх. IX. 660.

4. Описание Вологды. Напеч. 1780 г. Стр. 93.

Конявинская волость

В старину писалась волостию города Чухломы; в 1611 году в этой волости чухломский воевода оброка и пошлины с вытей и сена в казну вносил 98 рублей 27 алтын. Село Конявино ныне Чухломского уезда [1]. По дозорным книгам дозорщика Михаила Беклемишева 1620 года написано: «Вотчин Городецкого Аврамиева монастыря в Конявинской волости: погост на реке Яхомше, на погосте церковь Варвары мученицы, да теплая церковь преп. Аврамия Гордецкого, обе деревянны клетцки, село Ношкино на реке на Яхомше» [2]. И Конявино и Ношкино по реке Яхомше или близ: следовательно, то и другое близ Аврамияева Городецкого монастыря.

1. Др. Росс. Вивлиофика XI. 381.

2. Историч. описание Аврамиева мон. Ирилуцкаго, напеч. 1861. Стр. 39.

Корега

В старину писалась волостью Костромского уезда, на северо-восток от Борка и города Буя; она получила название от реки Кореги, протекающей в нынешнем Буевском уезде и изливающейся в реку Кострому; вся эта сторона, по которой течет эта река, доселе называется Корегою и, по большей части, населена мелкопоместными дворянами. Рассказывают смешную басню, что леший из Буя пошел на север, неся в корзине дворян, в лесах Корегских запнулся об коряжину и дворян вывалил; от того де по Кореге их много. В договорной грамоте великого князя Василия Васильевича с князем галичским Юрием Димитриевичем, учиненной в 1433 году, когда последний уступал первому престол и сан великокняжеский, Корега, Андоба, Борок, Березовец, Залесье и Шиленга названы Костромскими волостями великого княжения. Все эти волости Василий уступил галичскому князю с условием, чтобы дань и ям Юрий Димитриевич с этих волостей брал по стольку, сколько они взносили в казну Московского государя. Удивительно, что Юрий Димитриевич в духовной грамоте, писанной после того на другой год, именно в 1434 году, при кончине своей не упоминает о Кореге. Но из договорной грамоты великого князя Василия Васильевича с князем Димитрием Шемякою 1434 года видно, что по разделу последнего с братом Димитрием Меньшим Корега с Сурожиком, Шепковою и Лучинским досталась Шемяке, и заметно – еще при жизни их отца, на что намекает молчание его в духовной. По смерти Юрия Димитриевича, скончавшегося в Москве на великокняжеском престоле, когда сын его Василий Косой без воли своих братьев вступил на Московское княжение, а его братья Димитрий Шемяка и Димитрий Красный, негодуя за то на него, согласились великое княжение отдать законному государю России, то Василий Васильевич Темный этот раздел подтвердил договором с Шемякою в 1434 и 1436 годах, но прочие: Андоба, Борок, Березовец с Залесьем и Шиленга заметно остались за великим князем. В договорной грамоте, напечатанной в собрании Государственных грамот [1], сказано: «Так же, брате, и Сурожик, и Шопково, и Лучинское, и Костромских волостей Корега по деловым по вашим грамотам, как ся есте поделили со своим братом, с князем с Димитрием с меньшим, и того ми, брате, под тобою всего блюсти и не обидети, и не вступатися». Из этого видно, что, получив эти волости от великого князя, оба брата сделали снова дележ; неизвестно, за которым из них осталась тогда Корега, ибо в 1436 году, по случаю придачи великим князем Димитрию Шемяке к Кореге других Костромских волостей: Шепковой, Лучинского и Сурожика, - Юрьевичи учинили новый дележ между собою, как это видно из договорных грамот Шемяки с Василием Васильевичем [2]. Эти волости с Корегою оставались за Юрьевичами и в 1440 году. В договорной с ними Василия Васильевича грамоте сказано, что государь за ними оставляет все те волости, которые уступил он отцу их, Юрию Димитриевичу, кроме Шачебала, Ликурги и Андобы [3]. В 1448 году Шемяка отказался от всех этих вотчин, которые ему были пожалованы Васильем Васильевичем и оные препоручил во владение великого князя [4] для того, чтобы этою жертвою купить у него мир. В малолетство царя Иоанна Васильевича, при управлении матери его Елены Васильевны, Корега подверглась разорению от казанских татар. Беззащитные жители решились сами построить в этой волости крепость там, где Векса соединяется с рекою Костромою, и это – нынешний город Буй. В XVII веке Корега была волость Галичская. 1586 года царь Феодор Иоаннович велел брачившимся в Корегской волости брать венечные памяти у протопопа Костромского Успенского собора [5]. Следовательно, тогда Корега была Костромской области. В Корегской волости в XVII веке приложено из сельца Левского четвертый жеребей в Любимоградский Геннадиев монастырь [6].

1704 года волость Корега писалась в Галичском уезде [7], тоже и в генеральное межевание; но тогда часть этой волости была и в Солигаличском уезде. К северу от реки Кореги недалеко села Шушкодомово и Ферапонтово – прежний Благовещенский монастырь, что на реке Монзе. До начала XVII века эта сторона была весьма лесна и малолюдна. В голод 1602 года игумен этого монастыря, преподобный Адриан, всем безденежно раздавал хлеб, отчего многие около Шушкодомова и Ферапонтова поселились и основали вновь селения [8]. Ферапонтово и Шушкодомово ныне Буевского уезда.

1. I. № 53.

2. Собрание Госуд. грамот и догов. Часть I. №56,57,58 и 59.

3. Собрание Госуд. грамот и догов. Часть I. №60.

4. I. № 67.

5. Описание Костромского Успенского собора. 1837 г. Стр. 62.

6. Житие преподобнаго Геннадия. Рукопись.

7. Юридические акты. Стр. 382.

8. Рукописное житие преподобных Адриана и Ферапонта, что на Монзе реке..

Корзлин стан

В старину писался Костромского уезда и был там, где село Бабино, принадлежавшее Костромскому Ипатскому монастырю [1]. Бабино и Корзлы упоминаются 1605 года в описании Ипатского монастыря 1832 года и в Юридических актах [2]. Село Бабино 1786 года писалось Костромской епархии, но Ярославского наместничества, Любимского Духовного правления.

1. Исторические известия о Костромском Богоявленском монастыре. 1837 г. Стр 86.

2. Стр. 304.

Коркодама

Писалась станом Костромского уезда; упоминается в грамоте царя Феодора Иоанновича Костромскому Успенскому собору от 15 сентября 1586 года. В ней велено крестьянам этой волости брать венечные памяти у протопопа Костромского Феодоростратилатовского, ныне Успенского, собора [1].

1. Описание этого собора. 1837 г. Стр 12.

Корцовская волость

По генеральному межеванию упоминается в Галичском уезде; тогда в этой волости писалось село Богоявленское. Корцово село ныне Солигаличского уезда, от Солигалича в 24 верстах, на большой дороге из этого города к Чухломе, не доезжая до нее 24 верст. Здесь две каменные церкви с такою же колокольней. В Корцеве каждую неделю бывает торг по воскресеньям; большие же ярмарки 9 мая, в дни Троицын и Спасов.

Коряковская волость

На луговой стороне Волги, недалеко от Юрьевца Поволжского, на восток к Макарьеву, что на Унже. В старину упоминается Коряковская слобода. В 1405 году великий князь Василий Димитриевич Городец с Городецкими волостями: Белогородьем, Юрьевцем, Коряковою слободою, Черняковою и Унженскою тамгою отдал в удел князю Владимиру Андреевичу Храброму в промене на волок с тем, чтобы и по смерти его эти волости остались за детьми его. В случае же отобрания Городца с теми волостями к великому княжению, Василий Димитриевич обещался в договорной грамоте, тогда писанной [1], отдать Владимиру Андреевичу Тошню. В этой грамоте о Городце с теми волостями сказано: «А с Городца и с тех волостей, которые ми еси волости к Городцу придал, дати ми тебе полторы тысячи рублев, сто рублев и шестьдесят рублев; а переметит Бог орду, и мне имати дань с свое и вотчин и с своего удела себе». Из выражения: «которые ми еси волости к Городцу придал», явствует, что в это именно время те волости приписаны к Городцу, а до этого принадлежали лругому городу.

Владимир Андреевич 1410 года отказал по духовной грамоте Городец, кроме яма и танги, сыновьям – князю Семену и князю Ярославу. Станы на этой стороне Волги ниже Городца – князю Семену да Белогородье, а Ярославу – станы по той стороне Волги выше Городца да Юрьевец. Но оба брата те и другие станы должны были разделить поровну; ежели Белогородье более будет Юрьевца и Черняковой, то Семен Коряково должен был уступить брату Ярославу; ежели же Белогородье будет менее Юрьевца и Чернякова, то оба брата были обязаны Коряково поделить поровну. 1448 года Городец с волостями внуком Владимира Андреевича, князем Василием Ярославичем, отдан государю Василию Темному, а он в 1451 г. Городец с волостями уступил Суздальскому князю Ивану Васильевичу [2].

При царе Иоанне Васильевиче Коряково называлось пригородком Галича. При учреждении опричнины государь Коряково вместе с прочими пригородками Галича объявил собственностью опричнины (3). Когда в войну с польским королем Стефаном Баторием, царь Иоанн IV для удержания ногаев, Астрахани и черемисов учредил на Волге судовую рать в 1576 году, тогда коряковцы с пермичами, двинянами, кинешемцами, балахонцами, гороховцами и юрьевчанами составляли большой полк этой рати под предводительством князя Тюфакина да головы Нарышкина.

1536 года против казанских татар отправили воевод Гундурова и Замытского. Их малодушие было причиною того, что казанцы вступили в Нижегородскую область и там злодействовали, особенно от них потерпела Балахна. Вместо тех воевод были посланы новые: Сабуров и Карпов, которые того же года в январе разбили многочисленные толпы казанцев и черемисов в Корякове; пленных отослали в Москву, где предали смерти.

1619 года по просьбе Юрьевца Поволжского с посаду и окрестных волостей царь Михаил Феодорович грамотою повелел, чтобы им в язовом строенье и ямской гоньбе помогали и крестьяне Коряковской волости. Тогда юрьевчане и дворовые волости: Елнатская, Ячменская, Березницкая, Заборская и Сокольских гор строили на Волге два яза для рыбной ловли на царский обиход, а гоньбу летом отправляли на стругах, зимою подводами. То и другое Коряковская волость отправляла и прежде, но с 1618 года отстала. В грамоте означена причина, почему коряковцы в гоньбе и ловле должны участвовать, именно: Коряковская волость недалеко от Юрьевца и в нынешнюю войну от литовцев ей разорения не было; ибо коряковцы 1609 года в нашествие на Юрьевец пана Лисовского собрались на луговой берег Волги, составили из ратников цепь и всякого из поляков, кто только осмеливался приставать к их берегу, предавали смерти. Избавление коряковской стороны благодарные жители приписывали Макарию Унженскому: поляки часто видели то на берегу, то на лодке разъезжающего и истребляющего таборы их инока, украшенного сединами. Избавившись от поляков, коряковцы близ реки Немды преподобному Макарию построили монастырь (4).

Коряковская волость 1627 года числилась в Суздальском уезде с своим селом Борисоглебским (5); 1630 года упоминается принадлежащею городу Юрьевцу. Тогда в этой волости числилась церковь Воскресения Господа и деревня Голодаиха (6). 1729 и 1680 г.г. Коряковская волость писалась дворцовою и тогда делилась на три трети, из которых одна называлась Пречистенскою. 1712 года Коряковская волость принадлежала князю Якову Федоровичу Долгорукому, по следующему случаю: когда генерал князь Долгорукий около 1711 года вырвался из шведского плена (на корабле, перебив шведов, прибыл в Ревель), тогда ему дана во владение Юрьевецкого уезда Березовская и Коряковская волости (7). Не Березницкая ли волость, близкая к Коряковой?

На луговой стороне в 6 верстах от Юрьевца доселе есть село Тихоно-Коряково, Воскресенье-Коряково.

В духовной грамоте князя Михаила Васильевича Горбатова 1535 года, напечатанной во Владимирских Губернских ведомостях 1856 года № 22, сказано: «Да государю великому князю Ивану Васильевичу всея Русии моея отчины на Волге село Белгородье, да за Волгой село Коряково с деревнями и со всеми угодьи». Следовательно, в начале XVI века Коряковская волость принадлежала тому князю Горбатову, а по его кончине составила собственность государя всея России.

1. Собрание Госуд. грамот и договоров. Часть I. №38.

2. Госуд. грамот I. 182, 186.

3. История Госуд. Росс. Карамзина. IX, прим 137.

4. Рукоп. житiе преп. Макарiя Унженского.

5. Смотри рукоп. житiе Тихона Луховского.

6. Рукоп. житiе преп. Макарiя Унженского.

7. История Петра Великаго. Соч. Бергмана III 191. Голикова дополн XVII. 147, 149. IX. 192.

Коткишевская волость

1628 года числилась в Галичском уезде; в этой волости тогда Михайло Салтыков имел вотчину, в которой ему велено жить вместо наказания за ложный донос на нареченную государеву невесту, девицу Марью Хлопову, причем поместье их велено отобрать в казну; но эта вотчина, заметно, за ним была оставлена, как это видно из Государственных грамот [1]. Никольское в Коткишеве или Коткишево Никольской церкви ныне село Кологривского уезда, от Макарьева к Парфеньеву, на речке Шемяке, впадающей в Номжу, а Номжа в Нею, в смежности с селами: Солтаново в 7, слобода Мерзлиха в 15, Торжок Нея в 20, Успенье-Заречье в 20 верстах, а от Парфеньева в 33 верстах. Коткишево ныне принадлежит Г. Толстой.

1. III. 267.

Котогорский стан

От Костромы верстах в 85, поэтому находится около Любима. Из находящихся селений в этом стану известно село Васильевское [1].

1. Известия о Костромском Богоявленском монастыре. 1837 г. Стр. 51.

Красносельская волость

1712 года писалась дворцовою и Плесской десятины. Эта волость находилась на луговой стороне Волги и была там, где ныне село Красное, простым народом называемое «Большим», оно находится от Волги в 3, а от Костромы вниз по Волге в 40 верстах.

Красносельский дистрикт

Писался в Костромской провинции и упоминается в рукописях 1726 года. К нему принадлежал Сыпанов монастырь; следовательно, от города Нерехты простирался на восток к селу Красному Сумароковых, давшему самое название дистрикту, находящемуся от Нерехты в 23 верстах.

Кубанская волость

Получила название от реки Кубани, впадающей в Волгу с нагорной стороны, ниже Костромы верстах в 10. По этой реке называются села: Покров на Кубани и Ильинское на Кубани же. Около 1713 года Ильинское на Кубани в Кубанской волости составляло вотчину стольника и полковника Ивана Алексеевича Фамандина. Кубанская волость по делам писалась еще в 1771 году.

Куекша или Куетская волость

1629 и 1630 годов и после находилась в Костромском уезде; получила название от реки Куекши, протекающей этой волостью по луговой стороне Волги и впадающей в Волгу. Тогда на этой реке находилось сельцо Заречье, поместье Клима Cмирнова и Олферьева. В эту пору в волости чинил письмо и меру князь Василий Волконский да подьячий Остафий Колупанов. 1586 года царь Феодор Иоаннович грамотою от 15 сентября того года велел брачившимся крестьянам волости Куекши брать венечные памяти у протопопа Костромского Успенского собора [1]. На реке Куекше находится доселе село Илья Куекша, от Волги в 20 верстах на восток. В селе Куекше живут только поп, диакон и два причетника. Близкие к Куекше села: Спас Евдога – в 3-х, Никола Бережок – в 5-и, Покровское в 5 верстах, в 5 же Адашево. Куетская волость в генеральное межевание писалась в Кадыевском округе.

1. Описание этого собора. 1837 г. Стр. 63.

Кулига стан

Упоминается станом в грамоте царя Феодора Иоанновича от 15 сентября 1586 года Костромскому Успенскому св. Феодора Стратилата собору [1]. Ныне село Кулига Нерехотского уезда; но есть причина и сомневаться, ибо в этой же грамоте упоминаются Арменов стан, где Арменки, и волость Емена, также Сорохта; кажется, негде быть между Арменками, Сорохтою и Еменою целому стану? Арменки от Кулиги в 3, а Емена – в 15 верстах.

1. Описание этого собора. 1837 г. Стр. 62.

Курганов стан

Упоминается в начале XVIII века; находился в нагорной половине Костромского уезда; там ныне приход села Владычня [1]. Около 1781 года Курганов стан был частью в Костромском округе, например, деревня Мишкино, частью в Плесском, например, усадьба Заречье; сельцо Заречье Демидовского прихода от села в одной версте, а деревня Мишкино – Владыченского, от села Владычня – в 3 верстах.

1. Местные рукописи.

Кусь

Костромская волость. Кусью доселе называется сторона от Костромы на восток в 85 верстах, по реке Куси, имеющей течение сначала по Галичскому, потом по акарьевскому уезду и впадающей с севера в реку Нею. Великий князь Василий Васильевич, замирившись с своим дядею галичским князем Юрием, в непродолжительном времени послал войско на детей его – князей Василия Косого и Димитрия Шемяку. Московским войском предводительствовал Юрий Патрикеевич, правнук знаменитого Гедимина, государя литовского. Полки Юрьевичей, кроме костромичан, державших их сторону, составляли галичские и вятские ратники, тайно присланные отцом их, несмотря на то, что при замирении с племянником, Юрий обоих своих сыновей признал врагами общего покоя. То и другое войско 1434 года сошлись на Куси. Москвитяне были разбиты на голову, сам предводитель их Патрикеевич остался в плену у победителей, которые его привезли в Кострому обремененного цепями [1]. 1467 года казанские татары, ободренные неудачным походом русских под Казань, вступили в Галичскую область, хотя русским городам они не могли причинить большого вреда, ибо мудрый Иоанн III пограничные города Кострому, Галич и другие снабдил сильными гарнизонами, а поселяне с лучшим имением на это время скрылись в городских укреплениях. Однако татары на Вербной неделе опустошили две Костромские волости Кусь. Впрочем, это несчастие было непродолжительно. Костромской воевода, князь Иван Васильевич Стрига-Оболенский, узнав об опустошении Куси, с войском тогда же выступил из Костромы на Кусь и преследовал казанцев до самой Унжи. В «Продолж. Нестор. л.» под летом 6976 сказано [2]: «Тое же зимы на Вербной неделе взяше татарове казанские две волости Костромских Кусь, и множество полону взяше, а иных изсекоша; князь же Иван Стрига-Оболенский ходи за ними и до Унжи с Костромы, и не достиже их».

Августа 27-го 1587 года боярин и дворецкий Григорий Васильевич Годунов в Кусской волости дикий пустой лес, верст на 20 – 30 по реке Черному Лоху, отдал на откуп из-за взноса в казну меду по пуду на год да пошлин 5 денег, причем окольные показали, что владетели этого леса лет сорок или пятьдесят побиты в войну луговою черемисою и померли от поветрия [3].

1764 года Словинская пустыня находилась в Кусской волости и писалась Плесской десятины Кусской волости, или Кусская Богородицкая Словенская пустыня. Как далеко простиралась на восток Плесская десятина! Поэтому и в XVIII веке Кусь была в Костромском уезде [4].

1. Архангелогород. летоп. Стр. 119.

2. Стр. 265.

3. Юридич. Акты. Стр. 192.

4. История Российской Иерархии. 147.

Кушка

По книгам генерального межевания стан Кушка упоминается Галичского уезда.

Лапшанский стан

1760 года числился в Галичской провинции, Ветлужской власти, Унженской десятины. В этом стану тогда числилось село Баки, село Лапшанги, от города Варнавина в 5 верстах по тракту и в полуторе по реке Лапшанге, впадающей под городом Варнавиным в Ветлугу.

Лахость

Ростовская волость; некоторые селения, с 1778 г. отошедшие к Костромскому наместничеству, как-то села: Пружинино, Никитское, Митино, в старину числились в Лахотской волости; следовательно, до этого времени были в Ярославском наместничестве. Село Лахость на реке Лахости, не доезжая до Ростова верст 20, ныне Ростовского уезда. Близ этого села река Лахость впадает в реку Которосль, вытекает же из озера Подозерского, находящегося в Нерехотском уезде.

Ликурга

В старину Костромская волость, на восток от старинной Костромской же волости Кореги; ныне верстах в 25 от уездного города Буя, в ту же сторону; два села называются этим именем: Ликурга Троица и Ликурга Рождество, расстоянием друг от друга верстах в трех. При великом князе Василии Димитриевиче Ликурга с Шачебалом первоначально находилась во власти галичского князя Юрия Димитриевича. Потом этот князь Ликургу с Шачебалом уступил родному брату своему Петру Димитриевичу, который, по духовному завещанию отца своего Димитрия Иоанновича Донского, владел в это время на Вологде Тошнею и Сямою. После того Петр Димитриевич Шачебал и Ликургу уступил родному брату своему Константину, также сыну Донского. Но в какие именно годы Ликурга с Шачебалом переходили таким образом из рук в руки, в государственных грамотах лет не показано. Из истории известно, что князь Константин Димитриевич родился после духовного завещания отца своего Димитрия Иоанновича Донского, и что супруга его была в то время им беременною. Хотя в том завещании особенного удела тогда ему не было назначено, но Димитрий Иоаннович в духовной грамоте, в случае разрешения от бремени сыном, завещал, чтобы старшие сыновья его наделили того своего брата каждый из своего удела землями, какое наделение они должны были сделать по распоряжению своей матери. Таким образом, надобно полагать, Константину досталась Ликурга с Шачебалом, из части Петра Димитриевича. По этой причине, когда галичский князь Юрий Димитриевич, как старейший в роде Донского, открыл замыслы властолюбия против великокняжеского престола, великий князь Василий Васильевич с дядями Андреем и Константином Димитриевичами, при заключении договора 1428 года, к коему склонил митрополит Фотий, договорились, чтобы Юрий не отнимал у Константина и не вступался в уступленные ему волости Ликургу и Шачебал. При этом договоре было постановлено, чтобы дань и ям, собираемые для татар, Константин Димитриевич с Ликурги, Шачебала и Звенигородских волостей по стольку же, как было плачено при великом князе Василии Димитриевиче, платил галичскому князю Юрию Димитриевичу. В случае же избавления от татарского ига эти дань и ям татарские оставались в полном распоряжении самого князя Константина, а галичский князь в них не должен был вступаться.

Поелику в Ликурге и Шачебале, до учинения этого договора, хотя они и принадлежали уже Петру Димитриевичу, правили Юриевы волостели, посельские и их тивуны, то в договоре и касательно этого было упомянуто, чтобы каждая сторона выслала своего боярина разобрать это. Так об этом сказано в той договорной грамоте: «Такоже, что ведали твои (Юрия Димитриевича) волостели и посельскии и их тивуны отчину княжу Константинову Дмитриевича Шачебал да Ликургу, а то потому же отослати по боярину, да учинити исправа; что будет взято право, то остало; а что будет взято криво, то отдати по исправе. А служеное, положеное, заемное, поручное, кабальное по исправе дати; а холопа, робу, должника, поручника, беглеца, татя, разбойника по исправе выдати».

Каким образом Ликурга с Шачебалом перешла во владение великого князя Василия Васильевича еще при жизни князя Константина Димитриевича, неизвестно. В договорной же грамоте Юрия Димитриевича Галичского с этим государем, Константином Димитриевичем и прочими князьями, заключенной в 1433 году, эти волости упоминаются уже за великим князем. В этой грамоте сказано: «Или что ми ся (великий князь Василий Василиевич) еси нынеча отступил Сурожика, да Лучиньского, да Шепковы, и Шачебала и Ликурги; а того вам всего подо мною (Юрием Галичским) и под моим сыном под князем под Дмитрием под Меньшим блюсти, а не обидети, ни вступатися». Помещенное здесь имя Димитрия Меньшого, иначе называемого Красным, дает основательную причину думать, что Юрий заранее его определил наследником Галичского княжения и этих областей, так близких к нему, каким он решительно объявил его при своей кончине в духовном завещании 1434 года.

В этой же договорной грамоте помещенные слова: «Или что ми ся еси отступил Бежецкого верьха и с пустоши, и с селы, и слободами (великий князь Юрию Галичскому) опрочь тех мест, что еси подавал из Бежецкого верьха брату нашему молодшему Константину Дмитриевичу», дают возможность заключать, что места в Бежецком верху великим князем даны Константину в замен Ликурги и Шачебала, которые остались во власти первого. Там же именно выговорено, чтобы галичский князь с уступленных тогда ему волостей дань и ям, собираемые татарам, платил великому князю по тому же разводу, сколько последний собирал с них в свою казну. В случае избавления от татар, Юрий эти доходы должен обратить в свою пользу.

В духовной грамоте Юрия Димитриевича хотя прямо не означено, кому именно он отказывает Ликургу с Шачебалом, но из следующих слов грамоты ясно видно, что обе эти волости остались во власти Димитрия Меньшого, как удельного галичского князя: «Галич имается в семьютысячной выход пять сот рублев и пол рублев, и из того сын мой Дмитрий возмет с Шачебала и с Ликурги четвертую часть, да отведет в большую казну, а останок того сын мой Дмитрий разведет на Галич на свой удел по тому окладу, колько на которой волости яз имал, да то отдать». Из договорной грамоты государя Василия Василиевича с Дмитрием Шемякой [1] видно, что Юрьевичи, оба Димитрия, в том же году, в котором умер их отец, сделали новый раздел между собою. Надобно думать, что Ликурга с Шачебалом остались в части Димитрия Меньшого: ибо на половине Шемякиной оне не упоминаются; а упоминаются только уступленные с ними в 1433 г. волости Сурожик, Шопкова и Лучинское, которые по новому этому разделу за ним и остались. В 1440 году Ликурга с Шачебалом опять находились во власти великого князя Василия Василиевича, как это явствует из договорной грамоты его с обоими Димитриями – Шемякою и Красным, заключенной в 1440 году. Так в ней сказано о Ликурге с Шачебалом: «а очины ми под вами вашее… што ся был есми отступил вашему отцу, князю Юрью Дмитриевичу, с волостьми и селы, опроче Шачебала и Ликурги и Андомы… под вами всего блюсти» и проч. Следовательно, Ликурга с Шачебалом и Андомою ( не Андома, а справедливее – Андоба, также Костромская волость) в это время уже не принадлежали ни тому, ни другому из этих Юрьевичей.

В моровую язву, называемую в летописях железою, 1467 года многие селения опустели и в волости Ликурге; тогда во всей волости с людьми осталось только шесть деревень, в том числе три сельца митрополичьи: переднее, середнее и заднее. В волости Ликурге, при митрополите Ионе и его преемниках, была митрополичья вотчина село Егорий Святой с деревнями, называемая Сельцо или Селецкая. Митрополит Симон 1498 года отдал эту вотчину в поместье митрополичьим боярским детям - Некрасу и Дрозду Васильевым детям Юрьева. Крестьяне великого князя Лигурской волости в 1505 году тягались об этом селе и деревнях с Некрасом и Дроздом, будто бы митрополиты селом и деревнями завладели в то моровое поветрие. Акт об этой тяжбе, кончившейся в пользу митрополита, напечатан в Юридических Актах [2]. Из этого акта видно, что 1505 года Ликурга числилась в Костромском уезде, что она простиралась почти до самого Галичского озера, по крайней мере до села Унорожи, доселе находящегося тут, где из Галичского озера выходит река Векса, сливающаяся в Буе с рекою Костромою. Та митрополичья вотчина первоначально была заселена в пользу митрополичьей области игуменами Унорожского Благовещенского монастыря, да и Унорожь – тогда упоминается в Костромском уезде.

Из рек близ Унорожи и Егорьевского села в Ликургской волости в том акте упоминаются: река Нола, река Касть с речками Гарницею и Коломшею, река Юрменка. Заметно и Юрьемка и Касть впали в Нолю. До XVI века Ликургу в разное время описывали писцы: Михайло Волынский, Третьяк Долматов и Горяин Кулешин [3]. Егорьевский погост, ныне село Буевского уезда, по старинной карте Костромского наместничества, на реке Вексе, близ впадения в нее реки Ноли. Ликурга два села: Ликурга Троица и Рождество Ликурга, за Буй к Галичскому озеру верстах в 40. 1767 г. церковь Благовещения, что на Унороже, числилась в Ликургской волости.

1. Собрание государственных грамот и договоров. № 52 и 53.

2. Стр. 14-16.

3. Юридические акты. Стр. 14-16.

Логинов стан

Находился в Костромском уезде, от Костромы на восток верстах в 25. Из селений, находившихся в Логиновом стане, известны села: Ильинское и Карабаново [1]. 1585 года 15 сентября упоминается станом в грамоте царя Феодора Иоанновича Костромскому собору [2].

1. Описание Ипатьевского монастыря. 1832 г. Стр 84. Известия о Костромском Богоявленском монастыре. 1837 г. Стр. 50.

2. Описание этого собора. 1837 г. Стр. 62.

Лосевская волость

В генеральное межевание писалась Солигаличского округа; в этой волости тогда писаны: усадьба Терентьева, Лосево, от Солигалича в 18 верстах на полдень, не доезжая до села Корцова 6 верст, казенного ведомства, Гнездниковской волости.

Лучинское

Костромская волость. 1433 года государь Василий Васильевич Сурожик, Лучинское, Шачебал, Шепкову и Ликургу уступил дяде своему, галичскому князю Юрию Дмитриевичу, при уступлении ему Московского великого княжения [1]. Из духовной Юрия [2] видно, что Юрий волость Лучинское , Сурожик и Шепкову отдал своему брату Константину, который из доходов этой волости уделял государю в татарский выход. В 1436 г., при разделе между сыновьями Галичского князя Юрия Димитриевича – Дмитрием Шемякою и Дмитрием Меньшим, Костромские волости: [3] Лучинское, Корега, Шепкова и Сурожик достались Шемяке, за которым утверждал их во владении при договорах великий князь Василий Васильевич [4]. Лукинское село близ сел Рязанова и Дубяны.

1. Государств. грамоты. I. 100.103.

2. Государств. грамоты. I. 106.

3. Государств. грамоты. I. 128.

4. Государств. грамоты. I. № 56, 57: стр 119, 122, 125, 128.

Любимская осада.

Грамотою от 15 сентября 1586 года царь Феодор Иоаннович позволил попам Любима венчать браки без знамени протопопа Костромского Успенского собора, но пошлины с браков велел отдавать ему, протопопу, в соборе Богородицы; в грамоте об этом Любим назван станом [1]. Около 1724 – 1726 года писался Любимским дистриктом, и в нем находился Андомский стан; 1643 года Любим писался Костромского уезда [2]. До открытия в Костроме губернии, Любим числился в Костромской провинции и для мещанства имел ратушу в зависимости от Костромского провинциального магистрата. 1745 года, при открытии в Костроме епархии, Любим с уездом взошел в состав ея. В первые годы царствования императрицы Екатерины II Любим числился вторым городом Костромской провинции; с уездом в нем тогда считалось 28503 души. 1637 г. в Любимской осаде числился Осецкий стан; 1680 г. числилось в Любимской осаде Осецкого стана село Новое с Никольскою церковью [3] .

1. Описание Костромского Успенского собора. 1837. Стр. 63.

2. Описание Лухов. Тихон. монастыря 81.

3. Смотр. о чудесах Большесольской иконы Иоанна Предтечи.

Матницкий стан.

В генеральное межевание писался в Луховском уезде; тогда в этом стане упоминаются деревни: Пестово, Кузнецово и Нефедково. 1678 г. село Никульское Клобуковых, ныне находящееся в Нерехотском уезде в углу с Шуйским и Юрьевецким уездами, бывшее тогда в поместье за Богданом Гавриловым Клобуковым, писалось Суздальского уезда Матницкого стана, также село Зеленово, до открытия Костромского наместничества бывшее в Суздальском, а после того в Плесском уезде; Матницкого стана были села Горицы и Дунилово, села нынешнего Шуйского уезда. Следовательно, Матницкий стан заключал в старину селения, ныне находящиеся во Владимирской губернии по Шуйскому, а в Костромской по Нерехотскому и Луховскому, ныне Юрьевецкому, уездам, - и находились тут, где сходятся границы тех трех уездов.

Мерский стан.

Иначе Мещерский, в старину писался Костромского уезда, начинался с самого города Костромы и простирался на север. Из селений, в нем находившихся, упоминаются 1581 года погосты: Саметь, Шунга, Куниково, Вежи, Митцкое; 1585 года деревни: Святое озеро, Олферово и Стрельниково, также Богословская слобода у Ипатского монастыря, село Яковлевское Малое, село Никольское за воржею, Андреевская слобода у Ипатского монастыря [1]. В грамоте 1581 года Чудову монастырю о промене Московских сел на Саметь, Шунгу, Куниково, Вежи, Митцкое, Мерский стан именован Мещерским. 1662 года в Мерском стану упоминается на Волге остров Юшин, от Костромы реки вверх по Волге, который тогда принадлежал Костромскому Феодоровскому собору [2].

1. Известия о Костромском Богоявленском монастыре. Стр. 50. Описание Ипатскаго монастыря. 1832 г. 83.

2. Описание этого собора. 1837 г. Стр. 73.

Минский стан.

1689 года числился в Костромском уезде. В этом году Анастасиина монастыря старица Вера Кудрявцева пожаловала в оный свою вотчину в Минском уезде половину деревни Елкутова да пустынь Домошу [1]. Минский упоминается станом Костромского уезда в грамоте царя Феодора Иоанновича Костромскому Феодоростратилатовскому собору от 15 сентября 1585 года касательно взятия венечной памяти [2]. В Минском стану деревня Ношино принадлежала Ипатскому Костромскому монастырю [3]. Минский стан назывался от села Минского, находящегося в 10 верстах от Костромы на юго-восток, на луговой стороне, близ села Петровского, к селам Козуре и Плоскинину. Минский стан был смежен с станами: Козурою и Плоскининым, Логиновым, Андрониковым и Мерским.

1. Печатное описание Анастасиева монастыря. Стр. 2.

2. Описание собора. 1837 г. Стр. 62.

3. Описание Ипатскаго монастыря. 1832 г. Стр. 85.

Мирохановский стан

Принадлежал к городу Чухломе. 1610 года с Мирохановского стана от вытей и сена оброку и пошлин платили 31 рубль 18 алтын 3 деньги. В Чухломском уезде находится ныне село Троицкое в Мироханове [1]. 1631 и 1680 года Мирохановская волость писалась Галичского уезда Чухломской осады. В Актах Западной России [2] напечатано, что думного дворянина Ивана Никифоровича Чепчугова король Жигимонт III пожаловал из своих черных волостей волостью Мериновскою, что приписана была к городку Кинешме, а была та волость за князем Дмитрием Ивановичем Шуйским, а по писцовым книгам в той волости 1200 четвертей. Дана 1610 года декабря 9. Заметно, были два стана, называемые Мирохановскими: один Чухломский, а другой Кинешемский.

1. Российская Библиотека. XI. Стр. 368 и 380.

2. II. 397.

Немда волость

Костромского уезда; 1585 года 15 сентября царь Феодор Иоаннович дал грамоту, чтобы брачившимся крестьянам волости Немды брать венечные памяти у протопопа Костромского Феодорастратилатовского собора [1]. Против Юрьевца с севера в Унжу впадает река Немда, по ней недалеко от Волги есть село Немда с церковью преподобного Макария Унженского (прежний Макариев монастырь на Немде). Без сомнения, от реки Немды получила название Костромская волость Немда. Река Немда течет Макариевским уездом, но изливается из Галичского уезда недалеко от того места, где река Кусь берет свое начало. Ей была сопредельна Костромская волость Кусь. В книге Большого чертежа [2] сказано: « В реку Унжу близко от устья пала река Немда, а вытекла от Галича за 30 верст». По-видимому, эта волость находилась около того места. Где села: Игодово, Казанская, Дубяны, Теплино, Никола Шарик и прежнее село Терепляево. Деревня Васильево писалась по межевым книгам XVIII века волости Немды и тогда находилась в Кадыевском уезде, а ныне Юрьевецкого [3]. Упоминается 1731 года село Рязаново волости Немды, Кадыевской осады, Костромского уезда, и усадьбы Ерлыково в Терепляевском приходе. До открытия Костромской губернии в 1797 году волость Немда была в Кадыевском, а с открытия в Кинешемском уезде. В этой волости было село Егорьевское и усадьба Солдога на реке Мере.

1. Описание этого собора. 1837 г. Стр. 63.

2. Стр. 143.

3. Объявление в Костромских Ведомостях о вызове для межевания черезполосных владений.

Нерехотская волость

В половине XV столетия Нерехотская волость принадлежала великой княгине Марье Ярославовне. В Нерехотской ее волости, кроме села Федоровского, тогда принадлежали Троицкому Сергиеву монастырю два сельца – Егорий Святый и Лихаревское; для суда и сбора пошлин тиунам она дала по прошению Сергиевского игумена Спиридона грамоту, как должны поступать на Нерехте тиуны, волостели, праветчики и патентщики в вотчине Сергиева монастыря [1]. Также княгиня в половине этого века освободила в Нерехотской ее волости две варницы митрополита Геронтия и живущих в них людей от дани и пошлин и подсудимости их нерехотским волостелям и тиунам. 1585 года царь Феодор Иоаннович брачившимся в Нерехотской волости велел брать венечные памяти у протопопа Костромскогоо Феодоростратилатовского собора [2]. В Нерехотском стану или волости в старину числились села: Тетеринское, Федоровское, Есипово, село Княгинино с деревнею Пироговым, сельцо Неверово, деревня Бабаево, село Кизликово; деревни: Кононово, Рамишки, Ченцы и Солтаново, село Денисовское и Кувакино; Кувакинское, деревни Жарово и Новоселка писались по генеральному межеванию в Нерехотском стану. Нерехотский стан упоминается по делам еще 1771 года.

1. Арх. Акты. I. 61.

2. Описание Костромского Успенского собора. 1837 г. Стр. 62.

Нерехотский дистрикт

Упоминается 1724 года. Им для сбора казенных пошлин управлял тогда комиссар Тимофей Одинцов. Но Сыпанов монастырь в двух верстах от Нерехты на юго-восток 1726 года упоминается принадлежащим к Красносельскому дистрикту. Следовательно, Нерехотский дистрикт простирался в другие стороны и у самой Нерехтысмыкался с Красносельским.

Нерехотский стан

Был в Кашинском уезде* и упоминается 1518 года [1]; разумеется, что это не наш Нерехотский.

* Тверская губерния (заметка публикатора).

1. Археолог. Акты. I. 134.

Никольская слободка

В числе волостей и станов Костромского уезда, перечисленных в грамоте царя Феодора Иоанновича от 15 сентября 1585 года касательно получения венечных грамот у протопопа в Костромском Феодорастратилатовском соборе, сказано: «и в Никольской слободе». Но была ли тут волость особая или не зависела только от управления прочих волостей – остается ожидать верных на это доказательств. Эта Никольская слобода против самого города Костромы, отделяемая одною Волгою, была патриаршею. Следовательно, не было ли тут особого правительственного места для прочих патриарших вотчин по Костромскому уезду? А что была патриаршею, видно из Юридических Актов [1] – из поручной грамоты 1643 года октября 30. От Никольской слободы отделяется только одною дорогою саженей в 6 Спасская слобода, принадлежавшая Ипатскому монастырю пред отобранием вотчин от монастырей.

1. Стр. 332.

Никольский стан

Во второй половине XVII века писался Луховского уезда; в этом стану тогда числилась деревня Фаддеево.

Новые городки

Писались волостью Костромского уезда; упоминаются в грамоте царя Феодора Иоанновича от 15 сентября 1585 года. Ею велено брачившимся этой волости брать венечные памяти у протопопа в Костромском Феодорастратилатовском соборе [1] .

1. Описание Костромского Успенского собора. 1837 г. Стр. 63.

Ногатин стан

По книгам генерального межевания писался в Галичском округе; в этом стану тогда были деревни: Логиново, Тетерево и Яковлево. Село Ногатино доселе в Галичском уезде. Деревня Шемкино в Ногатином стане упоминается в 1775 году.

Обнора

В старину Костромская волость, находилась близ нынешнего города Любима, до 1778 г. числившегося в Костромской области, потом провинции. Название получила по реке Обноре, впадающей с севера в реку Кострому. Великий князь Василий Васильевич на Костроме Иледом с Обнорою, Комелою, Волочком и Нерехтою 1423 года духовною грамотою отдал своей княгине Софии Витовтовне; то же подтвердил и в духовной грамоте 1424 года. После великой княгини все эти волости достались сыну ее государю Василию Темному в 1462 году, вместе с Вологдою те волости отказавшему своему сыну Андрею Меньшому; но из этого Андреева удела Темный завещал отделить Иледом с Комелою и Обнорою своей княгине, матери Андреевой. Князь Андрей Меньшой духовною грамотою 1481 г. все эти волости отдал старшему брату своему, государю Иоанну III [1].

1532 года Обнорская волость числилась в Вологодском уезде [2].

В 54 верстах от Вологды по Московской дороге есть селение Ям Обнорский; в 4 же поприщах от Геннадиева монастыря есть селение Обнорское, принадлежащее этой обители, которая и устроена подле реки Обноры. От этой ли реки или от волости Обноры в старину назывались четыре монастыря Обнорскими: 1) Обнорский Воскресенский, 2) Обнорский Иннокентиев, 3) Обнорский Спасо-Преображенский, 4) Обнорский Павлов. Волость Обнора простиралась к нынешнему городу Грязовицам. В Истории Российск. Иерархии [3] сказано, что Павлов монастырь, от Грязовиц находящийся в 11, а от города Вологды в 53 верстах, потому назван Обнорским, что по древнему разделению окрестных волостей считался в Обнорской трети; да и Иннокентиев монастырь от Грязовиц находился в 12 верстах. Место старинной волости Обноры ныне частию в Ярославской, а частию в Вологодской губернии. 1780 г. из 6 волостей, составляющих вообще Помельскую волость Вологодской губернии, составляла – Обнорская [4].

1. Госуд. грам. I. 81, 84, 204, 205, 271.

2. Опис. рукописей Румянцевского музея. Стран. 83.

3. V. 428.

4. Ист. извест. о Вологде. 1780 г. Стр. 93.

Орменов стан

Костромского уезда, упоминается 1586 г. в грамоте царя Феодора Иоанновича Костромскому Успенскому собору [1]. Вероятно, он был там, где ныне село Орменки или Арменки, в Нерехотском уезде. 1711 года упоминается в Арменках съезжий двор; им в это время правил стольник Юрий Захарович Красницкий. Церкви близкие к Орменкам в начале XVIII века считались в Орменском заказе, как-то церкви сел: Березников, которые в отличие от писцовских назывались Арменскими, Марзинского, Кулиг, Демидова, Печенегова, Красного погоста, Богословского, Хомутова, Новинок, Иванцова, Фрянкова, Кунистина. В начале XVIII века Арменки числились в Емецком стану.

1. Описание его. 1837 г. Стран. 68.

Осек, Осецкий стан.

Сторона от Костромы на север, верстах в 40, доселе называется Отсек, в старину числился Костромского уезда; в 1636 и 1679 годах упоминается в Любимской осаде [1]. Из селений, в нем находившихся, известно село Закобякино; [2] деревни Лысцово и Еремейцево писались Ипатского мон. в Осецком стану [3].

Осек особенно славился ульями; упоминается станом еще в грамоте Феодора Иоанновича Костромскому Феодорастратилатовскому собору от 15 сентября 1585 г. касательно взятия венечных памятей у протоиерея [4]. Осек был смежен с станом Сотью; сельцо Курдумово было в Сотском стану, и отхожие деревни сельца Курдумова – Писцово и Еремейцево были также в Осецком стану.

1. Стар. акт. г. Шуи. 1853. Стр. 258.

2. Извест. о Костр. Богоявл. мон. 1837 г. Стр. 50. Рукописное сказание о Феодоровской иконе.

3. Описание Ипат. монаст. 1832 г. Стр. 86.

4. Описание этого собора. 1837 г. Стр. 62. О чудесах Феодоровской иконы Богородицы, чудо 19.

Парская волость

Была тут, где ныне богатое село Парское; в конце XVI века это село принадлежало князьям Шуйским-Скопиным [1]. 1678 г. Парское было в Суздальском уезде и составляло вотчину князя Ивана Андреевича Голицына [2].

1. Смотр. печати старин. акты г. Шуи, Стр. 384.

2. Там же. Стр. 250.

Парфеньевская волость

Парфеньевская окологородная волость Галичского уезда упоминается 1620 года; в ней дер. Павлово и Дрищево тогда была отчиною князя Федора Федоровича Щербатова. Волость Парфеньевская с деревнями 1610 года отдана королем Сигизмундом III Ивану Федоровичу Зубатому, изменнику, бывшему воеводе Ипатского монастыря [1].

1. Акт. Западн. Рос. II, 326. Археогр. Акт. II, 232.

Пемская волость

В старину числилась в Галичском уезде и упоминается около 1630 г. в писцовых Галичских книгах князя Мещерского. В Галичском уезде есть село Покров на Пеме. Около этого же времени числились в Пемском стану села Покровское и Ильинское [1]. В Чухломском уезде есть село Илья Пророк в Пеме; а 1761 г. в Кологривской осаде упоминается село Никольская Церковь, что в верхней Пеме.

1. Галические писцовые книги князя Мещерского.

Писцовская волость

Упоминается во второй половине XVIII века; в исходе же XVII века село Писцово считалось в Сорохотском стану, и потому Писцовская волость открыта уже в XVIII в.

Письма

Писалась волостью Костромского уезда и заключала селения, расположенные по реке Письме, впадающей в реку Кострому. Упоминается волостью в грамоте царя Феодора Иоанновича от 15 сентября 1585 года Костромскому собору. Тою грамотою велено брать венечные памяти у протопопа [1]. Река Письма, от Костромы на север верстах в 80, выходит из Головинского прихода из-под сельца Маслова, недалеко от большой дороги из Костромы в Буй. По Письме села: Головинское, Исаево, Павловское на Письме, Покров на Письме, Макарий на Пустыне, тут под деревянною церковью почивает преподобный Макарий Письменский. Письма впадает в приходе Покрова Угоды в реку Кострому с востока.

1. Описание этого собора. 1837 г. Стр. 63.

Плесский стан, Плесская волость

Названа от города Плеса; упоминается в рукописях XVII века; из селений, в Плесском стану находившихся, известны: село Яковлевское Большое, сельцо Ильицыно, сельцо Яковлево и деревня Высокая [1]. 1551 года Плесская волость числилась во Владимирском уезде [2]; но, верно, это другая волость, ибо в ней упоминается река Увоть, близ Шуйской дороги, имеющая течение там, где ныне богатое торговое село Иваново, расположенное по реке Увоти. 1620 года апреля 30 в Плесском стану два жеребья села Нового, да деревня Григорово даны в вотчину Ивану Демидовичу Пазухину за московскую осаду от королевича Владислава; это событие касается Плесской волости – города Плеса, ибо это село Новое Пазухиных верстах в 12 на полдень от Плеса. В XVIII веке в Плесском стану упоминается деревня Фомицыно, сельцо Подпольниково и сельцо Левино; деревня Фомицыно прихода села Нового Пазухиных.

1. Описание Ипатьевского монастыря. 1832 г. Стр. 85, 86.

2. Описание Румянцевского музея, 103.

Плоскинин стан

В старину писался Костромского уезда. Из сел, в нем находившихся, известны: сельцо Нефедово и село Исаковское [1]. Упоминается станом еще в грамоте царя Феодора Иоанновича Костромскому собору 15 сентября 1585 года касательно взятия венечных памятей у тамошнего протоиерея крестьянам этого стана. Называется по селу Плоскинину, 1604 года числившемуся в Костромской десятине; в ту пору оно принадлежало Ипатьевскому монастырю и находилось на луговой стороне недалеко от Волги.

1. Описание Костромского Ипатьевского монастыря. 1832 г. Стр. 84.

Подольский дворец

Писался волостью Костромского уезда, находился там, где село Подольское; упоминается в грамоте царя Феодора Иоанновича от 15 сентября 1585 года Костромскому собору [4]. Подольское село – подле Большого Красного, от него четыре версты по Волге, на луговой стороне, от Костромы верстах в 45 на юго-восток. В приходе села Подольского около 1633 года на пустоши Коробово поселено потомство Сусанина, который смертию спас жизнь царя Михаила Феодоровича. 1632 года Подольское писалось приселком дворцового села Красного в Костромском уезде [1].

1. Госуд. грам. III, Стр. 334.

Понизовская волость, Понизовский стан

В обоих выражениях писался в 1610 году; тогда принадлежала Понизовская волость городу Чухломе. С вытей и сена платила оброку вся волость 119 рубл. 28 алтын, да с сена, что за волостелиным двором, оброку 29 алтын 4 деньги [1]. Николо-Понизье село от Чухломы в 15 верстах к селу Корцову и Солигаличу на север, а село Понизье-Воскресение в Галичском уезде, в 4 верстах от села Шебал.

Понизовская волость в старину заключала селения по реке Унже близ большой дороги из Костромы, не доезжая нынешнего города Макарьева, что на Унже, верст 30, 20 и 10, и селения за г. Макарьевым, что на Унже. В Понизовской волости числились в старину села: Воскресенское-Устнейское, Спасское или Спас Красная гора, Тимошино, Никольское, Макарово; вообще одних принадлежащих Макарьеву Унженскому монастырю сел и деревень в Понизовской волости было 62; в половине XVIII века было 2828 душ [2]; Тимошино 44 версты от Макарьева к Варнавину – так обширна была эта волость! 1618 года Понизовской вотчины крестьянам запрещено владеть рыбными ловлями, стрежами на реке Унже, снизу от речки Иреша вверх до омута, ниже устья реки Неи, и третью озера Духовые, а эти ловли отданы Макарьеву монастырю [3]. Следовательно, на пространстве нынешней Костромской губернии были в старину две Понизовские волости: одна около Чухломы, а другая около нынешнего города Макарьева, что на Унже. Понизовская власть упоминается 1608 г. и того же года Понизовская волость [4].

1. Российск. Библ. XI, 363, 381

2. Описание Макарьева монастыря, стр. 173.

3. Юридич. Акт. 177.

4. Описание Макарьева Унженского мон. 69, 100.



Книга полностью ...

Старинные волости и станы в Костромской стороне. (версия 2) Материалы для историко-географического словаря Костромской губернии. 1909 г. - 84 с.



Из истории Костромской губернии